Телефоны и многие приложения созданы без «стоп-сигналов»: они не предупреждают, что нам, возможно, уже хватит, поэтому к ним так легко пристраститься. На определенном уровне мы знаем, что наши действия заставляют нас чувствовать себя отвратительно. Но вместо того, чтобы остановиться, мозг стремится раздобыть побольше дофамина. И мы снова заглядываем в смартфон. И опять. И еще раз.

Мы склонны объяснять это слабостью воли, по сути обвиняя самих себя. Но обычно не принимаем во внимание, что разработчики целенаправленно манипулируют нашими дофаминовыми рецепторами, чтобы нам было максимально трудно перестать пользоваться их продуктами. Это называется «хакинг мозга» — способы управления поведением, базирующиеся на биохимии, и когда вы научитесь узнавать их, то увидите, что смартфон построен на них чуть ли не полностью.

В 2017 году в передаче 60 Minutes было показано потрясающее интервью, взятое Андерсоном Купером у Рэмзи Брауна, основателя стартапа Dopamine labs. Его компания создает программное обеспечение для мозгового хакинга и продает фирмам, выпускающим приложения. По словам Брауна, имеющего образование в области нейробиологии (при этом, надо сказать, выглядит он вполне разумным и добрым парнем), цель их продукта — удерживать людей в приложениях. Это достигается за счет вычисления программами точных моментов, когда должно произойти нечто, что «даст человеку почувствовать себя немного великолепнее».

В качестве примера он привел Instagram, где, по его словам, показ лайков специально задерживают, чтобы подарить пользователю целый салют «сердечек» в нужный момент — когда их отсутствие может заставить его закрыть приложение. И, говоря о «пользователе», Браун имеет в виду именно нас с вами.

Как он объяснял Андерсону Куперу, «это просто алгоритм, который предсказывает: “Так, думаю, мы сможем улучшить поведение данного пользователя, известного как объект 79В3 в эксперименте № 231, если дадим ему вот такой салютик вместо другого спецэффекта”. Вы часть контролируемого исследования, проводящегося прямо сейчас над миллионами людей». — «Мы лабораторные морские свинки?» — спросил Купер. «Вы морские свинки, — подтвердил Браун. — Морские свинки в коробке, нажимающие на педаль и иногда получающие лайки. И все устроено так, чтобы удержать вас там».

Интересно, что Браун, один из немногих инсайдеровтехнологических компаний, согласившихся дать интервью в 60 Minutes, также создал приложение Space для сокращения времени, проведенного за смартфоном. Оно добавляет 20-секундную задержку при входе в социальные сети. Браун называет это «моментом дзена», цель которого — дать пользователю возможность передумать.

Но владельцы App Store отказались размещать Space. «Они отклонили его, объясняя тем, что любое приложение, побуждающее людей меньше использовать другие приложения или смартфоны в целом, неприемлемо для них, — рассказал Браун. — Им не хочется, чтобы мы распространяли нечто, способное оторвать людей от экрана»


Кэтрин Прайс
Как построить здоровые отношения со смартфоном

Нерушимые «естественные» законы, по которым ты должна эмоционально обслуживать всех (а обычно это подразумевает, что ты должна разряжать обстановку именно для мужчины, мужского коллектива, мужчин в компании и т. д.) порождают сотни тысяч неписаных правил буржуазного романтического этикета, но и того, что если тебе не повезёт выйти замуж за домашнего тирана или быть изнасилованной знакомым, виноватой в глазах общества будешь тоже ты, ведь природа дала тебе тайный женский дар читать и обслуживать чужие чувства.

И не забывайте, что именно девочек с раннего детства учат быть вежливыми и доброжелательными даже с агрессором, то есть выполнять эмоциональный труд за двоих (в будущем за себя и своего партнёра), попутно нормализуя насилие через формулу «дёргает за косички — значит, ты ему нравишься».

Мальчиков учат не управлять своей агрессией, а не стесняться её проявлять, быть более активными, но менее эмоциональными, не обращать внимания на эмоции своих товарищей по играм. Получается, что женские обязанности перед обществом в форме повсеместного эмоционального труда — один из аспектов процветания культуры изнасилования и виктимблейминга.

«Естественность» повсеместного женского эмоционального труда — признак того, что женщины всё ещё угнетены. При этом существование обязательного для женщин эмоционального обслуживание одновременно является и предпосылкой для дальнейшего угнетения и даже насилия.

Может, пора поставить под сомнение «природное» положение дел в человеческом обществе?


Светлана Валькович
Об эмоциональном труде женщин

Иногда читаю паблики, где женщины просят советов. И заметила закономерность, знание которой отлично экономит время.

Если женщина спрашивает: «Может, мне просто кажется?» — значит, ей 100% не кажется.
Если женщина спрашивает: «Может, я сама себя накрутила?» — значит, её чувства обесценивают.
Если женщина спрашивает: «Разве я многого хочу?» или «Может, так у всех и я зря ною?» — значит, её желания не учитывают.
Если женщина спрашивает: «Может, я с жиру бешусь?» — значит, ей сели на шею и её попрекают, что эта шея недостаточно удобная.

Отсюда вывод. Если вы думаете что-то подобное, ответ — нет. Нет, вам не кажется, вы не накрутили, вы не истеричка, вы не виноваты сами, вы не беситесь с жиру и не хотите слишком много. С вами всё в порядке. И с этим пониманием гораздо проще увидеть истинную причину проблемы.



Лена Климова

Несколько лет назад различные корпорации решили поучаствовать в кампании борьбы с раком, обнаружив, что это открывает большие возможности для бизнеса и маркетинга.

Соответственно, как грибы начали плодиться мероприятия типа бегом от инфаркта Terry Fox run, когда огромное количество народу под знаком великой идеи, устраивает марш или пробег в знак поддержки идеи и параллельно жертвует некую сумму на благотворительность.
В какой-то момент маркетологи заметили, что решения о покупках, в большинстве случаев, принимаются женщинами и, соответственно, желая продать товар, нужно ориентироваться именно на них. Не удивительно, что в данных условиях основной темой был выбран рак груди. В качестве организаторов этих пробегов выступают компании как Avon, Ford, Yoplate.
Бизнес интересы различных компаний являются основной движущей силой данных мероприятий.
Пробеги имеют еще и психологическую подоплеку, позволяя контролируемо стравливать негативные эмоции населения такие как гнев и раздражение.
Символ розовой ленточки был выбран на основе социологического исследования, целью которого было выяснить, какой цвет оказывает на людей наиболее умиротворяющее и успокаивающее действие — действие, прямо противоположное тем эмоциям, которые возникают при словах «рак груди». Опрос показал, что розовый цвет, как нельзя лучше для этого подходит.

Интересно то, что результат данной кампании, проходящей под лозунгом «fight your cancer — победи свой рак», не всегда совпадает с ожиданиями. Женщины, которых интервьюировали для фильма, говорили, что:

их эмоции не признаются, им не дают право испытывать их реальные эмоции — гнева, страха, разочарования, отчаяния. Вместо этого от них ожидают позитивного настроя, улыбок и прочего, т.е. всего того, что успокаивает общество и создает в нем модель: рак — это НЕ страшно, это НОРМАЛЬНО, он бывает у многих.
женщины, получившие этот страшный диагноз не чувствуют себя борцами, и не хотят, чтобы их таковыми считали. Они получают диагноз, испытывают массу негативных эмоций, проходят лечение, переживают последствия и сайд-эффекты от него, теряют и вновь находят надежду, некоторые выздоравливают, некоторые нет, для некоторых через несколько лет все 7 кругов ада повторяются заново.
Слова о борьбе создают в обществе неправильную модель, что те кто боролись хорошо — выиграли, а те, кто проиграли, вероятно, боролись плохо. Подобная модель является очередной попыткой перевести фокус с ответственности общества за происходящее в плоскость индивидуальной ответственности.


Марина Вилкова

Извините, сейчас будут мемы про медведя.
МНОГО мемов про медведя.