Вместо ИИ-генерации – детские каракули
Журналисты по всему миру отмечают: тренд на наивный дизайн захватывает книжные обложки. Теперь многие из них выглядят так, будто попали в руки пятилетке – расчёрканы карандашами и населены странными существами с детских рисунков. Эту тенденцию объясняют тем, что в тяжёлые времена люди ищут что-то простое. Они перегружены информацией и стрессом от новостей, поэтому сложный, детализированный дизайн становится невостребованным. К тому же, с развитием искусственного интеллекта сгенерировать глубоко проработанное изображение стало очень легко. А вот за каракулями видна рука человека.
А вам нравятся «наивные обложки»?
❤️ Да
🤔 Нет
Журналисты по всему миру отмечают: тренд на наивный дизайн захватывает книжные обложки. Теперь многие из них выглядят так, будто попали в руки пятилетке – расчёрканы карандашами и населены странными существами с детских рисунков. Эту тенденцию объясняют тем, что в тяжёлые времена люди ищут что-то простое. Они перегружены информацией и стрессом от новостей, поэтому сложный, детализированный дизайн становится невостребованным. К тому же, с развитием искусственного интеллекта сгенерировать глубоко проработанное изображение стало очень легко. А вот за каракулями видна рука человека.
А вам нравятся «наивные обложки»?
❤️ Да
🤔 Нет
❤12🤔2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
«Дегустация» Ксении Буржской: просто будь собой!
В Яндекс Книгах новый хит: буквально вчера тут вышли два первых эпизода нового научно-фантастического романа-сериала Ксении Буржской «Дегустация», озвученного Артуром Ивановым, Ильей Малаковым и Полиной Кутеповой. За первые сутки его уже прочитали/прослушали 3,5 тысячи человек. Мнения полярные: от«захватывает, жду продолжения» до «бессмыслица, зачем такое вообще писать?!» Какое «такое»? Простой, казалось бы, вопрос, только ответить на него сложно. Как и пересказать, пусть и в общих чертах, содержание хотя бы первых двух серий-глав. Но если все же попытаться, то получится примерно следующее.
Глеб, не самый счастливый муж, отец и писатель средних лет едет на книжную ярмарку в Париж. Износив все, простите за бытовую подробность, носки, он отправляется в прачечную самообслуживания. Когда стирка заканчивается, выясняется, что никакой он уже не писатель, а эмигрант, который держит в Париже маленький русский книжный магазин. В один прекрасный день на его пороге появляется чудаковатый незнакомец, разыскивающий роман, написанный… Глебом. Но книгопродавец-эмигрант в жизни не писал ничего, кроме отчетов в налоговую. А может, стоит попробовать? Сюжет рождается сам собой: московский повар Егор попадает на странную дегустацию, после которой оказывается в чужом теле и начинает жить чужую жизнь.
А еще – о самой сути литературной работы. Недаром писателей, пусть и в шутку, сравнивают подчас с грабителями, которые «воруют» у реальности темы, идеи, сюжеты, персонажей, а потому могут за одну жизнь примерить десятки чужих. Делает ли это их счастливее? Судя по «Дегустации» - не так чтобы очень. Писательство – дело одинокое. И чужие маски не могут и не должны от него защищать. Спасаться надо как-то иначе…
Не так давно на русский язык был переведен южно-корейский медово-сахарный роман Ким Чжи Юн «Прачечная, стирающая печали». В нем, благодаря крутящемуся барабану волшебной машины, люди находят решения всех своих проблем. У Ксении Буржской череда таинственных метаморфоз, связанных с поиском своего «я», тоже начинается в прачечной. Только вот ни меда, ни сахара автор не обещает. В здешнем «дегустационном меню» совсем другие блюда.
Кстати, по мнению физика и популяризатора науки Дмитрия Побединского, «Дегустация» не такой уж и фантастический роман. Согласно квантовой теории, альтернативные реальности гипотетически возможны. Другими словами, в этой ветке реальности вы читаете этот текст, а в другой, вполне возможно, пишете его. Главное – оставайтесь при этом собой!😉
Следующие эпизоды сериала будут опубликованы 31 марта. А 2 апреля в издательстве «Альпина Проза» выйдет бумажная версия романа.
В Яндекс Книгах новый хит: буквально вчера тут вышли два первых эпизода нового научно-фантастического романа-сериала Ксении Буржской «Дегустация», озвученного Артуром Ивановым, Ильей Малаковым и Полиной Кутеповой. За первые сутки его уже прочитали/прослушали 3,5 тысячи человек. Мнения полярные: от
Глеб, не самый счастливый муж, отец и писатель средних лет едет на книжную ярмарку в Париж. Износив все, простите за бытовую подробность, носки, он отправляется в прачечную самообслуживания. Когда стирка заканчивается, выясняется, что никакой он уже не писатель, а эмигрант, который держит в Париже маленький русский книжный магазин. В один прекрасный день на его пороге появляется чудаковатый незнакомец, разыскивающий роман, написанный… Глебом. Но книгопродавец-эмигрант в жизни не писал ничего, кроме отчетов в налоговую. А может, стоит попробовать? Сюжет рождается сам собой: московский повар Егор попадает на странную дегустацию, после которой оказывается в чужом теле и начинает жить чужую жизнь.
Как и любой мой текст, эта история о памяти, о времени и о поиске себя.
Ксения Буржская
А еще – о самой сути литературной работы. Недаром писателей, пусть и в шутку, сравнивают подчас с грабителями, которые «воруют» у реальности темы, идеи, сюжеты, персонажей, а потому могут за одну жизнь примерить десятки чужих. Делает ли это их счастливее? Судя по «Дегустации» - не так чтобы очень. Писательство – дело одинокое. И чужие маски не могут и не должны от него защищать. Спасаться надо как-то иначе…
Не так давно на русский язык был переведен южно-корейский медово-сахарный роман Ким Чжи Юн «Прачечная, стирающая печали». В нем, благодаря крутящемуся барабану волшебной машины, люди находят решения всех своих проблем. У Ксении Буржской череда таинственных метаморфоз, связанных с поиском своего «я», тоже начинается в прачечной. Только вот ни меда, ни сахара автор не обещает. В здешнем «дегустационном меню» совсем другие блюда.
Кстати, по мнению физика и популяризатора науки Дмитрия Побединского, «Дегустация» не такой уж и фантастический роман. Согласно квантовой теории, альтернативные реальности гипотетически возможны. Другими словами, в этой ветке реальности вы читаете этот текст, а в другой, вполне возможно, пишете его. Главное – оставайтесь при этом собой!😉
Следующие эпизоды сериала будут опубликованы 31 марта. А 2 апреля в издательстве «Альпина Проза» выйдет бумажная версия романа.
🔥4😍3❤2
Книги, подобранные со вкусом: ужинаем с писателями
Литературные ужины – формат, набирающий популярность. И не удивительно, ведь здесь соединяются два вида удовольствия: чтение и еда. На таких мероприятиях гости погружаются в атмосферу произведения, пробуя те блюда, которые ели герои.
Существует несколько разновидностей подобных ужинов.
В Санкт-Петербурге проект «Истории за столом» проводит лекции, которые сопровождаются специальным меню. Похожие вечера в Москве организует «Гедонистика».
А вот в Кыргызстане книжный клуб «Бишкек читает» обходится без лекторов: каждый месяц участники выбирают автора из определенной страны и пробуют ее национальную кухню.
В Нью-Йорке, где подобные события проводят уже давно, пользуются популярностью ежемесячные мероприятия Tables of Contents – поэты, прозаики и публицисты выступают на ужине, где каждое блюдо связано с их текстом.
Признайтесь, захотелось побывать? Даже если в вашем городе нет подобных вечеров, их не так уж трудно организовать самим. Например, купите печенье «Мадлен» и выпейте с друзьями чаю, обсуждая Пруста. Или вспомните с ними о приключениях Манюни, пока запекается яблочный пирог.
❤️, если уже пошли искать блюда из любимой книги. Приятного аппетита!
Литературные ужины – формат, набирающий популярность. И не удивительно, ведь здесь соединяются два вида удовольствия: чтение и еда. На таких мероприятиях гости погружаются в атмосферу произведения, пробуя те блюда, которые ели герои.
Существует несколько разновидностей подобных ужинов.
В Санкт-Петербурге проект «Истории за столом» проводит лекции, которые сопровождаются специальным меню. Похожие вечера в Москве организует «Гедонистика».
А вот в Кыргызстане книжный клуб «Бишкек читает» обходится без лекторов: каждый месяц участники выбирают автора из определенной страны и пробуют ее национальную кухню.
В Нью-Йорке, где подобные события проводят уже давно, пользуются популярностью ежемесячные мероприятия Tables of Contents – поэты, прозаики и публицисты выступают на ужине, где каждое блюдо связано с их текстом.
Признайтесь, захотелось побывать? Даже если в вашем городе нет подобных вечеров, их не так уж трудно организовать самим. Например, купите печенье «Мадлен» и выпейте с друзьями чаю, обсуждая Пруста. Или вспомните с ними о приключениях Манюни, пока запекается яблочный пирог.
❤️, если уже пошли искать блюда из любимой книги. Приятного аппетита!
🔥5👍3❤2
Лейла Александер-Гарретт. «Юрий Любимов: путь к «Мастеру». Альпина нон-фикшн, 2026
6 апреля 1977 года в Москве было прохладно: ночью температура опустилась ниже 0 °C. А в Театре на Таганке и в его окрестностях стояла настоящая жара: здесь давали премьеру Юрия Любимова – первую в истории инсценировку романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Москва гудела не меньше чем в те дни, когда Воланд со свитой заявился в Первопрестольную!
Однако книга эта, увидевшая свет аккурат накануне Международного дня театра, - не о московском спектакле, который не сходил со сцены без малого полвека, оставаясь «визитной карточкой» Таганки. Точнее – не только о нем. Она – о его «близнеце», одноименном спектакле, который Любимов поставил в 1988 году в Королевском драматическом театре «Драматен» в Стокгольме. А еще вернее – о его создателе: балагуре, хулигане, деспоте и большом художнике, подарившем свое имя целой театральной эпохе второй половины XX века.
Лейла Александер-Гарретт состояла при Любимове переводчицей, помогая ему в работе со шведской труппой. А попутно вела дневник, который и стал основой книги. Дневник не так чтобы комплиментарный, у тех, кто знал режиссера и считал его учителем вызвал если не гнев, то чувство досады. И правда, меньше всего его главный герой походит на безукоризненного джентльмена. Однако, во-первых, это субъективный взгляд автора, на который он, безусловно, имеет право. Во-вторых, герой этих воспоминаний в защите вряд ли нуждается. В-третьих, куда важнее личных качеств Любимова – его талант, которым он с блеском распоряжался и который мемуаристка не принижает, но беспрестанно подчеркивает.
Книгу «Юрий Любимов: путь к «Мастеру» не стоит читать как обличение. Она – живой и эмоциональный (пусть и не без легкого женского кокетства, намекающего на собственную причастность к чуду) рассказ о волшебнике, умевшем творить театральную магию, немеркнущую и неповторимую. О чародее, полагавшем, что цель оправдывает средства. О том, кто вряд ли умышленно хотел зла, но точно знал, как совершить благо.
#КнигаДня
6 апреля 1977 года в Москве было прохладно: ночью температура опустилась ниже 0 °C. А в Театре на Таганке и в его окрестностях стояла настоящая жара: здесь давали премьеру Юрия Любимова – первую в истории инсценировку романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Москва гудела не меньше чем в те дни, когда Воланд со свитой заявился в Первопрестольную!
«По указанию режиссера спектакль ставили по тринадцать раз в месяц. Очередь за билетами, по словам Любимова, тянулась «чуть ли не на четыре остановки». За вожделенный билетик на «Сеанс черной магии на Таганке», как называлась статья в газете «Правда» за 29 мая 1977 года, можно было купить банку импортного растворимого кофе; французские духи, стоившие на черном рынке пятьдесят рублей», - пишет в своей книге «Юрий Любимов: путь к «Мастеру» Лейла Александер-Гарретт.
Однако книга эта, увидевшая свет аккурат накануне Международного дня театра, - не о московском спектакле, который не сходил со сцены без малого полвека, оставаясь «визитной карточкой» Таганки. Точнее – не только о нем. Она – о его «близнеце», одноименном спектакле, который Любимов поставил в 1988 году в Королевском драматическом театре «Драматен» в Стокгольме. А еще вернее – о его создателе: балагуре, хулигане, деспоте и большом художнике, подарившем свое имя целой театральной эпохе второй половины XX века.
Лейла Александер-Гарретт состояла при Любимове переводчицей, помогая ему в работе со шведской труппой. А попутно вела дневник, который и стал основой книги. Дневник не так чтобы комплиментарный, у тех, кто знал режиссера и считал его учителем вызвал если не гнев, то чувство досады. И правда, меньше всего его главный герой походит на безукоризненного джентльмена. Однако, во-первых, это субъективный взгляд автора, на который он, безусловно, имеет право. Во-вторых, герой этих воспоминаний в защите вряд ли нуждается. В-третьих, куда важнее личных качеств Любимова – его талант, которым он с блеском распоряжался и который мемуаристка не принижает, но беспрестанно подчеркивает.
Книгу «Юрий Любимов: путь к «Мастеру» не стоит читать как обличение. Она – живой и эмоциональный (пусть и не без легкого женского кокетства, намекающего на собственную причастность к чуду) рассказ о волшебнике, умевшем творить театральную магию, немеркнущую и неповторимую. О чародее, полагавшем, что цель оправдывает средства. О том, кто вряд ли умышленно хотел зла, но точно знал, как совершить благо.
#КнигаДня
🔥4❤3❤🔥2
Аркадий Аверченко: учимся смеяться надо всем
Современники называли Аркадия Аверченко «королем смеха». Его популярность была феноменальной: сатирика любили революционеры и император, читали мещане, богема и высший свет. К тому же, у него было свое «королевство» – самый популярный юмористический журнал того времени — «Сатирикон»(позже «Новый Сатирикон») . Аверченко умел писать смешно обо всем: от бытовых неурядиц и детских забав до острых политических событий. Кажется, сейчас самое время взять мастер-класс у писателя и развить этот навык, обратившись к цитатам из его рассказов.
🔥 Про привычку к чтению
🔥 Про предназначение
🔥 Про ценность живого общения
🔥 Про главное препятствие
🔥 Про болезнь всех артистов
🔥 Про наш потенциал
Делитесь этим постом с теми, кому нужна щепотка фирменного юмора Аверченко.
Современники называли Аркадия Аверченко «королем смеха». Его популярность была феноменальной: сатирика любили революционеры и император, читали мещане, богема и высший свет. К тому же, у него было свое «королевство» – самый популярный юмористический журнал того времени — «Сатирикон»
🔥 Про привычку к чтению
Ресторанная жизнь, — заметил повеселевший Клинков, — приучает человека к чтению. Сколько приходится читать: сначала вывеску, потом меню, потом — счет...
🔥 Про предназначение
Увы! Желуди одинаковые, но когда вырастут из них молодые дубки — из одного дубка сделают кафедру для ученого, другой идет на рамку для портрета любимой девушки, а из третьего дубка смастерят такую виселицу, что любо-дорого…
🔥 Про ценность живого общения
Личный разговор лицом к лицу — это письмо, которое можно растягивать на десятки страниц; а разговор по телефону — телеграмма, которую посылают в случае крайней необходимости, экономя каждое слово.
🔥 Про главное препятствие
Вечером можно было строить какие угодно мудрые, увлекательные планы, а утром — владычествовал один тупой, бессмысленный стимул: спать!
🔥 Про болезнь всех артистов
Между корью и сценой существует огромное сходство: тем и других хоть раз в жизни нужно переболеть. Но между корью и сценой существует и огромная разница: в то время как корью переболеешь только раз в жизни — и конец, заболевание сценой делается хроническим, неизлечимым.
🔥 Про наш потенциал
Помните, что вы тоже можете совершать красивые исторические поступки, в особенности тогда, когда другого выхода нет.
Делитесь этим постом с теми, кому нужна щепотка фирменного юмора Аверченко.
👍6❤3🔥3
Не только Пушкин: «Какой может быть поэзия» в «Театральном проекте 27»
Представьте на мгновение, что вам – 16 лет. Вы пилите видосики в Тик-Токе, агритесь по любому поводу и больше всего цените чиловый вайб. Имба воплоти, одним словом. А потом вы идете в школу, где все учителя – сплошные токсики, и первая из них – училка литературы, которая, пусть и безуспешно, заставляет вас читать толстенные нудные романы проинопланетян лузеров, чьи проблемы и жизненные искания волнуют вас примерно так же, как прошлогодний снег. А эти бесконечные стихи про природу и погоду? Какой кринж!
Представили? Но подождите, это еще не все. Потому что однажды эта самая училка тащит вас в театр – на спектакль-лекцию «Какой может быть поэзия». И за что вам вот это все?! Мало этой дурацкой поэзии в школе? Но почему-то все же идете. А дальше начинается нечто малообъяснимое, чтобы не сказать – очевидно невероятное…
На сцене трое. Прикольный молодой кудрявый чел (позже вы узнаете и сначала, конечно, не поверите, что этот Егор Зайцев – не только артист и автор инсценировки, поэт и переводчик, но еще и настоящий учитель литературы, повезло же кому-то!), зануда библиотекарша (Дарья Ворохобко) и тормоз-разнорабочий (Валерий Степанов). Поначалу это и правда похоже на урок: молодой и кудрявый расспрашивает зал, как отличить стихотворение от прозы (рифма, ритм, запись «в столбик», эмоциональный отклик читателя), вроде бы приходит к промежуточному выводу, что «поэзия = Пушкин», а потом кирпичик за кирпичиком начинает рушить все эти, казалось бы, логичные умозаключения. Библиотекарша в шоке, разнорабочий в недоумении, зал в приподнятом интеллектуальном напряжении, с импровизированной сцены льются строки – академические, хулиганские, экспериментальные, намеренно лишенные смысла, из которых складывается своеобразный и весьма запутанный маршрут, который за 200 лет прошла русская поэзия. Имен много – от Пушкина и Тютчева – через Мандельштама и Крученых – до Сапгира, Пригова, Лукомникова и современных сетевых дарований.
Спектакль «Какой может быть поэзия» - первая постановка из цикла «Театр+школа: урок на сцене» - детища драматурга Антона Ткаченко и директора независимого, созданного специально для подростков «Театрального проекта 27» Наталии Сергеевской. Ученица Юрия Бутусова, молодой режиссер Анна Потебня придумала, как средствами театра поговорить с молодым, непокорным, полным сомнений и отрицаний зрителем о нашем восприятии реальности вообще и о поэзии как отражении изменчивого мира, в частности. Получилось странно, не всегда с первого раза понятно, невероятно иронично и точно не олдскульно – завораживает даже юных ценителей чилового вайба.
📷 Театральный проект 27
#Perspectum_В_Театре
Представьте на мгновение, что вам – 16 лет. Вы пилите видосики в Тик-Токе, агритесь по любому поводу и больше всего цените чиловый вайб. Имба воплоти, одним словом. А потом вы идете в школу, где все учителя – сплошные токсики, и первая из них – училка литературы, которая, пусть и безуспешно, заставляет вас читать толстенные нудные романы про
Представили? Но подождите, это еще не все. Потому что однажды эта самая училка тащит вас в театр – на спектакль-лекцию «Какой может быть поэзия». И за что вам вот это все?! Мало этой дурацкой поэзии в школе? Но почему-то все же идете. А дальше начинается нечто малообъяснимое, чтобы не сказать – очевидно невероятное…
На сцене трое. Прикольный молодой кудрявый чел (позже вы узнаете и сначала, конечно, не поверите, что этот Егор Зайцев – не только артист и автор инсценировки, поэт и переводчик, но еще и настоящий учитель литературы, повезло же кому-то!), зануда библиотекарша (Дарья Ворохобко) и тормоз-разнорабочий (Валерий Степанов). Поначалу это и правда похоже на урок: молодой и кудрявый расспрашивает зал, как отличить стихотворение от прозы (рифма, ритм, запись «в столбик», эмоциональный отклик читателя), вроде бы приходит к промежуточному выводу, что «поэзия = Пушкин», а потом кирпичик за кирпичиком начинает рушить все эти, казалось бы, логичные умозаключения. Библиотекарша в шоке, разнорабочий в недоумении, зал в приподнятом интеллектуальном напряжении, с импровизированной сцены льются строки – академические, хулиганские, экспериментальные, намеренно лишенные смысла, из которых складывается своеобразный и весьма запутанный маршрут, который за 200 лет прошла русская поэзия. Имен много – от Пушкина и Тютчева – через Мандельштама и Крученых – до Сапгира, Пригова, Лукомникова и современных сетевых дарований.
Спектакль «Какой может быть поэзия» - первая постановка из цикла «Театр+школа: урок на сцене» - детища драматурга Антона Ткаченко и директора независимого, созданного специально для подростков «Театрального проекта 27» Наталии Сергеевской. Ученица Юрия Бутусова, молодой режиссер Анна Потебня придумала, как средствами театра поговорить с молодым, непокорным, полным сомнений и отрицаний зрителем о нашем восприятии реальности вообще и о поэзии как отражении изменчивого мира, в частности. Получилось странно, не всегда с первого раза понятно, невероятно иронично и точно не олдскульно – завораживает даже юных ценителей чилового вайба.
📷 Театральный проект 27
#Perspectum_В_Театре
❤5🔥3👍1
Чукоккала – край смеха и творчества
Дом Корнея Чуковского всегда был полон гостей. Он признавался:
Поэты, художники, певцы и актёры заглядывали к Чуковскому на дачу в поселке Куоккала. Хозяин часто просил гостей оставить автограф в его тетрадке. Так появился альманах со множеством рисунков, стихотворений и даже критических статей.
Название придумал сосед Чуковского Илья Репин. Художник деятельно участвовал в создании альманаха и под первым же своим рисунком от 1914 года сделал подпись: «И. Репин. Чукоккала».
Кстати, рисунки и стихи оставляли в тетради совсем не те люди, которые специализировались на этих видах искусства. Чуковский в предисловии описывает альманах так:
Писатель составлял «Чукоккалу» больше полувека: с 1914 по 1969. При жизни Корнея Ивановича издать альманах не удалось – слишком уж много его участников считались в Советском Союзе нежелательными персонами. «Чукоккала» была опубликована только в 1979. Внучка литератора Е. Ц. Чуковская в своём «Мемуаре о „Чукоккале“» отмечает интересный факт:
Завтра писателю исполнится 144 года, а альманаху 47 лет. Самое время изучить это уникальное издание и почувствовать себя гостем дачных посиделок литератора.
Дом Корнея Чуковского всегда был полон гостей. Он признавался:
Я счастливый человек – ни у кого не было таких друзей, как у меня.
Поэты, художники, певцы и актёры заглядывали к Чуковскому на дачу в поселке Куоккала. Хозяин часто просил гостей оставить автограф в его тетрадке. Так появился альманах со множеством рисунков, стихотворений и даже критических статей.
Название придумал сосед Чуковского Илья Репин. Художник деятельно участвовал в создании альманаха и под первым же своим рисунком от 1914 года сделал подпись: «И. Репин. Чукоккала».
Кстати, рисунки и стихи оставляли в тетради совсем не те люди, которые специализировались на этих видах искусства. Чуковский в предисловии описывает альманах так:
Шаляпин здесь не поёт, а рисует, Собинов пишет стихи. Трагический лирик Блок пишет шутливую комедию. А песнопевец Михаил Исаковский предстает перед нами как мастер смешного бурлеска. Прозаик Куприн становится здесь стихотворцем.
Писатель составлял «Чукоккалу» больше полувека: с 1914 по 1969. При жизни Корнея Ивановича издать альманах не удалось – слишком уж много его участников считались в Советском Союзе нежелательными персонами. «Чукоккала» была опубликована только в 1979. Внучка литератора Е. Ц. Чуковская в своём «Мемуаре о „Чукоккале“» отмечает интересный факт:
«Чукоккала» вышла точно к 1 апреля, то есть ко дню рождения Чуковского.
Завтра писателю исполнится 144 года, а альманаху 47 лет. Самое время изучить это уникальное издание и почувствовать себя гостем дачных посиделок литератора.
❤9😁4🔥2