​​Как хорошо, как полезно, друзья, быть довольну немногим!
(Это не я говорю; так учил нас Офелл-поселянин,
Школ не видавший мудрец, одаренный природным рассудком.)
Слушайте речь мудреца не за пышной и сытной трапезой,
И не тогда, как бессмысленный блеск ослепляет вам очи,
Иль как обманутый разум полезное все отвергает.
Нет! натощак побеседуем! — «Как натощак? Для чего же?»
Я объясню вам! Затем, что судья, подкупленный дарами,
Судит неправо! Когда ты устанешь, гоняясь за зайцем,
Или скача на упрямом коне, иль мячом забавляясь
(Ибо, изнеженным греками, римлян военные игры
Нам тяжелы, а с забавами мы забываем усталость),
Или когда утомишься усильным бросанием диска —
Тут ты, почувствовав жажду и по́зыв пустого желудка,
Пре́зришь ли пищей простой? Перетерпишь ли жажду затем лишь,
Что фалернского нет, подслащенного медом гиметтским,
Что нет ключника дома, что море, взволнованно бурей,
Рыб защищает в своей глубине от сетей рыболовов?
Нет! Как живот заворчит, то ему и хлеб с солью приятны,
Ибо не в запахе яств, а в тебе само́м наслажденье!
По́том усталости — вот чем отыскивай вкусные блюда!

(с) Гораций Флакк - "Sermones", II, II

​​Мира просит гет, утомлен войною,
Мира просит перс, отягченный луком,
Только мира, Гросф, не купить за пурпур,
Жемчуг и злато.

Ибо никого не спасут богатства
И высокий сан от томлений духа
И забот ума, что и под роскошной
Кровлей витают.

Хорошо тому, кто богат немногим,
У кого блестит на столе солонка
Отчая одна, но ни страх, ни страсти
Сна не тревожат.

Что ж стремимся мы в быстротечной жизни
К многому? Зачем мы меняем страны?
Разве от себя убежать возможно,
Родину бросив?

Всходит на корабль боевой Забота,
За конями турм боевых несется,
Легче, чем олень, и быстрей, чем ветер,
Тучи несущий.

Будь доволен тем, что в руках имеешь,
Ни на что не льстись и улыбкой мудрой
Умеряй беду. Ведь не может счастье
Быть совершенным.

(с) Гораций Флакк - "Оды", II, 16

​​Если нам следует жить, согласуя желанья с природой,
Если, чтоб выстроить дом, нам нужен удобный участок,
Знаешь ли место еще ты, пригодней деревни блаженной?
Где есть зимы теплей? Где ветер приятней смягчает
Ярость созвездия Пса и Льва разъяренного скоки,
Только начнут уязвлять его солнца палящие стрелы?
Где прерываются сны заботой завистливой реже?
Пахнет трава иль блестит хуже камешков, что ли, ливийских?
Разве вода, что рвется прорвать свинцовые трубы,
Чище воды, что в ручьях торопливо сбегает с журчаньем?
Часто деревья растят среди пестрых колонн, восхваляют
Дом, пред которым полей простор открывается взору:
Вилой природу гони, она все равно возвратится,
Тайно прорвавшись, она победит пресыщенье больное.
Кто отличить, как знаток, не умеет от пурпурной ткани
Шерсть что впитала из мха аквинского краску не больший
Тот потерпит ущерб, не сильнее он мучиться будет
Нежели тот, кто лжи отличить не умеет от правды.
Тот, кого счастье всегда баловало чрезмерно, невзгодой
Будет сильней потрясен. Неохотно, конечно, оставишь
То, что ты слишком ценил. Избегай же богатства: под бедной
Кровлею лучше нам жить, чем царям и царским любимцам
Более сильный в бою, олень прогонял постоянно
С общего луга коня; после долгой борьбы утомленный,
Конь человека помочь умолил — и узду получил он.
После ж того, как, врага победив, он ушел горделиво,
Сбросить с хребта седока и узды изо рта уж не мог он.
Так, устрашась нищеты, человек теряет свободу —
То, что дороже богатств, — и везет на себе господина,
В рабстве томясь потому, что доволен быть малым не может.
Если не впору кому достаток его, то — как обувь
Не по ноге — или жмет, иль заставит его спотыкаться.
Жребьем довольный своим, будешь жить ты разумно, Аристий;
Да и меня не оставь безнаказанным, если заметишь —
Больше, чем нужно, коплю и отстать от того не могу я.

(с) Гораций Флакк - "Epistulae", I, 10

​​​​Мы уже знакомились раньше с первой тройкой учеников Эпикура, которые вместе c самим основателем составляют Четверку основных школьных авторитетов: Метродор, Полиэн, Гермарх. А также познакомились с братом Метродора, отступником Тимократом. Теперь пришло время продолжения рубрики "знакомство с эпикурейцами".

Карниск (греч. Καρνεῖσκος) - эпикурейский философ, учился лично у Эпикура. Предположительно, он жил ок. 300 г. до н. э. и стал известен как автор очерка о дружбе, фрагменты которого были найдены среди обугленных останков на Вилле папирусов в Геркулануме. Эссе озаглавлено «Филистимляне» и представляет собой труд, в котором говорится о сложностях в ситуации со смертью друга. Подругой Карниска была некая #Филистия, и она представлена ​​как образцовый эпикуреец, но ничего больше мы о ней не знаем. Сохранившиеся фрагменты содержат полемику, направленную против Праксифана, в которой Карниск противопоставляет эпикурейский взгляд на дружбу и удовольствие перипатетической точке зрения, изложенной Праксифаном.

​​В последнее время наращивается внимание к теме софистики. Сейчас эту тему поддерживает, в том числе, и известный Журнал «Нож». Внимательные подписчики знают, что группа "Modern Epicurean" относится к софистам в крайне положительном ключе, считая что они заслуживают реабилитации перед необоснованной критикой со стороны Платона и его подпевал. Поэтому безосновательно к содержанию статьи на "Ноже" - мы приводим их материал (https://knife.media/rhetoric-lessons/), чтобы лишний раз напомнить о нашем собственном "софистическом цикле" статей, представленном (пока что) в четырех частях: первая и вторая, третья, четвертая.

В контексте истории риторического искусства "Нож" упоминает и Коракса с Тисием, и Горгия с Протагором; упоминает и про важность теории "правдоподобия" или вероятностного знания, которому противостоит концепция абсолютно точной истины.

​​Идоменей из Лампсака (325-270 г. до н. э.) был другом и учеником Эпикура. После переезда Эпикура в Афины Идоменей оставался придворным сановником в Лампсаке около 306—301 г. до н. э, и возможно он также был одним из главных "спонсоров" Афинского Сада. В Лампсаке он женился на сестре Метродора, философе по имени #Батида.

Идоменей написал значительное количество философских и исторических работ, и хотя последние не считались очень авторитетными, все же они должны были иметь значительную ценность, поскольку, по всей видимости, были посвящены в основном жизнеописаниям ведущих деятелей Греции.

Упоминаются названия следующих работ Идоменея, из которых сохранились некоторые фрагменты:

📕 История Самофракии (греч.: Ἱστορία τῶν κατὰ Σαμοθρᾴκην).
📘 О Сократиках (греч. Περὶ τῶν Σωκρατικῶν)

#знакомство_с_эпикурейцами

Название одной работы или ряда работ Идоменея неизвестно, но мы знаем, что она содержала биографии следующих людей: Писистрата, Фемистокла, Аристида, Перикла, Демосфена, Эсхина, Гиперида и Фокиона. Не исключено, что все эти лица упоминались в одном произведении, которому поздние писатели присвоили различные предположительные названия. Наиболее вероятный вариант истинного названия работы — 📗Об афинских вождях (греч. Περὶ τῶν Aθηνησι δημαγωγῶν).

​​Иван Адамович Боричевский (1892-1941) — советский историк философии. Родился 28 декабря 1892 года в местечке Плунгяны Ковенской губернии Российской империи (ныне — Плунге в Литве). В 1911 году окончил Шавельскую мужскую гимназию, в 1915 году — историко-филологический факультет Петроградского университета. Во время своей учёбы в университете примкнул к студенческой фракции РСДРП(б).

В 1918-1920 годах находился в эмиграции. Вернувшись в Советскую Россию, Боричевский занялся преподавательской деятельностью, стал профессором философского факультета Петроградского университета. В 1922-1925 годах возглавлял кафедру истории философии того же университета. В 1926-1928 годах преподавал также на Высших курсах библиотековедения при Государственной публичной библиотеке. Когда в 1930 году философский факультет был закрыт, Боричевский работал приглашённым лектором в различных вузах: Ленинградском историко-лингвистическом институте, Коммунистической академии, Ленинградском педагогическом институте имени А. И. Герцена. Являлся членом Общества воинствующих материалистов и Научного общества марксистов, читал лекции по линии Союза воинствующих безбожников.

Весной 1941 года Боричевский был вновь зачислен в штат воссозданного философского факультета Ленинградского государственного университета. 16 июля 1941 года он был утверждён в должности доцента философского факультета. Несмотря на то, что факультет с приближением немецких войск был эвакуирован в глубь страны, Боричевский остался в Ленинграде. Скончался от голода в декабре 1941 года во время блокады Ленинграда. Похоронен на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге.

Являлся автором около 30 научных статей и брошюр. В своих работах опирается на позиции «#механистов», критиковал представителей русской религиозной философии. Стоял у истоков теоретических основ науковедения как нового направления советской науки. В 1925 году издал книгу «Древняя и современная философия науки в её предельных понятиях», посвящённую философии древнегреческого мыслителя #Эпикура. Подготовил к защите докторскую диссертацию, однако из-за начала Великой Отечественной войны так и не смог её защитить — в настоящее время её рукопись хранится в Публичной библиотеке.

Сочинения автора:

📘 Боричевский И. А. Несколько слов о так называемой «русской философии» (К изгнанию метафизики из Советской школы) // Книга и революция. 1922. № 3. С. 31-32.
📕 Боричевский И. А. Российская метафизика в походе против науки // Книга и революция. 1922. № 6. С. 1-9.
📗 Боричевский И. А. Истинное лицо древнего Сада Эпикура // Записки Научного общества марксистов.1922. № 4. С. 125—133.
📙 Боричевский И. А. У древнейших истоков идеалистической легенды об Эпикуре // Пролетарская книга и русская революция. 1922. № 7. С. 8-12.
📔 Боричевский И. А. У древнейших истоков идеалистической легенды о Платоне // Книга и революция, 1922. № 9-10. С. 8-12.
📓 Боричевский И. А. Введение в философию науки. Пг., 1922.
📘 Боричевский И. А. Древняя и современная философия науки в её предельных понятиях. Ч. 1. Первоисточники древней философии науки (Научные письма Эпикура). М.; Л. 1925.
📕 Боричевский И. А. Науковедение как точная наука // Вестник знания. 1926. № 12. С. 777—786.
📗 Боричевский И. А. Краткий очерк истории древнего материализма. Л., 1930.
📙 Боричевский И. А. Демокрит и Эпикур в борьбе за основы атомизма // Архив истории науки и техники. Сер. I. 1936. Вып. 8. С. 113—135.

​​Леонтей из Лампсака (греч. Λεοντεύς) был учеником Эпикура и мужем #Фемисты, которая вместе с ним училась в "Саду". Они до такой степени почитали Эпикура, что назвали в честь него своего сына.

#знакомство_с_эпикурейцами

Леонтей описан Страбоном как один из «самых способных людей в городе» Лампсаке, наряду с Идоменеем. Плутарх описывает письмо, написанное Леонтеем, в котором тот рассказывает, как Демокрит был удостоен чести Эпикуром «за то, что он опередил его в получении правильного знания», и как Эпикур первоначально провозгласил себя «демокритовцем».

Статья (читать) неоднократно публикуемой в нашей группе М.М. Шахнович, в этот раз про биографию и научный путь И.А. Боричевского, советского исследователя философии Эпикура. В частности, она рассматривает неизвестное сочинение по теории познания эпикуреизма – диссертацией “Эпикурейская логика. Геркуланские папирусы Эпикура и Филодема”.

В этом труде Боричевский, опираясь на собственные переводы текстов древнегреческих папирусов, излагал не только учение эпикурейцев, но и свои взгляды о роли философии и науки. Также в приложении к статье приводится 2 главы из второй части диссертации.

​​Колот из Лампсака (около 320 до н. э. - после 268 до н. э.) — один из наиболее известных учеников Эпикура, написавший сочинение, которое содержало рассуждения «О том, что невозможно жить, если следовать учению других философов», и посвященное царю Птоломею Филадельфу. В опровержение его доводов Плутарх написал два сочинения: «Против Колота» (плохо переведенное в нашей группе) и «О том, что, следуя Эпикуру, невозможно жить счастливо».

Согласно Плутарху, Колот был умным, но тщеславным, строго следующим догматам, фанатичным философом. Он сильно критиковал Сократа и других "великих" философов. При этом Колот был любимым учеником Эпикура после смерти Метродора. Плутарх пишет, что, услышав рассуждения Эпикура о природе вещей, Колот пал на колени перед ним и умолял дать наставления. Колот утверждал, что философы не должны использовать вымыслы в своих учениях, чему возражал Цицерон.

#знакомство_с_эпикурейцами

Несколько фрагментов произведений Колота были найдены на Вилле Папирусов возле Геркуланума. А именно: 📕 "Против платоновского диалога Лисий" и 📗 "Против платоновского диалога Эвтидем". Колот также был учителем Менедема-киника (Диоген Лаэртский. VI, 102).

​​Нашлись сканы работы И.А. Боричевского - "Древняя и современная философия науки" (1925), в двух частях. Краткую биографию автора из Википедии и биографию из статьи Шахнович можно найти по соответствующим гиперссылкам. Благодаря этому автору, администрация группы с облегчением может избавить себя от язвительных выпадов в сторону мусорной истории философии Целлера (но руки чешутся, так что ещё что-нибудь напишем), и может избавить себя от необходимости акцентировать на #эмпирической стороне эпикуреизма, а именно на том, что в школе Эпикура впервые начала разрабатываться (как основная форма) теория #индуктивной логики. Это всё, и не только это - за нас уже сделал Боричевский, за что ему огромное спасибо. Ну а нам остается только дополнять, расширять, критиковать.

В целом общий "вайб" автора совпадает с настроениями администрации нашей группы, и его работе мы могли бы поставить даже все 9/10 (если сделать поправки на марксистские веяния его эпохи и сгладить чрезмерный наукоцентризм с попытками сделать эпикуреизм более "ученым", чем он был). Несколько позже переведем эту книгу в новый формат, с текстовым слоем, для возможности прямого копирования.

Читать книгу (в двух частях, около 120 страниц).

​​Следующими на очереди в нашей рубрике "знакомство с эпикурейцами", идёт целый ряд из самых известных женщин-философов школы, которые занимались там ещё при жизни самого Эпикура.

В первую очередь заслуживает внимания Леонтия, которая, будучи изначально гетерой в Афинах, сразу пополнила ряды школы и стала ученицей и подругой Эпикура, а также возлюбленной наложницей Метродора. Правда, в других версиях она была возлюбленной уже самого Эпикура и частым адресатом его писем. Так, например, Диоген Лаэртский приводит цитату из письма Эпикура Леонтии.

Из философской деятельности Леонтии, мы знаем, что она написала специальное сочинение против Теофраста, преемника Аристотеля в 323 году до н.э. в школе перипатетиков. Согласно Цицерону, это было остроумное сочинение, написанное в аттическом стиле. По свидетельству Плиния Старшего, художник Аристид Младший написал портрет «Леонтия Эпикура», а Теор — «Леонтия Эпикура в размышлении». Джованни Боккаччо включил Леонтию в свой трактат «О знаменитых женщинах».

----------

Батида из города Лампсак была сестрой Метродора, ближайшего из учеников Эпикура. Она вместе с братом вступила в школу, созданную Эпикуром после его спешного ухода из Митилены. Спустя какое-то время она вышла замуж за ещё одного известного эпикурейца Идоменея. Очевидно, что как жительница Лампсака, она имела связи также с Полиэном и Колотом.

Наши сведения о философе чрезвычайно скудны. Мы знаем, что когда её сын умер, Метродор написал ей утешительное письмо, говоря в нём, что «Вся­кое бла­го смерт­ных смерт­но!», и что «в печа­ли есть некое связан­ное с нею наслаж­де­ние; его-то и нуж­но ловить в такое вре­мя». Эпикур, со своей стороны, написал письмо Батиде, уведомляя уже о смерти Метродора в 277 г. до н. э.

----------

Фемиста из Лампсака была ученицей Эпикура в начале III века до нашей эры. Цицерон высмеивает Эпикура за то, что он написал «бесчисленные тома, восхваляющие Фемисту», вместо более достойных людей, таких как Мильтиад, Фемистокл или Эпаминонд. Известно, что Фемиста и Леонтей были женаты и назвали своего сына Эпикуром.

​​Философская школа Эпикура до сих пор считается необычной для этого времени, поскольку она вообще позволяла посещение женщинам. Но не то, чтобы девушек не было в других школах... Если верить пифагорейцу Ямвлиху (245-325гг.), который называет какие-то баснословные числа для количества пифагорейцев V в. до н.э. (статистический анализ Ричарда Гуле насчитал 220 имен для одного этого столетия) - тогда из них 14 пифагорейцев были женщинами. Да и в целом принадлежность женщин к пифагорейской школе несомненна, даже если считать эти цифры преувеличением.

Но и IV в. до н.э. показывает, что из всех 20-ти женщин-философов (идентифицируется принадлежность к школам лишь у 18 из них) к эпикурейской школе относится всего 8 человек (или 44,5%), большинство остальных школ, кроме перипатетиков и стоиков - имели по крайней мере одного представителя женского пола. Но если не считать последние века Рима, откуда мы знаем и о знаменитой Гипатии и о целом ряде женщин-платоников, то за период классической античной философии (IV до н.э. - II н.э.) насчитывается (согласно Р. Гуле) 41 философов-женщин, из которых не определена принадлежность у 12-ти. А из оставшихся 29-и оказывается #пифагорейцев - 2, #киников - 1, #стоиков - 3, #платоников - 4, #эпикурейцев - 13 и в графе "другие школы" - 6 человек.

Таким образом, если не брать во внимание поздний, завязанный на теологию период античности, и ограничиться чистой классикой, отсекая при этом гипертрофированное "пифагорейское" столетие, мы получаем картинку, согласно которой 45% философов-женщин, чья школьная принадлежность нам известна, были членами эпикурейских общин. В дальнейшем, с ростом присутствия женщин в неоплатонических школах - эта доля снижается. А если, всё-таки, учесть данные Ямвлиха + считать тех, кто не определен, тогда мы получим 15 женщин-эпикурейцев из всех 85 известных, или же 17,6%, с примерно такими же показателями у пифагорейцев и неоплатоников. Это в случае учета явных преувеличений и "неклассической" поздней античности.

----------

Та же статистика говорит ещё о том, что от всего числа известных философских имен (2463 человек) женщин всего 3,45%. Поэтому интереснее посмотреть, какова эта доля относительно каждой из школ, взятых в целом.

Тогда окажется, что для:
Эпикурейцев = 15 из 205 (7,3%), более чем в 2 раза выше среднего показателя для древности вообще.
Стоиков = 3 из 283 (1,06%), более чем в 2 раза ниже среднего показателя для древности.
Перипатетиков = 1 из 123 (0,8%).
Киников = 3 из 75 (4%).
Пифагорейцев = 21 из 321 (6,5%), хотя оба числа, имхо, завышены.

Что же до платоников, то здесь ситуация тяжелее в плане собранной статистики. Неоплатоники и академики (включая скептические ветки) идут вместе. Хотя по женщинам для нас очевидно, что это уже почти полностью неоплатоническая эпоха, поздние даты. Если выделить отдельно неоплатоников и платоников I-IIвв. н.э., то их насчитывают, примерно 227 человек, из них женщин 13, что дает 5,7%.

Платоники и академики получают в таком случае показатель в 2 женщины на 250 оставшихся, т.е. всего 0,8%, как и в школе Аристотеля (правда и там очень поздняя дата). И в таком случае, во многом за счет хорошей сохранности мужских имен в платонической школе всех её разновидностей, оказывается, что эпикурейская школа имела наивысший показатель в этих ваших #gender_studies

📕 Основной источник: "Philosophy as a Way of Life: Ancients and Moderns - Essays in Honor of Pierre Hadot" edited by Michael Chase (Editor), Stephen R. L. Clark (Editor), Michael McGhee (Editor)
📗 Источник из источника: "Dictionnaire des philosophes antiques" (Richard Goulet)

​​Древнегреческий философ-эпикуреец, третий по счету схоларх эпикурейской школы в Афинах, управлявший школой примерно c 250 г. до н. э. по 219 или 218 г. до н. э — Полистрат.

Мы не знаем ничего о биографии этого человека, хотя он довольно долго управлял "Садом". Валерий Максим говоря о нём, сообщает также о некоем эпикурейце Гиппоклиде, с которым Полистрат родился в один день, учился и затем преподавал в одной философской школе Эпикура, делил общее имущество, и умерли они тоже в один день в очень преклонном возрасте (романтическая история, которой мы конечно же верим, ага). Однако мы ничего не знаем и об этом Гиппоклиде. Всё что мы знаем — это общая тематика сочинений Полистрата и тот факт, что схолархом он пробыл даже больше Гермарха, в общей сложности 32 года.

#знакомство_с_эпикурейцами

Отрывки двух философских сочинений Полистрата были найдены на территории Виллы Папирусов около Геркуланума. Первое сочинение 📕 "О неразумном презрении" направлено против тех, кто неразумно отвергает популярные верования. Его оппонентами были киники и скептики. Вторая работа озаглавлена 📗 "О философии", и только отдельные фрагменты из неё можно разобрать.

​​Для тех, кто судит о головах людей точно так же, как об их париках, в соответствии с модой, упрек в новизне есть страшное обвинение, ибо такие люди считают истинными только общепринятые воззрения. Почти никогда и нигде еще истина не получала признания при своем первом появлении; новые взгляды всегда вызывают подозрение, всегда встречают отпор лишь потому, что они еще не общеприняты. Но истина, подобно золоту, не бывает менее истинной от того, что она добыта из рудников недавно. Ее ценность должны определить испытание и исследование, а не старая мода: пусть истина еще не находится в общем обращении, она все-таки может быть так же стара, как природа, и, конечно, нисколько не менее подлинна.

(с) Джон Локк — "Опыт о человеческом разумении"

​​Философ, который сменил Полистрата в качестве главы (схоларха) школы Эпикура в Афинах около 219 г. до н.э. - Дионисий из Ламптры, управлял школой около 13-ти лет, пока не умер в 205 г. до н.э. В принципе это всё, что мы о нем знаем. Дионисий важен для нас в качестве связующего звена преемственности, пока не открыты новые отрывки. А в управлении школой ему наследовал Василид (около 250-175 гг. до н. э.), преемником которого впоследствии стали Аполлодор или Феспий.

#знакомство_с_эпикурейцами

Диоген из Тарса ( ок. 150г. до н.э.) был эпикурейским философом, которого Страбон описывает как человека, умеющего сочинять трагедии-импровизации. Он был автором нескольких работ, которые, однако, утеряны. Среди них:

📘 Избранные лекции (греч.: Ἐπίλεκτοι σχολαί)
📕 Воплощение этических доктрин Эпикура (греч.: ἐπιτομὴ τῶν Ἐπικούρου ἠθικῶν ζητημάτων), из которых Диоген Лаэртский цитирует 12-ю книгу.
📗 О поэтических проблемах (греч.: Περὶ ποιητικῶν ζητημάτων), которые он пытался решить и которые, по-видимому, имели особое отношение к поэмам Гомера.

Мы уже зацепили вопрос о поэзии, притязая на эпикурейскую принадлежность поэтов Петрония, Марциала, Горация, а в какое-то время ещё и Вергилия. Знаменитый эпикуреец Лукреций Кар и сам был влиятельнейшим поэтом на протяжении многих столетий. Как мы уже видели, поэтические вопросы затрагивались в школе ещё раньше Диогеном из Тарса; а позже мы ещё увидим, что эти вопросы активно разрабатывались Филодемом из Гадары и Деметрием Лаконийским. Поскольку всё это было затронуто, не могу не запустить отдельную рубрику с обзором творчества современных около-эпикурейских (ну, просто котируемыми нами) поэтов (зачеркнуто). А это никто иные, как Слава КПСС и Андрей Андреевич Замай.

Почему именно они котируются нами, и насколько философия вообще представлена в их творчестве, мы будем говорить в рамках рубрики "Эпикур/Антихайп" в течении следующих лет. А пока предлагаю послушать трек из последнего крупного релиза, название которого уже говорит само за себя.

​​Алкей и Филиск были двумя эпикурейскими философами, изгнанными из Рима либо в 173 г. до н.э., либо в 154 г. до н.э. Афиней утверждает, что изгнание произошло во время консульства Луция Постума. Это может относиться либо к Луцию Постуму, который был консулом в 173 году до нашей эры, либо к Луцию Постуму, который был консулом в 154 году до нашей эры.

#знакомство_с_эпикурейцами

Элиан утверждает, что они были изгнаны, «потому что они познакомили молодое поколение со многими неестественными удовольствиями». Это может быть просто враждебное замечание, исходящее из анти-эпикурейского источника, но также возможно, что это было обвинение, выдвинутое против них официально. Римское право в этот период разрешало изгнание (relegatio) любого нежелательного человека из Рима по постановлению магистратуры, и он часто использовался для удаления иностранцев. В 161 г. до н.э. некоторые учителя риторики и философии были изгнаны из города. В 155 г. до н.э. прославленное посольство философов, состоящее из Карнеада (академик), Диогена (стоик) и Критолая (перипатетик), было отправлено из Афин в Рим, где их учения вызвали настоящую сенсацию, и под давлением консерваторов они были вынуждены уехать. Если бы Алкей и Филиск были изгнаны из города в 154 г. до н.э., то это было бы всего через год после этого события, как закономерное развитие предыдущего решения. Либо же это наоборот свидетельствует о том, что в 154 году, после столь громкого происшествия годом ранее - они просто не могли даже находится в Риме, а значит были изгнаны ещё раньше и правильной датой следует считать 173 год.

​​А знание, конечно, гораздо более двинулось бы вперед в мире, если бы старания даровитых и трудолюбивых людей не загромождались ученым, но легкомысленным употреблением неуклюжих, манерных или непонятных выражений, введенных в науку и сделавшихся искусством настолько, что философия, которая есть не что иное, как истинное познание вещей, стала считаться непригодной или неспособной вращаться в благовоспитанном обществе и принимать участие в приличном разговоре.

Пустые и бессмысленные формы выражения и злоупотребление языком так долго сходили за таинства науки, а трудные или неуместные слова, мало или вообще ничего не значащие, за давностью употребления имеют ошибочно столько права считаться глубокой ученостью или вершиной мышления, что нелегко будет убедить говорящих эти слова или слушающих их, что они только прикрывают невежество и являются помехой истинному знанию.

Вторжение в святилище тщеславия и невежества сослужит, я полагаю, некоторую службу человеческому разуму. Впрочем, столь немногие склонны думать, что они обманывают или их обманывают употреблением слов и что язык того круга, к которому они принадлежат, заключает в себе недостатки, которые нужно изучить или исправить, что, я надеюсь, мне простят, если я в третьей книге слишком долго остановился на этом предмете и постарался сделать его столь ясным, чтобы ни закоренелость зла, ни сила моды не могли быть извинением для тех, кто не хочет заботиться о значении своих собственных слов и не позволяет исследовать смысл своих выражений.

(с) Джон Локк — "Опыт о человеческом разумении"

Сам конфликт греков и римлян (эта тема к слову очень важна и будет разрабатываться в дальнейшем) - встречается повсеместно в римской литературе и демонстрирует, что эти культуры осознавали друг друга как скорее враждебные. Фактически можно даже сказать, что с приходом гегемонии Рима - греческая культура стала ассоциироваться в первую очередь с некоторой женственной изнеженностью, тогда как римская - с мужской силой. В нашем контексте, если говорить очень грубо - римская культура по преимуществу стоического характера, тогда как греческая по-преимуществу эпикурейского.

#Греция #Рим #античность #политика #левачество #SJW
#сиюминутные_размышления

Приведу пример, который интересно смотрится на фоне современности.
На дворе 155г. до н.э., в Рим прибывает философ Карнеад с целым посольством ученых греков, сначала по чисто-политическому вопросу, но вскоре все они начинают вести лекции, фактически представляя в своем лице каждую из школ греческой философии. Этому противится консерватор Катон Старший, всемирно известное олицетворение узколобого патриотизма и национализма с традиционалистическими ценностями. Катон убеждает Сенат изгнать всех прибывших обратно в Грецию.

Общепринято считать, что Катон здесь - зло, а философское посольство - благое начинание, прогресс. Но если вдуматься, то ведь Катон и правда защищал нравы молодежи, защищал здравый смысл и выполнял, в сущности, благое дело. Ведь что такое эта философия Карнеада, как не один из видов скептицизма, а что такое скептицизм, как не открытая дорога к уничтожению всякой объективной оценки вещей? Катон в этом случае стоял на страже истины (также как в свое время судьи в Афинах вполне резонно, по своим понятиям и законам, обвиняли Сократа в развращении молодежи).

Так вот, примерно в таком же духе ситуация обстоит даже сегодня, когда консерваторы выступают против "культурного марксизма", SJW и прочего "либерального" левачества. С одной стороны, консерваторы - это люди крайне глупые. И если рассматривать их самих по себе, так и в контексте веков, то они продолжают дело самых презренных личностей всех времен. Изначально питая слишком сильную неприязнь к таким невежественным глупцам - мы автоматически испытываем симпатию к левым-либералам, даже сквозь все их чрезмерные перегибы.

Но каждый раз спуская с рук какую-то "мелочь", мы накопили огромное количество культурных перегибов, которые стало модно называть "постмодернизмом" и которые в целом можно охарактеризовать как "толерантное общество" с торжеством теории относительности уже далеко за рамками простой астрофизики. И теперь, когда условный "реднек"-республиканец выступает против всех этих крайностей - он стоит на страже истины больше, чем все либерально настроенные ученые вместе взятые.

Да, реднек не становится от этого лучше. Но в этом и заключается вся трагедия нашего века. Сегодня "самым трезвым в этой пьяной компании" - является традиционалист, и это уже объективный факт. Единственные надежды на перемены, замечу, РЕВОЛЮЦИОННЫЕ перемены - связываются теперь с правыми радикалами, и это не случайность. Сегодня молодежь, всегда проявляющая тягу к нигилистическому нонконформизму (и поэтому она во все времена являлась прогрессивиистской и "левой") - сегодня она становится "правой", и в этом решении она более чем права.

Да, римляне отправляли домой и других философов, не только скептиков. Так, в 173 или в 161 году до н.э. домой были отправлены #эпикурейцы. И нет сомнений, что даже найдись в Греции школа, которую сегодня мы бы все посчитали наиболее близкой к истине - Катон бы отправил домой и её. Благость борьбы против скептиков в этом случае - счастливая случайность, и Катон все ещё плох.

Но разумный римлянин и разумный современный читатель должен был стоять выше проблемы палки двух концов, он должен бы несмотря на объективную плохость Катона - отметить его объективную правоту. Примерно в таком же состоянии находится современная интеллигенция Европы, да и всего мира, в отношении к правым и консервативным тенденциям.

​​Конечно, даже в случае успеха Карнеада - это "зло" не было бы слишком сильно, а его провал всё равно не спас Рим от эллинизации, которая в целом все равно была благом (хотя именно черты скептицизма создали одну из основ для развития христианства, в качестве "объективного" и уверенного в своих словах противовеса). P.S. примеры Рима и современной мировой культуры - несколько разные. Они служат только наглядной аналогией.