Каллиграфия учит меня расслабленной собранности, балансировать между дисциплиной и творчеством и не переживать за несовершенство линий (себя?).

В конце концов, будь ты сто раз прав и великолепен, какой в этом толк, если любовь твоя (мудрость иль совершенство) в тягость другому — как и требовательность за неё.

цитаты любимых людей

Я спросила у Джесс:

— Почему горизонтальные линии рисуются под углом вверх?

Она ответила:

— Чтобы сбалансировать слишком прямые линии.

Ну то есть отвратительно идеальные, да)

Бродячая кошка несмело зашла в дом, любопытно разглядывая все вокруг и несмело поглядывая на меня исподлобья: «Можно?».

Я отворачиваюсь. Делаю вид, что не замечаю кошку — пускай себе ходит и делает все, что хочет, это ее природа.

Его тоже. Поначалу меня раздражала эта его свобода: захотел купаться — бросил все и рванул к океану. Наскучил диалог — собрал вещи и ушёл. Ну разве так можно?

Можно. Только бы чувствовать эту грань, тонкий момент, когда свобода другого мучительно бьет по эго и только (пойди разберись с собой), а когда — как медленный яд разъедает твои границы и убеждает верить в то, что не про тебя.

За кошкой я все же понаблюдала и выгнала прочь: место ей максимум — во дворе. А лучше вообще за калиткой.

Маме

Две недели в Москве. Если коротко — мне тут по-настоящему вдохновленно, свежо и нежно.

Если подробнее: тело мое удивительно адаптивное. Перестроилось быстро и к погоде, и к ритму, и к декорациям — часики перевело. Внутренне тоже почти прибыла: проживаю этакое «аллегро» — умеренно радостный, бодрый темп, сосредоточненный и спокойный, как когда стартуешь с волны.

Как сказала Надежда: «Каждый день как шедевр». Невообразимый, мама, словами не передаваемый точно. Принимаю подарки от главного сценариста — он ко мне нынче щедр и благосклонен, а я..

Создаю новое медиа, колонизирую лактобактерии (оказалось, их вымыло океаном), обнимаю красивых людей. Они так открыто падают в мои крылья, ну а я этим нагло пользуюсь: у меня столько нежности накопилось, мне бы ее пристроить в хорошие руки и добрые сердца. Мам, ты не смейся, но кажется, меня опять подключили к какому-то нескончаемому источнику любви. Я ее передатчик.

Во дворе распустилась сирень — я вдыхала ее так жадно, почти неистово, но без желания сорвать и поставить в вазу, как тогда: чужая природа научила ценить свою. Хотя, всё же свое — и лес, и горы — где бы я ни была. Но родная земля чувствуется иначе, этого объяснить не могу.

Скоро яблоня зацветет, каких-то пара недель — тогда-то и обнимемся, мама. Вот тогда-то обо всем и поговорим.

Мы усваиваем реальность частями. Увидеть ее сразу значит лишить человека души, так как смысл ее — в пути.

Из напряжения все рассыпается

Суета порождает суету. Тревога — тревогу. Одно цепляется за другое, и вот это уже огромный увесистый ком из всего на свете: от самоопределения до желания уволиться.

Способность расслабляться, особенно в такие моменты — это какая-то супер-сила, ей богу. Как ей научиться меня никто не спрашивал, а даже если бы да — верю, что нет универсальных советов. Каждый сам про себя все знает лучше других.

Я вот тоже, в смысле все про себя знаю, но это не значит не забываю. Но вспоминаю уже быстрее, а это приятно, как ни крути.

Потому что вдохновение и тюрьма — мягко говоря, не очень то совместимы. И потому что ресурс не берётся из ниоткуда: мы его делаем, создаём.

Вот прямо сейчас сижу и чувствую это свое подзабытое: из расслабления очень легко и свободно живётся, работается, придумывается. Пишется, наконец. Там фокус и сила. Там я.

«Есть и другие органы чувств, кроме глаз и ушей». (Теодор Курентзис)

Цитаты любимых людей

Я уже как-то писала про Нилеша, моего учителя йоги — и буду ещё. Потому что то, как он делится знанием, стирает все помехи и неточности, всю шелуху.

Вопреки западному подходу, истинная йога — вовсе не про красивые изгибы, шпагаты и кубики пресса. И даже не про бесконечное счастье в этом безумном мире. Про что тогда — вопрос всей жизни, возможно, и не одной.

Философия Нилеша очень простая и нет одновременно: улыбаться и дышать — особенно там, где сложно.

Сегодня, во время какой-то долгой и не самой приятной тянучки боков, он сказал:

Don’t straight the body — straight your smile and breath.

Растягивайте не тело, а свою улыбку и дыхание.

Потому что будь ты хоть тысячу раз гимнаст, какой в этом толк, если пожираешь себя изнутри похлеще всяческих паразитов?

Вообще я пришла написать другое, но нашла недописанное и не смогла пройти мимо.

Ну так вот. Как-то давным давно прочитала совет про то, с чего начать духовное развитие — и очень удивилась.

Вопреки ожиданиям сложно-сочиненной формулы в виде определенного типа питания, количества минут в медитации и сексуального воздержания на два года, ответ был изумительно прост: «начните с режима».

Я, как и полагается, возмутилась, но на всякий случай совету последовала и быстро обнаружила, что не зря.

И вот уж не знаю, чем обусловлена эта наша вечная тяга разгадать сложнейшую формулу дзена, разбивая себя на осколки — кажется, в этом одновременно и великий замысел, и великий сюр. Ведь в конце концов все оказывается просто как дважды два, буквально до смеху. Но сколько стоило колени поразбивать, чтобы потом вот так..

И да, все ответы внутри, они не врали, и нет ничего такого, что шло бы вразрез с природой и ее законами — по крайней мере, пока мы в рамках этой планеты как-то живем. Наоборот.

Потому что ну невозможно построить звездолёт без физики 7 класса. И какой может баланс, когда минимальная дисциплина ума как шаткая соломина, на которую не то чтобы не опереться — только дунет, и опять пустой.

Быть может потом правилами можно пренебрегать и при этом не рассыпаться: тут проскочить на красный, там проехать по шорткату. Ну а пока, дорогуша — алфавит, таблица умножения, бережное отношение к себе.

(Опять слишком много думала и ложусь после 10)

Отдавай радостно — или вообще никак

Профессиональная гордыня — самое кусачее, с чем мне приходилось сталкиваться в работе. Особенно, когда замечаю эту змеюшку у себя.

Однажды я так сильно в себя не верила, что нагло залезла на чужую территорию с едкими комментариями в духе «что за хрень» — и хотя меня даже кто-то поддержал, мне до сих пор стыдно. Потому что, если уж начистоту, мое намерение тогда было не в том, чтобы что-то действительно улучшить, а в том, чтобы самоутвердиться за счёт чьих-то не самых удачных решений (на мой взгляд).

Я тогда, конечно же, долго переживала, но вот что поняла: бессмысленно доказывать кому-то какой я классный эксперт, пока я сама в это не верю. А позже я вообще пришла к тому, что не хочу претендовать на звание Его Величества Эксперта. Мне больше нравится «исследователь» — для меня такое самоопределение сразу открывает окно для диалога: из него я спокойнее прихожу с фидбеком и в него легче вмещаются другие мнения, с которыми в итоге я могу и не согласится. Но услышать и обсудить.

Когда замечаю гордыню в коллегах, стараюсь заглянуть чуть глубже, под поверхность — и подчеркнуть ценность их вклада. Например, спрашивать мнение, даже если сама уже вижу решение. И напоминать, что у нас общая цель — сделать клёво.

Ведь мы не враги, а партнеры.

Или чуть более поэтично: попутчики в поисках истины :) может и нет ее, но это уже другая история

И в догонку, мыслишки про развивающую обратную связь: давать, получать.

Там, конечно, есть всякие техники бутерброда и вот это все, но для меня самым ценным знанием стало именно понимание намерения.

Я это делаю, чтобы что?
Мне это говорят, чтобы сообщить что?

Прояснять — с собой и с другими — полезная штука, в любых отношениях. Страшно бывает, сложно, не знаешь, как подойти. Но зато окупается быстро: спокойным сном, например, или новыми силами подступится к чему-то более стоящему, чем игры в «кто умнее/экспертнее/лучше».

Сила в том, чтобы чувствовать

Разорву тишину, чтобы дать выход эмоциям, которые больше не могут спорить за бОльшую значимость в моей душе. Это моя попытка хоть как-то их обозначить, прожить через слова (которых всегда так мало, но пускай сейчас хотя бы так) и быть может, наконец, вместить.

Месяц назад мы прилетели в Австралию. Это моя радость и счастье, теперь еще и за то, что это не вынужденный побег, а Выбор. Итог пути длинною в три года ради новой жизни, результат слаженных усилий и преодолений вместе с тем, кого люблю. Это про будущее, о котором мы мечтали: сначала очень робко, но потом все смелее и усерднее — и вот оно стало нашим настоящим. Мы его создали и живем его прямо сейчас.

И вместе с тем — война, заставшая нас на пол пути сюда. Я все еще нащупываю границы правильного или уместного (для себя), но у меня уже есть навык говорить про чувства. Их много, но ключевое — горечь, которую я спрятала куда-то очень далеко, потому что «да какое я имею право плакать у океана, когда наших родных обстреливают».

Но: я имею право на все свои чувства. Они точно не могут быть неуместными или неправильными. Другой вопрос в том, что я с ними делаю.

С самых первых дней я сказала себе примерно так: у меня нет власти остановить то, что происходит снаружи, но я могу не множить мрак и поддерживать то, что внутри. Вот здесь, в масштабе собственной души и своей семьи — хотя бы здесь, особенно здесь.

Продолжать выбирать любовь. Не в смысле не замечать и жить как прежде — давать всему место, но каждый раз спрашивать себя: а что я могу сейчас сделать ради и из любви? Иногда позволить другому высказаться и не нападать, оставить пространство для диалога. Дарить веру там, где она очень нужна. А порой просто помыть чашки за двоих. Потому что люблю.

Я по-прежнему это выбираю. С одной лишь поправкой: я не супер-герой — мне тоже нужна поддержка. Другого характера, но нужна.

Да, у меня получается отделять свои чувства от внешних манипуляций, выбирать Жизнь для своих тела и души, находить место для радости и покоя и делиться ими, верить в будущее для себя и для других, и по-прежнему замечать какую-то невероятную, очень тонкую нить красоты, что берет начало в наших сердцах. Но вместе с тем, я испытываю глубокую горечь от густоты этой тьмы невежества и слепоты, от степени боли и безумия, которые способен сотворить человек. Прежде всего, сам с собой.

Я не могу предать своё счастье. Оно есть.
Я не могу предать свою горечь. Она есть.

Я всё вижу и всё чувствую и разрешаю всему быть — и в этом моя сила.

Выделю как напоминание самой себе:

Что я могу сделать сегодня ради и из любви?

Кусочек нового дома на Ocean street, в котором тепло и любят🤍🌊

Познакомилась у дома с русским дедушкой — старенький, ужасно улыбчивый и (простите) в своём уме. На вид ему около 80, а в Австралию приехал аж 60 лет назад. По-русски не говорит.

Мы немного поболтали, а потом он внезапно спрашивает:

— What is the most important in life?
(Что самое главное в жизни?)

Ну я говорю любовь, конечно же.

А он улыбается своим очаровательным беззубым ртом и отвечает:

— To take it easy (расслабиться, не принимать близко к сердцу — не париться вообщем).

Австралийская народная мудрость🙂

Но я бы пока сказала так: местные не переживают о том, о чем и правда не следует. И при этом заботятся там, где это важно (для них).

Мне это очень близко (в смысле те самые вещи, о которых я забочусь и нет). И это одна из главных причин почему я здесь

Говорили вчера о том, что мы 3 года назад, которые загадали переезд в Австралию — ехали в голубую мечту. Там было много иллюзий и вопросов к намерениям.

Мы, которые переехали — это партнеры с ясным видением личных и общих «зачем», с четким планом и с достаточной прочностью внутренних опор, чтобы выдержать страх и неопределенность, без которых никак.

Я понимала, что это будет непросто, но даже не подозревала, настолько мощно. Наша дорога сюда: из одной точки пространства в другую и от тех ребят — к этим.

Настоящий квантовый скачок и еще одно подтверждение тому, что всё начинается внутри. А внешнее — оно отражает.

Для баланса)