Художник - Александр Простев, "Трапеза прп. Сергия"

Депрессия – просто хочется лежать.
Часть 2/6.

Человеку, «упавшему» под тяжестью депрессии, тому, кто просто лёг и лежит, помогает установившийся режим. Даже желательно взять благословение. Это не значит – умри, но исполни. Бывают форс-мажорные обстоятельства – поездки, гости и так далее. Но в целом этому режиму мы следуем.

Если у человека есть обычай в определенное время совершать свое молитвенное правило, он читает его, несмотря ни на что – лежит он в депрессии или не лежит. То же касается привычки посещать воскресную Литургию... Тогда этот непрерывный депрессивный поток пресекается.

Тот, кто лежит, испытывая чувство безнадежности и жалости к себе, не факт, что от этих мыслей устает. Человек разгоняется в определенном направлении и возникает, как говорил академик Ухтомский, инерция. Если пролежал в бездействии какое-то время – встать с каждым часом и каждым днем будет все труднее и труднее.

Кто-то из паломников говорил, что депрессия нацеливает человека на размышления. Есть данные, что во время депрессии активируется отдел мозга, ответственный за принятие решений. Все прочие отделы при этом подавляются.

Попалась заметка, что китайцы научились лечить депрессию с помощью кетамина. В каком-то смысле лечение подобного плана равносильно самоубийству. Возникла депрессия – значит, нечто фундаментальное требует пересмотра. Чтобы эта работа была проведена, отключается свет, телефон, вода, газ (если человек рассмотрен, как некий дом). Человек оказывается словно за закрытой дверью. Нужно разгадать загадку и набрать шифр на замке, чтобы его открыть. Да, человеку нужно принять решение. Но это не то решение, что может прийти за одну минуту. Слишком много нужно в себе сдвинуть, изменить, перестроить, чтобы выйти на новый уровень.

Один человек рассказывал. В его опыте был оккультизм. Он отрекался от Бога. Уходил в язычество. А затем тяжелая травма. Обездвижен, практически парализован. Лежал и думал. Он много о чем успел передумать...

Ещё пример. Человек вошел в полосу кризиса веры, протеста против веры, против духовника и вообще всего. Какое-то время он двигался в этом направлении. Самого себя загнал. Депрессия. Он не лежал. У него был режим. То место, где он находился, требовало активного участия в социальной жизни. Он был так воспитан: лежать нельзя. Духовник дал благословение – ни одной минуты не проводить праздно. Не крутиться, как белка в колесе – смысл не в этом. Если хочется полежать и отдохнуть – отдохни. Хочется прогуляться – прогуляйся. Лишь бы не было бесцельного лежания. К этому быстро привыкаешь и открываешься для самых тяжелых мыслей. В этом и состоит опасность уныния. Он много думал, вспоминал свои первые дни веры, когда ему нравилось жить, чувствовать мир и любовь к людям. Да, на тот момент внутри все перекрутилось, злость стала закипать. Тяжело в этом состоянии думать о чём бы то ни было. Скорее ходишь, наблюдаешь, сопоставляешь. Однажды он слушал «Добротолюбие». Некоторые треки (речь об аудиокниге) записаны с аудио сопровождением. Его не столько умиляли слова этой великой книги, сколько плачущие напевы. Увеличенные секунды – то, что делает восточную музыку узнаваемой.

Он благодарен этому периоду. Во-первых, научился Иисусовой молитве. Когда голову разрывают тяжелые мысли, от которых невозможно скрыться (возникает даже чувство, что начинается психиатрия), – пытаешься молиться Иисусовой молитвой. Попадаешь на определённый подход, когда сосредотачиваешься на молитве, а не на собственных мыслях. Реализация найденного пути к молитве даёт ощущение, что у помыслов кто-то ручку громкости до нуля убавил, они просто уходят. Творишь Иисусову молитву и удивляешься, чуть ли не по сторонам оборачиваешься – мыслей не стало. Как только прекращаешь Иисусову молитву – снова гул в голове. Нужно расслабиться, но это и самое сложное, как в рукопашном бое. Это не инертность, а расслабленность пальца, лежащего на курке, готового совершить микродвижение и послать пулю вперед. Это покой камня, который вот-вот скатится с горы от малейшего дуновения ветра и, если скатится, – сокрушит всё на своем пути. Так и во время молитвы. Внимание в Иисусовой молитве нужно, чтобы сосредоточиться на Имени Божием, на своей связи с Богом – и тогда Господь всё совершает Сам. Как говорят духовные авторы, Он Сам борется за тебя. Это сложно, ведь в этом совершается акт веры.

Было и второе утешение. Как-то в храме он уснул от усталости и увидел, что идёт по тем местам, где происходило его обращение к вере. Буквально несколько секунд. Возродились все те переживания, что были в нём в то время – те эмоции, краски, что были присущи сердцу, в котором только зарождалась юная вера, когда хотелось всех любить и всех прощать. От этого восхищения он проснулся. Радость. Чувство, что с Богом все преодолимо. Одновременно пришло понимание – то, из-за чего сейчас он скорбит, не столь существенно.

Третье. Период депрессии подарил нужное знание в жизни. Раньше при возникновении противоречий с другими людьми, он не мог с человеком общаться, начинал спорить, доказывать. Пришло понимание, если любишь ближнего по-христиански, разногласия с ним не должны приводить к противостоянию в социальной сфере. У человека может быть свой взгляд. Не обязательно его перестраивать, продавливать свою точку зрения. Это не значит «принимать человека таким, какой он есть». Такой подход является упрощением. Покрывать любовью! – вот, что нужно. А это значит, что хотя в подобной ситуации ты бы так и не поступил, но даешь ему право и свободу действий. Правда, это мы усваиваем, только поднимаясь на уровень выше. Ты готов человека согреть, обнять при том, что у тебя лично с ним, как с человеком могут быть разногласия.

АА/АН - какие возникают вопросы к этим сообществам?

7.1. Зависимость - это болезнь? Достоинство и регрессия. Мозг и Лурия. Доктрина и жизнь. Подмены и наука
Видео

Христианское достоинство и свобода. Влияние среды и генетики на зависимость. Зависимость и страсть. Работы ученого А. Лурии, изучавшего процесс принятия решений и показавшего, что это сложный процесс, включающий множество составляющих. Укрепление префронтальной коры для противодействия зависимости. Критика АА и их точки зрения. Спасение в православном понимании: цель - формирование добродетели и приобщение к Божественной благодати. Двоемыслие в религиозных учениях, когда они вступают в противоречие с реальной жизнью и своей совестью. Противоречия в литературе АА. Поиск причин и научное обоснование. Связь АА с сектой. Связь АА с христианством.

7.2. Болезнь ли зависимость? Болезнь ли зависимость? Относится ли АА к христианству? Двоемыслие. Благодать и свобода. Многое выравнивается. Выходы
Видео

О «высшей силе». Сотрудничество АА и Церкви. Логические ошибки, софизмы. Эффективны ли программы по типу АА. Критика. Соотношение человеческой свободы и божественной благодати в Православии, ответственность за свою жизнь. Примеры тех, кто преодолел себя. Ещё о концепции зависимости как болезни. Алкоголизм и общество, пропаганда «безвредности», потеря смысла жизни, нравственного стержня. Генетическая предрасположенность, воспитание. Дофамин. Психическое здоровье и концепция алкоголизма как болезни. Эгоцентризм. Воспитание сострадания и милосердия.

7.3. Болезнь ли зависимость? Дофамин, серотонин - не только они. Разбор книги по АА. Психопатия и алкоголь
Видео

Книга «Выздороветь от зависимости» Эвы Войдылло-Осятыньской – критика. Нейромедиаторы – дофамин, серотонин – только ли в них дело? Биологические аспекты зависимости. Влияние алкоголя, сигарет, наркотиков на организм. Альтернативные подходы к лечению. Социально-экологическая теория алкоголизма. Психопатия как болезнь – критика. Однобокие подходы. Манипулятивность в АА, анонимность. Связь психопатии с алкоголизмом. П.Б. Ганнушкин и его учение о психопатии. О зависимости и предрасположенности. Мотивация и преодоление зависимости. Педагогические практики для адаптации людей. О загробной жизни.

В беседах продолжает рассматриваться вопрос: действительно ли зависимость является болезнью в том смысле, в каком ее понимают часть медиков и представители движения АА/АН (Анонимные алкоголики/Анонимные наркоманы)?

Несмотря на то, что фасадная часть идеи преодоления зависимого поведения строится по канонам четырехчастной модели – то есть зависимость рассматривается как био-психо-социо-духовное заболевание – происходит жесткое закрепление на биологическом статусе зависимости как заболевания.

Учитывая, что программа реализуется в некоторых православных общинах, возникла нужда в рассмотрении ее с позиции духовного опыта Православия. Возникает интерес и к вопросу, насколько программа соответствует представлениям науки о природе зависимостей.

В беседах, помимо прочего, ставится вопрос о том, что духовность – это вовсе не эфемерное понятие, как то может показаться сторонникам концепции зависимости-как-болезни. Процесс построение картины мира, усвоение евангельских принципов сознанием может ассоциироваться с развитием второй сигнальной системы по академику Павлову. Ее активация позволяет преодолеть действие условных рефлексов, то есть позволяет изменить, если хотите, биологию мозга. Также ставится вопрос, что страсти, как они понимаются в православной аскетике – это вовсе не эфемерные понятия. Страсти могут быть описаны с позиции учения академика Ухтомского о доминанте. То есть страсть может быть описана как очаг возбуждения в коре головного мозга, структурирующий работу всего организма под достижение определенной цели. Чтобы преодолеть патологическую доминанту, необходимо воспитать доминанту конкурирующую, основанную на иных принципах (добродетель). Также рассматривается мысль, что в некоторых случаях речь может идти о биологической предрасположенности.

Эти видео-беседы является продолжением темы «Программа АА/АН. Какие к ней возникают вопросы?»

Текст, часть 1.1: «Является ли зависимость болезнью? Достаточно ли для выздоровления одной борьбы с зависимостью?»

Часть 1.1.2 – дополнительная, в беседы не входит. В дополнение не включается все, что может быть включено

Некоторые мысли были прописаны в части 5-ой статьи «Мировоззренческий сдвиг – детонатор наркотического “бума” и распада общества»

Речь идет о главах «Справедливо ли полагать, что главной причиной наркомании является генетическая обусловленность и физиология?», «Справедливо ли полагать, что главной причиной наркомании является дисфункциональность семьи?», «Справедливо ли полагать, что главной причиной наркомании является неблагополучие социума?».

В этих главах, помимо прочего, рассматривается мысль, что гены кодируют предрасположенность, но не саму зависимость, нет прямой связи между предрасположенностью и конкретным веществом. К тому же, зависимые ощущают потерю смысла жизни. Если стоять на позиции концепции зависимости-как-болезни, то её сторонники должны как-то объяснить связь между своей концепцией и потерей смысла жизни.

Данный цикл бесед и сформированные на его основе тексты находятся в прямой связи с иными беседами и текстами, в которых рассматривался вопрос о преодолении зависимого поведения.

Информация о параллельно существующих материалах собрана в тексте «Преодоление зависимого поведения»:

Часть 1. «Зависимым и их близким: лекции и тексты иеромонаха Прокопия (Пащенко)

Часть 2. «Родственникам, близким»

Видео-плейлист бесед темы "Преодоление зависимого поведения"

Видео-плейлист бесед темы АА/АН (беседы 4-7)

Первые 3 беседы были записаны в аудио

День народного единства: что нужно для истинного единства?

Мы с вами празднуем, помимо церковного праздника Казанской иконы Богородицы, День народного единства, вспоминая, как наш народ объединился для избавления от великой беды в Смутное время.

И сейчас многие тоже говорят о единстве, но когда говорят о нём, забывают о двух вещах. Первое, что всё-таки наша цивилизация была основана на Православной культуре. И поэтому русская идея невозможна без Православия.

Кто-то Православия стыдится, кто-то хочет забыть эти корни, кто-то пытается «вывести» сейчас нашу российскую цивилизацию от язычества или чего-то. Но если люди отвергают то сакральное ядро, то сакральное основание, которое было положено в основу российской цивилизации, то человек никогда не сможет понять ни русскую литературу, ни русскую историю, ни русский характер. Это будет дом, основанный на песке (Мф. 7:24).

Сейчас очень модно критиковать: и Патриарха, и Церковь… Конечно, в Церкви очень много недостатков, и много нужно чего исправлять. Но как-то мне довелось говорить с одним монахом, который к вере пришел в тюрьме, в тяжелые годы, в 90-е он туда попал. Он мог уйти от ареста – когда его шли арестовывать, прямо как в романе «Мастер Маргарита» переговаривались: «это нас идут арестовывать? – да, нас». Он говорил, что мог уйти, но никуда не стал бежать, потому что как-то полностью был уже потерян смысл жизни. Он думал: «если бежать, ну а чего бежать? а куда бежать? ну вот, сбегу, и дальше что?» И когда он попал в тюрьму – уже хотел пойти во все тяжкие, просто уже убивать людей направо и налево. И вдруг ему пришла мысль как-то обратиться к Богу.

Он нашёл советскую газету. Там было написано: «Сын Человеческий будет предан в руки человеческие» (Лк. 9:44). Эти слова были в какой-то статье, даже не было подписано что они из Священного Писания. Но он говорит, что от этих слов в сердце кольнуло, он понял, что надо копать в этом направлении, на блок сигарет выменял Библию, и стал читать.

Решил попробовать молиться. Нашёл текст молитвы «Отче наш», хотя и несколько искажённый. В журнале «Огонёк» нашёл статью про Третьяковскую галерею, что-то типа такого. Обыкновенная, светская статья. Но там на фотографии к статье была запечатлена икона на стене. Вырезал эту икону, в каптёрке поставил на табуретке, прочитал «Отче наш»…

«Сейчас», – говорит, – «я уже монах, уже знаю, что можно молиться в любом месте, в любое время. Если даже сейчас меня на пожизненное отправят – я не испугаюсь. Возьму чётки, сяду на койку… А что? – пост постоянный, уединение постоянное: молись, спасайся. И вот я прочитал как-то «Отче наш» – и мне как в макушку кто-то дунул. Я испытал такую радость, которой в жизни не испытывал. Когда из каптёрки вышел – люди подумали, что сошёл с ума!»
Время было непростое, в 90-ые и так была карточная система, а в тюрьмах понятно, что творилось: с медикаментами всегда было совсем туго и т.п. То есть радоваться было нечему.

А он говорит: «я ходил, меня радость заливала. Но я поначалу подумал, что, ну как там психологи пишут, – что Бог это сублимация или что-то такое… Вдруг я сам себя обманываю? Я решил проверить: если Бог реален – значит, наверное, это чувство уйдет, если я сделаю что-то против Божьего. Лёг на койку и стал представлять как кого-то убиваю: режу, кромсаю… и вдруг эта радость исчезает – и я тогда начал каяться».

И несколько раз он проверял так и понял, что это, действительно, некое Божие присутствие. Бог стал его обучать. Если он что-то сделал не то (там ведь не было ни книг христианских, ни духовных наставников) – то чувствовал, что эта радость уходит. Если размышлял над тем, почему эта радость пропала и старался сделать что-то противоположное своим грехам – то радость возвращалась. И когда он вышел из тюрьмы и прочитал святоотеческие книги – он многое к тому моменту уже понимал.

Он говорил, что когда ты живёшь с верой – ты словно едешь в автобусе и держишься за поручень. Пока автобус не тормозит – вроде бы всё нормально. Ты держишься и почти не отличаешься от тех, кто не держится. Но когда автобус тормозит или заходит на поворот, – те, кто не держался, падают, а ты стоишь. Это так просто: если у тебя есть вера – ты стоишь. Но сколько он людям не пытался это объяснить – почти никто не слушает.

Это был пример обращения к каким-то корням, которые человек потерял. И сейчас нам нужно сделать это на уровне всей нашей цивилизации. Хотя, вроде бы, многие из нас считаются православными. Сейчас говорят, что воюют две страны православные. Но мы не видим, что здесь особо православная страна и что там православная.
Первое – это возврат к корням. Русскую идею сейчас пытаются основать на чём угодно, кроме возвращения к Православия, потому что «это сейчас стыдно».

И вот этот человек как раз сказал хорошие слова, когда зашла речь об осуждении Патриарха, Церкви. Конечно, я говорил уже, что много недостатков есть и их надо исправлять, но... Он говорил, что очень любит сейчас историю, изучает всякие книжки по политологии. Говорил: «Я обратил внимание, что когда изучаешь какого-то автора – то обычно тратишь время в пустую. Долго-долго изучаешь, но в конце оказывается, что доходишь до выводов, что автор какую-то вообще дичь предлагает. Некоторые книжки очень хорошие. Вначале. Какие-то факты приводятся интересные. Но потом, в конце книги, – опять какая-то дичь. Чтобы сэкономить время, я стал смотреть ответ на два вопроса: как человек относится к Церкви? и как относится к Патриарху?»

Конечно, есть люди, светские авторы, они Церковь, Патриарха особо не почитают. Они атеисты, например. Но относятся сдержанно, с уважением. Даже какой-нибудь атеистический политолог понимает, что всё равно, как ни крути, у страны православные корни и хаять просто так – это было бы глупо.

И этот монах говорил, что даже в тюрьме считается: если человек пошел против матери (был там один заключённый – у матери что-то украл) – это дно полное. То есть, если человек не чувствует даже этого – что это твои родители, ты пошел против них – что тогда тебя вообще в жизни остановит?

Поэтому если человек уже начинает против Церкви что-то там публиковать… Можно быть, конечно, с чем-то не согласным, но зачем это ругать? Если ты на это пошёл – значит, у тебя что-то в душе уже сломано. Есть такие люди, которые будто что-то внутри себя потеряли. И это нужно найти.

Второй момент – это, конечно, связь с ближними.

Единство невозможно без того, что мы друг друга поддерживаем.

Опыт тех, кто прошел ГУЛАГ, сталинские лагеря, фашистские концлагеря, экстремальные ситуации, показывает, что только любовь к ближним, забота о другом, помогает выжить и тебе, потому что пока ты заботишься о ком-то – ты живешь. Если ты помогал кому-то – кто-то поможет и тебе.

И у нас, к сожалению, большинство людей считают, что сильную новую Россию должна строить 99% населения, а я, например, буду гнобить своих работников, наполовину сокращу их, на остальных взвалю двойной объём работы – ну а куда, мол, деваться? Жизнь такая! Все так живем…

И вот так, когда говорят «все», получается, что каждый показывает пальцем на другого, и ради ближнего кто-то мало что делает.

К сожалению, мы видим, что в школах нет единственных между родительными учителями. Учитель что-то скажет – не то, чтобы против ребёнка, но попытается достучаться, а люди начинают паниковать: как вы моего гениального Серёжу третируете, да он гений, а вы ему занижаете!.. И пишут на учителей в прокуратуру. И тому подобное.
Какой это сигнал для всех остальных учителей? – не лезьте! Деградирует ребёнок – пусть деградирует дальше. Молчите – и у вас будет меньше проблем.

И когда на всех уровнях нашего общества возникает такая ситуация, где каждый закрывает на что-то глаза, – то получается, мы вроде о единстве говорим, мы его даже празднуем, но единства, как такового-то и нет. Потому что единство начинается там, где на нашем, банальном, уровне человек готов подать другому руку, даже если это ему неудобно.

Конечно, говорить о добре можно очень красиво, но в реальной жизни добро это с чем сопряжено? С тратой времени, тратой ресурсов, финансов… Нужно, бывает, куда-то съездить, это все очень неудобно… но зато потом в душе поселяется радость.

Другой заключенный рассказывал, что у него был другой товарищ, тоже 90-е годы. Что-то страшное творилось. Люди умирали, как мухи. Не помню какая, но болезнь была – от неё люди распухали перед смертью. Если человек распухает – значит, через какое-то краткое время он умрёт. Заключённый лежит в больничном изоляторе, его товарищ на соседней кровати уже распух. Он понимает, что на следующий день, скорее всего, он умрет. Тогда он взмолился – и вдруг этот отёк сходит.

Рядом были урки, которым и передачки давали, какие-то медикаменты, мясо, что-то еще, а у них эта болезнь не проходила. Они злились, потому что у них вроде что-то есть, но они умирают. А вот этот человек – не умирает. И у того, и другого была какая-то радость.

И вот когда мы возвращаемся к корням и обращаемся к ближним, когда мы как-то начинаем жить радостно, даже если мы в очень тяжелых внешних условиях... Тогда начинает что-то у нас получаться, как у сообщества.

Дай Бог, чтобы у нашей страны что-то получилось, потому что без этих двух моментов День народного единства останется просто датой в календаре, без внутреннего содержания.

Хотелось бы, чтобы когда-то он стал действительно отображением того, что есть на самом деле.

С Праздником!

* * *

Проповедь иеромонаха Прокопия (Пащенко) в День народного единства и праздник Казанской иконы Божией Матери, 4 ноября 2023 г.

Аудио-версия

Молитва о единстве

Господи Иисусе Христе, Агнче Божий, вземляй грех мира, восходом Твоим на Голгофскую гору искупил еси ны от клятвы законныя и восставил еси Твой падший образ, на Кресте пречистии руце Твои прострый, да чада Божия расточенныя собереши воедино и низпосланием Пресвятаго Духа в соединение вся призвавый.

Ты убо Сый Отчее сияние, пред исходом Своим на сие великое мироискупительное священнодействие молился еси Отцу Твоему, да будем вси едино, якоже Ты един еси со Отцем и Духом Святым; даждь убо нам благодать и мудрость исполнить сию заповедь на всяк день и укрепи нас на подвиг тоя любве, юже заповедал еси нам рекий: “Да любите друг друга, якоже возлюбих вы”.

Духом Твоим Святым даждь нам силу смирятися друг пред другом, поминая, яко аще кто больше любит, той больше и смиряется; научи нас молитися друг за друга, нести тяготы друг друга в терпении и объедини нас союзом любве неразрушимыя о имени Твоем святем, даруя нам и зрети в коемжде брате и сестре нашей образ Твоея неизреченныя славы и не забыти страха Твоего.

Осени наш дом (обитель, град, страну) и покрый его покровом Пречистыя Твоея Матери и всех святых Твоих, благословляя и заступая коегождо зде живущих: (имена), сохраняя же нас от тлетворных помыслов, от неподобающих слов или движений сердечных, могущих разрушити мир и единомыслие, яко да созиждемся на камени евангельских Твоих заповедей и пребудем в молитве, освящении и спасении, да обрящем вси покой и мир в Тебе, кротком и смиренном Царе нашем. Аминь.

О вере и кризисе веры
(фрагменты статьи)

Когда я проходил путь познания, нужно было читать, вникать. Я задавал вопросы, слушал ответы других – кто как считает, что такое кризис веры? Лучший, на мой взгляд, ответ был у схиигумена Гавриила (он писал под псевдонимом игумен N). Я спросил его не столько про веру, сколько про одного знакомого человека, который был в состоянии психоза.

Я высказал ему своё предположение: если психоз – это замкнутость человека на свой внутренний мир, то выход из него – это христианское смирение, новая доминанта? Отец Гавриил согласился, но сказал, что формирование новой доминанты просто невозможно в этом случае. Если кто-то и может уделять пристальное внимание своему духовному развитию, то большинству людей это сделать очень непросто: после работы у них много домашних дел, и в итоге они предпочитают принять тормозящую таблетку и поспать. Но ситуация могла бы измениться, если бы человек мог в течение 3-4 лет обсуждать свою проблему [с духовником] – не обязательно психоз или потерю веры, а жизнь в целом. Какие у него отношения с семьёй, с коллегами, как он думает, как мыслит? И постепенно, даже если не трогать самую главную его проблему, у человека сформируется комплекс представлений, мировоззрение, появятся внутренние силы справляться с главной проблемой.

Духовная жизнь выстраивается не вокруг богословия или социальных проектов. Если у человека есть живая связь со Христом – это и есть точка, за которую надо хвататься. Но в реальной жизни эту связь очень тяжело сохранить. Например, ситуация: христианин-начальник, подчинённые его выходят из-под контроля, необходимо их простимулировать, но одновременно не впасть в гнев. Человек ищет формулы, как и работу свою выполнить, и не утратить связь со Христом. Чтобы этой цели добиться, нужно сформировать десятки, если не сотни, навыков, выработать множество представлений. Общее стремление человека жить без страстей, понимание, что с внутренним багажом он войдёт в Вечность, выстраивает и его социальную жизнь. Тогда человек не входит в кризис веры, потому что не подменяет живую связь с Христом богословскими, хоть и хорошими, понятиями, которые именно для него могут быть оторваны от реальной жизни.

У святых отцов не было идеи, что вся жизнь христианина ограничивается одним богослужебным циклом. В современности мы испытываем некое обеднение. В «Добротолюбии» не очень много сказано про Причастие, но много о том, как выстраивать свою жизнь, чтобы связь со Христом была реализована.

Первое понятие о христианстве (хотя духовник у меня появился сразу) я получал за чаем на Соловках в кругу трудников. Конечно, это были примитивные, иногда даже дикие, апокрифические представления, но потом что-то из этого отсеивалось, а главное и нужное оставалось.

Проблема нашей приходской жизни не только в отсутствии общины, но и в том, что ориентация идёт на человека, пришедшего только сегодня. На встречах разбираются церковные праздники, молитвенные правила. Повторения из раза в раз одного и того же, как ориентация на двоечника в школах. В общине о. Андрея Ткачёва была задача поднять людей на уровень не только духовный, но и культурный, чтобы он был выше среднего.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, что кризис Церкви возникает тогда, когда церковные проблемы начинают решать те, у кого не было освящения благодатью Святого Духа и кто мог бы действительно вести людей к связи с Христом. Они пытаются решать проблемы Церкви с позиции организационных подходов и т.п. Конечно, можно вышколить общину как среднестатистическое подразделение Apple, но будет ли это общиной, где люди приобщены благодати Святого Духа?

Наш церковный кризис, отчасти, связан с внедрением популистских психологических методик, которые транслируются на достаточно примитивном уровне. Они блокируют развитие человека. Это и теории созависимости, и травмированности в детстве и много чего еще подобного. В итоге духовная жизнь подменяется психологическим пережёвыванием собственных саморефлексий, но человек не выходит за пределы собственного «Я».

Конечно, многие этические, психологические взгляды ложны. Но есть люди, даже безбожники, которые стараются этим правилам следовать в социальной жизни. Мы же, христиане, хотя и декларируем, что Христос открыл нам высшую истину, считаем себя выше закона, будто для нас закон отменяется. Как сказал блаженный Августин, полюби Бога – и делай, что хочешь. Но, к сожалению, часто христиане, не имея истинной любви, делают, что хотят, не сдерживая себя никакими приличиями. Это страшная раздвоенность, полный разрыв между тем, что родители говорят и что происходит на самом деле. Христианское терпение может выражаться, в том числе, в том, что мы терпим, когда человека шатает в поисках себя. Слова о христианском терпении убивают детей, если они видят этот разрыв позиции, видят, как родители теряют социальную жизнь.

Бывает, родители приходят к вере вследствие смерти одного ребёнка. Мама одевается в чёрное, полностью уходит из социальной жизни, уходит в грусть, тоску. Ребёнок, видя религиозную позицию своей мамы, не хочет становиться верующим человеком. Он боится, что станет таким же.

Что язычники говорили о первых христианах? Они отмечали, что христиане гармоничны во всём. Религия – это не способ упиваться своими эмоциями или богослужебными мотивами. Признак неправильной духовной жизни – когда окружающий мир становится нереальным и далёким. Даже святые, которые уходили в пустыню, бежали не от мира как такового, а от человеческих страстей. При этом, сбегая от людей в пустыню, они несли любовь к людям, были так же связаны узами любви со всем миром.

Может, придёт новая формация церковной жизни. Те, кто пришёл к вере в 90-е, были очень искренними людьми. Но отчасти это напоминает историю, когда евреи вышли из Египта и шли по пустыне 40 лет. Это было необходимо, чтобы умерли все, кто помнил рабство, чтобы воспиталось новое поколение, которое умеет переносить тяготы пустыни (пустыня – это образ аскетической жизни). Конечно, и из родителей кто-то войдёт в землю обетованную, как вошли Иисус Навин и Халев.

Люди, пришедшие к вере в зрелом возрасте, пришедшие со всей искренностью, принесли в Церковь свои навыки. В 90-е рукополагали всех: появился на приходе адекватный мужчина – сразу могли написать прошение и рукополагать. Если он был директором завода, и возможности ездить по святым отцам у него не было, не было соответствующего опыта духовной жизни и видения, понимания как живут христианские общины – то и приход будет функционировать в режиме завода. Он будет использовать организационные моменты, характерные для завода. Если это психиатр, который на кризисе собственной веры вошёл в Церковь – его тут же берут и объявляют православным психологом, просят опекать прихожан.

Я знал женщину, которая получила образование в стиле американского подхода «всё является болезнью, всё надо лечить». Она училась, работала в крупной фармакологической корпорации, у неё было мышление соответствующее: всем нужно что-то прописывать. Она пришла в Церковь вследствие своего жизненного кризиса. Нужно было растить человека до христианского понимания жизни. Вдруг оказалось, что она дипломированный психиатр, она стала консультировать как православный психолог. Но православный человек в ней ещё не сформировался, не родился.

Если человек не будет тянуть себя до Евангельского понимания жизни, он будет все христианские принципы стягивать до своего уровня. Как говорил один миссионер, один из проблемных аспектов (особенно тех, кто пришёл в Церковь из психологии) – это то, что изучая аскетику, они видят в этом некий инструмент самосовершенствования, но в плане других. Хотя аскетика – это то, что я должен сделать с собой.

Одна из наших проблем – ограничение образовательного уровня только Священным Писанием. Хорошо, что сейчас есть Евангельские чтения. Но если мы видим, как жили духовники, которые окормляли христиан в годы гонений, можно заметить, что они говорили с людьми не столько о Священном Писании. Хотя и это важно, но порой в этом есть что-то неестественное: даже в самом Священном Писании нет мысли, что мы ограничиваемся только Писанием. Может, я говорю что-то кощунственное, но нет отсылки, что помимо Священного Писания нам не нужно ничего другого. Это, скорее, протестантский подход. Жизнь ведь – многообразна.

Схиархимандрит Косма (Смирнов) окормлял христиан в Рижском монастыре в годы СССР, духовные чада ездили к нему со всего Союза. Главное воспоминание, которое о нём осталось – это то, как он заботился, чтобы пробудить в человеке совесть, чувство ответственности. Он следовал духовническому принципу: не отвечай человеку на тысячу вопросов, а научи его думать – и на тысячу вопросов он найдёт ответ сам. Если воспитать в человеке жажду к истине, не важно, что он будет дальше читать, Священное писание или даже не совсем духовные книги. Главное – он сможет вычленить из этого христианскую идею.

Учить человека делать мостик от Священного Писания к реальной жизни – это действительно важно. Это порождает массу новых вопросов: как относиться к своим детям, как с ними общаться, о чём общаться. Требуется большой опыт, чтобы сделать мгновенный переход от Священного Писания к своей рабочей ситуации – понять, например, как вести себя, когда у тебя конфликт с коллегами по работе.

. . .


Когда человек воспринимает Христианство магически, он ищет Бога как то, что избавит его от проблем. На этом был основан философский диспут после Второй мировой войны. Многие философы ставили вопрос: «Где же был Бог, если был Освенцим?» или заявляли: «Если был Освенцим – значит, Бога нет». Говорят, никто из философов так и не ответил на этот вопрос, но сам этот вопрос фиктивный: где был Бог в сердцах людей, если европейская часть отказалась от Бога? Ницше сказал, что Бога нет, – и все радостно это приняли.

У людей выработалась такая позиция: то, что я делаю – правильно по умолчанию, и не важно, чем я занимаюсь: колдовством, магией, оккультизмом под прикрытием христианских идей, или у меня есть любовница и я считаю это нормой. Главное: если Бог посмеет дать мне в жизни что-то тяжёлое – я сразу вычёркиваю Его из своей жизни.

Такая позиция часто встречается у людей и по отношению к священникам: ты мне духовный отец, только пока говоришь то, что мне нравится.

Это часто встречается у людей, прошедших эзотерический путь. Вначале они говорят: «Батюшка, батюшка, Вы самый лучший», но как только ты минимально задеваешь человека против шерсти, говоришь, что надо бороться со страстями – сразу становишься им не нужным. Потом человек назовёт это церковным кризисом.

Особо важные вещи не понимаются чистым интеллектом. Структурировать миллионы сигналов, которые доносятся до нас из реальности, мы можем только при определённом состоянии нервной системы. Если у человека есть это состояние – доминанта любви, например, – то сквозь призму любви он и осмысляет реальность. Если человек занимается только банковским делом, он чисто физиологически не способен что-то понять. Это не богословие, а физиология. Когда человек кому-то сострадает, активируются дополнительные отделы коры головного мозга, и эти активные нейроны помогут человеку понять что-то в своей жизни. Когда человеку непонятно, почему был Освенцим, почему умер его ребёнок, – нужно расширять мировоззрение, помогать ему смотреть и по сторонам. Когда человек встаёт на путь изменений, он может прийти к пониманию того, что раньше было недоступно.

. . .

Есть известная притча: «Я просил силы – Бог дал мне трудности, чтобы я стал сильнее. Я просил мудрости – Бог дал мне проблемы, чтобы решать их... Я не получил ничего из того, что просил, но получил все, в чем нуждался".

Текст "О вере. Часть 5: о вере и кризисе веры" является расшифровкой видео-беседы, проведенной в проекте «ПроСмыслы» иеромонахом Прокопием (Пащенко) и ведущей Анной Леонтьевой в Москве, 29.05.2023 г.

Часть 5-ая является развитием предыдущей части и рассказывает о том основании, вокруг которого могла бы быть выстроена жизнь в вере, – вокруг связи со Христом. В отличие от предыдущей части, к данному основанию прикреплено большее количество смыслов (жизнь общины, миссионерская деятельность, деятельность священника и пр.).

Комментарием к данной части является текст «Внешняя жизнь и мир мыслей», часть 4.1 «Главная проблема конкретного человека и обретение равновесия, внутреннего мира», где рассказывается, что когда духовная и социальная жизнь развивается вокруг связи со Христом, то у человека постепенно появляется возможность преодолеть свою главную внутреннюю проблему.

Содержание статьи:
- Кризис веры. Сохранение связи со Христом. Кризис священнический. Кризис Церкви.
- Непростые вопросы, которые требуют простых ответов. Жизненные катастрофы как Промысел Божий.
Немного о включении в традицию.
- По поводу женской одежды. Принцип индивидуального подхода.
- О Священном Писании. Только ли оно нужно для развития человека и понимания веры? Научиться думать, пробудить совесть, жажду к истине.
- Спасать собой или спасать себя, тем самым помогая и другим? Детский кризис веры. Подходы.
- Не замыкаться только на церковной традиции, строгой модели. Физиология подростков.
- Правильное понимание религии. Гармония во всём. Признак неправильной духовной жизни. Применять Евангельское учение в первую очередь к себе, а не к другим.
- Ещё о церковном кризисе. Профанация вместо церковной жизни.
- Верующие, которые привлекают и которые отвращают.
- Христианство и мужественность, женственность. Воспитание детей и духовная жизнь.

Полная версия статьи прикреплена к посту Вконтакте (Doc)

и доступна для прочтения на сайте Соловецкого монастыря (Web)

Ещё одна встреча в Москве с о. Прокопием.
12 ноября, в 16:00, Крымский тупик 6,
тема: "Иллюзии и тревога".

Продолжительность беседы - примерно до 21:00.

Предыдущие беседы по теме:

Цикл «Игра и не-игра». Подтема «Иллюзии. Реальность. Тревога»

Иллюзии, тревожность. Провал в спектакль. Постмодерн, новая искренность. Фантазии / работа ума | 5.1

*

Уход в грёзы или возрастание? Здоровая переинтерпретация или бред? Профессор Василюк | 5.2

*

Постмодернизм и зомби. Учение Ж. Лакана, грезы. Разрыв с реальным. Разные версии происходящего | 5.3

*

5.4. Бегство от реалий. Интернет-зависимость. Жак Лакан, постмодерн. Самопрезентация в соцсетях
Видео

*

5.5. Фильм "Исчезнувшая". Вера в свою версию. Аддикция и неразвитость. Измененные состояния сознания
Видео

*

5.6. Взглянуть на жизнь иначе. Страсти и кризис познания. Жак Лакан с точки зрения святых отцов
Видео

*

Пункты с 5-го по 9-ый цикла «Игра и неигра. Взаимопроникновение и грань» выделены под тему тревоги и иллюзий.

Под иллюзиями подразумевается и заточенность на Интернет, и прирастание к лицу «социальной маски», даже, скорее, – смена масок. Смена, доходящая до аннигиляции самого лица, как будто бы дотягивающая до уровня напряжения Полпреда из фильма «Страна хороших деточек» (2013).

В своей песне о себе Полпред рассказывает зрителю, что «Он играет, играет, играет, играет... Кто же он такой? Он и сам не знает».

Человеку тревожно – и он хочет закрыть покрывалом сигнализирующую «красной лампой» часть сознания. На этих путях возможно погружение в игру ума. В данном смысле – игра (игры интеллектуальные) – одно из значимых понятий постмодернизма. Хотя, если строго сказать, постмодернизм должен отрицать разницу между значимым и незначимым.

Чтобы выдержать удар реальности, человек должен быть оснащен картиной мира, на основе которой он дает разумные объяснения (интерпретации) явлениям. Есть что-то (вера, любовь), что смягчает удар реальности, а если ее «биты» и достают, то «синяки» становятся источником мудрости, интегрируясь в личный опыт. Истина освобождает. Если же нет опоры на Истину – то человек приходит к игре, к философии Жака Лакана: к мысли о иллюзорности того, что наносит удар, иллюзорности своих «синяков»

(по мысли одного автора, в понимании философии Лакана – ключ к пониманию того, чем живет Европа).

В практическом отношении мы видим, что покаяние дает возможность вернуться к тому «себе», каким ты был до того, как поступок, противоречащий внутренним устоям, расколол тебя. Если покаяние отвергается, то повреждение увековечивается. Создается иллюзорно-бредовая система, в рамках которой ты – прав, все остальные – ошибаются. При наличии такого взгляда на реальность и самого себя человек в дальнейшей своей жизни обречен натыкаться на острые углы вследствие своей конфликтности и отказа понимать реальность вообще, и других людей, в частности. Но так как он уже решил, что он – прав, то виноватыми в его глазах оказываются острые углы.

Проблема в том, что трансформировать мышление, настроив его на иллюзии, мы можем один раз. Если в связи с каким-то событием мы соглашаемся изменить в восприятии оценку события вместо того, чтобы измениться самим – мышление трансформируется. И, хотя оно трансформировалась, чтобы не замечать реальность по данному конкретному поводу, но так складывается, что и все последующие события пропускаются через эту «треснувшую линзу». Со всеми вытекающими отсюда последствиями...

Не терять связь с главным

В Евангельской притче про Лазаря (Лк. XVI: 19-31) показано, что жизнь человеческая ценна вне зависимости от того, сколько у человека денег, успешен он или не успешен.

Хотя не совсем понятно, что такое успех. Человек богат и крайне несчастен – это успех или не успех?

Успех – это качество, присущее человеку, когда он осознаёт ценность своей жизни. Здесь идёт речь не о современных терминах «самоценность» или «самооценка». Эти термины появились, скорее, тогда, когда уже была разрушена целостная Христианская культура, и люди утратили способность связывать термины с сакральным ядром.

Суть в том, что человек ощущает включенным себя в картину мира, ощущает свою связь с Богом. Ощущает, что ответственен не перед племенем, как в язычестве, не перед законами... В своей совести он ответственен только перед Богом. Такое качество по-современному называется «субъектность».

«Субъектность» – это когда человек принимает решения исходя из своей внутренней картины мира. Когда у человека есть это качество, он может выжить в экстремальных условиях. Как показывают исследования, люди, обладавшие этим качеством, возвращались с войны, не имея посттравматического стрессового расстройства.

Человек с такой картиной мира мыслит иначе. Его очень трудно просчитать, загнать в ловушку, потому что он живёт не как животное, руководствуясь инстинктами. Когда человек живёт как современное высокоорганизованное животное, когда думает только о деньгах, еде, успехе, – его можно просчитать, заманить в ловушку, зная, что он сделает в следующем шаге.