«Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

Всех вас, дорогие отцы, братья и сестры, сердечно поздравляю с воскресным днем и с памятью святых первоверховных апостолов Петра и Павла — с престольным праздником нашего монастыря!
Мы называем эту двоицу первоверховными апостолами. Но это наименование, в известной мере, условное, потому что все ученики Христовы, видевшие Господа своими собственными глазами и следовавшие за Ним, впоследствии много потрудились в подвиге проповеди Евангелия по всему миру.

Вспомним эпизод из Евангелия, когда апостолы как бы соревновались друг перед другом: кто из них будет главнее, когда наступит Царство Мессии? Ведь Христос постоянно говорил, что приблизилось Царство Божие, которое не от мира сего. Ученики слышали эти слова и понимали их вполне практически: раз мир, в котором они живут, таков, а Спаситель говорит, что они от мира сего отходят, значит, уготован им иной мир, более прекрасный, более справедливый, где никто ни в чем не будет нуждаться, где не будет ни горя, ни бед. Некое идеальное человеческое общество. Соответственно, если Христос будет Главой этого общества, то Ему понадобятся ближайшие помощники в управлении этим обществом, соратники. Апостолы именно так себя и мыслили. Но, видя, что современное им общество устроено строго иерархически — есть римский император, есть иудейский царь, есть синедрион, духовенство, — они, естественно, полагали, что и в Царстве Божием все будет устроено подобным образом. А значит, кто-то окажется важнее, кто-то — менее важен, кто-то будет ближе к Главе Царства, кто-то — дальше. И они действительно соревновались, напрямую спрашивали Христа: разреши нам сесть одесную и ошуюю Тебя. Подобные намерения мы видим и в других местах Евангелия (Лк. 22:24-27; Мф. 20:20-28; Мк. 10:35-45; Ин. 18:36).

Но Господь отвечает на это все: «Не знаете, чего просите. Можете ли пить чашу, которую Я пью?» (Мф. 20:22) — вопрос, оставленный без прямого ответа, но ответ подразумевается: конечно же, нет. Никто из людей, даже самый святой человек, не смог бы совершить тот подвиг и исполнить ту миссию, которые совершил и исполнил Христос. Если бы это было возможно, это произошло бы уже давно, почти сразу после первородного греха, ведь праведников было немало — были и великие пророки. Но то великое действие, труд в абсолютной степени, который совершил Христос, мог осуществить только Сын Божий — безгрешный, ни в чем не нуждающийся, вечный. Собственно, только Сам Бог мог это совершить, соединившись с плотью, с человеческим естеством всецело и совершенно.

И апостолы поняли это лишь потом — после страданий Христа, после Его Воскресения, после того, как на них сошел Святой Дух в день Пятидесятницы. Когда это произошло, тогда они не только постигли умом и сердцем, всем своим существом, но и понесли в мир эту главную весть: спасение пришло «не от человеков, а от Бога». Чтобы люди стали, как «боги» — конечно, не по естеству, но по благодати. Конечно, человек никогда не станет Богом, а вот достоинство Божие нам, дорогие мои, получить возможно, и даже нужно: мы — сыны и дочери Божии. И если эта богоустановленная модель жизни не будет главенствовать, то никакая философия, никакие человеком установленные правила бытия не выполнят эту миссию — не приблизят человека к Богу.