Дорога в нарисованный мир: 3 совета будущим иллюстраторам
Художники, которые становились героями номеров журнала «Перспектива», делятся опытом.
🇧🇾 Маня Кулак, Беларусь
🇪🇪 Такинада, Эстония
🇳🇴 Нора Брех, Норвегия
Отправляйте другу, который хочет иллюстрировать книги!
Художники, которые становились героями номеров журнала «Перспектива», делятся опытом.
🇧🇾 Маня Кулак, Беларусь
У меня было много моментов, когда я чем-то сильно-сильно вдохновлялась, увлекалась. Причем случайно, примерно как встретить кого-то. Увижу что-то — и это со мной навсегда. Думаю, такие моменты и создают в тебе художника. Когда ты находишь что-то свое, осознаешь, что ты это любишь, оно тебя вдохновляет. Ты не выбираешь потому, что это модно, или еще по какой-то причине. Это то, что откликается в твоем сердце яркой эмоцией. И все эти эмоции как бы накапливаются в тебе и диктуют твое видение как художника.
🇪🇪 Такинада, Эстония
Я думаю, что нужно обязательно влюбляться в книги, которые иллюстрируешь, тогда, возможно, удастся передать это отношение читателю-ребенку. Каждый влюбленный в книгу человек продлевает жизнь этой книги.
🇳🇴 Нора Брех, Норвегия
Многие книги, к которым я делала иллюстрации, были черно-белыми. Иногда ты должен вдохнуть в героя дополнительной жизни и движения, чтобы читатель смог увидел цвета там, где их нет. В этом есть смысл.
Отправляйте другу, который хочет иллюстрировать книги!
❤6🔥4👏4
Поздравляем вас с Днем святого Патрика!
Задаетесь вопросом, почему, ведь мы не ирландцы? Дело в том, что этот праздник — не только религиозный, но и в каком-то смысле литературный.
Вот несколько фактов, которые это объясняют.
🍀 До христианизации в Ирландии существовало огамическое письмо — насечки на камнях, которые использовали в основном для имён и коротких надписей. После миссии Святого Патрика в Ирландии постепенно закрепляется латинская письменность – и вместе с ней появляется возможность записывать длинные тексты.
🍀 Патрик не уничтожал местную культуру, а сосуществовал с ней. Уже в христианской Ирландии монахи начали записывать древние саги. Благодаря этому устные предания не исчезли, а дошли до нас.
🍀 Ирландские монастыри раннего Средневековья стали центрами учёности. Здесь создавались рукописи (например, Келлская книга) и сохранялись тексты античных авторов. Так Ирландия получила репутацию «острова святых и ученых».
🍀 Ирландская литература XX века — от Джеймса Джойса до Уильяма Батлера Йейтса — во многом работает с этим культурным наследием: сочетанием мифа, христианства и сложной национальной идентичности, корни которой уходят в эпоху Патрика.
Задаетесь вопросом, почему, ведь мы не ирландцы? Дело в том, что этот праздник — не только религиозный, но и в каком-то смысле литературный.
Вот несколько фактов, которые это объясняют.
🍀 До христианизации в Ирландии существовало огамическое письмо — насечки на камнях, которые использовали в основном для имён и коротких надписей. После миссии Святого Патрика в Ирландии постепенно закрепляется латинская письменность – и вместе с ней появляется возможность записывать длинные тексты.
🍀 Патрик не уничтожал местную культуру, а сосуществовал с ней. Уже в христианской Ирландии монахи начали записывать древние саги. Благодаря этому устные предания не исчезли, а дошли до нас.
🍀 Ирландские монастыри раннего Средневековья стали центрами учёности. Здесь создавались рукописи (например, Келлская книга) и сохранялись тексты античных авторов. Так Ирландия получила репутацию «острова святых и ученых».
🍀 Ирландская литература XX века — от Джеймса Джойса до Уильяма Батлера Йейтса — во многом работает с этим культурным наследием: сочетанием мифа, христианства и сложной национальной идентичности, корни которой уходят в эпоху Патрика.
👍7🔥3❤2
От благодарных потомков: 10 «книжных» памятников со всего света
Памятник писателям и поэтам – дело обычное: от благодарных потомков – инженерам человеческих душ, воспитателям целых поколений, даже после смерти продолжающим затрагивать самые потаенные струны нашего ума и сердца. Памятники литературным героям – явление более редкое, но тоже знакомое. А ведь бывают еще памятники книгам – одному из величайших изобретений земной цивилизации, благодаря которым человек, собственно, и стал человеком, но главное – продолжает им оставаться!
Куда нести цветы в знак признательности книге – показываем в нашей карусели.
Памятник Николаю Карамзину и его «Истории государства Российского»
Принято считать, что Николай Карамзин распахнул россиянам дверь в их собственное прошлое. Об этом напоминает величественная бронзовая композиция из семи томов «Истории государства Российского», свитка, символизирующего начало восьмого тома, и чернильницы с пером, установленная в 1911 году в подмосковной усадьбе Остафьево, где писатель работал над своим трудом.
Мемориал Амелии Валерио Вайнберг
В 1982 году Амелия Вайнберг завещала свое состояние Публичной библиотеке американского штата Цинциннати. Посвященный госпоже Вайнберг фонтан работы Майкла Фраска словно бы напоминает, что вся мудрость этого мира проистекает из книг. Скульптура сложена из 20 томов. На первый взгляд, они обтянуты кожей, на деле же выполнены из обожженной глины.
«Летопись России»
Ищите эту работу Зураба Церетели на центральной площади в северного Когалыма – перед зданием филиала столичного Малого театра. Размеры памятника поражают воображение: на пьедестале из красного гранита высится стопка книг высотой 8,2 метра.
«Памятник книге»
Бронзовая скульптура украшает территорию кампуса Университета Цинхуа в Пекине. Памятник был открыт в 2001-м году, в дни празднования 90-летия университета. Человеческое лицо, проступающее сквозь переплет, испещренный иероглифами и цифрами, символизирует рождение личности через книгу.
«Книга желаний»
Это не самостоятельный памятник, а фрагмент Монумента Независимости Казахстана, установленного на центральной площади Алматы. На левой странице бронзовой книги на трех языках высечена надпись:«Выбери и блаженствуй!» Городская легенда гласит, что, если загадать желание и приложить руку к бронзовой ладони на правой странице, задуманное непременно сбудется.
«Современное книгопечатание»
Двадцатиметровая скульптура весом 35 тонн работы скульптора Тома Францена, состоящая из 17 книг величайших немецких авторов, установлена на берлинской площади Бебельплатц напротив Университета Гумбольдта в память об Иоганне Гутенберге, изобретателе первого в мире печатного станка.
«Памятник книге»
Каталонский поэт, драматург, скульптор и график Хуан Бросса создал этот памятник в 1994-м году по заказу местной Гильдии букинистов. Тротуар у подножия скульптуры в центре испанской Барселоны выложен мемориальными досками с именами знаменитых авторов, писавших на каталонском языке.
«Потерянная книга»
Заглянув во двор дома №55 по Литейному проспекту в Санкт-Петербурге, рядом с муралом «Что делать?» вы обнаружите скульптуру, напоминающую о том, как в 1863 году на этом самом месте Николай Некрасов при невыясненных обстоятельствах потерял рукопись романа Чернышевского.
«Размышление о Маленьком Принце»
Еще один «книжный» памятник Северной столицы располагается во дворе филологического факультета СПБГУ на Университетской набережной, 11. Арлекин в двурогой шапке и трико (скульптор Арсен Аветисян) держит в руках сказку Сент-Экзюпери «Маленький принц». На одной странице выгравирован французский текст, на другой – знаменитые цитаты из книги на русском.
Памятник Томасу Манну
Летом 1929 года знаменитый немецкий писатель Томас Манн, отдыхая на прусском курорте Раушен (ныне – город Светлогорск Калининградской области), сочинил новеллу «Марио и фокусник». В память о пребывании нобелевского лауреата в этих краях преподаватели Калининградского университета заказали скульпторам Людмиле Богатовой и Олегу Сальникову небольшой памятник – Манну и его книгам.
Памятник писателям и поэтам – дело обычное: от благодарных потомков – инженерам человеческих душ, воспитателям целых поколений, даже после смерти продолжающим затрагивать самые потаенные струны нашего ума и сердца. Памятники литературным героям – явление более редкое, но тоже знакомое. А ведь бывают еще памятники книгам – одному из величайших изобретений земной цивилизации, благодаря которым человек, собственно, и стал человеком, но главное – продолжает им оставаться!
Куда нести цветы в знак признательности книге – показываем в нашей карусели.
Памятник Николаю Карамзину и его «Истории государства Российского»
Принято считать, что Николай Карамзин распахнул россиянам дверь в их собственное прошлое. Об этом напоминает величественная бронзовая композиция из семи томов «Истории государства Российского», свитка, символизирующего начало восьмого тома, и чернильницы с пером, установленная в 1911 году в подмосковной усадьбе Остафьево, где писатель работал над своим трудом.
Мемориал Амелии Валерио Вайнберг
В 1982 году Амелия Вайнберг завещала свое состояние Публичной библиотеке американского штата Цинциннати. Посвященный госпоже Вайнберг фонтан работы Майкла Фраска словно бы напоминает, что вся мудрость этого мира проистекает из книг. Скульптура сложена из 20 томов. На первый взгляд, они обтянуты кожей, на деле же выполнены из обожженной глины.
«Летопись России»
Ищите эту работу Зураба Церетели на центральной площади в северного Когалыма – перед зданием филиала столичного Малого театра. Размеры памятника поражают воображение: на пьедестале из красного гранита высится стопка книг высотой 8,2 метра.
«Памятник книге»
Бронзовая скульптура украшает территорию кампуса Университета Цинхуа в Пекине. Памятник был открыт в 2001-м году, в дни празднования 90-летия университета. Человеческое лицо, проступающее сквозь переплет, испещренный иероглифами и цифрами, символизирует рождение личности через книгу.
«Книга желаний»
Это не самостоятельный памятник, а фрагмент Монумента Независимости Казахстана, установленного на центральной площади Алматы. На левой странице бронзовой книги на трех языках высечена надпись:
«Современное книгопечатание»
Двадцатиметровая скульптура весом 35 тонн работы скульптора Тома Францена, состоящая из 17 книг величайших немецких авторов, установлена на берлинской площади Бебельплатц напротив Университета Гумбольдта в память об Иоганне Гутенберге, изобретателе первого в мире печатного станка.
«Памятник книге»
Каталонский поэт, драматург, скульптор и график Хуан Бросса создал этот памятник в 1994-м году по заказу местной Гильдии букинистов. Тротуар у подножия скульптуры в центре испанской Барселоны выложен мемориальными досками с именами знаменитых авторов, писавших на каталонском языке.
«Потерянная книга»
Заглянув во двор дома №55 по Литейному проспекту в Санкт-Петербурге, рядом с муралом «Что делать?» вы обнаружите скульптуру, напоминающую о том, как в 1863 году на этом самом месте Николай Некрасов при невыясненных обстоятельствах потерял рукопись романа Чернышевского.
«Размышление о Маленьком Принце»
Еще один «книжный» памятник Северной столицы располагается во дворе филологического факультета СПБГУ на Университетской набережной, 11. Арлекин в двурогой шапке и трико (скульптор Арсен Аветисян) держит в руках сказку Сент-Экзюпери «Маленький принц». На одной странице выгравирован французский текст, на другой – знаменитые цитаты из книги на русском.
Памятник Томасу Манну
Летом 1929 года знаменитый немецкий писатель Томас Манн, отдыхая на прусском курорте Раушен (ныне – город Светлогорск Калининградской области), сочинил новеллу «Марио и фокусник». В память о пребывании нобелевского лауреата в этих краях преподаватели Калининградского университета заказали скульпторам Людмиле Богатовой и Олегу Сальникову небольшой памятник – Манну и его книгам.
❤9👍4👏2
Классические герои в детективном фэнтези на фоне викторианского Лондона
Продолжаем делиться рецензиями от подписчиков! Сегодня писательница, журналист, переводчик и «Акула с пером» Катя Янсон расскажет о детективе с уже знакомыми нам литературными героями – «Адвокате вампира» Елены Костецкой.
🩸🩸🩸
Если пару лет назад мы смеялись над «не все так однозначно», то сейчас этот тренд обрёл вполне себе уверенные и положительные очертания в литературе. И герои Елены Костецкой наглядно это показывают.
«Адвокат вампира» – сложносочиненный ретеллинг с героями зарубежной классики: здесь есть и призрак Оперы, и Ван Хельсинг, и граф Дракула, и Ирэн Адлер, и даже Дориан Грей.
Но, в отличие от других произведений жанра, это книга-перевертыш. В этом художественном мире автор смещает баланс сил: добро и зло меняются местами, кровопийцы здесь на стороне добра. Они вынуждены противостоять человеку, который стремится к власти и бессмертию. А опытный адвокат должен будет выступить в защиту древнего вампира.
Вот как прокомментировала это сама автор:
Однажды на улицах Лондона появляется неизвестное существо. Происходит серия необъяснимых преступлений, и профессор Ван Хельсинг с напарником должны выяснить правду.
Какая судьба ждёт любимых героев: стать хищником или добычей? Таким вопросом задаётся автор этого фэнтези с сильными детективными нотками.
#РецензияОтПодписчика
Продолжаем делиться рецензиями от подписчиков! Сегодня писательница, журналист, переводчик и «Акула с пером» Катя Янсон расскажет о детективе с уже знакомыми нам литературными героями – «Адвокате вампира» Елены Костецкой.
🩸🩸🩸
Если пару лет назад мы смеялись над «не все так однозначно», то сейчас этот тренд обрёл вполне себе уверенные и положительные очертания в литературе. И герои Елены Костецкой наглядно это показывают.
«Адвокат вампира» – сложносочиненный ретеллинг с героями зарубежной классики: здесь есть и призрак Оперы, и Ван Хельсинг, и граф Дракула, и Ирэн Адлер, и даже Дориан Грей.
Но, в отличие от других произведений жанра, это книга-перевертыш. В этом художественном мире автор смещает баланс сил: добро и зло меняются местами, кровопийцы здесь на стороне добра. Они вынуждены противостоять человеку, который стремится к власти и бессмертию. А опытный адвокат должен будет выступить в защиту древнего вампира.
Вот как прокомментировала это сама автор:
На стороне зла выступает человек, и перед лицом этой опасности герои – вампиры и люди – объединяются, потому что такое зло надо искоренять, какими бы ни были беспринципными антигероями сами вампиры.
Однажды на улицах Лондона появляется неизвестное существо. Происходит серия необъяснимых преступлений, и профессор Ван Хельсинг с напарником должны выяснить правду.
Какая судьба ждёт любимых героев: стать хищником или добычей? Таким вопросом задаётся автор этого фэнтези с сильными детективными нотками.
#РецензияОтПодписчика
❤3👍3🔥3
Лев Данилкин. «Палаццо Мадамы: Воображаемый музей Ирины Антоновой». Издательство «Альпина нон-фикшн», 2025
Кажется, что книга о музейном мире – это спокойное, вдумчивое чтение для ценителей. Однако реакцию на труд Льва Данилкина никак нельзя назвать спокойной. Автор обратился к биографии Ирины Антоновой – женщины, 52 года возглавлявшей Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Сегодня день рождения великой ИА (как ее называет Данилкин) – а значит, самое время обратиться к одной из самых обсуждаемых книг 2025-го.
Что же вызвало такую горячую дискуссию вокруг биографии Антоновой?
Лев Данилкин объясняет это в самом начале:
Перед собой автор ставит непростую – тем более, в таком контексте – задачу: изобразить Ирину Антонову живой и противоречивой. Данилкин пишет и об эпизодах, за которые ИА критиковали, и о моментах ее триумфа. Поклонники и недоброжелатели героини оказываются в одинаковой ситуции: все они недовольны книгой из-за ее неоднозначности. Героиня оказывается не добром и не злом, а сложной, но, несомненно, значимой личностью.
Каждая глава – одна история, привязанная к произведению искусства. Оно не только упоминается в ней, но и служит метафорой. Например, «Клевета» Ботичелли иллюстрирует главу о скандале с трофеями из немецких коллекций. Недаром подзаголовок книги: «Воображаемый музей Ирины Антоновой».
Лев Данилкин не делает выводов. Он показывает множество обличий ИА(строгая начальница, хранительница секретных собраний, реформатор) и оставляет читателю свободу для интерпретаций.
Только ради того, чтобы сформулировать собственную позицию, уже точно стоит прочитать «Палаццо Мадамы».
А если вы уже познакомились с этой биографией, поделитесь впечатлениями в комментариях.
#КнигаДня
Кажется, что книга о музейном мире – это спокойное, вдумчивое чтение для ценителей. Однако реакцию на труд Льва Данилкина никак нельзя назвать спокойной. Автор обратился к биографии Ирины Антоновой – женщины, 52 года возглавлявшей Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Сегодня день рождения великой ИА (как ее называет Данилкин) – а значит, самое время обратиться к одной из самых обсуждаемых книг 2025-го.
Что же вызвало такую горячую дискуссию вокруг биографии Антоновой?
Лев Данилкин объясняет это в самом начале:
Бо́льшую часть проинтервьюированных автором ... мемуаристов объединяет, как выяснилось, не столько любовь к искусству, сколько наличие в их организме специальной пружины, способной мгновенно захлопнуть створки раковины уже при приближении кончика носа того, кто при исполнении арии «Какой чарующий портрет!» позволял себе хотя бы одну ноту с интонацией, отличающейся от официального канона.
Перед собой автор ставит непростую – тем более, в таком контексте – задачу: изобразить Ирину Антонову живой и противоречивой. Данилкин пишет и об эпизодах, за которые ИА критиковали, и о моментах ее триумфа. Поклонники и недоброжелатели героини оказываются в одинаковой ситуции: все они недовольны книгой из-за ее неоднозначности. Героиня оказывается не добром и не злом, а сложной, но, несомненно, значимой личностью.
Каждая глава – одна история, привязанная к произведению искусства. Оно не только упоминается в ней, но и служит метафорой. Например, «Клевета» Ботичелли иллюстрирует главу о скандале с трофеями из немецких коллекций. Недаром подзаголовок книги: «Воображаемый музей Ирины Антоновой».
Лев Данилкин не делает выводов. Он показывает множество обличий ИА
Только ради того, чтобы сформулировать собственную позицию, уже точно стоит прочитать «Палаццо Мадамы».
А если вы уже познакомились с этой биографией, поделитесь впечатлениями в комментариях.
#КнигаДня
❤6👍5🔥3
Евгения Джен Баранова. «Невинно и неотвратимо». Формаслов, 2026
У нас есть по крайней мере три повода рассказать о сборнике «Невинно и неотвратимо» молодой московской поэтессы Евгении Джен Барановой. Сегодня Всемирный день поэзии – это раз. Книга совсем новая, еще пахнет типографской краской, и буквально на днях случилась ее первая презентация – это два. А в-третьих (и, наверное, это решающий довод), она чудо как хороша.
Свой уже шестой поэтический сборник финалистка премии «Лицей», лауреат премии журнала «Дружба народов» делит на четыре условные главы. Тут и задрапированные в метафоры размышления о бесконечных потрясениях нашего «вывихнутого века», и вечный бой мира горнего с миром дольним (проще говоря – бытовой повседневности и высокого искусства), и пульсирующая боль хрупкой материи, известной как душа, и Москва – величественная и нервная одновременно, и, конечно, любовь – земная и вечная.
Однако темы – отнюдь не главная драгоценность этого сборника. В конце концов, темы, не дающие поэтам покоя, кочуют из века в век, важнее то, как и какие именно нити автор вытягивает из собственной судьбы, превращая их в единое полотно поэтического бытия. Евгения говорит о большем через малое, складывая сложное из простого, сочетая несочетаемое, шурша шипящими и звеня звонкими согласными (необязательно помнить, чем ассонанс отличается от аллитерации, чтобы услышать музыку ее стиха). Как рачительная хозяйка, она собирает в своих образных сундуках животных и птиц, травы и цветы, названия московских улиц и тени своих предшественников-поэтов. Сквозь этот витраж человеческая жизнь не становится праздничнее, но ее хрупкость и бесценность обретает объем и осязаемость. Ну разве не чудо?
#КнигаДня
У нас есть по крайней мере три повода рассказать о сборнике «Невинно и неотвратимо» молодой московской поэтессы Евгении Джен Барановой. Сегодня Всемирный день поэзии – это раз. Книга совсем новая, еще пахнет типографской краской, и буквально на днях случилась ее первая презентация – это два. А в-третьих (и, наверное, это решающий довод), она чудо как хороша.
Свой уже шестой поэтический сборник финалистка премии «Лицей», лауреат премии журнала «Дружба народов» делит на четыре условные главы. Тут и задрапированные в метафоры размышления о бесконечных потрясениях нашего «вывихнутого века», и вечный бой мира горнего с миром дольним (проще говоря – бытовой повседневности и высокого искусства), и пульсирующая боль хрупкой материи, известной как душа, и Москва – величественная и нервная одновременно, и, конечно, любовь – земная и вечная.
Однако темы – отнюдь не главная драгоценность этого сборника. В конце концов, темы, не дающие поэтам покоя, кочуют из века в век, важнее то, как и какие именно нити автор вытягивает из собственной судьбы, превращая их в единое полотно поэтического бытия. Евгения говорит о большем через малое, складывая сложное из простого, сочетая несочетаемое, шурша шипящими и звеня звонкими согласными (необязательно помнить, чем ассонанс отличается от аллитерации, чтобы услышать музыку ее стиха). Как рачительная хозяйка, она собирает в своих образных сундуках животных и птиц, травы и цветы, названия московских улиц и тени своих предшественников-поэтов. Сквозь этот витраж человеческая жизнь не становится праздничнее, но ее хрупкость и бесценность обретает объем и осязаемость. Ну разве не чудо?
Поэтесса второго ряда
переходит
с пятого на десятое,
поэт нулевого ряда
слушает лишь мужчин.
«В жизни бывает всякое.
Помните, у Булгакова…»
Я наблюдаю лестницу,
на лестнице кот молчит.
Какая все-таки разница –
Неглинная или Глинская.
Москва поцелует маково,
выставит алый счет.
Помните, у кудрявого,
помните, у патлатого,
помните, у рязанского
радугу синь сосет?
Ходишь Яновским-Гоголем,
солнышка для вареников
ищешь на тертых улицах,
прячешь в пиджак пожар.
Все-таки есть в прозаиках
что-то от неврастеников.
«Помните, у Булгакова?»
Как же не помнить, Карл.
#КнигаДня
❤10👍4❤🔥1🔥1