Верховный суд США отменил тарифы Дональда Трампа и фактически выбил из его рук основной инструмент, с помощью которого его администрация проводит политику на международной арене. Судьи признали, что он не имел право повышать пошлины исходя из федерального закона, предназначенного для чрезвычайных ситуаций национального масштаба. Надо сказать, что действия Трампа в этом вопросе изначально выглядели несколько сомнительно. В итоге президент США потерпел чувствительное внутриполитическое поражение.

Конечно, теперь Дональд Трамп может попытаться начать действовать через Конгресс, но не факт, что там одобрят пошлины в отношении, например, таких партнёров США как Канада или Индия. В целом ситуация с тарифами показывает, что главная угроза администрации Трампа исходит не от внешних акторов, а от внутриполитических проблем. И они носят уже не характер традиционного партийного противостояния республиканцев и демократов, а целенаправленной атаки на Трампа и его команду.

Состав Верховного суда США консервативен, но это не помешало ему выступить против республиканского президента. В обеих палатах Конгресса большинство у Республиканской партии, однако оно обманчиво. Потому что часть республиканцев вполне может голосовать против инициатив администрации Трампа. В особенности это касается давления на союзников США, таких как Европейский союз, Канада, Япония, Южная Корея. Вообще же главная опасность для хозяина Белого дома проистекает от раскола в республиканском политическом истеблишменте, который он сам же и породил.

В такой ситуации Дональду Трампу срочно нужен какой-то успех, которого ему проще добиться на международной арене, чем внутри страны, где его рейтинги падают. В этой ситуации шансы на проведение американской военной операции против Ирана резко повышаются. В особенности с учётом авантюристичного характера Трампа. Он вполне может пойти ва-банк, хотя и с риском сломать себе шею.

После последних заявлений представителей Роскомнадзора, Минцифры и ФСБ судьба Telegram в России стала предельно ясна: с высокой степенью вероятности с мессенджером поступят точно так же как и с YouTube. То есть максимально замедлят и попытаются всеми возможными способами перевести аудиторию Telegram в Max. В целом это соответствует тренду на суверенизацию информационного пространства, полный контроль над ним и, в случае необходимости, проведение санации.

Ещё в феврале 2022 года, после начала военной операции на Украине, мы отмечали, что в условиях холодной войны не может существовать глобальных сетей, которые охватывают все противоборствующие стороны, но при этом контролируются только одной из них. А поэтому время свободного использования в России управляемых из Соединённых Штатов продуктов корпорации Meta закончилась. Так и случилось.

Однако теперь заканчивается и эпоха неограниченной работы в российском информационном пространстве нейтрального мессенджера Telegram, который управляется не западными компаниями, а неаффилированной ни с кем группой разработчиков. Можно констатировать, что ограничения в отношении Telegram в России - это всерьёз и надолго. Тем не менее, вероятность его признания экстремистской организацией невысока. Мессенджер по прежнему будет широко использоваться российскими гражданами как удобная коммуникационная площадка.

Для этого будут использоваться VPN-сервисы и иные способы обхода блокировок. Кроме того, Telegram останется не только платформой для общения, но и по-прежнему будет использоваться в качестве источника информации. Огромный блок русскоязычных новостных и аналитических каналов никуда не денется (несмотря на то, что некоторые из них заведут параллельные аккаунты в Max) и они не особо потеряют в аудитории. Она просто будет одновременно находиться в двух мессенджерах.

Дальнейшая судьба политики суверенизации российского информационного пространства целиком и полностью зависит от качества тех информационных продуктов, с помощью которых она осуществляется. Если они будут прогрессировать, то она может оказаться успешной. В обратном случае в национальном информационном пространстве всегда будут существовать неподконтрольные государству информационные платформы. Причём подобная ситуация касается не только России.

Тот же Европейский союз ждёт своя борьба с американскими информационными продуктами и главным врагом Брюсселя на этом пути является ненавистная евробюрократам социальная сеть X (бывший Twitter). Тренд на распад единого глобального информационного пространства более чем очевиден. Он уже охватил или неизбежно охватит многие страны мира. И самым успешным на этом пути оказался Китай с его "великим китайским файерволом" и качественными альтернативами западным информационным продуктам. У всех остальных получается пока гораздо хуже.

Казахстан на самом деле является сердцем китайского Экономического пояса Шёлкового Пути и Юрий Баранчик абсолютно прав, указывая на это. Но ему элементарно устраивается инфаркт через свержение правительства в Иране или его хаотизацию. Потому что прозападный режим в Тегеране или реализация на иранской территории ливийского сценария войны всех против всех - прямой путь к дестабилизации Центральной Азии.

Иран - это куда более крепкий орешек, чем тот же Казахстан в плане государственной устойчивости: даже в условиях жёстких санкций и гибридной войны против него США и Израиля он продолжает держаться. Чего не скажешь о центрально-азиатских странах. События января 2022 года показали, как легко дестабилизируется Казахстан, у которого нет таких спецслужб и вооружённых сил, какими обладает Иран.

Сейчас президент Токаев пытается проводить политику многовекторности и одновременно поддерживать ровные отношения с Россией, Китаем и США (хотя в последнее время он допустил явный крен в сторону Вашингтона). Но такая политика хороша до определённого момента, пока отношения между крупными игроками не достигнут точки кипения. Дальше в Астану полетят запросы от конфликтующих сторон: вы с кем?

И придётся делать выбор между плохими вариантами. Причём касается это не только Казахстана. В случае падения Ирана в американском геополитическом меню появятся и нейтральный Туркменистан, и Узбекистан как крупнейшее государство центрально-азиатского региона. При этом надо ясно понимать, что хаос в Центральной Азии и в особенности в Казахстане - это угроза национальной безопасности России похлеще членства Украины в НАТО.

Как её парировать в условиях продолжающейся войны на Украине - вопрос, требующий отдельного и очень непростого обсуждения. В целом Иран представляет собой ту самую костяшку домино, при выдёрнивании которой происходит обрушение всей конструкции к северу от него. Потому что с иранской территории и бассейна Каспийского моря проводить дестабилизирующие действия в отношении Центральной Азии крайне удобно, чем не замедлит воспользоваться любая американская администрация.

Словакия и Венгрия решили все-таки перейти к ответным действиям против Украины из-за её нежелания запускать нефтепровод "Дружба" и прекратить с понедельника поставки электроэнергии в эту страну. В случае, если это действительно произойдёт (и Братислава с Будапештом в последний момент не сдадут назад), Киев может попасть в сложную ситуацию.

Соединённые Штаты сосредоточили для нападения на Иран внушительную военно-воздушную группировку - около 500 боевых и вспомогательных самолётов различных типов (включая и авиакрылья двух авианосцев - "Авраама Линкольна" и "Джеральда Форда", последний из которых ещё на подходе). По количеству это больше, чем НАТО задействовало для агрессии против Югославии в 1999 году. Такая армада не собирается просто так и американский удар практически неизбежен, чтобы ни происходило в ходе продолжающихся американо-иранских переговоров.

Более того, если президент Соединённых Штатов по каким-то причинам отменит атаку, то потерпит определённый репутационный урон и новые заявления его оппонентов в стиле Trump Always Chickens Out (то есть "Трамп всегда отступает"). Поэтому удар будет и Вашингтон видимо ожидает только окончания зимних Олимпийских Игр (которые как раз сегодня и закончились).

Так что в ближайшую неделю или две на Ближнем Востоке начнётся очередная большая война, которая будет протекать в сугубо воздушной форме. Поскольку сухопутную группировку отправлять США в Иран не будут. Цели на иранской территории будут расстреливать дистанционно в стиле югославской кампании. Если быстро уничтожить иранское руководство не удастся, Вашингтон сделает ставку на причинение максимального ущерба его военному и экономическому потенциалу.

Конечная цель - спровоцировать в Иране беспорядки и свергнуть режим. Если станет понятно, что не получается, то как минимум нанести максимальный ущерб его вооружённым силам, оборонно-промышленному комплексу и экономике. Для того, чтобы ещё больше ухудшить социально-экономическое положение в стране и спровоцировать рост напряжённости в обществе. И создать условия для следующего раунда. Однако же главный вопрос, чем на такое способен ответить Иран? Пока неизвестно. Понятно только, что Тегеран активно готовится к неминуемому нападению.

Мексика официальная атаковала Мексику неформальную, а та ответила. В результате спецоперации мексиканских военных против наркокартеля "Новое поколение Халиско" в одноимённом штате был убит его глава - Немесио Осегер Сервантес. В ответ боевики "Халиско" атаковали различные объекты в восьми штатах страны, захватили международный аэропорт Гвадалахары, парализовали работу крупного морского порта - Мазанильо, и устроили охоту на мексиканских военнослужащих и полицейских (обещая за голову каждого более тысячи долларов в местной валюте).

Всю эту ситуацию спровоцировало давление администрации Трампа на президента Мексики Клаудию Шейнбаум с целью заставить её пойти на более активные действия против наркокартелей. Тем самым в Мексике был нарушен хрупкий баланс между государством и живущими по своим законам картелями. Конечно, пока ещё не вполне понятно, чем могут закончиться нынешние столкновения. Но угроза дестабилизации Мексики с перспективой её превращения, при неблагоприятной ситуации, в гражданскую войну, вполне реальна.

Развитие ситуации в негативном ключе не оставит в стороне и Соединённые Штаты, какую бы высокую стену они не построили на американо-мексиканской границе. Потому что наркомафия, тесно связанная с мексиканскими картелями, уже имеет прочные позиции на территории США, которые являются её основным рынком сбыта. У неё нет проблем с финансами, оружием, разведданными и мотивированными исполнителями. При желании "теневая Мексика" может развернуть в Америке настоящую террористическую войну, по сравнению с которой деятельность ИРА в Великобритании окажется детским лепетом.

В особенности, если в дело вмешаются внутренние силы в самих США, желающие свалить администрацию Трампа, либо внешние игроки. Впрочем, так далеко забегать вперёд не следует. Но необходимо понимать, что Трамп и его команда своими действиями в Мексике могут серьёзно подорвать внутриполитическую стабильность в этой стране и получить ответ на своей территории. С другой стороны, после всех предвыборных обещаний Дональда Трампа нанести удар по наркоторговле по-другому он действовать и не мог. Скорее всего, президент США будет настаивать на продолжении операции мексиканских силовиков против наркокартелей.

Во всей этой мексиканской истории есть один интересный аспект: в какой момент на фронтах боевых действий между мексиканской армией и наркокартелями начнёт всплывать американское оружие, которое США поставляли на Украину? Сведения о том, что Киев занимается его продажей были, равно как и информация о переправке поставленных для нужд ВСУ вооружений в Мексику. Впрочем, примерно понятно, что скажет в этом случае Трамп: "во всём виноват Байден". В целом же примерно через несколько дней станет ясно, в каком ключе будут развиваться дальнейшие события.

Сегодня исполняется четыре года со дня начала СВО на Украине. То, что начиналось как ограниченная операция с целью обеспечения интересов России в сфере безопасности, в итоге стало самым масштабным вооружённым конфликтом в Европе со времени окончания второй мировой войны. Такое развитие событий было практически неизбежным, предопределённым всем тем, что происходило на международной арене (и, в частности, в европейской политике) после 1991 года.

Баланс сил в Европе, установленный в годы холодной войны, рухнул после объединения Германии, роспуска Организации Варшавского Договора и распада СССР. Он основывался на распределении сфер влияния между двумя сверхдержавами - Советским Союзом и Соединёнными Штатами, которые вдвоём создали и поддерживали в рабочем состоянии архитектуру европейской безопасности. Как только одной из её опор не стало, вся конструкция поехала. Тем не менее, даже тогда были варианты для спасения ситуации.

Одним из них было выстраивание нового баланса сил на принципах Парижской хартии для новой Европы, появившейся на свет в 1990 году и предполагавшей, что безопасность одних государств не может обеспечиваться за счёт других. И на механизмах хельсинского процесса - Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, которое превратилось в 1995 году в полноценный международный институт, известный как ОБСЕ. Такой путь предусматривал отказ от блокового строительства на европейском континенте и тесное взаимодействие европейских государств в сфере безопасности на равноправной основе.

В итоге же был выбран другой вариант: неуклонное расширение Североатлантического альянса, реликта холодной войны, к границам России. То есть строительство НАТО-центричной системы безопасности в Европе с полным игнорированием интересов Москвы. Более того, расширявшиееся НАТО в 1999 году развязало войну в Европе - в Югославии, с насильственным отторжением части её территории. Причём всё это происходило под аккомпанимент разрушения соглашений в ядерной сфере - в 2002-м Соединённые Штаты вышли из договора по противоракетной обороне и стали разворачивать в Польше и Румынии позиционные районы своей ПРО.

То есть к границам России постоянно продвигался агрессивный военный блок, лидер которого к тому же пытался создать условия для победы в ядерной войне и проводил активную экспансию на постсоветском пространстве. После государственного переворота 2014 года антироссийская Украина стала запредельным вызовом для безопасности России, смириться с которым означало потерять субъектность в мировой политике. Поэтому после краха дипломатических усилий в рамках Минского процесса война стала неизбежной. Отметим, что изначально российское политическое руководство пыталось ограничить масштаб боевых действий и сделать упор на дипломатическое урегулирование конфликта.

Однако именно на украинской площадке коллективный Запад решил дать полноценный бой России, сломать её экономически, в военном плане и создать критические проблемы во внутренней политике. Поэтому Соединённые Штаты и ЕС пошли на введение в её отношении терминальных санкций, организовали масштабные поставки оружия для нужд ВСУ и подключили Украину к потоку финансовой помощи. Конфликт на Украине стал полноценной прокси-войной России и НАТО.

Теперь от её исхода напрямую зависит то, каким будет место нашей страны на международной арене. Если она выстоит и навсегда ликвидирует угрозу в виде нынешнего украинского режима, то отстоит своё право на существование в качестве субъектного актора - великой державы, умеющей отставивать свои интересы. Если нет, то последствия для её судьбы будут печальными. Проигрывать эту войну ни в коем случае нельзя. Для нашей страны она имеет судьбоносное значение. И для победы хороши абсолютно все средства.

Практически сразу после начала СВО на канале "Филипповский, 13" мы ответили на главный вопрос: почему началась эта операция? Сделанные выводы не устарели и сегодня.

Реджеп Эрдоган в последнее время несколько снизил свою внешнеполитическую активность и сосредоточился на исправлении дел в экономике Турции. Вполне возможно, он готовится к продлению своего политического долголетия.

Дональд Трамп стал заложником инициированного им же обострения на иранском треке. Собрав внушительную военную силу на Ближнем Востоке (до трети работоспособных боевых кораблей и до половины боевых самолётов), он сам поставил себя в сложное положение. Теперь если он не ударит, то продемонстрирует слабость ещё большую, чем в вопросе Гренландии. Военная же операция несёт в себе немалые риски для президента США: любая осечка может быть использована его оппонентами в ходе промежуточных выборов в Конгресс, намеченных на ноябрь этого года.

Бить ли не бить: вот в чём заключается вопрос для Трампа и его команды. В целом понятно, что совокупной американской военно-воздушной и военно-морской мощи хватит, чтобы нанести Ирану колоссальный экономический ущерб и подорвать его обороноспособность. Но что делать, если этого окажется недостаточно для смены режима в Тегеране или согласия иранского руководства на американские условия капитуляции?

Конечно, можно объявить о победе (как и это и сделала администрация Трампа в июне прошлого года, когда бомбила ядерные объекты Ирана), но всем будет ясно, что это симулякр. Кроме того, всегда есть риск того, что Иран сумеет дать Соединённым Штатам болезненный ответ. А всё происходящее превратится в прокси-войну между США и Китаем, за которую Вашингтон вынужден будет заплатить высокую цену. Конечно, в идеальном мире Трампа после пары недель воздушных атак внутрииранские протесты сметут аятоллу и КСИР. Но вдруг всё окажется по-другому?

Кстати говоря, слухи об определённом расколе в нынешней вашингтонской администрации похожи на правду. Можно обоснованно предположить, что главным мотором агрессивных внешнеполитических акций в администрации Трампа является Марко Рубио, которого поддерживают директор ЦРУ Джон Рэдклифф и военный министр Пит Хегсет. Ему оппонирует придерживающийся более умеренных взглядов вице-президент Джеймс Венс и директор Национальной разведки Тулси Габбард (конфликт которой с Рэдклиффом усугубляется с каждым месяцем). В общем, брожение есть.

Возможно, если бы американская военная кампания проводилась в декабре, шансов на государственный переворот в Иране было бы больше. Но тогда Соединённые Штаты были не готовы и только после начала протестов стали экстренно перебросывать к иранским берегам флот и авиацию. Сейчас ситуация другая, но какая именно - не знает никто. Поэтому Трамп колеблется, хотя и делает грозные публичные заявления. Но потом примет какое-то решение.

Очередное обострение боёв на границе Афганистана и Пакистана не сильно отличается от того, что уже происходило ранее. Разве что стороны активнее используют авиацию: причём не только пакистанцы, но и талибы, которые умудряются наносить авиаудары по приграничным территориям противника (между прочим, ядерной державы). Всё происходящее начинает смахивать на историческую иронию: ведь именно Исламабад создал движение "Талибан" в далёком 1994 году, помог ему захватить Кабул в 1996-м, долгое время поддерживал. И вот теперь нарвался на последствиями.

Сработал старый и проверенный временем принцип мировой политики: никогда не заигрывайте с радикалами, экстремистами и фанатиками. В моменте вы может и выиграете, но в итоге стратегически проиграете. Так и случилось в итоге с Пакистаном, который ведёт бои с собственным порождением. Однако теперь талибы уже получили определённый международный статус: с ними выстраивают конструктивные отношения США, Китай, Россия и даже Индия, которая, по некоторым данным, вполне может использовать их в своих интересах против своего регионального соперника - Пакистана.

Самое интересное, что вести дела с экстремистами (а те же талибы используют в своей внутренней политике жестокие средневековые принципы) почему-то считается здравым политическим цинизмом. Хотя на самом деле - это проявление близорукой наивности. На это уже напарывались Соединённые Штаты, поддерживавшие Усаму бин Ладена в ходе войны СССР в Афганистане. С этим неизбежно столкнутся европейские страны, вложившиеся в поддержку нынешнего режима на Украине. Пакистан же прямо сейчас получает своё, заслуженное годами пестования движения "Талибан".

В какую сторону сейчас качнётся ситуация - сказать сложно. Потому что бои на афгано-пакистанской границе (кстати, талибы её не признают и открыто претендуют на часть пакистанской территории) носят пока всё же характер средней интенсивности. Но свой фронтир напряжённости на северо-западных границах Пакистан получил надолго. И он будет отвлекать силы и ресурсы Исламабада, ослаблять его возможности для проведения внешней политики. Как говорится, Беназир Бхутто передаёт пламенный привет из 1990-х своим преемникам.

Стрим завершён.

Поговорим о судьбе Telegram сегодня в 19.00 мск. Смотрите наш стрим на ютуб-канале "Филипповский, 13".

Вероломство во внешней политике становится фирменной чертой администрации Трампа. Соединённые Штаты сделали всё как под копирку: начали переговоры с Ираном и прямо в ходе дипломатического процесса вновь нанесли удар по нему. При этом ещё вчера президент США сделал заявление о том, что ещё не определился с решением. В общем, как мы и предсказывали, попытка урегулировать американо-иранские отношения была камуфляжем, который прикрывал подготовку к нападению.

В связи с этим Москве стоит серьёзно задуматься, насколько Вашингтон является приемлемым партнёром для переговоров по Украине. Потому что любые договорённости могут быть нарушены или пересмотрены моментально. Иранский пример уже дважды - в июне прошлого года и в феврале нынешнего - убедительно показал, что доверять администрации Трампа могут только наивные в политическом плане люди.

Сейчас ещё рано судить о том, к каким результатом приведёт развязанная Дональдом Трампом (стремящимся к Нобелевской премии мира) очередная война. Понятно, что в военном отношении Соединённые Штаты превосходят Иран и смогут нанести его вооружённым силам и экономике значительный ущерб. Однако чувствительность к потерям у Вашингтона и Тегерана разная.

Если Ирану удастся выстоять несколько недель, в политическом плане удержать ситуацию в стране под контролем властей и нанести ряд чувствительных ударов по американским вооружённым силам, то администрация Трампа свернёт операцию (разумеется, объявив себя победителем). При этом любой значимый успех Ирана станет приговором для республиканцев на промежуточных выборах в Конгресс США. Трамп рискует, но оправданность этого риска неочевидна.

Но зачем тогда ему вообще эта война? Одна из причин заключается в том, что Дональд Трамп пока ничего не может предъявить в качестве успеха своей политики. В самом деле, не считать же таковым кражу венесуэльского президента Николаса Мадуро. С тарифами не получилось - в оппозицию встал Верховный суд, в миграционной политикой - тоже, поскольку инициативы президента США блокируются на уровне штатов. Остаётся война, но она - вещь коварная. Но Трамп надеется, что именно американская военная мощь компенсирует его политические неудачи на других направлениях.

***
Больше аналитики и новостей международных отношений - на нашем закрытом канале.

Интересно, как отразится агрессия США против Ирана на "духе Анкориджа"? Прихлопнет его, или же он всё же сумеет как-то выжить?

О неизбежности американского удара по Ирану мы говорили уже давно. Сегодня на нашем ютуб-канале выйдет новый выпуск о развитии ситуации на Ближнем Востоке. А вот как нынешняя ситуация виделась месяц назад.

Пока происходящее на Ближнем Востоке напоминает пристрелку: ни Соединённые Штаты, ни Иран не наносят массированных ударов, а работают точечно и выжидают. Как Вашингтон, так и Тегеран понимают, что нынешняя война отличается от двенадцатидневного ирано-израильского конфликта образца июня прошлого года. Она рассчитана на недели, а может и на месяцы. Конечная цель - свержение иранских властей и, если получится, содействие приходу к власти в Иране проамериканского правительства.

Для США такое развитие событий стало бы грандиозным успехом. Для России - геополитической катастрофой и лавинообразным ростом угроз безопасности на южном направлении - Каспий, Кавказ, Центральная Азия, Поволжье. Китай окажется в колоссальном экономическом проигрыше и вынужден будет закрыть или существенно изменить свой главный евразийский геоэкономический проект - "Один пояс - один путь".

Для КНР крах Ирана вообще означает шаг в сторону её превращения в региональную державу. Именно поэтому вероятность того, что Тегеран позволят разгромить кажется всё же не очень большой. Наилучшим сценарием развития событий для Москвы и Пекина является оказание Ирану военно-технической помощи и предоставления ему разведданных, позволяющих эффективно наносить ущерб Соединённым Штатам. Или, если формулировать другими словами, ведение прокси-войны с США через Иран.

В этом контексте сразу же возникает вопрос с "духом Анкориджа": не повредит ли ему поддержка Тегерана со стороны Москвы? Однако же администрации Трампа ничто не мешает продавать оружие своим европейским союзникам для его дальнейшей передаче Украине. И одновременно с этим передавать украинским военным информацию для поражения целей на территории России. Почему российская сторона не должна поступать таким же образом?

Тем не менее, любые выводы о характере нынешней войны против Ирана пока преждевременны. Положение дел станет более понятным через двое-трое суток. Понятно, что обладая превосходящей военной мощью, США и Израиль смогу нанести Тегерану серьёзный военный и экономический ущерб. Вопрос только в том, окажется ли он достаточным для того, чтобы принудить Иран к капитуляции? Но самый главный аспект происходящего - это внутриполитическая устойчивость Исламской Республики.

В декабре прошлого года в Иране проходили массовые протесты, которые были в итоге подавлены властями. Незадолго до американского нападения также проишли студенческие волнения. Как в итоге отреагирует иранское общество на американо-израильскую агрессию? Начнётся ли новая волна беспорядков, перерастёт ли она в попытку свергнуть существующий политический режим? Или же наоборот, внешнее нападение приведёт к росту поддержки властей? Всё сейчас в Иране зависит именно от внутриполитической устойчивости государства.

***
Больше аналитики и новостей международных отношений - в оперативных аудиоподкастах на нашем закрытом канале.

Война США и Израиля против Ирана показала, что никакой ближневосточной Швейцарии из арабских монархий Персидского Залива не получилось: Объединённые Арабские Эмираты, Катар, Кувейт, Бахрейн и Саудовская Аравия оказались в зоне военного конфликта. Если боевые действия не закончатся в ближайшее время, вполне возможно и бегство капиталов из богатых арабских петрократий.

Дополнительным ударом для них может стать длительное перекрытие Ормузского пролива, которое лишит "заливные" монархии возможности экспортировать нефть. Вообще же вид Дубая с его небоскрёбами, поражаемыми ракетами и дронами, говорит об одном: в мире практически не осталось безопасных мест. И пока в мировой политике не будут сформированы новые правила игры, её будет лихорадить.

В этом контексте полезно вспомнить опыт Ливана, которого в своё время тоже называли "ближневосточной Швейцарией". Бывшая французская колония унаследовала от колонизаторов банковскую систему, сохраняла ровные отношения с ведущими мировыми и региональными державами и позиционировала себя как стабильное нейтральное государство. Бейрут ещё называли ближневосточным Парижем.

Но потом пришёл 1975 год и началась кровавая гражданская война, в ходе которой было всё, включая израильскую интервенцию, появление на сцене проиранской "Хезболлы", американских войск и много чего ещё. Из этого страшного хаоса Ливан выполз только в 1990 году и разумеется без статуса "ближневосточной Швейцарии". Наоборот, стал пользоваться репутацией страны, на территории которой постоянно происходят вооружённые конфликты. Возможно, в недалёком будущем подобная судьба ждёт и арабские "тихие гавани" в районе Персидского Залива.

Сразу три случая ложных переговоров с дальнейшей попыткой ликвидации высших политических руководителей государств, с которыми США вели диалог - это много. Сначала июньское нападение на Иран в середине переговорного процесса и уничтожение части его военного и политического руководства. Затем точно такая же ситуация с венесуэльским лидером Николасом Мадуро (с той лишь разницей, что его не убили, а пленили). Наконец, повторное нападение на Иран, снова параллельно с переговорами, и убийство аятоллы Хаменеи.

Серьёзный повод задуматься для высшего политического руководства России, в отношении которого, одновременно с переговорами по Украине и в чётком соответствии с "духом Анкориджа", Соединённые Штаты вместе с союзниками могут вести подготовку к обезглавливающему удару. Потому что понимание аляскинских договорённостей у России и США разное: одни в этом видят дипломатическую попытку вывести Америку за пределы украинского уравнения, а другие - шанс обмануть Кремль и осуществить внезапное нападение с ликвидацией фигур, отвечающих за политическое управление.

Разумеется, не напрямую. У противной стороны для этого есть прекрасный инструмент в виде украинского политического режима, с которым Москва зачем-то ведёт переговоры (вместо того, чтобы физически перебить его руководителей). Поэтому на фоне переговоров ей вполне могут готовить сюрприз, или вернее surprise attack. Причём работать будут те же самые исполнители, которые были задействованы против Ирана. Косвенным подтверждением этому является практически идентичный почерк атак на российскую стратегическую авиацию и иранское ПВО в прошлом году.

Интересно, будут ли сделаны выводы? Или всё на переговорном треке с американскими партнёрами продолжится как ни в чём не бывало. Однако же ровно до того момента, пока в темечко не клюнет жареный петух. В то время как Москва упорно не желает вести огонь по штабам (даже в случае, когда речь идёт о лидерах режима, который она сама же называет неонацистским), Вашингтон только и делает, что их атакует. Причём необходимо чётко понимать, что для администрации Трампа российское политическое руководство является ровно таким же штабом как и иранское (а вовсе не "уважаемыми партнёрами").

Конечно, можно питать себя иллюзией, что политическое руководство ядерной супердержавы никто не посмеет тронуть. Это опасный самообман: при должной подготовке и под чужим флагом очень даже смогут. Потому что правил в мировой политике больше нет, а стремящиеся восстановить однополярный мир Соединённые Штаты готовы поднимать ставки и играть на грани фола. Вопрос, готова ли к этому Россия, остаётся открытым. В ближайшее время увидим.

Ссылаться на иранскую помощь противникам СССР в Афганистане и на этой основе делать вывод о том, что Иран и Россия не могут быть союзниками, как это делает уважаемый Андрей Медведев, как минимум странно. Потому что Китайская Народная Республика, например, в 1980-е годы тоже помогала афганской оппозиции и объёмы китайской помощи были побольше иранской. Теперь Китай - стратегический партнёр России и Иран тоже. Несколько десятилетий назад всё было по-другому и это является абсолютной нормой в мировой политике, где любой стране нужно опираться исключительно на собственные интересы.

В чём же заключаются интересы России в Иране? Во-первых, недопустить прихода к власти в Тегеране проамериканского режима, что создаст для неё запредельные угрозы безопасности на южном направлении. Во-вторых, недопустить хаотизации Ирана и появления зоны нестабильности на его территории, которая "засосёт" Закавказье и Центральную Азию, а затем может превратиться в серьёзную проблему для Москвы.

В-третьих, постараться руками Ирана нанести как можно больший урон Соединённым Штатам в ответ на их прокси-войну на территории Украины против России. В-четвёртых, постараться сохранить геоэкономический коридор "Север - Юг", который поражение Тегерана ставит под вопрос. Всё это требует отношения к Ирану в нынешней ситуации как к партнёру и союзнику, а не как к какому-то государству, у которого в прошлом с Россией были проблемы.

Исторически у нашей страны с кем только проблем не было. Иран тоже при желании может вспомнить, что Российская империя вместе с Великобританией в 1907 году делили его как колонию на сферы влияния по Петербургскому договору. Ровно так же точно как Москва имеет право пенять на проиранскую пропаганду в мусульманских республиках СССР и поддержку тех же душманов. Много чего ещё можно вспомнить. Однако мы живём здесь и сейчас и в нынешних геополитических условиях Иран - это российский союзник, а его поражение - удар по интересам России.

Прошло двое суток с момента нападения США и Израиля на Иран. Даже промежуточные выводы делать пока рано, однако кое-что довольно очевидно. Во-первых, с первых ударов американцам удалось ликвидировать часть высшего иранского политического и военного руководства, но эта акция не привела к дезорганизации управления страной. Равно как не сказалась и на управлении вооружёнными силами Ирана. Видимо, в Тегеране сделали выводы из событий июня прошлого года, когда иранские военные пришли в себя только на третий день конфликта.

Во-вторых, американская ставка на массовые беспорядки и восстание против правительства в Иране как минимум пока не сработала. Скорее можно наблюдать консолидацию иранского общества на фоне внешней агрессии. Посмотрим, что будет, если американо-израильская военная кампания продлится ещё несколько недель, но пока дела обстоят именно так.

В-третьих, Соединённые Штаты и Израиль ничем с начала войны удивить не смогли: они действуют именно так как и предполагалось. Ставка на мощный первоначальный удар, обезглавливающий руководство Ирана, попытки спровоцировать дестабилизацию в иранском обществе, проведение информационных операций. А вот Иран действует иначе, сменив свою военную стратегию и поставив во главу угла нанесение максимального ущерба американской военной и логистической инфраструктуре в регионе Персидского Залива.

Кстати говоря, этого от него не ожидали. При этом пока Иран действует умеренно, не перекрывает полностью Ормузский пролив (через который идёт пятая часть мирового экспорта нефти) и не уничтожает нефтегазовую инфраструктуру Саудовской Аравии, Катара, Кувейта и Объединённых Арабских Эмиратов (хотя может это сделать). Вообще, все стороны конфликта пока не раскрывают карты полностью и не действуют на пределе своих возможностей. Поэтому приличные возможности для эскалации по-прежнему сохраняются.

Разумеется, Иран не сможет нанести военное поражение Соединённым Штатам. Но даже окончание конфликта с ничейным результатом - сохранение нынешних иранских властей и неспособность США принудить Тегеран к капитуляции - станет фактически победой Ирана. Такое развитие событий станет серьёзной политической проблемой для администрации Трампа, которая под надуманным предлогом развязала эту войну. Впрочем, сейчас ещё ничего не ясно и Америка сохраняет шансы на успешное окончание конфликта на Ближнем Востоке.

Можно предположить три возможных сценария его окончания и течения. Первый, наиболее благоприятный для автора войны, Дональда Трампа - это сдача Ираном своих позиций и заключение Тегераном сделки на условиях отказа от ядерной и ракетной программ. Пока признаков этого нет. Второй - декларируемая победа, когда США и Израиль прекратят боевые действия и объявят о существенном сокращении военного потенциала Ирана и достижении всех поставленных целей. Тегеран при этом тоже объявит себя победителем и получится ничья, похожая на июнь 2025 года.

Третий вариант - это затягивание войны и её превращение в прокси-конфликт между Китаем и Россией, с одной стороны, и США с другой. Как будут развиваться события в данном случае - предположить сложно. Вполне вероятно, что эта война может перерасти в что-то куда более масштабное, чем происходящее на Украине. И при стечении некоторых обстоятельств привести к применению ядерного оружия. Впрочем, пока ситуация в развитии и делать далекоидущие выводы не следует.

Стивен Уиткофф, американский представитель на переговорах с Москвой по Украине, а также бывший главный переговорщик США по Ирану, признался, что начиная со второго раунда переговоров ему стало понятно, что сделки с Тегераном не получится. Тем не менее, Соединённые Штаты продолжили их с единственной целью - обмануть иранское руководство и нанести обезглавливающий удар по нему с максимальной степенью внезапности. Таким образом, начиная с середины переговорного процесса планировался вероломный ход.

Абсолютно то же самое происходит на переговорах между представителями России, США и Украины. Администрация Трампа ведёт переговоры с Москвой, преследуя единственную цель - добиться удобного момента для нападения. Причём в отличие от Ирана в случае с Россией будет использоваться "чужой флаг", то есть Киев, который в российско-американском противостоянии играет роль геополитического расходника.

Можно допустить, что в какой-то момент "дух Анкориджа" добъётся своего, Зеленского с его негибкой позицией тем или иным способом отстранят от власти, а его место займёт, например, Кирилл Буданов, организовавший в России не целый ряд диверсий и терактов. Такая фигура исполнит абсолютно все американские требования без оглядки на любые последствия для Украины и себя лично. И вот что примерно произойдёт.

Киев согласится вывести войска с Донбасса в обмен на перемирие. Однако украинский режим останется по итогам мирного соглашения под полным контролем Соединённых Штатов, которые в нарушение любых официальных или джентельменских договорённостей продолжат его вооружать и готовить в большой войне с Россией. Никакие меры контроля, о которых договорятся Москва и Вашингтон, не сработают. Они даже не будут выполняться.

Причём планирование нападения на Россию после окончания нынешней войны - это дело не отдалённой перспективы. Его горизонт - два-три года после прекращения боевых действий. После чего произойдёт попытка атаки и устранения высшего политического руководства нашей страны, одновременно с серией террористических акций для дезорганизации управления. То есть случится что-то похожее на Иран образца 2025 года.

Сценарий вполне возможный, вероятность которого после заключения сделки с США по Украине с сохранением нынешних властей в Киеве - выше среднего. Администрация Трампа возвела в принцип своей внешней политики обман и какие-либо договорённости с ней по любым вопроса не имеют какого-либо практического смысла. В середине дипломатической беседы тебя внезапно попытаются убить. А если не получится, то улыбнутся и попробуют провернуть ту же комбинацию ещё раз.