«Так всю жизнь не понимал я никогда, как можно находить смысл жиз­ни в службе, в хозяйстве, в политике, в наживе, в семье… Я с ис­тин­ным страхом смотрел всегда на всякое благополучие, приобретение которого и обладание которым поглощало человека, а излишество и обычная низость этого благополучия вызывали во мне ненависть — даже всякая средняя гостиная с неизбежной лампой на высокой под­ставке под гро­мад­ным рогатым абажуром из красного шелка выводили меня из себя».

—Из дневников Ивана Бунина.

Открытые письма | Мы в MAX

«Прощайте! Сейчас ночь, и ваш образ встает передо мной, такой печальный и сладострастный: мне чудится, что я вижу ваш взгляд, ваши полуоткрытые уста. Прощайте — мне чудится, что я у ваших ног, сжимаю их, ощущаю ваши колени, — я отдал бы всю свою жизнь за миг действительности. Прощайте, и верьте моему бреду; он смешон, но искренен».

—Александр Пушкин, из писем Анне Керн. 1825 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Все твои хорошие качества я знаю, как свои пять пальцев, ценю их и отношусь к ним с самым глубоким уважением. Я, если хочешь, в доказательство того, что понимаю тебя. могу даже перечислить эти качества. По-моему, ты добр до тряпичности, великодушен, не эгоист, поделяешься последней копейкой, искренен; ты чужд зависти и ненависти, простодушен, жалеешь людей и животных, не ехиден, незлопамятен, доверчив... Ты одарен свыше тем, чего нет у других: у тебя талант. Этот талант ставит тебя выше миллионов людей, ибо на земле один художник приходится только на 2 миллиона... Талант ставит тебя в обособленное положение: будь ты жабой или тарантулом, то и тогда бы тебя уважали, ибо таланту все прощается».

–Антон Чехов, из письма брату Николаю.

Открытые письма | Мы в MAX

«Моя девочка с большим сердцем, мне незачем писать тебе, раз мы можем видаться каждый день, но до утра далеко, и вот я пишу. Мне кажется, что любил тебя еще тогда, когда зимой, под ветер, разлетевшийся по скользкому снегу, случайно встречался с тобой. Мой мальчик, если с головой завернуться в одеяло и прижаться в угол, можно ощутить твое дуновение, теплое и легкое. Завтра утром я приду к тебе, чтобы отдать письма и взглянуть на тебя».

—Илья Ильф, из письма будущей жене.

Открытые письма | Мы в MAX

«Трёхлетняя разлука, полная перемена обстановки и привычек — всё это немало значит, и теперь у нас осталось общего только наше взаимное чувство и наше родство. Но я ни на минуту не переставал и не могу перестать чувствовать ту совершенную и безграничную привязанность, которая соединяла и соединяет меня с тобой и делает меня совершенно неспособным истинно любить кого бы то ни было другого — чем могли бы они быть для меня после тебя?»

—Джордж Байрон, из письма Августе Ли.

Открытые письма | Мы в MAX

«Прошлой ночью я опять не спала. Иногда я думаю, зачем нужна ночь? Все слилось для меня в один длинный ужасный день. [...] Я решила почитать письма Зигмунда Фрейда. Когда я открыла книгу и на титульном листе увидела его портрет, я расплакалась — настолько депрессивным он мне показался…»

–Мэрилин Монро, из письма Ли Страсбергу из психиатрической клиники, 1961 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Если я буду гений, то вместе с этим буду поганый человек. Это еще не эпитафия.

1. Таланта у меня нет, я только бегал за ним.

2. Сейчас я вижу, что до высоты мне трудно добраться, подлостей у меня не хватает, хотя я в выборе их не стесняюсь. Значит, я еще больше мерзкий человек.
Вот когда я открыл Вам глаза. Вы меня еще не знали, теперь смотрите! И если Вы скажете: "Подлец" — для меня это лучшая награда. Вы скажете истину.

Да! Вот каков я хлюст. Но ведь много и не досказано, но пока оставим.

Без досказа...
Прохвост Сергей Есенин».

–Сергей Есенин, из письма Марии Бальзамовой, 1914 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Я часто думаю — неужели ко мне пришла та исключительная, небывалая любовь, о которой едва-едва мечтали поэты всех времен. Неужели это правда, девочка?

Должно быть, правда,— когда я думаю о жизни, о себе, о смерти, об искусстве и творчестве, о море — все мне кажется тусклым. Моя любовь сильнее. Значит, правда».

–Константин Паустовский, из письма Екатерине Загорской, 1915 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«С некоторых пор каждое новое слушание какого бы то ни было моего сочинения сопровождается сильнейшим разочарованием в самом себе. Как нарочно, перед "Бурей" играли реформационную симфонию Мендельсона, и я все время, несмотря на страшную эмоцию, удивлялся чудному мастерству его. У меня нет мастерства. Я до сих пор пишу, как не лишенный дарования юноша, от которого можно многое ожидать, но который дает очень мало. Всего более меня удивляет, что мой оркестр так плохо звучит! Конечно, мой разум говорит мне, что я несколько преувеличиваю свои недостатки, — но это меня плохо утешает».

–Петр Чайковский, из письма брату Модесту, 1878 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Не знаю, только ли в прошлом любил я тебя, но очень ясно чувствую, что будущее без тебя меня бы ужаснуло».

— Фёдор Тютчев, из письма Эрнестине Тютчевой. 1853 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Не ты во мне ошиблась, а я в тебе. Я не таков, каким ты меня сейчас себе представляешь. Письма мои вовсе не составят тебе моего миросозерцания. В них одна пустая болтовня, а о чем-либо серьезном говорить с тобой я не имел надобности. Ты вовсе не такова, какой выказываешь себя в последнее время, это тебе только кажется. Я был с тобой неискренен. Начиная после рождества, не я разбиваю нашу любовь, а ты ее загрязнила».

—Сергей Есенин, из писем Марии Бальзамовой.

Открытые письма | Мы в MAX

«Одно из самых обычных заблуждений состоит в том, чтобы считать людей добрыми, злыми, глупыми, умными. Человек течет, и в нем есть все возможности: был глуп, стал умен, был зол, стал добр, и наоборот. В этом величие человека. И от этого нельзя судить человека. Какого? Ты осудил, а он уже другой. Нельзя и сказать: не люблю. Ты сказал, а оно другое...»

–Лев Толстой, из записных книжек.

Открытые письма | Мы в MAX

«Был бы очень рад исполнить твою просьбу и написать тебе, но мне мешает несколько обстоятельств. <…>

Во-первых, у меня нет чернил. Не веришь? Ах, если бы ты видел, какие чернила были в моё время! (Во времена битвы при Ватерлоо, в которой я принимал участие простым солдатом). Стоило лишь налить немного чернил на бумагу, как они сами писали всё что нужно! А те чернила, которые стоят на моем столе, настолько глупы, что даже если ты начнёшь писать слово, они всё равно не сумеют его закончить!»

—Льюис Кэрролл, из письма Берти Куту. 1877 г.

Открытые письма | Мы в MAX

«Дуся моя, ангел, собака моя, голубчик, умоляю тебя, верь, что я тебя люблю, глубоко люблю; не забывай же меня, пиши и думай обо мне почаще. Что бы ни случилось, хотя бы ты вдруг превратилась в старуху, я все-таки любил бы тебя - за твою душу, за нрав. Пиши мне, песик мой! Береги твое здоровье. Если заболеешь, не дай бог, то бросай все и приезжай в Ялту, я здесь буду ухаживать за тобой. Не утомляйся, деточка».

—Антон Чехов, из письма Ольге Книппер. 1901 год.

Открытые письма | Мы в MAX

Любишь заброшенные храмы, провинциальные легенды и города, в которых будто остановилось время?

Тогда добро пожаловать в Broken Temple. Это канал о тёмной культурологии и русской хтони без пластмассовой мистики.

Заходи на огонёк: @templebro 🔥

«Это просто удивительно, какое огромное наслаждение можно получать почти ото всего, что существует в жизни. Нет ничего упоительнее, чем принимать и любить все сущее. Можно получать удовольствие почти от любой пищи и любого образа жизни: деревенской тиши, собак, проселочных дорог; от города, шума, толпы, грохота машин. В одном случае вас ждет покой, возможность читать, вязать, вышивать и ухаживать за растениями. В другом - театры, картинные галереи, хорошие концерты и встречи с друзьями, которых иначе вы видели бы редко. Я счастлива сказать, что люблю почти все».

—Агата Кристи, из автобиографии.

Открытые письма | Мы в MAX

«Только ты одна и способна знать меня вдоль и поперек — как ты и знаешь — и не питать ко мне чувства полнейшего презрения».

— Фёдор Тютчев, из писем Эрнестине Тютчевой, 1851 год.

Открытые письма | Мы в MAX

Николай II, Пушкин, Фаберже, Вагнер — иногда одна маленькая деталь рассказывает об эпохе больше, чем целая глава учебника.

Почему Кольцо Всевластья Толкина сравнивали с кольцом Вагнера?
Как Луи Вюиттон собирал в дорогу платья французской императрицы?
Почему случайный опыт восемнадцатилетнего химика изменил европейскую моду?
И как пасхальный подарок Александра III превратился в легенду Фаберже?

Atelier de Prestige — авторский журнал о маленьких историях больших эпох.

Россия и Европа XIX–XX веков. Литература и искусство, вино и гастрономия, мода, знаменитые люди, старинные вещи и красивые традиции.

Не даты и параграфы — а детали, из которых вдруг оживает прошлое.

Истории, которые хочется запомнить —
и однажды рассказать за ужином.

👉 @AtelierDePrestige