Жилищный кризис в Ереване продолжается. Цены уже приближаются к тель-авивским и точно выше московских. Но дело даже не в деньгах, почти все, что можно, сдано, Ереван маленький город, квартир физически не хватает. И тогда в ход идут альтернативные варианты аренды: гаражи, бомбоубежища, будки портных и сапожников.
В марте я столкнулся с предложением арендовать симпатичную комнату по смешной цене. Комнатой оказался процедурный кабинет в поликлинике. Из мебели - кушетка и капельница.
В апреле мой квартирный хозяин предложил мне улучшить жилищные условия и переехать в сауну. Два этажа, бассейн, на стенах картины с обнаженными женщинами. Классическая бандитская сауна девяностых, куда водили блядей. И действительно смешная цена - такая же, как без сауны.
В июне за огромные деньги мне предлагалось снять в центре маленькую квартиру с большим балконом. Я только потом понял, почему квартира маленькая, а балкон большой. Это переоборудованный чердак с выходом на крышу.
Верхом моей богемности в России были ночевки в детском саду и на складе унитазов. Но это детский сад по сравнению с тем, что происходит сейчас.

Борис Гребенщиков:
"- Наивность людей меня глубоко поражает. Очень многие ужасно симпатичные люди со мной беседовали об этом, и я спрашиваю: а вы что, раньше этого не замечали? И все говорят одно и то же: ну, замечали, конечно, но мы думали, что как-то обойдется... У меня не было шока. Я очень хорошо знал, куда это все идет. И более того, мы все знали. Никто не мог предполагать, что кончится хорошо.
- Но могло, наверное, кончиться по-разному.
- Нет. Если иметь в виду весь расклад того, кто что делает, было ясно, что это кончится вот этим. И еще не кончилось. Будет хуже. И именно поэтому нужно не давать себя затоптать, не давать себя погрузить в лужу отчаяния, не давать себя унизить".

В ереванской прачечной, куда я сдаю белье, рядом с компьютером приемщицы висит портрет пожилого мужчины с залысинами и сединой. Я спрашиваю:
- Это у вас Азнавур?
- Да, дедушка всех армян.
А вечером из поющих фонтанов на Площади Республики сквозь россыпь огней звучала Эдит Пиаф. Та самая песня:
Non! Rien de rien ...
Non! Je ne regrette rien
Ni le bien qu'on m'a fait
Ni le mal tout ça m'est bien égal!
И в который раз за этот год я почувствовал себя пастором Шлагом. У Штирлица сжалось сердце. Пастор совсем не умел правильно есть лагмаджо.

Евгений Лесин:

В телевизоре визжит
Патриот и людоед.
Коллективный суицид,
Индуцированный бред.

Патриота патриот
Под вискарь и под икру
За страну и за народ
Уважает поутру.

Вам тюрьма, а вам сума,
Вам известность и почет.
Кто-то впрямь сошел с ума,
Кто-то просто нагло врет.

Ради денег, ради благ,
Любования собой.
Вам барак, а вам коньяк,
Вам бараны на убой.

Ты убит, и он убит.
Впереди совсем не свет.
Коллективный суицид,
Индуцированный бред.

Мор, насилие, чума,
Голод, родина, менты.
Если все сошли с ума,
Не сходи хотя бы ты.

А у вас никто не спит,
А у вас полно ракет.
Коллективный суицид,
Индуцированный бред.

"Москвич маг" попросил меня, Кирилла Медведева и Дарью Кретову рассказать, как мы видим свое возвращение на родину. С Кретовой я не знаком, но отношусь уважительно, Кирилла давно и хорошо знаю. И завидую, что они сумели сохранить иллюзии. Я не вижу ни одного шанса. Ну, то есть, если не идти на компромисс. А если идти, тогда зачем мы вообще уезжали?
В моем пессимизме нет ни капли русофобии. Просто я люблю Россию, а не то, во что ее превратили за последние тридцать лет. Люблю прекрасных людей, оставшихся на родине, не имею к ним ни одной претензии, верю, что таких людей много, но знаю, что они не в силах превратить нынешнюю Россию в ее противоположность. Да, противоположность, дошло уже до такого. И не понимаю, кто в силе.
Остается вопрос "что делать?" Все то же самое. Сохранять достоинство, оставаться собой, не сдаваться. Можно погубить огромную страну, можно даже целый мир, но честь и совесть никто не отменял. Вот в это я верю.
https://moskvichmag.ru/bez-rubriki/kak-novye-emigranty-perezhivayut-rasstavanie-s-rodinoj-i-kakim-vidyat-svoe-vozvrashhenie/

На Тигран Метс, в самом сердце Еревана, - оживленная уличная торговля. С ящиков и самодельных прилавков продают копченого леща, зелень, абрикосы, бижутерию.
Ближе к светофору перед деревянным ящиком восседает симпатичный толстый мужик. Перед ним два товара: зажигалки и кактусы. И больше ничего. Такая у него ниша на рынке.
Я представил себе, как долго он выбирал. Изучал спрос, думал, сомневался.
Зажигалки и арбузы? Нет, не то, чего-то не хватает.
Кактусы и презервативы? Не то!
И наконец, принял единственно правильное решение.
Каждое утро изо дня в день он выкладывает на свой ящик товар и ждет, что ему повезет.
И вот как-то прохожу мимо и вижу, что что-то неуловимо изменилось на Тигран Метс. Какая-то деталь, и из-за нее симфония лещей и абрикосов звучит по-новому, непривычно.
На ящике вместо кактусов — стельки для обуви!
Неожиданный выбор! Но интересный.
Да, кактусы и зажигалки — это было неплохо, смело, оригинально. Но можно ведь еще лучше!

Позвонил Гальпер из Нью-Йорка и бодрым голосом произнес:
- Мы с тобой созваниваемся только в моменты исторических катастроф!
Я запомнил. Теперь, когда мне захочется поговорить с Сашей, я скажу себе: "Нет, не надо. Еще не время".
И наоборот. Когда пробьет час последней окончательной катастрофы, в прямом эфире на все страны и континенты раздастся мой отчаянный крик:
- Что вы делаете! Подождите! Не начинайте! Я жду важного звонка из Нью-Йорка!
Все равно пока не поговорим, у них ничего не выйдет.

Виделся с Вадимом Жуком. Первое, что он сказал:
- В вашем возрасте Довлатов уже год, как умер!
Это правда. Но ведь даже и после смерти...
Году в 1994-м я в очередной раз поехал в Ленинград. Побухать, встретиться с друзьями. И вот стоим мы в рюмочной на улице Жуковского, оживленно обсуждаем литературу, читаем стихи, кидаемся налево и направо громкими именами, кричим на все заведение...
И подходит мужик. Смотрит на нас с вызовом:
- Писатели! Вы посмотрите на них - они думают, что они писатели! А знаете вы, писатели, что в этом кабаке мне Серега Довлатов по роже дал? Не знаете? А туда же!
Плюнул и отошел.
Так что не совсем умер.

В теперешней России быть преступником менее опасно, чем диссидентом. Убить, ограбить, толкнуть груз дури - это еще ничего, можно проскочить. Либо вообще ничего не будет, либо по минималке. А вот за политику тебе точно кранты.
Но еще недавно было иначе.
Делал я как-то мероприятие в пользу политзэков. И договаривался с выступающими. А как договоришься? Не писать же такое почтой яндекса. Пришлось с каждым встречаться для разговора. И вот назначили встречу, человек подъехал, сажусь к нему в машину и вижу, что он дико нервничает. Прямо реально напрягся. Курит одну за одной, дергается.
Так и так, говорю, есть такая история, прошу тебя выступить. Сразу предупреждаю - опасно.
И вдруг вижу, как его отпустило. Заулыбался, расслабился. Это ничего, говорит, это не страшно, я выступлю. Я думал, ты наркотики толкаешь. Испугался. А политика - это ничего, это можно.
И действительно выступил.

Анна Русс:

***

Умирают дети
От орудий тьмы
Кто за всё в ответе
Говорят что мы

Признаки у лета
Ядерной зимы
Кто устроил это
Очевидно мы

Мы тусят рыбачат
Жарят шашлыков
Мы бухают плачут
Моют стариков

Мы гуляют тостят
Бургеров жуют
Мы картинки постят
Будто бы живут

Мы детишек в садик
Песенок учить
Мы в свой личный адик
Голову лечить

Мы у банкомата
Долларов хотеть
Мы гори и хата
Мы рождён лететь

Покидаем домы
В голове тюрьмы
Кто мы сука кто мы
Кто такие мы

Антология где-то откопала мои старые стихи и напечатала. Надо же. Давно это было. https://www.facebook.com/rs19502000/posts/pfbid02TPjbuCCj7i3kjKnbhwMbKhi2PJ5bGnbjb7AETCVhbz8dEgffKFWvv1CMAh111AmUl

1990-й, самый закат горбачевской эпохи. Он пока еще у власти, но уже понятно, что конец близок и дальше будет что-то другое. Об этом жарко спорят, мы тоже обсуждаем в меру своего разумения. После учебы гуляем и обсуждаем. Горбачёв то, Горбачёв сё. Между тем темнеет. Из ярко освещенного подъезда гостиницы «Интурист» выходит наша однокурсница. Показывает нам доллары и говорит:
— Нет, ну вы как хотите, а лично я за Мишеля!

Когда говорят, что мы все проебали, просрали великую страну, я злюсь. Это означает, что до 24 февраля у нас была прекрасная страна, а потом внезапно стала ужасная. Ну, вранье же, так не бывает. Просто вам было уютно и выгодно в ужасной стране, вот и все.
Написал об этом - может быть, несколько сумбурно, но вы поймете.
https://novayagazeta.eu/articles/2022/11/13/my-umerli-ranshe-chem-nas-stali-ubivat

Я сейчас в том возрасте, когда надо очень осторожно выбирать знакомства и вообще подбирать слова. Ведь все эти люди напишут обо мне потом мемуары. Вернее, могут написать, а могут, конечно, не написать. Но кроме них, все равно некому.

Первые месяцы эмиграции я любил говорить: «В России обманывают на каждом шагу. В Стамбуле воруют. В Баку, говорят, вообще шагу нельзя пройти, останешься без денег. А вот у нас в Ереване…» «Успокойся, — сказала мне знакомая армянская девушка. — Здесь тебя тоже обуют, но мило и нежно. Ты останешься доволен, тебе даже понравится».
И вот иду я покупать ботинки. Старые, привезенные из Москвы и купленные с помощью акции «три ботинка по цене одного» стали несовместимы с жизнью.
И все не то: либо цена высокая, либо размер не мой, либо вообще предлагают брюки вместо ботинок. А самый частый случай: ботинки есть, выбор роскошный, но нигде нет продавца. Ушел куда-то пить кофе и есть кебаб. Навсегда.
Но вот наконец удача. Мой размер и даже больше. И цена всего 17 тысяч, я быстро сбил ее до шестнадцати. «Хороший товар, — говорит продавец, — ботинки заграничные, вьетнамские, вся Европа носит в этом сезоне». А я что, не Европа что ли? Ну и купил. Понимал, что обманывают, но уже устал выбирать.
А где-то через неделю они порвались. Но кто сказал, что в Европе ботинки не рвутся? Рвутся.
Снова иду в магазин — скандалить, плакать, кричать, что это бандитизм и требовать деньги обратно. И вот уже почти пришел, преодолел два светофора и случайно взглянул себе под ноги: ботинки целые! А ведь была зияющая рана в боку. Но, видимо, затянулась. Я знаю, что так не бывает, но я верю своим глазам.
Возвращаюсь домой, снимаю, осматриваю. Целые!
Утром: ага, все-таки рваные! Присмотрелся: нет, кажется.
И так почти каждый день.
В этих ботинках я потом пережил семичасовую дорогу в Тбилиси и такую же обратно. Я ездил в них в Карабах. Я в конце концов был на концерте Нойза МС… В Армении не так много экстрима, но я его находил. И каждый раз ботинки выглядели непригодными для ношения. В боку зияла рана, вид умирающий. И каждый раз они опять возвращались к жизни.
Теперь я стараюсь не глядеть на них, когда надеваю. Я понимаю, что чудо не может длиться вечно. Но оно длится, длится…
Девушка была права: я доволен.

Евгений Лесин:

Они входили
С брезгливостью и презреньем.
Они очищали землю от недолюдей.
Они удивились,
Что их не встречают чаем с вареньем.
А сопротивленьем
Пустых площадей.

А мы входили
С ненавистью и завистью.
Мы хотели
Разрушить и отомстить.
Все уничтожить, покончить с их тихой заводью.
И вам нет пощады, и нам все равно
Не жить.

Они проснулись, а мы никак не проспимся.
Они ужаснулись, а мы гордимся.

"Танцуют скоморохи, чтоб не скучали лохи и мчались в караоке встречать Армагедон". Новая песня "Ногу Свело!", премьера.
Мультипликация Олега Куваева.
https://www.youtube.com/watch?v=q07dm6lPs2k

В России мой страшный сон, повторяющийся из раза в раз много лет, выглядел так: в квартире не закрывается дверь. То ли замок сломался, то ли я забыл закрыть, то ли ее взломали. С той стороны чужие агрессивные люди. Я пытаюсь закрыть дверь, но ничего не выходит. Они заходят, берут вещи, издеваются надо мной, я чувствую себя абсолютно беспомощным.
Я просыпался в ужасе, включал весь свет, проверял замок и еще долго не мог успокоиться.
Здесь, в эмиграции, этот кошмар исчез начисто. За много месяцев ни разу не снился. Зато появился другой: я хожу по чужому незнакомому городу и не могу найти нужный дом. Долго-долго. Уже устал совсем, а все не могу попасть туда, куда надо.
Это тоже страшновато, но все-таки не совсем безнадежно.

"Боятся все снизу доверху. Только эмигрировав, я осознал, в каком страхе жил все эти годы. Страх выходил из меня буквально физически. Это в России мне казалось, что я очень смелый, а на самом деле я жил в нечеловеческом напряжении. Постоянно ждал, что унизят, отнимут, накажут, подавят, оскорбят. И это еще в лучшем случае. Может, и не боялся, но ждал. Жизнь в России — постоянное ожиданье удара.
Это не связано напрямую с политикой, с репрессиями. Безотчетный страх живет в каждом. Страх перед теми, кто ведет себя как хозяин, кто может сделать с тобой что угодно. Это уже привычное состояние.
Мне так легко говорить об этом, потому что и я такой же. Я как ребенок боюсь чужих людей, мне неуютно в незнакомых местах. Долгое время я считал, что те, кто говорит на иностранных языках, хотят унизить меня, показать, что они лучше и значительнее, чем я. Серьезно. Мне не приходила в голову мысль, что это я говорю на иностранном языке, что это я другой. Пришла только в эмиграции, и меня отпустило".
Написал о блокировках СМИ и страхе как движущем механизме русской жизни.
Внимание: текст закрыт пейволом, то есть платный. К сожалению, но вот так.
https://rusklik.tvnet.lv/7653991/zachem-rossiya-putina-blokiruet-rossiyu-zdorovogo-cheloveka

Написал о новой порции песен, пропитанных войной. Главное ощущение - война всюду, от нее не уйти, даже если очень хочется.
https://novayagazeta.eu/articles/2022/11/24/pesni-gneva-i-bessiliia

Это канал израильского портала «Детали». Я не включен в реалии израильской политики, но читаю с удовольствием, а уж для тех, кто включен и живет там, это, как говорится, must read. Кстати, и я там печатаюсь, а это не самая плохая рекомендация.
Вот несколько привлекательных заголовков:
«Я покинула хасидский мир, чтобы стать лесбиянкой»,
«Прелюбодеи Ветхого Завета»,
«В Яффо объявилась художница-мутант».
Плюс серьезная аналитика.
В общем, рекомендую.
https://t.me/detalynews