Пресловутая "женская проблема" выглядит в ее обычном представлении весьма непривлекательной. По-иному и быть не может, поскольку она, строго говоря, и не может быть сформулирована. Она в принципе никогда не может быть видна, поскольку описание "женской проблемы" в ключе традиционной науки возможно, но оно может дать только интерпретацию как бы в негативном виде, ограниченную рамками познавательной направленности, в ее абстрактном варианте. Но именно эта проблема и выражает маскулинистский тип видения (не мужской, а маскулинистский, то есть мужской тип видения, который прошел уже соответствующую культурную обработку, но выдает себя за нечто естественное и само собой разумеющееся).

Так называемая "женская проблема" является для традиционной науки не одной из тем, наряду со всеми остальными. Это "бельмо", которое, будучи само не наблюдаемо, искажает возможность адекватного видения всего остального, поэтому результатом исследования в его обычном понимании будет оценка, принципиально не учитывающая компонент "немужского" в культурном опыте. Иными словами, простого теоретического интереса для анализа женской проблематики недостаточно, поскольку тут речь идет о вопрошании как раз этого теоретического интереса самого по себе в той его технологизированной форме, которую он приобрел в нашей культуре. То, что называется "женской проблематикой" в традиционно ориентированных теориях, не просматривается принципиально. Если и можно теоретически анализировать "позицию" или "точку зрения" женщины, то только в гуманитарной теории специального типа, учитывающей особые условия бытия женщины в этой культуре.

Таким образом, по большому счету существенная гендерная ангажированность науки может исчезнуть только после исчезновения гендерной ангажированности культуры. Однако, это вопрос будущего. Мы же сейчас можем только учиться видеть те неблагополучия и кризисы в культуре, вызванные ее патриархатной направленостью. Сейчас становится видно, что этот тип культуры не только не справляется, но резко не справляется с ситуацией.


Татьяна Клименкова
Переход от "женских исследований" к гендерному подходу. Возникновение научного сообщества

#стихи
Второе стихотворение этого года. Просто потрясающая продуктивность! Наверное, все-таки сказывается решение вести этот блог.

* * *

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от свободы
тем более что ее
не существует
свобода — это осознанная
необходимость

они приходит и говорят
ты должна отказаться
от своего тела
оно принадлежит
семье и государству
у тебя нет на него
никакого права

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своего времени
оно собственность
семьи и общества
твоего работодателя
и всех тех кому нужно
твое внимание

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своих чувств
потому что не имеешь
права их испытывать

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своих мыслей
потому что они
никому не интересны
ты не способна
на оригинальность
все уже придумано и сказано

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своего языка
потому что это
неправильный язык
не умеющий в равенство
и демократию

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своих текстов
потому что женщины
скучны и вторичны
твои тексты бесполезны
никто не будет их читать

они приходят и говорят
ты должна отказаться
от своей жизни
потому что занимаешь
чужое место
на которое у тебя
нет никакого права
и лучшее что
ты можешь сделать
это сдохнуть

они приходят
один за одним
и постоянно говорят
а я ставлю
очередную галочку
в своем списке
авторов насилия

31.07.2023

В моем представлении основополагающий образ концепции андроцентризма выглядит так.

Мужчины, помещенные в центр мироздания, смотрят оттуда на окружающий мир, воспринимая все увиденное через призму своей эгоцентричной — или андроцентричной — позиции. Они подразделяют реальность на «свое» и «другое» и оценивают все, что подпадает под категорию «другое» (включая и женщин) на основе соотнесенности с собой. Подобное восприятие «другого» сопровождается у мужчин двумя взаимосвязанными вещами.
Во-первых, мужчины воспринимают все, с чем они сталкиваются, в контексте сходства или несходства с собой. Они принимают свое собственное существование за точку отсчета, правило или стандарт для культуры или даже человеческого вида в целом. В то же время любой другой опыт для них менее ценен и представляется второстепенным по значению отклонением, или отступлением от стандарта, который ими же и установлен.

Во-вторых, мужчины определяют все, что их окружает, скорее, в категориях полезности или функциональной значимости персонально для себя, чем в категориях «нейтральных», то есть имеющих и какие-то другие значения, кроме субъективных привязок. На протяжении многих столетий мужчина воспринимал женщину либо как домашнюю работницу в доме, где он — глава, либо в контексте ее репродуктивной функции и умения стимулировать и удовлетворять его сексуальный аппетит.


Сандра Бем
Андроцентризм

воз

а потом они спросят меня:
кого ты выберешь там,
за кого впряжешься.
и я отвечу им,
что больше не вол и не лощадь,
не вытяну плуга
по небесной целине.
ни с кем не буду
вспахивать облачные поля.
на земле упахалась,
и хватит с меня,
хватит.
на себе дом,
на себе детей,
на себе мужа,
на себе родителей,
на себе работу –
всех тянула,
всех выволакивала,
себя только не сдюжила.
и ведь говорила же:
не вывожу я,
господи,
не вывожу,
вот-вот рухну:
вместе со всеми этими
лебедями, раками и щуками,
вместе с уздой и оглоблями.
куда-то в пропасть,
куда-то с обрыва,
оставив свой воз бесхозным.
так и случилось.
он и теперь там.
теперь, когда я стала
свободной,
совсем как ветер
в крутящемся колесе времени.


Татьяна Стоянова
2 августа 2021

Одним из центральных вопросов современной мировой повестки ЮНЕСКО является вопрос о сокращении гендерного неравенства в области науки и техники. Например, в атомной отрасли, по подсчетам МАГАТЭ, женщины составляют всего 22  %. Для выравнивания столь резкой гендерной асимметрии Агентство в 2020 г. запустило программу имени Марии Склодовской-Кюри, в рамках которой 100 студенткам, отобранным по 550 заявкам, поступившим из 90 стран мира, в течение двух лет будет перечисляться до 10 тыс. евро в год на оплату обучения по магистерским программам и столько же на проживание. После вуза стипендиатки могут пройти в МАГАТЭ стажировку длительностью до 12 месяцев. В группе таких стипендиаток, в частности, и 11 студенток российских вузов — МИФИ, Томского и Санкт-Петербургского политехнических университетов, обучающихся по направлению «Ядерная физика и технологии».

По оценкам экспертов Агентства, количество женщин на руководящих технических должностях растет, но этого по-прежнему недостаточно для достижения гендерного равновесия. Среди причин отмечаются две главные:
1) слишком небольшое количество девушек, изучающих в школах и вузах математику, естественные и инженерные науки;
2) субъективные сложности на пути женщин к научной карьере — предвзятость со стороны мужчин и действие эффекта «стеклянного потолка».

Подчеркивается, что даже в такой высокоинтеллектуальной сфере, как наука, многие до сих пор считают (сознательно или не очень), что мужчины умнее, целеустремленнее и компетентнее женщин. Поэтому традиционной в этих областях является гендерная асимметрия в пользу мужчин как устойчивый и пока трудно поддающийся смене гендерный вектор.

Есть страны, в которых мужчины почти не задействованы в исследовательской деятельности. Например, Мьянма, где женщины среди ученых абсолютно преобладают и составляют 85,1 %. В целом наивысшим уровнем женщин в науке изо всех мировых регионов отличается Центральная Азия (48,1 %). В Юго-Западной Азии, напротив, самый низкий процент женщин (всего 18,1 %).

Если по показателю насыщения науки женскими кадрами оценивать Европу, то следует отметить, что наименьшее количество женщин среди ученых и исследователей в Нидерландах, немногим больше в Германии, Чехии, Франции, Швейцарии и Финляндии — 25—35 %. Это значение принято считать близким к среднемировому.

Иная картина в восточноевропейских странах, где количество женщин-исследовательниц остается ощутимо выше, чем на западе Европы. За этим стоят прежде всего достижения социалистического этапа развития стран, когда одна часть из них входила в состав СССР (на правах союзных республик), другая — в социалистический лагерь, страны которого, как и СССР, успешно решали «женский вопрос», в том числе в сферах науки и образования, отличались высокой степенью женской эмансипации и широкой интеграцией женщин во все сферы общественного производства и научного знания, что позволяло постоянно увеличивать количество женщин в науке. Эти страны до сих пор по данному показателю опережают западноевропейские.

По данным ЮНЕСКО, в России динамика доли женщин в исследовательской среде не совпадает с мировой тенденцией, а скорее идет вразрез с ней. Динамика количества женщин в российской науке довольно устойчивая и колеблется в пределах 40—41 %. Что касается международного рейтинга доли женщин в общей численности исследователей, то, согласно данным ОЭСР (2014 г.), Россия занимает в нем 5-е место (40,5 %). Для сравнения: в Великобритании доля женщин-исследовательниц — 38,1 %, в Германии — 27,9 %, в Японии — 14,7 %.

Разрыв заметен на уровнях высшего профессионального образования и вузовского научного сообщества.
1. Высшее профессиональное образование (включая послевузовское) в России имеют 58 % женщин (15,9 млн). Такая гендерная асимметрия в пользу женщин с высшим образованием для России явление довольно устойчивое. Да, женщин с высшим образованием существенно больше, чем мужчин. Однако это отнюдь не означает, что оплата труда женщин выше. Реально все наоборот. Гендерный разрыв в оплате труда женщин и мужчин с высшим образованием составляет 25 % в пользу мужчин. На то есть и объективные, и субъективные причины. Поэтому не тороплюсь с выводами о социальной дискриминации женщин с высшим образованием в сфере оплаты труда.

2. Гендерная дифференциация по статусным когортам показывает, что среди вузовского профессорско-преподавательского состава женщины преобладают (57 % против 43 % мужчин). Иначе говоря, гендерная асимметрия и здесь в пользу женщин. С повышением административно-должностного статуса представителей вузовского научного сообщества гендерная структура меняет свой вектор на противоположный: наблюдается асимметрия в пользу мужчин, женщин среди заведующих кафедрами — 43 %, среди профессуры — 33 %.

Так показатель феминизированной среды профессорско-преподавательского состава сменяется дихотомической противоположностью — маскулинизацией профессуры. Иначе говоря, в системе высшего образования и его научного сообщества действует обратно пропорциональная зависимость: чем выше профессиональный статус членов научной когорты, тем меньше в ней женщин.

3. Уровень женского вузовского сообщества — кандидаты наук, составляющие 42 % среди исследователей (рост на 8 % с 2000 г.).

4. В когорте докторов наук удельный вес женщин падает на 16 % и составляет всего 26 % (рост на 7 %). В целом это высокий уровень концентрации женского интеллекта в вузах. Вопрос в том, как он распределяется по отраслям научного знания и как реально используется?
Ряд направлений, особенно общественные науки, биология и медицина, сохраняют резкую гендерную асимметрию в пользу женщин. В то время как физика и математика по-прежнему остаются областями мужской научной деятельности.

Что касается распределения отечественных ученых по областям науки, то доля женщин-исследовательниц в общем количестве исследователей в гуманитарных науках составляет 62,3 %, в медицинских — 59,6 %, в общественных науках — 56,4 %. В этих областях науки женщины-исследовательницы высшей научной квалификации (кандидаты и доктора наук) проявляют себя наиболее активно.

Однако настораживает четко повторяющаяся в последние годы тенденция сокращения количества российских исследователей, которых сейчас свыше 348 тыс. За 20 лет (с 2000 по 2019 г.) их стало меньше в 1,2 раза (в 2000 г. было почти 426 тыс.). Всего, с учетом техников, вспомогательного персонала и прочих лиц, в отечественной сфере исследований и разработок трудятся 682,5 тыс. человек — в 1,3 раза меньше, чем в 2000 г. (887,7 тыс.).


Галина Силласте
Наука как сфера самореализации женщин и социогендерный потенциал ее развития

Элементы традиционного брака отнюдь не исчезли из социальных реалий западных стран, даже тогда, когда речь идёт о женщинах с образованием, работой и профессией с высоким уровнем доходов.

Мужское право на сексуальное использование женского тела не исчезло, а наоборот, продолжает подразумеваться как фундамент гетеросексуальных отношений в целом, как это показывает множество феминистских исследований. Исследование о сексуальном насилии в браке показывает, что одна из каждых семи замужних женщин была изнасилована мужем с применением силы или угроз.

В любом случае, исследования указывают на то, что необходимость переносить огромное количество нежелательного секса и сегодня является самой большой проблемой западных женщин, которые поддерживают отношения с мужчинами, и что, хотя часто это не называется изнасилованием, потому что женщина не говорила “нет” или ей просто в голову не приходило, что она может отказаться, оказывает огромное негативное влияние на психику женщин и проживается ими как глубокое злоупотребление, абьюз и унижение.

Теоретически любая женщина может покинуть отношения и многие из них даже обладают необходимыми для этого материальными ресурсами, хотя на практике большинство демонстрирует тенденцию терпеть и переносить подобные условия жизни. Несмотря ни на что, женщины чувствуют, что у них нет выбора, кроме как оставаться в подобных отношениях, терпеть их и даже “любить, чтобы выжить”. Современный брак и гетеросексуальные отношения в рамках квази-брака не освобождают женщин от нежелательного секса, который столь сильно критиковали феминистки предыдущих поколений.


Шейла Джеффрис
Сексуальная индустрия (2009)

Проблематика гендерного дисбаланса при построении академической карьеры, особенно остро проявляется для женщин, имеющих детей.

Если у женщины есть дети, то точно сложнее [построить успешную академическую карьеру]. Потому что посещение семинаров, лекций,научных мероприятий, конференций, на которых часто происходят неформальные встречи и достигаются договоренности о совместных проектах – все это требует времени, очень часто вечером, а ты не можешь (потому что детский сад до 19:00 работает, и до него еще надо доехать). Если требуется поехать на конференцию в другой город/страну на несколько дней, то приходится согласовывать эти даты с семьей, просить бабушек сидеть с детьми
(30 лет, замужем, есть дети).

Воспроизводится тема априорности более высокого положения мужчин в статусной иерархии по сравнению с женщинами, что требует от последних усиленной мотивации и проявления волевых качеств:

«Это правда, я постоянно сталкивалась в своей работе с тем, что мужчинам намного проще дается то, что женщинам приходится доказывать и добиваться тяжелейшим трудом, как эмоциональным, так и физическим»
(27 лет, не замужем, детей нет).

Преимущества мужчин перед женщинами состоят в отсутствии необходимости «останавливать» карьеру, в то время как для женщин первостепенно участие в воспитании детей. Такой сюжет является отражением устоявшихся гендерных ролей, традиционным полоролевым разделением обязанностей, оказывающих сильное влияние на внутрисемейные отношения и зону ответственности партнеров:

Я заметила в семьях моих друзей, которые занимаются научной деятельностью, что после рождения ребенка или в какие-то трудные жизненные этапы женщина посвящает себя целиком ребенку. Мужчина в это время начинает усиленно работать и выполняет в короткие сроки огромный объем работы с соответствующими результатами. Мама не может сказать больному малышу: «Держись!» и уехать на конференцию или уйти писать диссертацию. А папа может. Хотя я сама и доктор наук, я знаю, как маме тяжело растить детей
(41 год, замужем, есть дети).

Происходит переосмысление гибкого режима труда, в том числе преподавательницами в университетах. Парадокс флексибилизации занятости раскрывается двойственной логикой: с одной стороны – положительные характеристики и ожидания примирения задач личной жизни и рабочей сферы, а, с другой – негативные аспекты, вызванные работой в ночноевремя, рабочие и праздничные дни. При этом в университетах женщина может позволить себе в той или иной степени выстраивать рабочий график, учитывая необходимость ухода за детьми, но должна нивелировать вероятность возникновения сверхнагрузки.


Ксения Таракановская
Гендерный дисбаланс в сфере науки: объективная статистика и субъективные смыслы

Этапы становления феминистки.

1. Я не феминистка, у меня все хорошо. Я дружу с мужчинами, с ними прикольнее. Не хочу быть, как баба.

2. Знакомится с феминистками. Все не так, мужчины тоже страдают! Не надо их обижать, надо защищать. И вести себя хорошо.

3. А статистику там, ссылку можно? В гугле? Фу какие неприветливые.

4. Пишет на феминистский форум. Подождите, как, где я написала мизогинное? У-у, какие злые! Не буду с вами дружить.

5. Пишет постик "Так ̶с̶л̶о̶н̶а̶ феминизм не продать, даешь феминизм с человеческим лицом!"

6. Читает Наоми Вульф/Бетти Фридан/Андреа Дворкин/подставить нужное.
Ой! Ох. Ну да.

7. Окукливается. Молча читает феминистские книги, статьи, форумы и посты. Отращивает границы и зубы.

8. Начинает анализировать увиденное, услышанное, сказанное. Тщательно взвешивает свои слова.

9. Нет, я не буду вас обслуживать, для этого есть гугл и мультиварка. А это - мое, и у меня на это не меньше прав.

10. А вот это вот - мизогиния, а вот тут у вас мужецентричность, смотрите, а вот этим вы опять их обслуживаете. И не автор, а авторка.


Ирина Катин-Ярцева

Следует подчеркнуть, что в обращениях к женщинам наблюдается и гораздо больше цинизма и фамильярности.
Так, всеми уважаемая лондонская газета Тайме встречу тогдашних премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер с президентом Индии Индирой Ганди охарактеризовала как girls' talk. Точный перевод с английского этого словосочетания будет выглядеть как «девчоночья болтовня». Нам кажется, что аналогичная встреча Рональда Рейгана с Михаилом Горбачевым едва ли бы была описана этой же газетой как «мальчишеская болтовня».

Достаточно примечательно по этому поводу выразился известный американский лингвист Двайт Болинджер: «Женщины никогда не повзрослеют». Это было им сказано после анализа рекламных объявлений в Лос-Анджелес Тайме, где слово девочка встретилось 97 раз, а слово мальчик найдено было только в одном объявлении. Ни образование, ни социальное положение не уберегают женщину от обращения к ней словом «девочка».

При анализе материалов по проблемам феминисткой критики языка в описании одной лингвистической полемики мы встретили обращение известного юриста — мужчины к лингвисту — женщине как к умной девчонке. Академическое звание «девчонки» было на порядок выше чем у лица, который к ней апеллировал (для справки — она была почетным академиком Американской Академии Наук).

В целом, усилия, предпринятые представителями феминисткой критики языка по вопросам его реформирования, можно разделить по двум основным направлениям:

- замена сексистских слов и понятий гендерно нейтральными,
- создание позитивного имиджа восприятия женственности и женщины в языке.

Но существует и более тонкие способы дискриминации женщины в языке — это просто о ней не говорить. И замена слово chairman на слово chairperson (председатель (англ.)), а преобразование Miss и Mrs в Ms на самом деле не сильно меняет дело. Более того, по мнению Д. Камерон, в устах сексиста любой язык будет всегда звучать по-сексистски.

Даже когда гендерно нейтральные слова или феминистские инновации входят в язык общества, в котором доминируют мужчины, то они или теряют свою нейтральность, или их значение де- или реполитизируется языковыми практиками доминирующей группы. Таким образом было пересмотрено значение Ms в английском языке. Первоначально данное обращение было введено в язык, чтобы скрыть дискриминацию женщины по матримониальному статусу. Через некоторое время при обращении к женщине с Ms в скобках стали появляться аббревиатуры Miss или Mrs, якобы для пущей понятности данного обращения, т. е. вместо нейтрализации понятия произошла его дискриминационная маркировка, а в американской среде с Ms стали обращаться к разведенной женщине.

Здесь можно вспомнить и знаменитый обывательский пример с «женским» «нет» и «да»: «если женщина говорит нет на сексуальные домогательства партнера, то на самом деле это означает да. А говорит она нет только для того, чтобы проявить застенчивость и кокетство, и тем самым продемонстрировать свою якобы недоступность». Этот пример был приведен С. Мак-Коннел-Джинет чтобы показать, как лингвистические значения могут быть профильтрованы через патриархатные ценности и культурные установки.


Елена Горошко
Гендерная проблематика в языкознании

Мужчины говорят: «Ну я же не такой», – или переводят тему разговора с реальных трупов, жертв, агрессоров – на защиту зоны комфорта окружающих мужчин. Как сказала мне одна возмущенная женщина – «Ну и чего они хотят? Конфетку за то, что не бьют, не насилуют и не угрожают?»

Женщины постоянно находятся в страхе насилия и убийства. Иногда это важнее, чем забота о чувствах мужчин. Или, как написала пользовательница Твиттера Дженни Кью: «Конечно же, #NotAllMen – не все мужчины – мизогины и насильники. Дело же не в этом. Дело в том, что все женщины – #YesAllWomen – постоянно боятся тех, кто ими является».

Многие женщины (и мужчины тоже – но в основном женщины) оставляли хлесткие, блестящие комментарии.

• #YesAllWomen – потому что стоит мне написать твит о феминизме, как я начинаю получать угрозы и скользкие мерзости. Я не должна бояться говорить вслух.

• #YesAllWomen – потому что гораздо больше мужчин возмутилось этим хэштегом, чем тем, что происходит с женщинами.

• #YesAllWomen – потому что если ведешь себя с ними вежливо, то «заводишь», а если слишком грубо – рискуешь нарваться на насилие. И в любом случае ты сучка.

Потрясающий был момент: волна прокатилась по всем соцсетям, в том числе появились миллионы постов и в Фейсбуке, и в Твиттере. Последнее очень важно, потому что именно в Твиттере женщинам, заговорившим вслух, чаще всего начинают поступать угрозы изнасилования и убийства. Как пишет Астра Тейлор в своей новой книге «Люди в Интернете» (The People's Platform), свобода слова используется как аргумент в защиту агрессивных высказываний, которые сами по себе пытаются отменить чужую свободу слова, заставить других испугаться и замолчать.


Ребекка Солнит
Мужчины учат меня жить

Самое страшное в насилии над женщинами — то, что люди, включая самих женщин, не считают его насилием, когда его видят, совершают, или участвуют в нем — даже как жертвы. Самое тягостное для тех, кто борется за права женщин — то, что ты никогда не можешь считать самоочевидной и неоспоримой эту простую мысль: женщина — самое настоящее человеческое существо, которое страдает, когда ему причиняют боль.

Причинение женщинам боли — вещь настолько основополагающая для сексуального удовольствия мужчин, для социального и сексуального доминирования мужчин над женщинами, для экономического угнетения мужчинами женщин, что женщин привыкли считать особыми существами, которым Богом или природой уготована участь жить в том, что называлось бы насилием, если бы это проделывалось с мужчинами (человеческими существами). Но делают это с женщинами, а потому это не насилие — это всего лишь то, для чего они существуют.

Понятие «естественные отношения полов» означает, что сама природа предназначила женщинам быть используемыми именно так, как мужчины в настоящее время используют нас в этом мире гражданского, социального и экономического неравенства по признаку пола — в мире, где права женщин урезаны, где они лишены телесной неприкосновенности и реального права на самоопределение. Это неравенство служит нашим же интересам, поскольку мы так разительно отличаемся от мужчин. Отказ в социальном равенстве какой-либо группе мужчин означает грубое попрание их права на свободу и самоуважение. Женщинам же неравенство дарует процветание и самые благоприятные условия для получения сексуального удовольствия и личной самореализации.

Эта пресловутая женская природа неразрывно связана с сексом: секс — природное назначение женщин, и нашим жизням положено вращаться вокруг этого якобы естественного использования наших тел в целях воспроизводства или удовольствия — в зависимости от идеологических предпочтений человека, который убеждает нас в том.

Природа наша такова, что мы жаждем всех тех проявлений жестокости, которыми нас так щедро одаривают мужчины. Мы любим боль, особенно в сексе. Мы вынуждаем мужчин причинять ее нам снова и снова. Больше всего нам нравится, когда нас принуждают к сексу, а мы упираемся: отказ побуждает мужчину подавлять сопротивление при помощи физической силы, насилия и унижения — ради чего мы, по большому счету, и отказываемся от секса.

В то время, как гормоны наши втайне бушуют, а гены удовлетворенно потирают руки, мы говорим «нет», рассчитывая тем самым спровоцировать агрессию достаточной степени разрушительности, чтобы удовлетворить нас, когда она наконец изольется на нас во время секса. Мы жаждем грубой жестокости, и в этом нам несказанно повезло: ведь мы получаем ее в таких количествах.

И в браке побои мужа являются свидетельством его любви к нам. В доказательство нам приводят забытые Богом деревушки в глухом захолустье, где жена, которую не бьет муж, якобы чувствует себя нелюбимой — раз уж ни одна женщина в непосредственной близости не считает побои проявлением нежных чувств. (А в самих глухих деревушках, несомненно, в доказательство приводят женщин из Нью-Йорка и Дублина.) Особое блаженство мы испытываем, когда нами торгуют на панели (интересно, добавляет ли плохая погода удовольствия?). Мы соблазняем собственных отцов и провоцируем их насиловать нас, потому что даже маленькие девочки наделены все той же женской природой. В технологически развитых обществах мы нипочем не желаем становиться нейрохирургами, предпочитая этому удовольствие найти фотографов, которые будут целиться нам в гениталии — камерой или пистолетом, нам все равно.

Это должно быть предельно ясно, но почему-то это не так: если бы наша природа действительно была такова, жизнь наша была бы раем на земле.

Если бы боль, унижения и физические травмы и впрямь приносили нам удовольствие, мы бы купались в блаженстве.

Если бы торговать собой на углах улиц было нашим любимым занятием, мы бы устраивали там такое же столпотворение, какое мужчины устраивают на стадионах во время футбольных матчей.

Если бы насильственный секс был венцом наших желаний, даже мы были бы уже полностью удовлетворены.

Если бы мужское доминирование делало нас счастливыми, улыбки не сходили бы с наших лиц.

Женщины сопротивляются мужскому доминированию потому, что оно нам не нравится.

Женщины, участвующие в политической борьбе, сопротивляются мужскому доминированию путем открытого, грубого, недвусмысленного бунта. Их называют противоестественными, потому что их естество не находит удовольствия в унижении и подчинении.

Женщины, политикой не интересующиеся, сопротивляются мужскому доминированию при помощи уймы всевозможных тактик избегания и саботажа, от знаменитой головной боли до эпидемии клинической депрессии, от самоубийств до всплеска популярности на рецептурные транквилизаторы, от срывания злости на детях до убийства бьющего мужа. Женщин, не интересующихся политикой, тоже называют противоестественными. Их обвиняют в подлости, притворстве или вечном недовольстве ― из-за выбранной ими тактики сопротивления. Им также чужды радости боли и подчинения.

В общем-то, женщину, живущую в ладу со своей женской природой, найти нелегко. Нас заперли по домам, укротили, подчинили, хотя бы только внешне, — но это заслуга мужской силы, а не женской природы. Иногда мы притворяемся теми, кем, по мнению мужчин, являемся, — потому что верим им или надеемся их задобрить. Иногда мы пытаемся стать теми, кем мужчины хотят нас видеть, потому что наши жизни в их руках.


Андреа Дворкин
Насилие над женщинами: разбивает сердца и ломает кости
Письма из зоны военных действий

Если о роли женщин в советской промышленности, сельском хозяйстве и образовании в 1960—1970-х гг. хотя бы упоминается в достаточно большом количестве исторических работ, то труд женщин в морском торговом флоте СССР до сих пор полностью игнорировался отечественной историографией как в части изучения количественных параметров вопроса, так и в части анализа роли женщин в гендерном укладе преимущественно мужского по своему составу морского сообщества, циркулирующих в профессиональной среде гендерных стереотипов, восприятия морячек советским обществом и т. д.

<...>

В послевоенные десятилетия, согласно статистическим данным, существенно снизилось участие женщин в сельском хозяйстве (на 18 % в 1961 г. по сравнению с 1945 г.) и сфере транспорта (на 15 %). К 1961 г. численное преобладание женщин наблюдалось в таких отраслях народного хозяйства, как просвещение и наука (62 %), связь (64 %), торговля и общественное питание (70 %), здравоохранение (86 %). Профессии в торговле и общественном питании, в сфере коммунального, хозяйственного и бытового обслуживания в общественном дискурсе начинают квалифицироваться как «женские».

Схожие тенденции мы наблюдаем и в отношении занятости женщин в торговом флоте в 1950—1960-х гг. С одной стороны, происходит постепенный уход женщин с занимаемых ими во время войны «мужских» должностей, связанных с эксплуатацией судна (штурманы, радисты, матросы, кочегары и др.). Вспоминая о послевоенном периоде, один из наших респондентов констатировал:

Уже таких категорий, как кочегары, как матросы, женщин не стало. <…> Женщин-механиков тоже не стало, это была у нас одна когда-то или две… На маленьких катерах были. А потом с развитием флота, где-то после 50-х, войны, с развитием флота все уменьшалось.

С другой стороны, отмечается феминизация профессий, связанных с питанием и бытовым обслуживанием на судах, что ясно прослеживается в рассказах наших респондентов. Остановимся на рассмотрении этой тенденции более подробно. Количество членов экипажа в изучаемый период варьировалось в зависимости от типа судна и могло составлять от 15 человек на буксирах до 60 и более на пассажирских судах и ледоколах, однако в экипаже самого распространенного типа судов — грузовых (сухогрузы, контейнеровозы, танкеры и др.) — начитывалось в среднем 25—30 человек, в их числе, по сообщениям интервьюируемых, женщин обычно было от 3 до 7.

Респонденты без труда отвечали на вопрос интервьюера о том, кем женщины чаще всего работали во флоте в изучаемый период, причем эти ответы в смысловом отношении были одинаковыми у всех:

…женская должность: буфетчица, дневальная, уборщица, доктор, повариха. …Элементарные эти пять должностей… они были чисто женские

Таким образом, в позднесоветский период в гендерном укладе профессионального сообщества моряков торгового флота СССР женщине отводится исполнение трудовых ролей, связанных с питанием, заботой, поддержанием чистоты и порядка, т. е. такими обязанностями, которые в послевоенном советском обществе прочно ассоциировались с «нормативной» женственностью.


Ксения Еременко, Елена Поливанчук
«Море принадлежит мужчинам?»: женщины в профессиональном сообществе советского торгового флота в 1960—1970-х гг.

ОТЧЕГО КРИЧАТ ЛЮДИ


одни люди кричат от боли
другие -- от страха
третьи люди кричат чтоб услышали
четвертые -- чтобы привлечь внимание
пятые люди кричат, чтобы напугать
шестые кричат, потому что приказали пятые
седьмые -- чтобы шестые кричали громче
восьмые кричат, чтобы перекричать седьмых
девятые кричат, что не надо никого слушать
десятые кричат: перестаньте кричать


Сабрина Брило

Стигма — это некий маркер, который отделяет (и отдаляет) человека от других. Он может быть физическим или связанным с личностью, идеологией, социальной группой, к которой принадлежит человек. К сожалению, менструация — среди наиболее сильно стигматизированных явлений. В противном случае эндометриоз не был бы настолько плохо изучен, а мне не пришлось бы писать эту книгу.

В некоторых регионах Непала и Индии женщин во время менструации изолируют. Их заставляют уходить в отдаленные хижины с чудовищными гигиеническими условиями, без пищи или питьевой воды. Так происходит и в регионах западной Африки, где менструацию называют болезнью крови. Там женщины во время месячных также вынуждены покидать свои дома.

Но и мы, представители Запада, не свободны от стигмы. В Библии, Торе и Коране, священных книгах основных монотеистических религий, говорится, что во время менструации женщина нечиста и мужчины должны держаться от нее в стороне. Упоминается и запрет на сексуальные контакты в эти дни. В книге Левит (части Библии) менструацию, наряду с гонореей, называют главной причиной нечистоты. Не надо думать, что эти заблуждения не дожили до наших дней. В некоторых исламских странах именно первая менструация становится моментом, когда девочку изолируют от мальчиков, а порой и заставляют носить чадру или бурку, чтобы скрыть ее лицо от мужчин.

В Испании еще совсем недавно считалось, что во время месячных не стоит принимать душ, запачканное кровью белье женщины стирали тайком, а сам факт менструации скрывали. Суеверий хватает до сих пор — вплоть до того, что «во время месячных нельзя делать майонез, а то он свернется». Предстоит еще много работы, чтобы женщины могли говорить о менструации с такой же легкостью, как о головной боли.

Само слово «менструация» до сих пор заменяют эвфемизмами (иносказаниями): «плохо себя чувствую», «женские дела», «эти дни»… Сколько раз, особенно в юности, вам приходилось ссылаться на «недомогание», вместо того чтобы открыто сказать, что у вас месячные? Говорить о менструации до сих пор считается странным, особенно при мужчинах, и это очень грустно: создается впечатление, что месячные — это стыдно и нужно их скрывать.

Пару лет назад теннисистка Хэзер Уотсон потерпела поражение на чемпионате Open в Австралии. В интервью она призналась, что недотянула из-за «женских дел». На Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро спортсменка из Китая сообщила, что низкие оценки и плохая результативность связаны с менструацией. Это вызвало полемику, потому что она открыто затронула табуированную тему. Возникла дискуссия: должны ли спортсменки во время месячных соревноваться на равных условиях с другими и насколько вообще важно говорить о менструации не таясь.

Как мы видим, связанные с менструацией мифы, проблемы с ее обсуждением, недостаточная нормализация делают почти невозможным и спокойный разговор об эндометриозе. Пришло время опровергнуть заблуждения и покончить с табу, начав откровенно говорить о естественных процессах, таких как дыхание, прием пищи, менструация.


Франсиско Кармона
Эндометриоз. Как разобраться в причинах и симптомах и позаботиться о себе в повседневной жизни

В 2015 году Ангела Меркель сделала неожиданный шаг и открыла немецкую границу – и в сторону Германии двинулся небольшой, но все же заметный поток мигрантов. В основном это были беженцы, спасающиеся от войны в Сирии. Тысячи человек бежали по горам в Турцию, а оттуда по Эгейскому морю – в Грецию. Меркель предложила им убежище. К сирийцам присоединились жертвы репрессий и военных конфликтов из Ирака, Афганистана и некоторых других стран. В 2015 году население Германии увеличилось на 1,1 млн человек, треть из которых были сирийскими беженцами. Страна как магнитом притягивала обездоленных и несчастных, и решение Меркель вызывает уважение.

Германия благодаря мигрантам впервые за 50 лет показала годовой прирост населения в 1 %. Власти не справлялись с потоком желающих, и потенциальных иммигрантов начали разделять на две категории – тех, кто прибыл из «опасных» стран (например, Сирии), и выходцев из «безопасных» государств вроде Албании или Пакистана. Гражданам последних убежище не предоставляли, но задержки с обработкой документов привели к тому, что многие мигранты продолжали оставаться в стране нелегально.

Немцы с опаской отнеслись к идее впустить в страну миллион чужаков, и, так как немецкое гражданство позволяет беспрепятственно перемещаться по территории всего ЕС, это чувство разделили и ближайшие соседи Германии. Возникли вопросы экономического характера: что, если новоприбывшие граждане не станут трудиться на благо страны, обогащая ее налогами, а будут жить на пособия, используя систему социального обеспечения.

На самом деле, как показывают исследования, проводившиеся в Германии (и не только в Германии), мигранты, как правило, обладают такой же или более высокой квалификацией, чем местное население. Из доклада Центра европейских экономических исследований, опубликованного в 2012 году, явствует, что каждый из 6,6 млн жителей Германии, обладающих другим гражданством, в среднем приносит в казну 4127 долларов «прибыли» – это сумма уплаченных ими налогов за вычетом полученных ими социальных пособий. В 2012 году мигранты принесли Германии 22 млрд евро. В конечном итоге мигранты выгодны для страны.

Ключевые слова – в конечном итоге. Чтобы иммигрант социально и профессионально адаптировался в новой стране, нужно время – порой несколько лет. И мигранты последних волн отличаются от тех, кто приезжал в Германию раньше, когда в страну впускали специалистов, предварительно отобранных в соответствии с их профессиональной подготовкой. Единый рынок и расширение ЕС привлекли в Германию множество низкоквалифицированных работников, а после решения Меркель о предоставлении убежища мигрантам средний представитель этой категории лиц отличается меньшим уровнем квалификации, чем мигранты предыдущих лет.

Придется ли немцам, которым и так стоит немалых трудов прокормить стареющих сограждан, платить еще и за новоприбывших граждан? Согласно данным немецкого правительства, в 2015 году на получение пособий претендовало примерно полмиллиона беженцев. В 2016 году расходы на эту статью бюджета составили 10 млрд евро. Для экономики, которая каждый год показывает триллионные доходы, это не смертельно – но все равно неприятно.

Каковы будут экономические эффекты от решения Меркель? Наибольшую угрозу новые мигранты представляют низкоквалифицированным немцам, работающим на малооплачиваемых должностях. Исследование университета Оксфорда показало, что в среднем зарплаты таких немцев могут снизиться на 2 %. При этом, несмотря на бурный рост населения, безработица в Германии не выросла – а вот экономика в 2017-м побила многие рекорды. Ставка Меркель на мигрантов окупилась, но только потому, что быстро растущая экономика смогла переварить приток мигрантов. И это справедливо для всех государств – массовая иммиграция не приводит к финансовым проблемам только в том случае, если экономика бурно развивается и требует новых рабочих рук. В противном случае преимущества будут перекрыты социальными проблемами, связанными с новыми мигрантами.

Впрочем, даже несмотря на процветающую экономику, многие немцы недовольны тем, что государство, по их мнению, перестало блюсти их интересы. Они считают, что иммиграция не поможет решить проблему стареющего населения, а нагрузка на социальный сектор (здравоохранение, образование, пособия) увеличится. Даже те, кто искренне сочувствует тяготам и лишениям беженцев, опасаются за собственное благополучие.

Их можно понять. Интеграция и ассимиляция мигрантов – непростая задача. Но, возможно, именно с миграцией связано решение многих экономических проблем современных стран. Немцам и мигрантам непросто привыкнуть к жизни бок о бок друг с другом, особенно учитывая, что у каждого отдельного гражданина свой жизненный опыт (то же самое относится и к другим аспектам глобализации).


Даршини Дэвид
Доллар всемогущий. Как работает экономика глобализованного мира

Считается, что понятие "женские исследования" ввела в научный оборот историк из США Мэри Бирд (автор книг "Женщина как сила в истории" (1946), "Америка и женщины глазами женщин" (1933).

В 1934 году она разработала 56-страничную учебную программу курса "Влияние изменений в политической экономии на женщин". Но создание курсов по женским исследованиям и программ аспирантур на степень магистра социальных и гуманитарных наук стало частью образовательных программ в университетах США и Европы лишь с конца 60-х - начала 70-х гг. Это происходило в условиях роста женских движений во многих западных странах. Женщины-студентки требовали от учебных программ включения научных знаний о женской проблематике, о женщинах в прошлом и в различных культурах. Отделения социологии, истории, литературы, антропологии были пионерами в чтении новых курсов на феминистской основе для студенческой молодежи.

Первая официальная программа по женским исследованиям была утверждена в университете штата Сан-Диего в 1970 году. С той поры в большинстве университетов США и Европы созданы самостоятельные отделения или центры, или программы по женским/гендерным исследованиям, которые предлагают лекции, семинары, темы курсовых и дипломных работ для студентов обоих полов, а также курсы в сфере повышения квалификации и взрослого образования за стенами университетов. (В Швеции, например, существует программа изучения феминистской проблематики для членов правительства). Преподавание женских/гендерных исследований во многом способствует формированию нового общественного сознания, свободного от стереотипных представлений о господстве и подчиненности одного пола по отношению к другому, и равноправных партнерских отношений между полами во всех сферах общественной и семейной жизни.

Несмотря на развивающуюся интеллектуальную мощь женских исследований с конца 80-х гг. у нас в стране, они весьма слабо интегрированы в систему высшего образования (вовсе отсутствуют в сфере начального, среднего, а также в системе образования для взрослых). Тем не менее, в России в начале 90-х гг. быстро стал проявляться интерес к курсам по женской/гендерной проблематике как со стороны преподавателей социальных и гуманитарных наук, так и студентов.

Первый опыт введения этого курса в учебные программы и проблемы преподавания его в российских вузах обсуждались в начале 1996 года на научной конференции "Гендерные исследования в России: проблемы взаимодействия и перспективы развития", организованной Московским центром гендерных исследований. В июле 1996 г. МЦГИ и кафедра социологии и политологии Тверского государственного университета организовали и провели первую Всероссийскую летнюю школу по женским/гендерным исследованиям.


Успенская В.И.
Женские гендерные иследования в системе университетского образования

ПРО ХЛЕБ И ПИВО

Пойдёшь в магазин
Только за хлебом и пивом,
А там 33-процентные сливки
И помидоры красивые.

И всё по акции,
Буквально всё,
Даже куриная грудка,
Даже свежевыжатый сок.

Наберёшь тележку целую
И выясняешь на кассе,
Что буквально вчера
Закончились акции.

Сопишь и выбираешь -
Нудная курица или желанный сок?
Потому что без акции
Невозможно взять всё.

Потом идёшь домой с лёгкой сумкой,
Думаешь: в жизни всё так же:
Наберёшь любви там, успеха в работе, дружбы,
Подойдёшь к кассе,

И выясняется:
Извините, дорогой покупатель, но
Буквально вчера закончились акции,
Причём буквально на всё.


Екатерина Симонова

Учебники подают действия женщин и мужчин совершенно по-разному. Только наше упорное нежелание признать факт дискриминации заставляет нас этого не замечать. Начиная с букваря, подача разных полов идет как бы в строго продуманном виде: мужчины показываются как существа инициативные, независимые, а женщины - как подчиняющиеся и зависимые, как друзья, жены или в лучшем случае как помощницы мужчин, способствующие их успеху.

Так, в 554 сюжетах, предлагаемых для чтения американским школьникам, проанализированных авторами-феминистами в 1972 г., мужчины представлены гораздо более интеллектуально развитыми, чем женщины. И в процессе школьного обучения отношение к мальчикам и девочкам практически неодинаковое: например, в США учителя уделяют на уроках, как правило, больше внимания мальчикам (иногда до 20%), им часто дают больше времени для занятий с техникой, например в компьютерных классах, от них просто ждут успеха и настраивают их на успех и на необходимость прилагать усилия, а на девочек смотрят как на будущих мам.5)

В одной из московских школ в 1993 г. после окончания 10 классов мальчикам были подарены разные книги с разными надписями, а девочкам - одна и та же книга с единственной надписью - пожеланием счастья в личной жизни. (Это к вопросу о том, какой должна быть девочка по мнению современного нам общества, но в реальности-то дела обстоят как раз иначе: многие девочки, несмотря ни на что, все-таки ведут себя активно).

В этом отношении интересный факт сообщила одна из американских исследовательниц - Б. Бендерли. Она в своей книге "Миф о двух сознаниях" указывает на то, что практикующиеся сейчас по всему миру (и у нас в том числе) тесты IQ (КИ), которые помогают определить коэффициент интеллектуальности и по которым иногда набирают студентов, - эти тесты известны нам сейчас не в первом своем варианте. Дело в том, что первоначально предложенные тесты показывали, что девочки и девушки зачастую (и даже едва ли не как правило) имели показатели КИ выше, чем мальчики и юноши. И тогда создателям тестов пришлось изменить контрольные вопросы, с тем чтобы они "подыгрывали" мужским ответам. Так что теперь коэффициент интеллектуальности определяется безопасным для мужчин способом.6).

Еще больше видна эта несправедливость при приеме абитуриентов. При наборе студентов в один из московских вузов по специальности "переводчик с английского языка" в 1992 г. было совершенно открыто объявлено, что для мальчиков конкурсный балл при поступлении в вуз будет 16 (то есть они могли сдать все экзамены на 4), в то время как для девочек - 20.

Мы уже не говорим о примитивных и непомерно раздутых ожиданиях от будущего брака, прививаемых молодежи ("пришел "он" и началось счастье..."), ожиданиях, которые совсем не всегда имеют реальные основания в действительной брачной жизни молодых супругов. Это приводит к почти поголовному резкому стрессу, который постоянно повторяется в каждом новом поколении, и все это, что называется, "сходит с рук" патриархатному типу нашей культуры.

И далее, если девушка заканчивает вуз и устраивается работать, все это, конечно, продолжается. Если она попадает даже в такую относительно благоприятную и терпимую среду как научный коллектив, то все равно и здесь она сталкивается с рядом дополнительных трудностей. Это происходит потому, что сама организация труда в современном научном коллективе - это тоже некая своеобразная модель рынка труда, на котором действуют жесткие условия конкуренции, и при этом одни условия участия предлагаются для мужчин - другие для женщин. Распределение круга обязанностей, сфер влияния, меры вознаграждения, скорости продвижения и т.п. практически устанавливаются в науке не в зависимости от статей, утвержденных в рамках трудового законодательства, а традиционным неписаным путем - в соответствии со сложившимся привычным порядком (а значит, с сохранением всех классических стереотипов патриархатной иерархии, которые воспроизводятся в современных условиях в несколько модернизированном виде).


Татьяна Клименкова
Экспозиция проблемы. Лики подавления: дискриминация прямая и косвенная