В ОЖИДАНИИ ЖИЗНИ И ВОЙНЫ
Небо давит так больно, кипит вода,
Жди меня ни во сколько и никогда,
Незачем и нигде, жди, как я просил,
Кто-то точно дойдёт из последних сил.
Гори все огнём, только кто подожжёт?
Завтра мы не умрём, да и смерть подождёт,
Я не знал, что так сложно отправиться в путь,
Может быть, мы когда-то, куда-нибудь.
Среди станций метро, остановок, столбов,
Если завтра умрём — я не буду готов.
Там, где скалятся псы и кричат коты,
Этот мир не подходит таким, как ты.
// этажность
По аннотации, роман «Татарская пустыня» (или, как мне больше нравится в итальянском варианте – «Пустыня Тартари») походит на роман «В ожидании варваров».
На пограничной заставе, куда прибывает молодой солдат, военные ожидают набега врага из пустыни, и вся их жизнь выстроена вокруг этого события.
Вернее даже так. Соседнее государство якобы вот вот объявит войну, начнёт наступление, а пограничники всегда готовы и следят за горизонтом.
Но это единственное сходство с романом Джона Кутзее – история Дино Буццати о другом. В этом отдалённом от города месте жизнь давно замерла. Сменилось не одно поколение, солдаты нехотя приходят нести здесь службу по направлению, надеясь, что долго здесь не задержатся, но остаются на многие годы. В основном, из-за обмана (только кто кого обманывает). На границе не хватает людей, а они требуются, и начальство идёт на уловки. Обещая скорое повышение и отъезд, они на какое-то время привязывают молодых людей к крепости, а те затем остаются сами.
Всё, на чём в итоге сконцентрировано внимание и все желания солдат – наступление и война с соседним государством. Тогда, даже если они погибнут, они умрут героями. И жизнь не прожита зря.
Суть не в наступлении даже. Нет особого конфликта с соседями. Весь смысл в ожидании. Весь смысл в желании войны.
Её хотят молодые офицеры и старые генералы.
Они завидуют и презирают друг друга, если одному из них, вследствие возраста, например, приходится покинуть крепость. Ведь теперь тот, кто уехал, точно не станет героем. А всё достанется тому молодому. Тому, кто остался.
Роман «Татарская пустыня» рассказывает об одном конкретном лейтенанте, который впервые поступает на службу в крепость на границе. Конечно, ему не нравится – вдали от города, пусть даже и здесь, в крепости есть городок с девушками, готовыми провести время с солдатами.
Если раньше он, как и все, думал, что приехал ненадолго, то оказавшись здесь, он оказывается под чарами вездесущей легенды о враге за границей, который вот-вот нападёт. И в итоге останется здесь на многие многие годы, чтобы под старость, когда желаемое вдруг осуществится, оказаться не в силах что либо сделать.
Проводя всю свою жизнь в ожидании мифической войны, герои этого романа старели, теряли друзей, оставались без любимых девушек, оставались без семей. Но даже опыт предыдущих не учит нынешних.
Всегда, как и до войны, будут люди, её жаждущие (не так важны причины в этом случае), и после окончания очередной войны, останутся люди, затихнувшие в ожидании следующей.
А уж неправых и виноватых найти довольно просто.
Это иррациональное ожидание великого и грандиозного, что наполнит жизнь смыслом, и заставит почувствовать самого никчёмного человека свою важность, причастность и нужность.
Таких остаётся только подпитывать.
Дино Буццати – итальянский писатель, художник и журналист, с очень интересной биографией. Несмотря на большую деятельность в сфере журналистики, основную популярность приобрёл благодаря художественным произведениям, которые в общей сложности имеют около 15 экранизаций.
Умер в 1972 году от рака.
Небо давит так больно, кипит вода,
Жди меня ни во сколько и никогда,
Незачем и нигде, жди, как я просил,
Кто-то точно дойдёт из последних сил.
Гори все огнём, только кто подожжёт?
Завтра мы не умрём, да и смерть подождёт,
Я не знал, что так сложно отправиться в путь,
Может быть, мы когда-то, куда-нибудь.
Среди станций метро, остановок, столбов,
Если завтра умрём — я не буду готов.
Там, где скалятся псы и кричат коты,
Этот мир не подходит таким, как ты.
// этажность
По аннотации, роман «Татарская пустыня» (или, как мне больше нравится в итальянском варианте – «Пустыня Тартари») походит на роман «В ожидании варваров».
На пограничной заставе, куда прибывает молодой солдат, военные ожидают набега врага из пустыни, и вся их жизнь выстроена вокруг этого события.
Вернее даже так. Соседнее государство якобы вот вот объявит войну, начнёт наступление, а пограничники всегда готовы и следят за горизонтом.
Но это единственное сходство с романом Джона Кутзее – история Дино Буццати о другом. В этом отдалённом от города месте жизнь давно замерла. Сменилось не одно поколение, солдаты нехотя приходят нести здесь службу по направлению, надеясь, что долго здесь не задержатся, но остаются на многие годы. В основном, из-за обмана (только кто кого обманывает). На границе не хватает людей, а они требуются, и начальство идёт на уловки. Обещая скорое повышение и отъезд, они на какое-то время привязывают молодых людей к крепости, а те затем остаются сами.
Всё, на чём в итоге сконцентрировано внимание и все желания солдат – наступление и война с соседним государством. Тогда, даже если они погибнут, они умрут героями. И жизнь не прожита зря.
Суть не в наступлении даже. Нет особого конфликта с соседями. Весь смысл в ожидании. Весь смысл в желании войны.
Её хотят молодые офицеры и старые генералы.
Они завидуют и презирают друг друга, если одному из них, вследствие возраста, например, приходится покинуть крепость. Ведь теперь тот, кто уехал, точно не станет героем. А всё достанется тому молодому. Тому, кто остался.
Роман «Татарская пустыня» рассказывает об одном конкретном лейтенанте, который впервые поступает на службу в крепость на границе. Конечно, ему не нравится – вдали от города, пусть даже и здесь, в крепости есть городок с девушками, готовыми провести время с солдатами.
Если раньше он, как и все, думал, что приехал ненадолго, то оказавшись здесь, он оказывается под чарами вездесущей легенды о враге за границей, который вот-вот нападёт. И в итоге останется здесь на многие многие годы, чтобы под старость, когда желаемое вдруг осуществится, оказаться не в силах что либо сделать.
Проводя всю свою жизнь в ожидании мифической войны, герои этого романа старели, теряли друзей, оставались без любимых девушек, оставались без семей. Но даже опыт предыдущих не учит нынешних.
Всегда, как и до войны, будут люди, её жаждущие (не так важны причины в этом случае), и после окончания очередной войны, останутся люди, затихнувшие в ожидании следующей.
А уж неправых и виноватых найти довольно просто.
Это иррациональное ожидание великого и грандиозного, что наполнит жизнь смыслом, и заставит почувствовать самого никчёмного человека свою важность, причастность и нужность.
Таких остаётся только подпитывать.
Дино Буццати – итальянский писатель, художник и журналист, с очень интересной биографией. Несмотря на большую деятельность в сфере журналистики, основную популярность приобрёл благодаря художественным произведениям, которые в общей сложности имеют около 15 экранизаций.
Умер в 1972 году от рака.
❤2
СВОБОДНОЕ ПАДЕНИЕ
Когда-то Габриэль Витткоп сказала, что не боится смерти, но её сердце «сжимает грусть оттого, что когда-нибудь я перестану существовать, мысль о том, что я исчезну, тогда как по-прежнему будут сменяться времена года и века, цвести деревья и падать снег. Эта боль от потери сознания и личности порой так остра, что способна внушить мне желание мгновенно умереть, дабы поскорее от неё избавиться. Но нет. Простофиля не прыгнет в реку, спасаясь от дождя».
«Каждый день – падающее дерево», это последний роман Габриэль, подводящий черту под всем её творчеством, и являющийся её автопортретом.
Но вместе с тем, это всё-таки художественное произведение, написанное в стиле дневника.
Главная героиня, Ипполита (которая отражение самой Габриэль), всё время находится в пути – Индия, Франция, Монте-Карло, Венеция.
Вообще, где она находится, не имеет значения, о самих городах почти ничего не сказано, – всё повествование занимают размышления, переживания, ощущения и воспоминания героини, в которые вплетены отсылки к известным и неизвестным именам, биологии, географии, истории, мифологии.
Одна страна сменяется другой, одна за другой сменяются и сцены из прошлого.
Автору всё равно, поймёте ли вы что-то. Зная о скорой смерти её после написания книги, просто представьте, что этот текст – тот самый последний миг перед смертью, когда перед глазами проносится вся жизнь, смешанная с вымыслом, как, например, придуманная трагедия с сестрой.
Каждый день – падающее дерево. Очередной ушедший день. Очередная смерть.
Падающее дерево неотвратимо, как смерть, как уходящий день.
Горы упавших деревьев. Недели, месяцы, годы и десятилетия из ушедших дней. Десятки, сотни и тысячи необратимых смертей.
Творчество Габриэль Витткоп, это в первую очередь отсутствие всякой морали и этики, а также глубокое презрение к человеку, которое сам автор пронёс через всю свою жизнь. Впрочем, этого же человека она отлично изучила и препарировала на страницах каждого из романов, представив напоказ всё его отвратительное нутро, красотой повествования делая его притягательным.
«Сказать можно всё, но следует знать, как».
Некрофилия, детоубийство, восхищение смертью, презрение к богу, "поклонение" гермафродитам, моральное разложение, естественные биологические процессы – эти темы её историй не попытка оттолкнуть или привлечь читателя (напомню, ей на него плевать), но отображение реальности, без попыток её приукрасить или романтизировать.
Может быть, это следствие прошлого и в частности семейных отношений, когда, например, мать отказалась от неё при рождении. Может быть, это защитная реакция от неприятия её этим миром.
Всё же, никакой ненависти в написанном я не увидел (или не заметил со своей колокольни, всё возможно). Скорее, это ледяная умиротворённость, принятие всего и вся таким, каким оно является. Это взгляд сверху во всех смыслах, часто сопровождаемый весельем и сарказмом.
В 2002 году, когда Габриэль поставили диагноз рак лёгких, она, последовав примеру мужа, приняла яд, умерев за 2 дня до Рождества – праздника, который она презирала.
И вряд ли это можно назвать прыжком в реку. Она была свободным человеком всю свою жизнь, – как в поступках, так и на страницах её книг, – свободной решила и уйти, так, как сочла нужным, не допустив за всю жизнь воздействий на себя каких бы то ни было посторонних сил, кроме силы тяжести.
Когда-то Габриэль Витткоп сказала, что не боится смерти, но её сердце «сжимает грусть оттого, что когда-нибудь я перестану существовать, мысль о том, что я исчезну, тогда как по-прежнему будут сменяться времена года и века, цвести деревья и падать снег. Эта боль от потери сознания и личности порой так остра, что способна внушить мне желание мгновенно умереть, дабы поскорее от неё избавиться. Но нет. Простофиля не прыгнет в реку, спасаясь от дождя».
«Каждый день – падающее дерево», это последний роман Габриэль, подводящий черту под всем её творчеством, и являющийся её автопортретом.
Но вместе с тем, это всё-таки художественное произведение, написанное в стиле дневника.
Главная героиня, Ипполита (которая отражение самой Габриэль), всё время находится в пути – Индия, Франция, Монте-Карло, Венеция.
Вообще, где она находится, не имеет значения, о самих городах почти ничего не сказано, – всё повествование занимают размышления, переживания, ощущения и воспоминания героини, в которые вплетены отсылки к известным и неизвестным именам, биологии, географии, истории, мифологии.
Одна страна сменяется другой, одна за другой сменяются и сцены из прошлого.
Автору всё равно, поймёте ли вы что-то. Зная о скорой смерти её после написания книги, просто представьте, что этот текст – тот самый последний миг перед смертью, когда перед глазами проносится вся жизнь, смешанная с вымыслом, как, например, придуманная трагедия с сестрой.
Каждый день – падающее дерево. Очередной ушедший день. Очередная смерть.
Падающее дерево неотвратимо, как смерть, как уходящий день.
Горы упавших деревьев. Недели, месяцы, годы и десятилетия из ушедших дней. Десятки, сотни и тысячи необратимых смертей.
Творчество Габриэль Витткоп, это в первую очередь отсутствие всякой морали и этики, а также глубокое презрение к человеку, которое сам автор пронёс через всю свою жизнь. Впрочем, этого же человека она отлично изучила и препарировала на страницах каждого из романов, представив напоказ всё его отвратительное нутро, красотой повествования делая его притягательным.
«Сказать можно всё, но следует знать, как».
Некрофилия, детоубийство, восхищение смертью, презрение к богу, "поклонение" гермафродитам, моральное разложение, естественные биологические процессы – эти темы её историй не попытка оттолкнуть или привлечь читателя (напомню, ей на него плевать), но отображение реальности, без попыток её приукрасить или романтизировать.
Может быть, это следствие прошлого и в частности семейных отношений, когда, например, мать отказалась от неё при рождении. Может быть, это защитная реакция от неприятия её этим миром.
Всё же, никакой ненависти в написанном я не увидел (или не заметил со своей колокольни, всё возможно). Скорее, это ледяная умиротворённость, принятие всего и вся таким, каким оно является. Это взгляд сверху во всех смыслах, часто сопровождаемый весельем и сарказмом.
В 2002 году, когда Габриэль поставили диагноз рак лёгких, она, последовав примеру мужа, приняла яд, умерев за 2 дня до Рождества – праздника, который она презирала.
И вряд ли это можно назвать прыжком в реку. Она была свободным человеком всю свою жизнь, – как в поступках, так и на страницах её книг, – свободной решила и уйти, так, как сочла нужным, не допустив за всю жизнь воздействий на себя каких бы то ни было посторонних сил, кроме силы тяжести.
❤2👍1
ЭФФЕКТ ПРИЗРАКА
Сегодня получился какой-то день призраков – ужастик про призраков 1999 года и книга Митчелла тоже 1999 года. О призраках, конечно же. Всё это в компании собственных призраков (и кота, он тоже всегда рядом, – как сейчас дрыхнет за спиной, – и одновременно повсюду, в виде шерсти). Мои же призраки, это всего лишь воспоминания. Что вообще ни разу не лучше, не менее страшней порою. Да и как избавляться, если приспичит? Думаю, что изгонять, определённо. Тех, с которыми не подружусь.
«Литературный призрак», это 9 новелл, каждая из которых рассказывает про отдельного персонажа и не связана с другой на первый взгляд. Более того, эти персонажи живут в разное время и в разных странах.
• Юный парень-сектант, который по наущению Его Провидчества должен устроить взрыв в Токийском метро.
• Продавец виниловых пластинок, который влюбляется в девушку, и готов ехать за ней в Китай.
• Мужчина, который в Гонконге отмывает деньги русской мафии, теряет семью и встречает призрак девочки.
• Женщина из Китая, никогда не видевшая ни других стран, ни даже городов, всю жизнь прожившая в чайном доме у подножья Священной горы. Которая видела войны, свержения власти, диктаторов, коммунистов, видевшая людей, которые раз за разом приходили к ней, чтобы забрать последнее и практически разрушить её дом. После чего она вставала и отстраивала его заново (потому что надо, потому что это её дом), но не вернулась к людям. Зато, перед самой смертью она вернулась к самой себе.
• Призрак, перемещающийся из тела в тело на протяжении многих столетий, чтобы наблюдать их глазами, чтобы искать в каждом из ни самого себя и своё прошлое. Чтобы, в конце концов, найти все ответы в Монголии.
• Смотрительница Эрмитажа в Петербурге, которая помогает красть картины, надеясь обрести жизнь, о которой мечтает.
• Начинающий писатель из Лондона, который пишет не для себя, имя которого никогда не появится на его текстах.
• Женщина, которая убегая от корпорации, где она разработала смертельное оружие, прибывает в родную Ирландию, чтобы увидеть сына и мужа, может быть, в последний раз.
• Искусственный интелект, присутствующий повсюду и нигде одновременно, который в одиночестве, в поисках диалога, каждый год дозванивается в эфир радиостанции.
• Юный парень-секстант, который должен выбраться из вагона, в котором он установил бомбу раньше, чем та взорвётся. Иначе с его смертью нарушится множество других цепочек, и люди и призраки не обретут друг друга никогда.
«Литературный призрак», это первый роман Дэвида Митчелла. До этого он писал рассказы, отправлял издателям, но ничего не выходило. В какой-то момент он отправился в путешествие, да не абы как, а на поезде по Транссибирской магистрали. В этой поездке он и задумал свою книгу. Но любовь к рассказам то никуда не делась, вот и получилось, что как тот поезд, в котором Митчелл ехал, состоит из отдельных вагонов, так и первый (и несколько последующих) роман, это отдельные, самостоятельные истории, которые вместе складываются в одну картину. А из нескольких таких романов получилась целая вселенная.
Герои каждой из историй «Литературного призрака» встречаются в других историях книги, как и сплетаются порой их судьбы. Некоторых персонажей мы встретим и в последующих романах, а время и место событий совсем неважно, понимаете? И снова, безусловно повторяясь, я скажу, насколько Митчелл красиво и детально описывает происходящее, что ты вживаешься в каждого персонажа и нередко чувствуешь то, что чувствует он.
Слово одного способно изменить судьбу другого. Решение одного или нескольких людей способно уничтожить сотни тысяч жизней. Или спасти.
Мы зависимы все вместе друг от друга настолько, насколько независимы каждый в своём уголке.
Лишь бы в вихре этого безумия отыскать себя и подружиться со своими призраками.
Или с чужими.
Сегодня получился какой-то день призраков – ужастик про призраков 1999 года и книга Митчелла тоже 1999 года. О призраках, конечно же. Всё это в компании собственных призраков (и кота, он тоже всегда рядом, – как сейчас дрыхнет за спиной, – и одновременно повсюду, в виде шерсти). Мои же призраки, это всего лишь воспоминания. Что вообще ни разу не лучше, не менее страшней порою. Да и как избавляться, если приспичит? Думаю, что изгонять, определённо. Тех, с которыми не подружусь.
«Литературный призрак», это 9 новелл, каждая из которых рассказывает про отдельного персонажа и не связана с другой на первый взгляд. Более того, эти персонажи живут в разное время и в разных странах.
• Юный парень-сектант, который по наущению Его Провидчества должен устроить взрыв в Токийском метро.
• Продавец виниловых пластинок, который влюбляется в девушку, и готов ехать за ней в Китай.
• Мужчина, который в Гонконге отмывает деньги русской мафии, теряет семью и встречает призрак девочки.
• Женщина из Китая, никогда не видевшая ни других стран, ни даже городов, всю жизнь прожившая в чайном доме у подножья Священной горы. Которая видела войны, свержения власти, диктаторов, коммунистов, видевшая людей, которые раз за разом приходили к ней, чтобы забрать последнее и практически разрушить её дом. После чего она вставала и отстраивала его заново (потому что надо, потому что это её дом), но не вернулась к людям. Зато, перед самой смертью она вернулась к самой себе.
• Призрак, перемещающийся из тела в тело на протяжении многих столетий, чтобы наблюдать их глазами, чтобы искать в каждом из ни самого себя и своё прошлое. Чтобы, в конце концов, найти все ответы в Монголии.
• Смотрительница Эрмитажа в Петербурге, которая помогает красть картины, надеясь обрести жизнь, о которой мечтает.
• Начинающий писатель из Лондона, который пишет не для себя, имя которого никогда не появится на его текстах.
• Женщина, которая убегая от корпорации, где она разработала смертельное оружие, прибывает в родную Ирландию, чтобы увидеть сына и мужа, может быть, в последний раз.
• Искусственный интелект, присутствующий повсюду и нигде одновременно, который в одиночестве, в поисках диалога, каждый год дозванивается в эфир радиостанции.
• Юный парень-секстант, который должен выбраться из вагона, в котором он установил бомбу раньше, чем та взорвётся. Иначе с его смертью нарушится множество других цепочек, и люди и призраки не обретут друг друга никогда.
«Литературный призрак», это первый роман Дэвида Митчелла. До этого он писал рассказы, отправлял издателям, но ничего не выходило. В какой-то момент он отправился в путешествие, да не абы как, а на поезде по Транссибирской магистрали. В этой поездке он и задумал свою книгу. Но любовь к рассказам то никуда не делась, вот и получилось, что как тот поезд, в котором Митчелл ехал, состоит из отдельных вагонов, так и первый (и несколько последующих) роман, это отдельные, самостоятельные истории, которые вместе складываются в одну картину. А из нескольких таких романов получилась целая вселенная.
Герои каждой из историй «Литературного призрака» встречаются в других историях книги, как и сплетаются порой их судьбы. Некоторых персонажей мы встретим и в последующих романах, а время и место событий совсем неважно, понимаете? И снова, безусловно повторяясь, я скажу, насколько Митчелл красиво и детально описывает происходящее, что ты вживаешься в каждого персонажа и нередко чувствуешь то, что чувствует он.
Слово одного способно изменить судьбу другого. Решение одного или нескольких людей способно уничтожить сотни тысяч жизней. Или спасти.
Мы зависимы все вместе друг от друга настолько, насколько независимы каждый в своём уголке.
Лишь бы в вихре этого безумия отыскать себя и подружиться со своими призраками.
Или с чужими.
👍3
Шотландская художница Кэти Патерсон задумала и реализовала в 2014 году арт-проект, суть которого в том, что каждый год известные писатели со всего мира отдают одну рукопись в «библиотеку будущего». Конечно же, рукопись неопубликованную.
Эти рукописи будут храниться в публичной библиотеке Осло вплоть до 2114 года, когда их напечатают ограниченным тиражом в 1000 экземпляров, для чего было посажено недалеко от Осло тысяча елей, которые и пойдут на эти книжки.
А получат их обладатели сертификатов, стоимость которых в 2017 году составляла 800 фунтов стерлингов.
Дэвид Митчелл отдал проекту свой роман, который называется «Я источаю то, что вы называете временем» (From Me Flows What You Call Time), название которого уже так притягательно (а на красивые названия у меня отдельный фетиш).
Поняв, что я никогда уже не прочитаю этот роман, пришлось узнать о нём хоть что-нибудь.
В 1990 году японский композитор Туру Такемицу написал концерт по случаю столетнего юбилея Карнеги-холла. Концерт назывался «From Me Flows What You Call Time».
В свою очередь, Такемицу взял название из стихотворения «Чистая голубая вода» автора Макото Сока (стих, к сожалению, я не нашёл).
Такемицу задумал концерт, чтобы представить музыку, которая звучала в Карнеги-холл на протяжении 100 лет.
Он состоит из 13 частей, каждая имеет своё название, а весь концерт, по словам Такемицу «должен производить впечатление полностью импровизированного».
В общем, не сложно заметить в его идее сходство с творчеством Митчелла, и совсем не удивлюсь, если в романе будет 13 глав, названных как 13 частей концерта Такемицу (мне остаётся только фантазировать).
А передавать музыку текстом Митчеллу не впервой.
Я прочитал почти все романы этого автора, жду и буду ждать последующие, а он не выпускает их каждый год. И даже раз в два года не выпускает. И ДАЖЕ РАЗ В ТРИ ГОДА. И ВОТ ЭТО СОКРОВИЩЕ ЗАБРАЛИ И ЗАКОПАЛИ В ПИ#%?*№!!!!????....
Кроме шуток, интересный проект.
Но какой ценой.
Эти рукописи будут храниться в публичной библиотеке Осло вплоть до 2114 года, когда их напечатают ограниченным тиражом в 1000 экземпляров, для чего было посажено недалеко от Осло тысяча елей, которые и пойдут на эти книжки.
А получат их обладатели сертификатов, стоимость которых в 2017 году составляла 800 фунтов стерлингов.
Дэвид Митчелл отдал проекту свой роман, который называется «Я источаю то, что вы называете временем» (From Me Flows What You Call Time), название которого уже так притягательно (а на красивые названия у меня отдельный фетиш).
Поняв, что я никогда уже не прочитаю этот роман, пришлось узнать о нём хоть что-нибудь.
В 1990 году японский композитор Туру Такемицу написал концерт по случаю столетнего юбилея Карнеги-холла. Концерт назывался «From Me Flows What You Call Time».
В свою очередь, Такемицу взял название из стихотворения «Чистая голубая вода» автора Макото Сока (стих, к сожалению, я не нашёл).
Такемицу задумал концерт, чтобы представить музыку, которая звучала в Карнеги-холл на протяжении 100 лет.
Он состоит из 13 частей, каждая имеет своё название, а весь концерт, по словам Такемицу «должен производить впечатление полностью импровизированного».
В общем, не сложно заметить в его идее сходство с творчеством Митчелла, и совсем не удивлюсь, если в романе будет 13 глав, названных как 13 частей концерта Такемицу (мне остаётся только фантазировать).
А передавать музыку текстом Митчеллу не впервой.
Я прочитал почти все романы этого автора, жду и буду ждать последующие, а он не выпускает их каждый год. И даже раз в два года не выпускает. И ДАЖЕ РАЗ В ТРИ ГОДА. И ВОТ ЭТО СОКРОВИЩЕ ЗАБРАЛИ И ЗАКОПАЛИ В ПИ#%?*№!!!!????....
Кроме шуток, интересный проект.
Но какой ценой.
😱3
КАЖДЫЙ ДЕНЬ – РАЗБИТОЕ ОКНО
А спонсор этого поста – АСМР видосы с ютуба. Знать не знал, что они там есть, пока один не залетел в рекомендации, а дальше ж меня уже было не остановить. Какое чудо нынче только не снимают, дай им бог здоровьечка. Здоровьечка. Здоровьечка. ЗДОРОВЬЕЧКА.
Ну вы поняли.)
Но роман, да, роман!
Картахена, помимо того, что это название романа Лены Элтанг, ещё и город в Колумбии, где, собственно и происходит всё действие (а для меня теперь это ещё и название большой картошки (и второго кота так назову)).
На итальянском побережье мы знакомимся с несколькими персонажами, которые связаны или нет: садовник – он же писатель, который не может написать книгу, Петра – девушка, брата которого недавно убили в этом городке, Маркус – то ли русский, то ли нет, но пьёт он отлично, flautista_libico – хм.. скажем так, блогер, чьи записи мы и читаем периодически и комиссар местной полиции Траяно – написывает письма местному священнику, которые являют собой смесь исповеди и нытья.
Помимо основных героев, конечно же множество второстепенных. Но я не увидел сложности в многообразии персонажей и особо не спотыкался, хотя пороги там есть.
Всё же единственное, чего я не понял – зачем так нарочито закручивать и усложнять? Чтобы вы хоть немного понимали происходящее (без спойлеров), если возьмётесь за книгу – в романе смешаны три текста: заметки о расследовании Петры, текст книги, которую пишет Маркус и посты того блогера неизвестного. А объединяет их рассказ от лица Маркуса гораздо позднее, в 2014 году. То есть, написанное практически является книгой Маркуса, основанной на произошедшем. А потому, будьте внимательны с главными перечисленными персонажами, не все они являются теми, кем их преподносят.
Если бы я не знал с самого начала, ещё только взявшись за книгу, всё равно бы догадался, что автор из России. Нет, сама Лена живёт на данный момент в Литве (с 1991 года), но родом из Ленинграда.
А вычислить её можно фразами из текста. Ну ОТКУДА может итальянец знать фразу «на деревню к дедушке» относительно письма?
Ну хорошо, допустим Чехов, из рассказа которого и пошла эта фраза, означающая «в никуда», писатель знаменитый и любим во многих странах. И всё же мне трудно поверить, что итальянец из глубинки может думать такими выражениями.
Но это мелочи, на самом деле, и такого мало. В остальном же очень сложно обвинить автора в недостоверности. Быт, описание города, история – всё описано в деталях (кто-то обвиняет даже в излишке (я бы сказал, что скорее тут излишек пафоса в стиле)), наверное, могу сказать, что провёл несколько дней этого лета на итальянском побережье – погрузить в себя роман умеет.
Главная героиня – Петра, которая расследует убийство своего брата и скрывает его смерть от пожилой уже матери, попутно вспоминает детство и часть жизни, которую она прожила на Картахене. Вернулась же она к дому с разбитым окном и теперь жаждет возмездия – бросается на поиски убийцы, попутно заново узнавая своего брата и его последние дни.
Camille в одной из своих песен поёт о доме, говоря, что у него нет дверей, крыши, окон, ключей и ручек, сердца и вен, что дом, это даже не гавань, а там, где..
Впрочем, она поёт о своём доме. У Петры он свой, но не менее порушенный. А если найти убийцу? Если вставить окно? Дом снова будет обретён? Его сердце забьётся, а по венам побежит кровь? И разве что останется пустота внутри тебя, вина и обида, – даже за пределами бесконечно далёкой и родной Картахены.
А спонсор этого поста – АСМР видосы с ютуба. Знать не знал, что они там есть, пока один не залетел в рекомендации, а дальше ж меня уже было не остановить. Какое чудо нынче только не снимают, дай им бог здоровьечка. Здоровьечка. Здоровьечка. ЗДОРОВЬЕЧКА.
Ну вы поняли.)
Но роман, да, роман!
Картахена, помимо того, что это название романа Лены Элтанг, ещё и город в Колумбии, где, собственно и происходит всё действие (а для меня теперь это ещё и название большой картошки (и второго кота так назову)).
На итальянском побережье мы знакомимся с несколькими персонажами, которые связаны или нет: садовник – он же писатель, который не может написать книгу, Петра – девушка, брата которого недавно убили в этом городке, Маркус – то ли русский, то ли нет, но пьёт он отлично, flautista_libico – хм.. скажем так, блогер, чьи записи мы и читаем периодически и комиссар местной полиции Траяно – написывает письма местному священнику, которые являют собой смесь исповеди и нытья.
Помимо основных героев, конечно же множество второстепенных. Но я не увидел сложности в многообразии персонажей и особо не спотыкался, хотя пороги там есть.
Всё же единственное, чего я не понял – зачем так нарочито закручивать и усложнять? Чтобы вы хоть немного понимали происходящее (без спойлеров), если возьмётесь за книгу – в романе смешаны три текста: заметки о расследовании Петры, текст книги, которую пишет Маркус и посты того блогера неизвестного. А объединяет их рассказ от лица Маркуса гораздо позднее, в 2014 году. То есть, написанное практически является книгой Маркуса, основанной на произошедшем. А потому, будьте внимательны с главными перечисленными персонажами, не все они являются теми, кем их преподносят.
Если бы я не знал с самого начала, ещё только взявшись за книгу, всё равно бы догадался, что автор из России. Нет, сама Лена живёт на данный момент в Литве (с 1991 года), но родом из Ленинграда.
А вычислить её можно фразами из текста. Ну ОТКУДА может итальянец знать фразу «на деревню к дедушке» относительно письма?
Ну хорошо, допустим Чехов, из рассказа которого и пошла эта фраза, означающая «в никуда», писатель знаменитый и любим во многих странах. И всё же мне трудно поверить, что итальянец из глубинки может думать такими выражениями.
Но это мелочи, на самом деле, и такого мало. В остальном же очень сложно обвинить автора в недостоверности. Быт, описание города, история – всё описано в деталях (кто-то обвиняет даже в излишке (я бы сказал, что скорее тут излишек пафоса в стиле)), наверное, могу сказать, что провёл несколько дней этого лета на итальянском побережье – погрузить в себя роман умеет.
Главная героиня – Петра, которая расследует убийство своего брата и скрывает его смерть от пожилой уже матери, попутно вспоминает детство и часть жизни, которую она прожила на Картахене. Вернулась же она к дому с разбитым окном и теперь жаждет возмездия – бросается на поиски убийцы, попутно заново узнавая своего брата и его последние дни.
Camille в одной из своих песен поёт о доме, говоря, что у него нет дверей, крыши, окон, ключей и ручек, сердца и вен, что дом, это даже не гавань, а там, где..
Впрочем, она поёт о своём доме. У Петры он свой, но не менее порушенный. А если найти убийцу? Если вставить окно? Дом снова будет обретён? Его сердце забьётся, а по венам побежит кровь? И разве что останется пустота внутри тебя, вина и обида, – даже за пределами бесконечно далёкой и родной Картахены.
❤2
ШАЙТАНСКИЕ АЯТЫ
12 августа 2022 года на британско-американского писателя индийского происхождения Салмана Рушди было совершено нападение в институте Шатокуа, штат Нью-Йорк. Он получил множественные ножевые ранения, в том числе в шею. На сегодняшний день он жив, хоть и с травмами.
Причиной нападения стал роман писателя «Сатанинские стихи», изданный в 1988 году. Хронология событий после издания книги одна из самых необычных и кошмарных, что я видел (относительно книги). Я приведу здесь некоторые пункты.
• 26 сентября 1988 год: роман опубликован в Великобритании.
• 5 октября: Индия запрещает импорт романа.
• 24 ноября: роман запрещён в Южной Африке и Пакистане, в течение последующих недель запрещён в Саудовской Аравии, Египте, Сомали, Бангладеш, Судане, Малайзии, Индонезии и Катаре.
• декабрь 1988 — январь 1989: британские мусульмане публично сжигают роман в Болтоне и Брадфорде; Исламский Совет Безопасности требует от издательства «Penguin Books» публичных извинений, изъятия романа, уничтожения всех копий и запрещения повторных изданий.
• 14 февраля: иранский лидер аятолла Хомейни издает фетву, призывающую всех мусульман казнить всех, кто был причастен к изданию романа; иранский религиозный фонд предлагает денежное вознаграждение за убийство Рушди.
• 16 февраля: Рушди защищён программой британского правительства по защите свидетелей и издает заявление, в котором выражает сожаление о том, что мусульмане были оскорблены книгой; аятолла Хомейни отвечает: «Обязанностью каждого мусульманина является использование всего, чем он владеет, его жизни и богатства для того, чтобы отправить Рушди в ад».
• 18 февраля: Рушди извиняется, как было предложено Али Хаменеи; ИРНА (официальное информационное агентство) заявляет, что выступление Рушди достаточно для его оправдания.
• 24 февраля: иранский бизнесмен предлагает 3 миллиона долларов за убийство Рушди; 12 человек погибают во время демонстрации против Рушди в Бомбее, Индия.
• 7 марта: Великобритания разрывает дипломатические отношения с Ираном.
• 11 июля 1991 года: в Японии убит Хитоси Игараси, переводчик романа «Сатанинские стихи» на японский язык.
• 12 августа 2022 года во время лекции в городе Чотокуа, штат Нью-Йорк, на Рушди напал человек, который вскочил на сцену и несколько раз ударил его ножом в шею и тело. Нападавший был задержан, Рушди был экстренно доставлен в больницу.
Здесь не все, но основные, как я посчитал, пункты. Были ещё массовые протесты, в результате которых погибли сотни людей, были поджоги и взрывы книжных магазинов.
Честно говоря, если бы не это происшествие, возможно я узнал бы о книге не так скоро, если бы вообще до неё добрался. Но так оно обычно и бывает. Когда-то давно я вдруг стал штудировать в сети списки запрещённой литературы, из которых извлёк не мало интересного: «Майн кампф» (давно это было) или книги Рона Хаббарда, или «Молот ведьм», которую вообще считаю одной из любимых и гениальных, в плане иллюстрации человека и религии конкретно.
Нужно понимать, что запрещённых книг довольно много и в разных странах. В такие списки попадают даже книги, которых вы не ожидаете там увидеть: «Алиса в стране чудес», «Убить пересмешника», «Декамерон», «Заводной апельсин» и ещё сотни и сотни книг, по тем или иным причинам.
Наверное, это первый раз, когда у меня нет желания рассказывать, о чём книга. Скажу только, что она поэтична и красива. По ходу чтения у меня возникали ассоциации с Булгаковым и даже недавним «Иерусалимом» (влияние «Мастера и Маргариты», впрочем, автор признаёт и сам). Рушди знакомит нас поочерёдно с персонажами и их историями, в которых обнажается их человеческое и духовное, сталкиваясь между собой. В результате чего, человек либо теряет веру, либо укрепляется в ней. Любовь, смерть, вера, выбор, иммигрантский опыт, дилеммы – таковы основные темы романа, во многом отражающие и внутренние вопросы и противоречия самого автора, а вся история написана в стиле магического реализма. В нём очень много тяжёлой (как мне показалось) тоски, как и светлых моментов.
12 августа 2022 года на британско-американского писателя индийского происхождения Салмана Рушди было совершено нападение в институте Шатокуа, штат Нью-Йорк. Он получил множественные ножевые ранения, в том числе в шею. На сегодняшний день он жив, хоть и с травмами.
Причиной нападения стал роман писателя «Сатанинские стихи», изданный в 1988 году. Хронология событий после издания книги одна из самых необычных и кошмарных, что я видел (относительно книги). Я приведу здесь некоторые пункты.
• 26 сентября 1988 год: роман опубликован в Великобритании.
• 5 октября: Индия запрещает импорт романа.
• 24 ноября: роман запрещён в Южной Африке и Пакистане, в течение последующих недель запрещён в Саудовской Аравии, Египте, Сомали, Бангладеш, Судане, Малайзии, Индонезии и Катаре.
• декабрь 1988 — январь 1989: британские мусульмане публично сжигают роман в Болтоне и Брадфорде; Исламский Совет Безопасности требует от издательства «Penguin Books» публичных извинений, изъятия романа, уничтожения всех копий и запрещения повторных изданий.
• 14 февраля: иранский лидер аятолла Хомейни издает фетву, призывающую всех мусульман казнить всех, кто был причастен к изданию романа; иранский религиозный фонд предлагает денежное вознаграждение за убийство Рушди.
• 16 февраля: Рушди защищён программой британского правительства по защите свидетелей и издает заявление, в котором выражает сожаление о том, что мусульмане были оскорблены книгой; аятолла Хомейни отвечает: «Обязанностью каждого мусульманина является использование всего, чем он владеет, его жизни и богатства для того, чтобы отправить Рушди в ад».
• 18 февраля: Рушди извиняется, как было предложено Али Хаменеи; ИРНА (официальное информационное агентство) заявляет, что выступление Рушди достаточно для его оправдания.
• 24 февраля: иранский бизнесмен предлагает 3 миллиона долларов за убийство Рушди; 12 человек погибают во время демонстрации против Рушди в Бомбее, Индия.
• 7 марта: Великобритания разрывает дипломатические отношения с Ираном.
• 11 июля 1991 года: в Японии убит Хитоси Игараси, переводчик романа «Сатанинские стихи» на японский язык.
• 12 августа 2022 года во время лекции в городе Чотокуа, штат Нью-Йорк, на Рушди напал человек, который вскочил на сцену и несколько раз ударил его ножом в шею и тело. Нападавший был задержан, Рушди был экстренно доставлен в больницу.
Здесь не все, но основные, как я посчитал, пункты. Были ещё массовые протесты, в результате которых погибли сотни людей, были поджоги и взрывы книжных магазинов.
Честно говоря, если бы не это происшествие, возможно я узнал бы о книге не так скоро, если бы вообще до неё добрался. Но так оно обычно и бывает. Когда-то давно я вдруг стал штудировать в сети списки запрещённой литературы, из которых извлёк не мало интересного: «Майн кампф» (давно это было) или книги Рона Хаббарда, или «Молот ведьм», которую вообще считаю одной из любимых и гениальных, в плане иллюстрации человека и религии конкретно.
Нужно понимать, что запрещённых книг довольно много и в разных странах. В такие списки попадают даже книги, которых вы не ожидаете там увидеть: «Алиса в стране чудес», «Убить пересмешника», «Декамерон», «Заводной апельсин» и ещё сотни и сотни книг, по тем или иным причинам.
Наверное, это первый раз, когда у меня нет желания рассказывать, о чём книга. Скажу только, что она поэтична и красива. По ходу чтения у меня возникали ассоциации с Булгаковым и даже недавним «Иерусалимом» (влияние «Мастера и Маргариты», впрочем, автор признаёт и сам). Рушди знакомит нас поочерёдно с персонажами и их историями, в которых обнажается их человеческое и духовное, сталкиваясь между собой. В результате чего, человек либо теряет веру, либо укрепляется в ней. Любовь, смерть, вера, выбор, иммигрантский опыт, дилеммы – таковы основные темы романа, во многом отражающие и внутренние вопросы и противоречия самого автора, а вся история написана в стиле магического реализма. В нём очень много тяжёлой (как мне показалось) тоски, как и светлых моментов.
Главная причина нападок со стороны мусульман – теория, описанная в романе. Предположение о том, что Мухаммед на самом деле был абсолютно неграмотным и записывал Коран под диктовку архангела Гавриила, который в какой-то момент задремал, а Сатана мог, выдавая себя за Гавриила, нашептать парочку глав Корана (отсюда и название – Сатанинские стихи, или Шайтанские аяты). Вот и всё. Предположение даже не самого Рушди, а историка Мьюра в 19 веке. Не думаю, что Рушди сам относился к этому серьёзно (художественный, чёрт возьми), – помним, что Салман сам был и остаётся человеком религиозным. И даже я, для которого и коран и библия в принципе являются мифологиями, не увидел здесь попытки кого-то оскорбить, в т.ч. саму религию. Но то есть, за это вот? Возможно, есть что-то ещё глубоко оскорбительное в романе, что мне недоступно. Может дело не в книге, а в том, что сам Рушди повсеместно выступал против экстремизма?
А может и не стоит давно уже задаваться вопросами, возможна ли в 21-м веке очередная война, или очередное нападение оскорбившихся "верующих".
Касательно же обеих ситуаций:
«Но только мраку сегодня не победить».
А может и не стоит давно уже задаваться вопросами, возможна ли в 21-м веке очередная война, или очередное нападение оскорбившихся "верующих".
Касательно же обеих ситуаций:
«Но только мраку сегодня не победить».
❤2
ПОКОРНОСТЬ КАК УДЕЛ
Глядя на сегодняшнюю ситуацию, на всё, что за этим следует, мне вспомнился вдруг один рассказ (я вообще под любую жизеннную ситуацию могу подобрать рассказ, спасибо моему мозгу, хоть и туповатому).
В рассказе Альбера Камю (одного из самых грустных авторов) «Гость» или «Гостеприимство», говорится о неком учителе, что живёт уединённо в своей школе, где и встречает учеников. Однажды, жандарм приводит к нему араба, которого учителю необходимо доставить в полицию в другой городок, согласно приказу.
Учитель оставляет араба ночевать у себя, кормит и укладывает спать. Утром они отправляются в путь, посреди которого учитель оставляет араба. Он даёт ему денег и еды, затем указывает два пути – на востоке его ждёт полиция и суд, на юге же он может получить убежище. Затем уходит.
Спустя какое-то время он оглядывается и видит, что араб, долго стоявший до этого на месте, словно осмысляя доставшуюся ему свободу, решая, что с ней вообще делать, двинулся на восток, в руки своих палачей.
Собственно, это то немногое, что мне хотелось сказать. Иногда, если лишать человека свободы воли долгое время (а большинство лишается этого с детства – на это ты не имеешь права, тут не спорь, там не перечь, делай, что требуют, своё мнение оставь при себе, взрослые умнее тебя), то в зрелом возрасте от этой воли и этой свободы остаётся примерно ничего.
Этого араба мог бы и не сопровождать ни жандарм, ни учитель. Он бы пришёл к полицейским и своей участи сам.
Только призови.
Глядя на сегодняшнюю ситуацию, на всё, что за этим следует, мне вспомнился вдруг один рассказ (я вообще под любую жизеннную ситуацию могу подобрать рассказ, спасибо моему мозгу, хоть и туповатому).
В рассказе Альбера Камю (одного из самых грустных авторов) «Гость» или «Гостеприимство», говорится о неком учителе, что живёт уединённо в своей школе, где и встречает учеников. Однажды, жандарм приводит к нему араба, которого учителю необходимо доставить в полицию в другой городок, согласно приказу.
Учитель оставляет араба ночевать у себя, кормит и укладывает спать. Утром они отправляются в путь, посреди которого учитель оставляет араба. Он даёт ему денег и еды, затем указывает два пути – на востоке его ждёт полиция и суд, на юге же он может получить убежище. Затем уходит.
Спустя какое-то время он оглядывается и видит, что араб, долго стоявший до этого на месте, словно осмысляя доставшуюся ему свободу, решая, что с ней вообще делать, двинулся на восток, в руки своих палачей.
Собственно, это то немногое, что мне хотелось сказать. Иногда, если лишать человека свободы воли долгое время (а большинство лишается этого с детства – на это ты не имеешь права, тут не спорь, там не перечь, делай, что требуют, своё мнение оставь при себе, взрослые умнее тебя), то в зрелом возрасте от этой воли и этой свободы остаётся примерно ничего.
Этого араба мог бы и не сопровождать ни жандарм, ни учитель. Он бы пришёл к полицейским и своей участи сам.
Только призови.
❤4
ПРОТИВ САМОГО СЕБЯ
«утяжеляется шёпот далёких звёзд».
Недавно утром на мой балкон залетела синица. Окно не такое уж и маленькое, но казалось, что она не может найти выход, потому мечется из одной стороны в другую. Какое-то время я наблюдал за ней, стоя у закрытой двери с чашкой кофе, затем, когда она улетела в дальний конец, открыл дверь, задержал порывающегося ворваться следом кота и вышел. Птица заметалась в своём углу и с криками стала биться в стекло. Я медленно приближался к ней, открывая другие окна, а она в какой-то момент настороженно замерла и крутила головой, смотря на меня. Кто из нас двоих тут заперт? Как много нужно распахнутых окон, чтобы найти выход? Насколько воплощение твоего страха должно приблизиться и сдавить тебя, чтобы ты решился устремиться к выходу?
На расстоянии вытянутой руки я замер, и какое-то время мы молча глядели друг на друга. Синица сорвалась с места, пролетела мимо меня, снова ударилась в стекло, вылетела в открытое окно и скрылась в парке, слившись оперением с желтеющими листьями. Я поднял ей вслед чашку с кофе, стоя у распахнутых окон и щурясь от солнца.
В романе «Матерь Тьма» Курта Воннегута рассказывается об американце Говарде У. Кэмпбелле-младшем, который вырос в Германии. Во время Второй мировой его вербует американская разведка в виде загадочного человека по имени Фрэнк Виртанен, и Кэмпбелл оказывается на радио, где активно пропагандирует фашистскую идеологию на английском языке. В этих передачах он оставляет сообщения американцам – паузы, запинки, покашливания, ударения и проч. Он и сам не знает, какие именно сообщения там зашифрованы. Со временем он становится любимчиком нацистов – настолько хорошо вживается в роль. Для всего же мира он один из самых страшных преступников, хоть и не отдаёт преступных приказов, не убивает. И только три человека знают, кто он на самом деле. На своём жизненном пути с начала войны он потерял любимую, потерял семью и потерял своё творчество. К концу войны его хватают американские солдаты и собираются повесить, но загадочный Фрэнк Виртанен снова появляется и отправляет Говарда в Нью-Йорк, где последний живёт много лет, пока его не узнают. Затем следуют гневные письма от разных людей (он по-прежнему нацистский преступник для всего мира), избиения и проч. В конце концов, он сдаётся сам. Его снова арестовывают и на этот раз шансов на спасения нет – никто не знает о неком Фрэнке Виртанене. В последний момент, перед самым судом приходит письмо от Виртанена, в котором рассказана вся правда, и Кэмпбелла вот-вот отпустят на свободу.
И вот тут встаёт вопрос. Перед Кэмпбеллом, в первую очередь. С одной стороны – победа над фашизмом, в которую он внёс свой вклад, передавая зашифрованные сообщения. С другой стороны – своей успешной пропагандой он вдохновлял немало людей в Германии, и возможно на его совести не одна смерть. Так чему он послужил больше?
Кэмпбелла не отпускало прошлое всю последующую жизнь, а ведь он по сути действовал во благо победы над Германией.
И теперь он прощён и выйдет из тюрьмы. Но позволит ли он сам себе выйти? Простит ли себе преступления против самого себя?
В одном только Берлине в 1945 году было зарегистрировано более 7000 самоубийств. Причины разные – кто-то не смирился с поражением Германии, кого-то пугало приближение Красной армии, их жестокость по отношению к мирному населению, страх перед репрессиями, страх быть привлечённым к ответственности. Сколько же людей, из числа погибших от собственных рук, сделало это из вины и раскаяния? Увы, неизвестно. Вполне возможно, что кто-то из пропагандистов того времени не верили в то, что несли людям по радио или в прессе, как не верил Кэмпбелл. Но у них получалось убеждать. А вот в поражение не верил никто. Победа всё простит – так считается и в наше время. Какой ценой – неважно.
Но поражение произошло. Как и суд.
Или самосуд.
«утяжеляется шёпот далёких звёзд».
Недавно утром на мой балкон залетела синица. Окно не такое уж и маленькое, но казалось, что она не может найти выход, потому мечется из одной стороны в другую. Какое-то время я наблюдал за ней, стоя у закрытой двери с чашкой кофе, затем, когда она улетела в дальний конец, открыл дверь, задержал порывающегося ворваться следом кота и вышел. Птица заметалась в своём углу и с криками стала биться в стекло. Я медленно приближался к ней, открывая другие окна, а она в какой-то момент настороженно замерла и крутила головой, смотря на меня. Кто из нас двоих тут заперт? Как много нужно распахнутых окон, чтобы найти выход? Насколько воплощение твоего страха должно приблизиться и сдавить тебя, чтобы ты решился устремиться к выходу?
На расстоянии вытянутой руки я замер, и какое-то время мы молча глядели друг на друга. Синица сорвалась с места, пролетела мимо меня, снова ударилась в стекло, вылетела в открытое окно и скрылась в парке, слившись оперением с желтеющими листьями. Я поднял ей вслед чашку с кофе, стоя у распахнутых окон и щурясь от солнца.
В романе «Матерь Тьма» Курта Воннегута рассказывается об американце Говарде У. Кэмпбелле-младшем, который вырос в Германии. Во время Второй мировой его вербует американская разведка в виде загадочного человека по имени Фрэнк Виртанен, и Кэмпбелл оказывается на радио, где активно пропагандирует фашистскую идеологию на английском языке. В этих передачах он оставляет сообщения американцам – паузы, запинки, покашливания, ударения и проч. Он и сам не знает, какие именно сообщения там зашифрованы. Со временем он становится любимчиком нацистов – настолько хорошо вживается в роль. Для всего же мира он один из самых страшных преступников, хоть и не отдаёт преступных приказов, не убивает. И только три человека знают, кто он на самом деле. На своём жизненном пути с начала войны он потерял любимую, потерял семью и потерял своё творчество. К концу войны его хватают американские солдаты и собираются повесить, но загадочный Фрэнк Виртанен снова появляется и отправляет Говарда в Нью-Йорк, где последний живёт много лет, пока его не узнают. Затем следуют гневные письма от разных людей (он по-прежнему нацистский преступник для всего мира), избиения и проч. В конце концов, он сдаётся сам. Его снова арестовывают и на этот раз шансов на спасения нет – никто не знает о неком Фрэнке Виртанене. В последний момент, перед самым судом приходит письмо от Виртанена, в котором рассказана вся правда, и Кэмпбелла вот-вот отпустят на свободу.
И вот тут встаёт вопрос. Перед Кэмпбеллом, в первую очередь. С одной стороны – победа над фашизмом, в которую он внёс свой вклад, передавая зашифрованные сообщения. С другой стороны – своей успешной пропагандой он вдохновлял немало людей в Германии, и возможно на его совести не одна смерть. Так чему он послужил больше?
Кэмпбелла не отпускало прошлое всю последующую жизнь, а ведь он по сути действовал во благо победы над Германией.
И теперь он прощён и выйдет из тюрьмы. Но позволит ли он сам себе выйти? Простит ли себе преступления против самого себя?
В одном только Берлине в 1945 году было зарегистрировано более 7000 самоубийств. Причины разные – кто-то не смирился с поражением Германии, кого-то пугало приближение Красной армии, их жестокость по отношению к мирному населению, страх перед репрессиями, страх быть привлечённым к ответственности. Сколько же людей, из числа погибших от собственных рук, сделало это из вины и раскаяния? Увы, неизвестно. Вполне возможно, что кто-то из пропагандистов того времени не верили в то, что несли людям по радио или в прессе, как не верил Кэмпбелл. Но у них получалось убеждать. А вот в поражение не верил никто. Победа всё простит – так считается и в наше время. Какой ценой – неважно.
Но поражение произошло. Как и суд.
Или самосуд.
❤1
СКАЗКА СКАЗОК
«Подать обман, как чудо,
От злости бить посуду,
Может и не быть
Всех волшебных снов, о чём мечтали,
Сказок странствий долгих, где скитались,
Больше не любить».
Подумал, что в это время стоило бы написать про что-то менее грустное и депрессивное, потому напишу про сказки. Но себе изменять тоже не собираюсь, потому это будут страшные сказки.
Несколько лет назад нашёл и посмотрел один фильм. Дело было летним утром, я сидел с кофе и нашёл его.
Называется фильм «Страшные сказки» и конечно это русская локализация, в оригинале он называется «Сказка сказок», что красивее, и в который раз не понимаю, почему не воспользоваться оригинальным названием.
Когда смотрел его, помню думал, что я уже это видел. Я знаю этот сюжет. И почти не ошибся. В фильме собрано несколько историй, объединённых в одну. И тогда я решил, что видимо я читал все эти сказки, которые тут экранизировали.
Недавно я его пересмотрел и решил уже найти первоисточник. Так вот снят он по книге Джамбаттиста Базиле «Сказка сказок или Забава для малых ребят», другое название «Пантерамон». И, как оказалось, нет, я не читал её, но все сказки знаю. (К слову, может быть и читал самого Базиле, но всего не упомнишь – в своё время этих сказок прочёл сотни, если не тысячи).
А книга эта является своего рода библией всех сказок. Она была раньше всех. Раньше Братьев Гримм, раньше Шарля Перро и т.п., которые уже позже взяли истории из этой книги, просто переписав (и даже некоторые из русских авторов, как то Пушкин). Но известна она, к сожалению, намного меньше последних. Опубликована она была впервые примерно в 1634-1636 годах. Базиле собрал народный фольклор и объединил сказки, – а именно 49, – одной общей сказкой-обрамлением. Гораздо позже этот же приём использовался в «Тысяче и одной ночи», опубликованной в 1835 году.
В фильме конечно лишь несколько сказок, и получился он довольно мрачным и красивым, хотя кое-где пожестили под красивую музыку, так что фильм не совсем и детский. Мне хотелось бы, чтобы взяли хотя бы на пару историй больше, вообще хуже бы не стало, но и на том спасибо.
Последнее издание в России выпустило «Издательство Ивана Лимбаха», сейчас эту книгу можно купить, увы, только с рук.
«Подать обман, как чудо,
От злости бить посуду,
Может и не быть
Всех волшебных снов, о чём мечтали,
Сказок странствий долгих, где скитались,
Больше не любить».
Подумал, что в это время стоило бы написать про что-то менее грустное и депрессивное, потому напишу про сказки. Но себе изменять тоже не собираюсь, потому это будут страшные сказки.
Несколько лет назад нашёл и посмотрел один фильм. Дело было летним утром, я сидел с кофе и нашёл его.
Называется фильм «Страшные сказки» и конечно это русская локализация, в оригинале он называется «Сказка сказок», что красивее, и в который раз не понимаю, почему не воспользоваться оригинальным названием.
Когда смотрел его, помню думал, что я уже это видел. Я знаю этот сюжет. И почти не ошибся. В фильме собрано несколько историй, объединённых в одну. И тогда я решил, что видимо я читал все эти сказки, которые тут экранизировали.
Недавно я его пересмотрел и решил уже найти первоисточник. Так вот снят он по книге Джамбаттиста Базиле «Сказка сказок или Забава для малых ребят», другое название «Пантерамон». И, как оказалось, нет, я не читал её, но все сказки знаю. (К слову, может быть и читал самого Базиле, но всего не упомнишь – в своё время этих сказок прочёл сотни, если не тысячи).
А книга эта является своего рода библией всех сказок. Она была раньше всех. Раньше Братьев Гримм, раньше Шарля Перро и т.п., которые уже позже взяли истории из этой книги, просто переписав (и даже некоторые из русских авторов, как то Пушкин). Но известна она, к сожалению, намного меньше последних. Опубликована она была впервые примерно в 1634-1636 годах. Базиле собрал народный фольклор и объединил сказки, – а именно 49, – одной общей сказкой-обрамлением. Гораздо позже этот же приём использовался в «Тысяче и одной ночи», опубликованной в 1835 году.
В фильме конечно лишь несколько сказок, и получился он довольно мрачным и красивым, хотя кое-где пожестили под красивую музыку, так что фильм не совсем и детский. Мне хотелось бы, чтобы взяли хотя бы на пару историй больше, вообще хуже бы не стало, но и на том спасибо.
Последнее издание в России выпустило «Издательство Ивана Лимбаха», сейчас эту книгу можно купить, увы, только с рук.
❤7
КАМЕНЬ-УТОПИТЕЛЬ
Эти зоны комфорта — запретный плод,
Я из песен и слов свил подземный плот,
Но до мыслей глубин докопать нельзя,
Можно лишь свою пешку развить в ферзя.
Я придумал врага и поставил мат,
Когда я позвоню, захвати травмат,
Если мой пьедестал — это манекен,
То прости меня, мам, я не стал никем.
// этажность
если ты несёшь груз, переверни первую страницу
В романе Нейтана Хилла «Нёкк» рассказывается о Сэмюэле Андерсоне, который работает учителем литературы и английского языка. А ещё он несостоявшийся писатель. Около 10 лет назад от происходящих событий, он, будучи молодым перспективным автором, заключил контракт с издательством, которое заплатило ему гонорар за ещё не написанный роман. И десять лет спустя романа так и нет. Теперь же издатель собирается подавать в суд и вернуть деньги… либо получить книгу, но уже другую.
Когда Сэмюэль был совсем мальчишкой, у него из семьи ушла мать. Просто ушла однажды ночью. А теперь, десятки лет спустя, она совершает преступление – нападает на губернатора. Сейчас она в центре внимания, и издатель хочет получить от сына этой женщины всю правду о ней в виде книги. Точнее так, всю “правду”. И Сэмюэль, оказавшись в долгах, не питая к матери никаких чувств, кроме обиды и непонимания, соглашается. Соглашается написать “обличительный” роман, выставив мать в самом неприглядном свете. А для этого отправляется в родные места, чтобы навестить её.
Через весь роман проходит связующей нитью две легенды, которые мама однажды рассказывала сыну. Сэмюэлю. А ей когда-то рассказывал её отец. Первая – о Нёкке. Если совсем просто, это водяной дух, та же русалочка. Или та же сирена. В скандинавском фольклоре это существо может принимать вид и четвероного животного – лошади, например. В любом же виде оно завлекает человека, а затем топит его.
Так учила Сэмюэля мать когда-то, рассказывая эту легенду. «То, что больше всего любишь, рано или поздно причинит тебе самую сильную боль». Станет для тебя Нёкком.
И ещё одна легенда. О камне-утопителе. Или привидение, похожее на камень. На берегу моря можно было найти такой камень, с виду обычный, поросший мхом. И никак нельзя понять, что это привидение, пока в море не выйдешь. Чем дальше отплываешь от берега, тем тяжелее становится камень. И если забраться совсем далеко, призрак становится таким тяжёлым, что может потопить корабль.
« – Зачем он топит корабли?
– Кто же знает. Может он на что-то очень зол. Может, с ним приключилась беда. И вот он становится таким огромным, что выдержать невозможно. И чем дольше пытаешься его тащить, тем больше и тяжелее он становится. Иногда привидение забирается в человека, растёт у него внутри, захватывает его целиком, лишает возможности сопротивляться. И человек тонет».
Мать несёт с собой груз прошлого, в виде человека, которого она когда-то любила. А спустя много лет понимает, что нынешняя жизнь – не её, и убегает к прошлому.
Отец Фэй – матери Сэмюэля – когда-то сбежал из Норвегии, оставив там собственную семью – жену и ребёнка. Он так и не вернулся обратно. Но сейчас, находясь в доме престарелых, уже лишившись разума, всё, что он видит перед собой, это родные берега Норвегии, а в своей дочери он видит свою первую дочь, которую оставил.
Собственно, отца Фэй, как и её саму, в конце концов утянул на глубину камень-утопитель. А самого Сэмюэля всю жизнь преследует Нёкк.
Хуже всего не то, что ты можешь встретить Нёкка, который в итоге тебя утянет на дно. Или камень, который ты тащишь с собой всю жизнь, который с каждым шагом становится всё более неподъёмным грузом. Хуже то, что этот камень-призрак заберётся в тебя, станет тобой. И ты в итоге, став камнем-утопителем, всё равно пойдёшь на дно и утянешь вместе с собой другого, вместе с тем, став для него одновременно и Нёкком.
А можно справиться со своей ношей, как это сделал Сэмюэль и попытаться понять прошлое и свою мать, взглянуть на неё спокойно, без злости, которая искажала восприятие.
В конце концов, можно избавить близких от груза в виде себя, не утянув с собой на дно.
чтобы сбросить груз, переверни последнюю страницу
Эти зоны комфорта — запретный плод,
Я из песен и слов свил подземный плот,
Но до мыслей глубин докопать нельзя,
Можно лишь свою пешку развить в ферзя.
Я придумал врага и поставил мат,
Когда я позвоню, захвати травмат,
Если мой пьедестал — это манекен,
То прости меня, мам, я не стал никем.
// этажность
если ты несёшь груз, переверни первую страницу
В романе Нейтана Хилла «Нёкк» рассказывается о Сэмюэле Андерсоне, который работает учителем литературы и английского языка. А ещё он несостоявшийся писатель. Около 10 лет назад от происходящих событий, он, будучи молодым перспективным автором, заключил контракт с издательством, которое заплатило ему гонорар за ещё не написанный роман. И десять лет спустя романа так и нет. Теперь же издатель собирается подавать в суд и вернуть деньги… либо получить книгу, но уже другую.
Когда Сэмюэль был совсем мальчишкой, у него из семьи ушла мать. Просто ушла однажды ночью. А теперь, десятки лет спустя, она совершает преступление – нападает на губернатора. Сейчас она в центре внимания, и издатель хочет получить от сына этой женщины всю правду о ней в виде книги. Точнее так, всю “правду”. И Сэмюэль, оказавшись в долгах, не питая к матери никаких чувств, кроме обиды и непонимания, соглашается. Соглашается написать “обличительный” роман, выставив мать в самом неприглядном свете. А для этого отправляется в родные места, чтобы навестить её.
Через весь роман проходит связующей нитью две легенды, которые мама однажды рассказывала сыну. Сэмюэлю. А ей когда-то рассказывал её отец. Первая – о Нёкке. Если совсем просто, это водяной дух, та же русалочка. Или та же сирена. В скандинавском фольклоре это существо может принимать вид и четвероного животного – лошади, например. В любом же виде оно завлекает человека, а затем топит его.
Так учила Сэмюэля мать когда-то, рассказывая эту легенду. «То, что больше всего любишь, рано или поздно причинит тебе самую сильную боль». Станет для тебя Нёкком.
И ещё одна легенда. О камне-утопителе. Или привидение, похожее на камень. На берегу моря можно было найти такой камень, с виду обычный, поросший мхом. И никак нельзя понять, что это привидение, пока в море не выйдешь. Чем дальше отплываешь от берега, тем тяжелее становится камень. И если забраться совсем далеко, призрак становится таким тяжёлым, что может потопить корабль.
« – Зачем он топит корабли?
– Кто же знает. Может он на что-то очень зол. Может, с ним приключилась беда. И вот он становится таким огромным, что выдержать невозможно. И чем дольше пытаешься его тащить, тем больше и тяжелее он становится. Иногда привидение забирается в человека, растёт у него внутри, захватывает его целиком, лишает возможности сопротивляться. И человек тонет».
Мать несёт с собой груз прошлого, в виде человека, которого она когда-то любила. А спустя много лет понимает, что нынешняя жизнь – не её, и убегает к прошлому.
Отец Фэй – матери Сэмюэля – когда-то сбежал из Норвегии, оставив там собственную семью – жену и ребёнка. Он так и не вернулся обратно. Но сейчас, находясь в доме престарелых, уже лишившись разума, всё, что он видит перед собой, это родные берега Норвегии, а в своей дочери он видит свою первую дочь, которую оставил.
Собственно, отца Фэй, как и её саму, в конце концов утянул на глубину камень-утопитель. А самого Сэмюэля всю жизнь преследует Нёкк.
Хуже всего не то, что ты можешь встретить Нёкка, который в итоге тебя утянет на дно. Или камень, который ты тащишь с собой всю жизнь, который с каждым шагом становится всё более неподъёмным грузом. Хуже то, что этот камень-призрак заберётся в тебя, станет тобой. И ты в итоге, став камнем-утопителем, всё равно пойдёшь на дно и утянешь вместе с собой другого, вместе с тем, став для него одновременно и Нёкком.
А можно справиться со своей ношей, как это сделал Сэмюэль и попытаться понять прошлое и свою мать, взглянуть на неё спокойно, без злости, которая искажала восприятие.
В конце концов, можно избавить близких от груза в виде себя, не утянув с собой на дно.
чтобы сбросить груз, переверни последнюю страницу
❤4👍1
Коль вдали увидишь поезд,
Что летит упрямо в ночь,
Залезай под одеяло,
Засыпай, пусть едет прочь.
Что ни полночь, поезд звал нас
В чужедальные места,
Поезд вымерших селений,
Бесприютный сирота.
Нету никого в кабине,
Речи не слыхать ничьей,
Не бывает пассажиров,
В поездах больных ночей.
Тихо, пусто на вокзалах,
Насыпь голая грустна,
Что оставим, поезд взыщет,
Путь – ему, а старость – нам.
Пусть ревёт, как рогоносцы,
Что одним ветрам слышны,
Поезд – для войны и ночи,
Мы – для песни и вины.
// Песня Перемещённых Лиц
Что летит упрямо в ночь,
Залезай под одеяло,
Засыпай, пусть едет прочь.
Что ни полночь, поезд звал нас
В чужедальные места,
Поезд вымерших селений,
Бесприютный сирота.
Нету никого в кабине,
Речи не слыхать ничьей,
Не бывает пассажиров,
В поездах больных ночей.
Тихо, пусто на вокзалах,
Насыпь голая грустна,
Что оставим, поезд взыщет,
Путь – ему, а старость – нам.
Пусть ревёт, как рогоносцы,
Что одним ветрам слышны,
Поезд – для войны и ночи,
Мы – для песни и вины.
// Песня Перемещённых Лиц
👍3