«Мне подари грибов: белых, маринованных по-христиански и небольшого роста, рыжиков соленых, груздей тоже и огурцов. Клянусь — я заслужил это!»

–Максим Горький, из письма супруге, 1904 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Ах, боже мой, неужели не все мы, люди, живущие на земле, — люди?»

–Евгений Леонов, из письма сыну.

Открытые письма | Мы в MAX

«Скоро начну работать. Весь кошмар этого несчастного, ужасного 1907 года исчез, остался сзади, И это ужасное, отвратительное пьянство. Скольких людей я обидел пьяный, но не жалею об этом. Разве они понимают, что значит отчаяние? Маленькие, злые и глупые люди — вот что я видел в жизни, куда вошел так пьяно, так шумно и неосторожно. И немного, очень немного — хороших.

Напишите мне. Я теперь серьезный, непьющий, работаю. Только сердце вот никуда не годится».

–Леонид Андреев, из письма Алисе Коонен, 1908 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Ты что же думаешь — я нарочно перепутал конверты и сконфузил тебя перед Оречкиным? Поцелуй своего Оречкина в спину. Я имею право быть рассеянным — потому что я поэт! А кругом дураки…»

–Аркадий Аверченко, из письма Аркадию Бухову.

Открытые письма | Мы в MAX

«В последнее время я стал чертовски мнителен. Мне все кажется, что на мне штаны скверные, и что я пишу не так, как надо, и что даю больным не те порошки. Это психоз, должно быть».

—Антон Чехов, из письма Алексею Суворину, 1891 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Живи! Не растрачивай себя! Не давай обрезать себе крылья! Домохозяек и без тебя миллионы. Из бархата не шьют кухонных передников. Ветер не запрешь. А если попытаться, получится спертый воздух. Не волочи ноги! Танцуй! Смейся! Салют, салют!»

–Эрих Мария Ремарк, из письма Марлен Дитрих.

Открытые письма | Мы в MAX

«Костя! Дорогой Костя! Как ты меня обрадовал, мой дорогой друг, твоим письмишком. Тоже, братик, скитаюсь. Одинок ведь!.. Как бы хотел тебя повидать, подурачиться, спеть тебе что-нибудь отвратительное и отвратительным голосом (в интонации). Знаю и вижу, как бы это тебя раздражило! А я бы хохотал и радовался — идиот!.. Ведь я бываю иногда несносный идиот — не правда ли?»

–Федор Шаляпин, из письма художнику Константину Коровину.

Открытые письма | Мы в MAX

«Еще в раннем детстве я приобрел порочную привычку считать себя не таким, как все, и вести себя иначе, чем прочие смертные. Как оказалось, это золотая жила!»

–Сальвадор Дали, из дневников художника.

Открытые письма | Мы в MAX

«Квартира средненькая, как выражается Сергей, она нам мала, конечно, но после Пироговской блаженствуем! Светло, сухо, у нас есть газ. Боже, какая прелесть! Благословляю того, кто придумал газ в квартирах.

Каждое утро воссылаю моленья о том, чтобы этот надстроенный дом простоял бы как можно дольше — качество постройки несколько смущает».

–Михаил Булгаков, из письма Николаю Булгакову, 1935 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Простите, Антон Павлович, — я заболтался и только сейчас вспомнил о главной причине этого письма. Видите ли: мне, кажется, удастся издать книжку моих рассказов (именно тех, что были в толстых журналах). Скажите, очень ли вы рассердитесь, если на первой странице будет напечатано, что книжка эта посвящена вам?»

–Александр Куприн, из письма Антону Чехову.

Открытые письма | Мы в MAX

«Да, друг, идеализм здесь отжил свой век, и с кем ни поговори, услышишь одно и то же: "Деньги — главное дело", а если будешь возражать, то тебе говорят: "Молод, зелен, поживешь — изменишься". И уже заранее причисляют к героям мещанского счастья, считая это лучшим блаженством жизни. Все погрузились в себя, и если бы снова явился Христос, то он и снова погиб бы, не разбудив эти заснувшие души.»

–Сергей Есенин, из письма Георгию Панфилову.

Открытые письма | Мы в MAX

«Есть у русского человека враг, непримиримый, опасный враг, не будь которого он был бы исполином. Враг этот — лень».

–Николай Гоголь, из письма Константину Аксакову.

Открытые письма | Мы в MAX

«Как видите, я в Чугуеве, "на самом дне реки"... Действительно, тишина здесь баснословная — это спящее царство. Не угодно ли Вам пройти по улице среди бела дня — все спит: ставни забиты, ворота покосились в дрему. Домики и заборы точно вросли в землю от глубокого сна, крыши обвисли и желают повернуться на другой бок. Не спят только эксплуататоры края, кулаки! Они повырубили мои любимые леса, где столько у меня детских воспоминаний... Взгляните с горы на деревянную церковь, прежде она рисовалась на фоне темного леса, в котором местами мелькал Донец; там весною мы рвали чудесные ландыши, там звонко раздавалась песня Малиновской дивчины, а в жаркий день в самой глуши аукала черепаха — теперь все это голое пространство, покрытое пнями.

Жаль, Вы не поймете моей досады — Вы не любите пейзажей».

–Илья Репин, из письма Владимиру Стасову.

Открытые письма | Мы в MAX

«Что до танцев, моя дорогая, то я никогда не танцую, если мне не разрешают следовать своей особой манере. Пытаться описать её бесполезно — это надо видеть собственными глазами. В последний раз я испробовал её в одном доме — так там провалился пол…»

—Льюис Кэрролл, из письма Гейнор Симпсон. 1873 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Есть известного рода потребность в ласке и уходе, которую может удовлетворить только женщина. На меня находит иногда сумасшедшее желание быть обласканным женской рукой. Иногда я вижу симпатичные женские лица (впрочем не молодых женщин), к которым так и хочется положить голову на колени и целовать руки их. Впрочем мне трудно это выразить».

–Петр Чайковский, из письма брату Анатолию, 1882 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Нам прислали много хохлацкого сала и колбас. Вот блаженство!»

—Антон Чехов, из письма Алексею Суворину. 1893 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Кстати, 1 сентября мне так и не удалось сдать на права, потому что я не смогла правильно повернуть за угол задним ходом. Как следствие — прощай, права (ты не могла бы волшебным образом передать мне немножечко твоей виртуозной способности водить автомобиль?). Теперь буду тренироваться ездить по Стокгольму, если успею разде­латься со всей работой, которую Бог послал и за которую я не бралась вот уже три месяца».

–Астрид Линдгрен, из письма Луизе Хартунг, 1954 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«Ты-ж, мой воробышко, не слишком сердись на дождь. Понимаешь, ему нужно итти, он не может удержаться, — это не его вина; ведь падать вверх — он не умеет».

–Владимир Набоков, из письма жене Вере, 1926 год.

Открытые письма | Мы в MAX

«У нас все хворают. Жена, теща, сын, племянник, кухарка — брр! Госпиталь! Жаба, инфлюэнца, лихорадка и еще что-то никому неведомое. Два раза в день бывает доктор и говорит глупости и прописывает кучу лекарств. Все с жадностью едят пилюли и микстуры и порошки, а я и мой друг, мрачный Скиталец, декламируем стихи и поем ирмосы. Первого мы не умеем, а второе выходит очень громко.

Но — ничего! Да, жизнь хороша, Вы правы, и за это я Вас еще больше уважаю. Люблю людей, которые любят жизнь. Пускай болит голова и даже сердце, если хочет, — боль сердца — жизнь в сердце! Вот и все».

–Максим Горький, из письма Ольге Книппер-Чеховой.

Открытые письма | Мы в MAX

«Глупцы захотели сейчас же вывести какие-то законы и общие правила, чтобы объяснить мне, как нужно писать, в то время как каждая картина является для меня не концом, не достижением, а счастливым случаем или опытом. Кубизм объяснили математикой, геометрией, психоанализом — все это только литература! Кубизм никогда никакой программе не соответствовал».

–Пабло Пикассо, из письма в журнал «Огонек».

Открытые письма | Мы в MAX

«Гриша, в настоящее время я читаю Евангелие и нахожу очень много для меня нового… Христос для меня совершенство. Но я не так верую в него, как другие. Те веруют из страха: что будет после смерти? А я чисто и свято, как в человека, одаренного светлым умом и благородною душою, как образец в последовании любви к ближнему. Жизнь… Я не могу понять ее назначения, и ведь Христос тоже не открыл цель жизни. Он указал только, как жить, но чего этим можно достигнуть, никому не известно».

–Сергей Есенин, из письма Григорию Панфилову, 1913 год.

Открытые письма | Мы в MAX