думаю, что есть тенденция закатывать глаза на те вещи, которые приносят людям радость.
и в частности, приносят женщинам радость.
и это постоянно меня выбешивает.

Сара Дж Маас, писательница

#однафеминисткасказала


«В качестве эротического ощущения проникновение пениса в вагину оставляет желать лучшего, – пишут Анна Кут и Беатрикс Кэмпбелл в книге о движении за равноправие женщин «Сладкая свобода» (Sweet Freedom, 1982). – В условиях свободного рынка подобные данные об уровне потребительской неудовлетворенности привели бы к изъятию продукта из обращения».


Хелен Льюис
Неудобные женщины. История феминизма в 11 конфликтах

Здесь не могу не обратиться к памяти женщины-ученого, с кем мне пришлось неоднократно встречаться на различных конференциях и форумах. Первая встреча состоялась в Ашхабаде в 1989 г. на Форуме женщин Востока. Это академик, доктор исторических наук, автор многих книг и монографий Биби Пальвановна Пальванова. В моей домашней библиотеке хранятся две книги с пожеланиями автора. Это «Эмансипация мусульманки» (1982) и «Биби Пальванова» из серии «Библиографии ученых Туркменистана» (1991).

Она известна в научных кругах как исследователь опыта раскрепощения женщин Востока. Вот что она писала:

«Любители экзотики с незапамятных времен видели в женщинах Востока беззаботных фей, счастливых таинственных красавиц гаремов восточных властелинов А чудовищная действительность заключалась в том, что эти гаремы были очагами зла и разврата, кровавого насилия, дикого произвола и надругательства над женщинами. Женщина Средней Азии вошла в XX век рабой своего отца, мужа, свекра, старшего брата, даже сына. Лучшим качеством женщины считалось молчаливость.

В Средней Азии распространено было самосожжение женщины. Хотя самоубийство правоверных мусульманок и осуждается Кораном, женщины, даже фанатичные, решались на самосожжение, не выдержав пыток и издевательств, а власть, закон и религиозные привилегии были на стороне деспота мужа. Калым, затворничество женщин, ранние браки, многоженство, антагонизм среди женщин и имущественное неравенство среди них создавали многотрудные обязанности. Так, например, в скотоводческих районах женщина фактически вела хозяйство. Мужчины уходили на пастбища, а женщины были заняты помимо ухода за детьми, переработкой молока, шерсти, мяса. Они изготавливали для семьи ковры, паласы, кошмы, одеяла и т.д.

Наиболее в строгой форме существовало затворничество у узбеков, таджиков. Затворничество женщин у кочевых народов – казахов, киргизов – имело наиболее легкие формы, что связано с особенностями хозяйства и быта. Эти различные степени затворничества сказывались и в традиционной одежде. Узбечки и таджички с 10-летнего возраста носили паранджу с чачваном (чимматом). Паранджа закрывала женщину с головы до ног. На лицо и грудь опускалась черная густая сетка из конского волоса, которая называется у узбечек чачван, а таджичек – чиммат. Из-за чачвана, особенно в жару, женщина обливалась потом, задыхалась от духоты, теряла зрение, преждевременно слепла. И грудного ребенка она вынуждена была носить под паранджой и сеткой, что причиняло немало вреда здоровью ребенка»


Р.М. Канапьянова
От эмансипации мусульманки XX в. до семейных ценностей XXI в. (памяти академика Б.П. Пальвановой)

Женщины смогут добиться в политике куда большего, если будут грубыми, громкими и — по сексистским стандартам — «непривлекательными». За это их будут высмеивать, но им нужно не просто относиться к этому стоически — им нужно к этому стремиться. Только когда их действия назовут «смехотворными», а требования — «чрезмерными» и «неадекватными», женщины будут знать, что они на правильном пути.


Сьюзен Сонтаг
Третий мир женщин

химикессу ию путилову обычно чествуют только за одно из двух ее открытий. в предвоенные годы ия начала работать над вопросом предотвращения коррозии металлов. это, конечно же, вскоре стало весьма востребованно — придуманный ею раствор на основе растительных экстрактов, добавленный к кислоте, позволял быстро и легко счищать ржавчину с металлических поверхностей, не повреждая металл. во время первой военной зимы это помогло вернуть в строй тысячи единиц вооружения. а уже к 1942 году ия создала уникол — новый препарат на основе уротропина и анилина, предназначенный для той же цели.

другое открытие она сделала уже в 1970х — в ссср тогда пытались обновить консервную промышленность, заменив стеклянную тару на жестяную. жесть, в конце концов, легче, долговечнее и дешевле. но существующие составы для консервации не подходили жести — овощи быстрее портились и приобретали металлический привкус. ия решила проблему очень элегантно, предложив добавить во время расфасовки смесь из желатина и аскорбиновой кислоты. на тот момент предложение не было принято — аскорбинка была в дефиците, да и устоявшуюся технологию менять не хотели. но сейчас на каждой первой банке в составе есть е300 — аскорбиновая кислота.

#месяц_женской_истории

Довольно красноречивая #паста о второй смене.

Вообще, быть домохозяйкой легко. С утра проснулась, всех позавтракала, завтракать всех не сложно: каши сейчас быстро варятся, яйца всегда быстро варились, тем более жарились. Чайник на плиту кинула, он сам закипит. Бутерброд что, хлеб за тебя испекли, масло из отборных коров собрали, колбасу тоже автомат делает. Порезала, стопками сложила, всем по карманам распихала и сиди, ладоши на мандоши. Посидела, отдохнула, кота накормила, погладила, пока гладишь, можно кино посмотреть, телевизор там, книжку интересную в районе обложки, потом полы подмела, с подоконников всякое говно по шкафам разложила, заодно с полок рассыпанные муку, сахар, перец, соль, рис, гречку, пятна жира, пыль, хлебные крошки, налипшие карамельки, а особенно налипшие карамельки грациозно смахнула. Труда немного, а радости вагон, всех трусы, носки, брюки, юбки, рубашки, колготки, блузки, свитера, свитшоты в кучу собрала, по цветам и тканям рассортировала, а потом знай в стиральную машину клади, да кнопку нажимай. Машина она что, она не устаёт и ты с ней не устаёшь пока, так что силы есть, кровати застелила, обувь в порядке, частоты надеваемости расставила, какие и помыла, а то давно не мыты, со вчерашнего дня. Куртки-пальто из угла подняла, в шкафу красиво повесила, тут пришло время обед готовить. Обед нынче варится быстро, тем более бульон с утра варится, сама курицу в кастрюлю кинула, сама зубы чистишь, а туда потом горсть бобовых, горсть стручковых, соль-сахар по вкусу и мешать не надо. Вообще процессам мешать никогда не надо и щи-борщи каждый день наводить не надо. На простом попостятся. Увидела в холодильнике яблоко тухнет, под настроение пирог испекла. радуешься: рачительная я, умопомрачительная, пока пирог в духовке, с тряпочкой прошлась, ручки дверные протерла. дети ведь дети, где пластилин, где мёд, где краска. Видишь, везде пластилин, мёд и краска, тряпку намочила, на швабру надела, полы прошлась. Сейчас удобно, на коленях ползать не надо и изящество в движениях, потом все пришли, носы вытерла, за стол усадила, покормила, посудку помыла, нет, не свадьба же. Ложек, правда, много, этой суп помешала, этой налила, этой доча есть не хочет, будет той ну, ложки просто мыть, не кастрюли с пригарным покрытием. бельё-одежду из стиральной машины достала, тут же повесила сушиться. На речку ходить полоскать не надо, плюсы современности. Вот и вечер, всех под душ загнала, ужином накормила из остатков завтрака, обеда и фантазии, спать всех уложила, посуду помыла, села сериал смотреть с чашкой чаю. Ложиться нельзя, а то уснёшь почему-то, а хотела чаю попить. Домохозяйки бывает жалуются, что так быт заедает, лишний раз бигудю накрутить сил нет, только на люстру выть хочется, но я чего, мне проще, меня быт не заедает, я, слава богу, еще и работаю (с).

В сфере маникюрных услуг за редкими исключениями работают только женщины. Ежедневно они подвергаются воздействию большого количества химикатов, которые «обычно содержатся в лаках для ногтей, жидкостях для снятия лака, гелях, шеллаке, дезинфицирующих растворах и клеях, без которых немыслима работа мастеров». Эти химические вещества включают многие канцерогены, а также вызывают выкидыши, заболевания легких и гормональные нарушения в организме. После рабочей смены женщины возвращаются домой, где принимаются за вторую, неоплачиваемую, работу, снова подвергаясь воздействию различных химических веществ, содержащихся в моющих средствах.

Воздействие этого химического коктейля на организм почти не изучено, хотя исследования показывают: смесь химических веществ может быть гораздо более токсичной, чем любое из по отдельности.

Большинство исследований сосредоточено в первую очередь на вредном воздействии химических веществ, проникающих в организм через кожу. Кроме того, что более тонкая, чем у мужчин, кожа облегчает проникновение химических веществ в женский организм, она не является единственными путём проникновения токсичных соединений, с которыми работают мастера маникюра. Многие жидкости летучи, то есть испаряются при комнатной температуре, и женщины вдыхают их вместе с обильной пылью, образующейся при работе с акриловыми ногтями. Влияние жидкостей и пыли на их здоровье практически не изучено.

Исследователь Энн Рошон Форд, занимающаяся изучением женских заболеваний, объясняет, как Канада начала понимать, что это серьезная проблема.

«В Торонто в большом медицинском центре недалеко от Китайского квартала стало появляться много женщин, страдающих от болезней, типичных для тех, кто страдает от воздействия химикатов», – говорит она.

Оказалось, что все эти женщины работали в маникюрных салонах. Анализ проб воздуха, взятых в нескольких салонах, показал, что концентрация химических веществ почти не превышает ПДК, принятых в отрасли. Однако дело в том, что ПДК были установлены исходя из данных, не учитывающих последствий длительного воздействия химических веществ на организм. А оно особенно опасно, если речь идет о химикатах, разрушающих эндокринную систему (ХВРЭС), потому что, в отличие от большинства токсинов, они могут быть вредными для здоровья в очень малых дозах, а также содержатся во многих пластмассах, косметике и моющих средствах.

ХВРЭС имитируют, и, как следствие, нарушают действие женских половых гормонов, «вызывая изменения в функциях клеток и органов, а также в механизмах метаболизма и роста, и в том числе нарушения репродуктивных функций».

Известно, что ХВРЭС могут вызывать рак молочной железы. Несколько исследований показали, что косметологи подвержены особенно высокому риску таких заболеваний, как лимфома Ходжкина, множественная миелома и рак яичников. Когда эксперты по охране труда и профессиональным заболеваниям Джим и Маргарет Брофи исследовали химические вещества химикаты, используемые при производстве автозапчастей из пластика, они «не обнаружили ни одного вещества, которое не вызывало бы подозрений с точки зрения вредного воздействия на организм» с точки зрения провоцирования рака молочной железы и дисфункции эндокринной системы.

У женщин, работающих на производстве, где используются либо канцерогены, вызывающие рак молочной железы, либо ХВРЭС, риск развития рака молочной железы увеличивается на 42 %. Джим и Маргарет Брофи также обнаружили, что после десяти лет работы на предприятии по производству пластиковых автозапчастей этот риск становится еще выше.

«А для женщин до 50 лет (у которых еще не наступила менопауза), которые работают на производстве такого типа, риск развития данной болезни в пять раз выше», – отмечают они. Даже год работы увеличивает риск развития рака молочной железы на 9 %.

Очевидно, что необходимо больше достоверных данных о влиянии химических веществ на женский организм. Необходимы данные об их воздействии именно на женский организм, в том числе на репродуктивные функции.

Ещё одной проблемой является то, что традиционно СИЗ разработаны для мужчин и являются неудобными и даже вредными для женщин. В Соединенных Штатах, где в 2007 г. в сельскохозяйственном производстве был занят приблизительно миллион женщин, «практически все ручные инструменты и машинное оборудование, представленные на
рынке, разработаны либо для мужчин, либо для какого-то «стандартного» пользователя, рост, вес, сила и другие антропометрические данные которого соответствуют показателям среднестатистического мужчины».

Из этого следует, что сельскохозяйственные орудия слишком тяжелы или громоздки для женщин; ручные инструменты неудобны; ручки и рукоятки не подходят женщинам ни по толщине, ни по длине (женские руки в среднем примерно на 2 см короче мужских); сельскохозяйственная техника слишком тяжела и неудобна в управлении и эксплуатации
(например, педали в кабинах тракторов располагаются слишком далеко от сиденья).

Профсоюзный конгресс обнаружил, что работодатели часто считают: женщинам подойдут и мужские СИЗ, только меньших размеров. Исследование, проведенное в 2009 г. Женским инженерным обществом, показало, что 74 % СИЗ разработано с учётом особенностей мужского организма. Опрос 2016 года, проведенный профсоюзом Prospect среди женщин, работающих в различных отраслях, от аварийных служб до строительства и энергетики, показал, что только 29% респонденток получали СИЗ, разработанные специально для женщин.

Одна женщина, работающая на железной дороге, обозначила проблему так: «СИЗ маленьких размеров, во-первых, практически нет и, во-вторых, это те же СИЗ для, только меньших размеров».

Но дело не только в удобстве. Плохо подогнанные СИЗ мешают женской работе и, как ни странно, иногда даже становятся источником опасности, хотя и предназначены для защиты. Комитет по безопасности и гигиене труда Нью-Йорка отмечает, что слишком свободная одежда и перчатки могут попасть в механизмы, а большие не по размеру ботинки затрудняют передвижение. В опросе 2016 года, проведенном журналом Prospect Magazine, 57% респондентов указали, что СИЗ «иногда или часто мешают работе».

Таким образом женщины ежедневно сталкиваются с опасностями в процессе своей трудовой деятельности, возникающими из-за того, что нормы в сфере охраны труда разработаны с учётом мужского организма, так называемого Референтного Индивида. При расчёте ПДК вредных веществ и других норм охраны труда, проектировке СИЗ и пр. необходимо учитывать особенности женского организма для того, чтобы одна половина рабочего населения была защищена от опасностей, возникающих в процессе трудовой деятельности, не хуже, чем другая.


Хертек Алиса
Проблемы охраны женского труда

В фем пространстве мы тратим много времени, просвещая других в том, почему женщины не уходят, как женщин учат не распознавать абьюз и почему патриархат толкает женщин в плохие отношения.

Я считаю, мы попусту тратим время. Потому что правильным ответом на слова, что женщины знают или должны знать, что мужчина будет абьюзером, будет лишь одно:

«И что с того?»

Что блт с того, что она приняла неверное решение? Что с того, что она не распознала знаки или распознала, но подумала, что сможет его изменить? Что, если она дала ему шанс, потому что патриархат научил её только этому?

Почему вообще это имеет отношение к тому, заслуживает ли она помощи? Или к тому, что проблема – в патриархате?Или вообще к любому обсуждению мужского насилия над женщинами?

В идее о том, что женщины выбирают плохих парней, заложена пресуппозиция, что, если женщина приняла неверное решение, то допустимо наказать её, разрушив всю её жизнь или вообще лишить её жизни.

Отмечу, что те, кто критикуют женщин за неверный выбор, это обычно те же люди, кто критикуют женщин за чрезмерную осторожность. Не все мужчины такие, и ты должна дать ему шанс, но если дашь шанс не тому мужчину, то заслуживаешь абьюза до конца своих дней, а ещё тебя можно стыдить всем, кого ты попросишь о помощи.

Потому что, конечно же, эта чушь на самом деле не о том, что женщины выбирают не тез. Это просто уловка. Цель в том, чтобы заткнуть женщин и перевести стрелки на них.Потому что патриархат обращает всё в оружие против женщин, и в патриархате женщинам не позволяется жаловаться.

Давайте серьёзно отнесёмся к мысли о том, что мужчины никогда не скрывают свои абьюзивные наклонности, а женщины осознанно выбирают абьюзеров.

Ну ок.

Это ничего не меняет в моральном, философском или юридическом анализе, потому что мужчины всё ещё ужасающе часто абьюзят женщин – и именно мужчины их абьюзят.


Зон Виллайнз
Неважно, что она «могла бы выбрать кого получше». Важно лишь то, что он абьюзит её
(перевела хозяйка канала "Осторожно, окрашено!")

В своем желании заниматься квалифицированными видами профессиональной деятельности на железнодорожном транспорте в 193 0-е гг. женщинам порой приходилось сталкиваться с открытыми дискриминационными практиками со стороны части руководителей-мужчин. В железнодорожной среде в конце 1930-х годов привычной реальностью было то, что в семьях железнодорожников, как правило, женщины занимались исключительно домашним хозяйством. Примером служила и семья начальника Белгородского отделения Александра Григорьевича Ракитянского, чья супруга, Александра Семеновна, также официально носила статус домохозяйки (однако имевшая при этом, как и муж, средне-техническое образование, являвшаяся членом партии). Отсюда в сознании железнодорожников-мужчин стремление молодых женщин войти в состав «командиров» службы движения сталкивалось с неприятием этой идеи.

Показательной (и драматичной по своим проявлениям) в этой связи выглядит история белгородской железнодорожницы Веры Кайдаловой. В июне 1938 года она обратилась с заявлением в партийный комитет Белгородского отделения с просьбой разобраться в ее «истории» и оказать поддержку в том, чтобы она получила возможность «... своим трудом заработать ... свою трудовую копейку».

В заявлении Вера Кайдалова специально подчеркивала свое социальное происхождение: она была дочерью рабочего железнодорожника - с 1900 г. осмотрщика вагонов. Представляется очевидным, что автор использовала фактор «наследственности» профессии железнодорожников в их семье как, пожалуй, один из последних аргументов в убеждении руководства Белгородского отделения принять ее на работу в службу движения.

По признанию В. Кайдаловой, ее профессиональный путь железнодорожницы начался с обучения на курсах ДСП в Белгородском отделении. Однако, проучившись на них три месяца и два дня (не получив в итоге документального подтверждения окончания обучения и приобретения искомой квалификации), она, как и троих других курсистов, была направлена на работу в учетно-контрольное бюро железнодорожным агентом. Официальным лицом, мотивировавшим В.Л. Кайдалову принять решение об оставлении занятий, был начальник кадров отделения Мелихов. Впоследствии именно с ним она вела борьбу за реализацию своих трудовых прав.

Через три месяца после начала работы В. Кайдалова была уволена по сокращению штатов из-за ликвидации бюро. Ей предложили новую вакансию - стать подменным оператором при ДСП на станции Ржава (за 80 километров от Белгорода). Проработав на этой станции две недели, по выходе в смену прежнего оператора, В. Кайдалова была вынуждена вернуться в Белгород.

Ее обращение к начальнику кадров Белгородского отделения с просьбой о содействии в дальнейшем трудоустройстве натолкнулось на жесткий ответ: «Работы нету». Оказавшись перед реальной перспективой остаться без работы, В.Л. Кайдалова высказала недоумение: «А как же быть? Кто же мне будет платить? Я прошусь взять меня хоть конторщиком, хоть оператором».

Отвечая на эти вопросы, Мелихов сначала продемонстрировал нарушение деловой этики общения с подчиненными: «Что Вы от меня хотите? Вы уже нам надоели. Ходите здесь по станции! Мотаетесь! Идите отсюда! А то возьму Вас за рукав и вышвырну в дверь». А потом предложил нестандартный вариант решения проблемы: «Да я заплачу Вам из своего жалования 160 рублей; буду, как алименты платить».

Вера Кайдалова призвала его уважать чувство ее человеческого достоинства, упомянув при этом свою причастность к коммунистической партии: «Я партийный человек, так что не повышайте на меня голос! Я Вам не мальчик для битья, и не девочка, чтобы надо мной смеялись и играли на нервах! Мне Ваши деньги не нужны! Определите меня работать, чтобы я не шаталась по вокзалу. Товарищ начальник, я Вашей трудовой копейки не хочу, я хочу своим трудом заработать и получить свою трудовую копейку!»

Вообще, судя по источникам, женщины-«движенцы» 1930-х гг. были полны решимости улучшать работу Белгородского отделения. Также железнодорожницы не боялись остро критиковать работу своих коллег-мужчин. Отчего зачастую слыли «излишне упрямыми и скандальными»

Евгения Николаевна Меньшикова
«Всё управление движением в руках женщин…»: к истории феминизации службы движения белгородского отделения Южной железной дороги НКПС СССР (1920-е – 1940-е гг.) (по материалам первичных партийных организаций)

Гендерная самоидентификация является одной из базовых характеристик личности, поскольку все (в том числе люди, принимающие решения на самом высоком уровне) воспринимают себя в качестве человека определенного пола, и нет людей, у которых отсутствует собственное представление о мужских и женских проявлениях. Гендерные представления и стереотипы пронизывают все социальные взаимодействия в обществе и на всех уровнях. Но эти представления, как правило, являются традиционными, т. е. легитимируют гендерную асимметрию как природную и неизменную.

Понятие «гендер» характеризует не биологические, а социальные различия между мужчинами и женщинами и при этом акцентирует внимание на вопросах разделения власти между полами. В связи с этим разработка и реализация социальной политики, направленной на гармонизацию гендерных отношений, требует пересмотра традиционных представлений, которые принижают значимость и актуальность проблемы выравнивания возможностей гендерных групп.

В литературе подчеркивается, что гендерное неравенство является одной из наиболее слабо рефлекси-руемых в общественном и личном сознании социальных проблем, поскольку:

— подобное неравенство уходит корнями далеко в прошлое, формируя ощущение, что оно задано априорно или даже биологически;

— социальный пол трудно отличить от биологического, а в биологическом смысле мужчины

и женщины существенно различаются;

— гендерное неравенство, как правило, многослойно (сопровождается дискриминацией по возрасту, или по месту проживания, или по национальности, или по поколениям).

Все это вместе взятое формирует у человека представление о «нормальности» сложившегося гендерного порядка и неизменности (оптимальности) существующих гендерных ролей. Гендерное неравенство в нашем обществе латентно и легитимно одновременно. Как и любые другие виды власти, оно вплетено в ткань повседневных взаимодействий. Более того, как отмечает И. Тартаковская, проявления гендерного неравенства многолики и не всегда заметны даже самим жертвам травмирующих ситуаций. Однако от этого оно не перестает быть неравенством, ущемляющим интересы одних групп в пользу других и тормозящим общественное развитие.

Пронизанность общественных отношений гендерными представлениями и стереотипами ведет к тому, что гендерный фактор действует как на этапе формирования целей государственной социальной политики, так и в ходе ее реализации. Практически все социальные программы имеют свои гендерные последствия, как правило, латентные.

Многие социальные программы, имеющие гендерную направленность, например, в сфере поддержки женского предпринимательства или профилактики мужского алкоголизма, оказываются недостаточно эффективными как раз в силу недоучета их гендерной составляющей, точнее той социокультурной среды, в которой мужской и женский гендер формируются и реализуются.

Как уже отмечалось, социальная политика может быть гендерно «слепой», т. е. игнорировать тот факт, что ее объектом являются не граждане вообще, а конкретные мужчины или женщины. Она может быть гендерно чувствительной и помогать женщинам реализовывать традиционные женские роли, а мужчинам — мужские. Но «патриархат-ная сделка» состоит в том, что «для более слабой части общества плата за гарантии защиты и безопасности оборачивается непропорциональным ограничением возможностей, безусловным следованием предписанным ролям и обслуживанием сильных».

В обоих случаях такая социальная политика будет работать в пользу укрепления господствующих преуспевающих групп (т. е. мужчин) и не способствовать изменению положения уязвимых, слабых и зависимых групп (т. е. женщин и детей).


Мария Кашина
Гендерно ориентированная социальная политика

#однафеминисткасказала

Феминизм — он не про отдельных личностей. Он о массах.

Когда Карл Маркс описывал противостояние трудящихся и капитала, характер конкретных личностей в этом противостоянии был не важен. Капиталист Джон Блэк мог быть няшей, а рабочий Джон Уайт — алкашом и садистом, сути угнетения одного другим это не меняло.

Так же и радикальный феминизм анализирует класовую борьбу: класс мужчин угнетает класс женщин. Кто с кем спит при этом, кто как себя ведёт, какие у женщин и мужчин черты личности — совершенно не важно.

Редакторки и авторки книги «Против садомазохизма» не оспаривают право садомазохистов на выбор сексуальных практик. Мы не собираемся ограничивать их законодательными или судебными средствами. Но мы считаем, что идеологические основания защиты садомазохизма несостоятельны.

Феминистская защита садомазохизма основывается на том, что садомазохистские сексуальные контакты происходят по согласию. Таким образом, некоторые феминистки и защитницы гражданских свобод утверждают, что садомазохизм де-факто приемлем и оправдан с политической точки зрения, поскольку он основан на добровольном договоре или предварительном согласии. Сторонники садомазохизма утверждают, что он безопасен, морально допустим и даже революционен, если рамки взаимодействия заранее оговорены. Однако я, как и другие феминистки, которые противостоят практике садомазохизма, придерживаюсь мнения, что психологическая реальность садомазохизма «по согласию» настолько абстрагирована от социального и исторического контекста, которые обусловливают и формируют человеческие отношения и эротическое желание, что практически теряет смысл.

Садомазохистские роли и практики пытаются воспроизвести феноменологию угнетения через ролевые игры. Для женщин и других угнетенных историческое и прагматическое значение угнетения заключается в том, что оно всегда является данным, а не выбранным. Действительно, трудно представить себе даже возможность выбрать условия угнетения. Как отмечает Сьюзан Ли Стар в своем эссе «Свастики: улица и университет», защита садомазохизма на основе согласия страдает объективным идеализмом — верой в то, что коллективные действия людей можно отделить от исторического контекста, или что контекст, который обеспечивает приемлемость, можно всякий раз подгонять заново.

Робин Рут Линден
Против садомазохизма: радикальный феминистский анализ
Перевод: И.К.Я.
Редакция: Проклятая Амбивалентность

Постмодернистский феминизм представляет собой вызов эссенциалистскому подходу, подчеркивая искусственность концептов тела, пола, расы, сексуальности, женственности. Джудит Батлер утверждает, что даже само понятие «женщина» является неоднозначным, поскольку включает в себя гораздо больше, чем биологический пол — класс, расу, сексуальность и другие аспекты индивидуальности, которые по-своему и независимо друг от друга определяют каждую женщину. Как отмечает философиня, термин «гендер» носит перформативный характер, а значит не существует единой основы для статуса женщины как таковой. Признавая, что пол является социальной конструкцией, Мэри Джо Фруг утверждает, что пол не является чем-то естественным, чем-то совершенно определенным и определяемым. Пол является частью системы смыслов, воспроизводимой с помощью языка. Одна из представительниц киберфеминизма Энн Бальзамо идет еще дальше по пути отхода от естества, телесности и заявляет: «Исчезло “естественное” тело, его заменил технологический симулякр».

Практически всякую последовательность можно довести до логического конца, то есть до абсурда. На мой взгляд, таким концом постмодернизма становится транс-идеология, которая, исходя из собственных нужд, «добила» женщину, то есть на свой лад специфицировала смерть субъекта. Женщина как существо отдельное, независимое, автономное от мужчины, выстроившая внутри патриархата свою систему ценностей, развившая женскую культуру, элиминируется самоназванными «женщинами», которые не просто вламываются в женские пространства, но и своим напором крушат границы между гендерами, своим карнавальным шествием как бы опрокидывают верх и низ, однако тем самым лишь углубляя пропасть между полами.

С одной стороны, транс-идеология закрепляет гендерные стереотипы, против которых выступает феминизм. Ведь если ребенок может поменять пол лишь на том основании, что мальчик играет в куклы и носит яркие платья, а девочка играет в машинки и коротко стрижется, то базой для перемен являются нерушимые гендерные стереотипы, которые благодаря этому становятся сильнее и еще дальше разводят два пола по разные стороны жизненного успеха.


Ольгерта Харитонова
Возвращение женщины

карикатура, опубликованная в журнале "наше время" в 1907 году. ваще ничего не меняется)

Тебе четырнадцать, и ты читаешь «Защитника» Ларри Нивена, потому что это любимая книга твоего отца, и тебе нравится твой отец, и ты думаешь, что у него хороший вкус, и существо на обложке книги выглядит интересно. В книге женская персонажка делает что-то лучше мужского — потому что она делала это всю свою жизнь, а он только научился — и он злится, что у нее это получается лучше, чем у него. И ты не понимаешь, почему он злится на это, потому что, по логике вещей, у нее это получается лучше, чем у него потому, что она делала это чаще. На внутренней стороне мужского скафандра изображена женщина в стиле пинап, и это тебя беспокоит.

Но тебе четырнадцать, и ты не знаешь, как выразить это словами.

А потом тебе пятнадцать, и ты читаешь «Небесных сирот», потому что она написана известным писателем-фантастом и рассказывает о корабле потерянного поколения, и как же это круто, но женщинам на корабле не дают имен, пока они не выйдут замуж, и ты тратишь больше времени на размышления о том, как люди называют этих женщин до их замужества, чем на остальную часть истории. Хотя этотинтригующий кусочек информации не имеет никакого отношения к сюжетной линии рассказа и упоминается лишь однажды вскользь.

Но это одна мелочь в целой книге, которая в остальном неплоха.

Затем тебе шестнадцать, и ты читаешь «Дюну», потому что брат подарил тебе вам на Рождество, и это одна из тех книг, которые надо прочесть, чтобы заработать карточку гика. Ты проводишь весь день, споря с братом о том, кто главный герой — Пол или Джессика. И чем больше ты утверждаешь, что Джессика, тем больше он убежден, что Пол, и ты не можешь заставить его понять, что она настоящий герой. И ты любишь Чани, потому что она сильна и хороша в обращении с ножом, но, в конце концов, когда она убивает противников Пола — это просто способ унизить их, потому что эти сосиски проиграли девушке.

Теперь тебе семнадцать, и ты не хочешь читать «Чужака в чужой стране» после первых семидесяти страниц, потому что-то в этой книге просто оставляет неприятный привкус во рту. Все эти разговоры о водных братьях. Тебе даже сложно это сформулировать.

А потом тебе восемнадцать, и ты забросила классическую научную фантастику, но это не мешает твоему брату или отцу пытаться заставить тебя ее читать.

Даже когда ты приносишь им книги и цитируешь отрывки, объясняя, что авторы не рассматривали женщин, как людей.

Ваш брат говорит: «Ну, это из-за времени, в которое это было написано».

Ты ошарашена тем, что эти мужчины не могли представить себе мир, в котором женщины были бы равны, в котором женщины были бы наделены властью, умны, грамотны и способны.

Ты отвечаешь — ведь это научная фантастика. Это о том, чтобы вообразить мир, который мог бы быть, и они не осмелились представить, как со временем будут развиваться не только технологии, но и общество.

Но он отталкивает вас, потому что не может понять, каково это быть четырнадцатилетней, пятнадцатилетней, шестнадцатилетней, семнадцатилетней и отчаянно хотеть любить книги, которые любит твой отец, потому что у него хороший вкус, но не иметь возможности их полюбить, потому что большинство этих книги утверждают, что ты — неполноценный человек, делая это так тонко, чтобы было сложно выразить это словами. Это как когнитивный диссонанс: как будто как песня звучит немного не в темпе — достаточно, чтобы ты осознала, что-то не так, но недостаточно, чтобы определить, что именно не так.

И вот однажды, когда тебе двадцать два года, и ты изучаешь социологию, и какая-то добрая преподавательница наконец дает тебе слова, чтобы объяснить все те маленькие чувства, которые накапливались и хранились внутри тебя годами.

Как будто мир встал на свои места.

И это то, с чем мужчины никогда не сталкивались.


@radicallyaligned
Перевод: Проклятая Амбивалентность