Новая рубрика: случайные факты, которые я узнала из книги и гуглежа вокруг («Книжные воры» оказались не так уж и плохи).

• до Второй мировой в Салониках была крупнейшая еврейская община сефардов, они там были настолько большинством, что город называли «балканским Иерусалимом»

• депортацией евреев из Салоников заведовал Алоиз Бруннер, соратник Эйхмана и большая мразь. После окончания войны он «крысиными тропами» сбежал в Сирию через Рим, где консультировал сирийские спецслужбы и дожил безнаказанно то ли до 2001, то ли до 2010 года (в голове не укладывается)

• существует «Российский экслибрисный журнал» и Музей экслибриса и миниатюрной книги (в Москве)

• «Калевала» это не что-то типа «Повести временных лет», а эпос, который собрал финн Элиас Лённрот только в 19 веке

• гитлеровская Германия— первый про-ведьминский режим. У Гиммлера была горячо любимая колдовская картотека: каждая карточка — ведьма из какого-то исторического источника, её биография, семейное положение, судьба. Его так интересовали колдуньи, во-первых, потому что его родственицу в 1632-м сожгли на костре, а во-вторых, потому что ведьмы — носительницы тру северной народной культуры, а значит, арийские мученицы и северные амазонки.

На картинке — карточка из той самой колдовской картотеки на Анну Бинцинг из Фолькаха (жена стекольщика Михеля из Фолькаха, примерно 50 лет, имеет троих живых детей).

«Книжные воры» не отпускают. Если вы хотите 400 страниц про нацистов, рекомендую. Я же расскажу пару фактов про русских и узких Узкое.

Конечно же, русские книги тоже крали (но это репарации! никакого расхищения!). Существовали советские трофейные бригады с архивистами, библиотекарями, учеными, но и простые солдаты тоже воровали, просто беспорядочно. Главной библиотечной похитительницей была Маргарита Рудомино (да, та самая, имени которой Библиотека иностранной литературы в Москве; угадайте, как туда попала эта иностранная литература).

Где же хранились сокровища? Часто успевали распределить в библиотеки, но вообще — где Бог даст. В частности, Бог пожаловал Казанскую церковь в ясеневской усадьбе Узкое, где тысячи немецких книг пролежали нетронутые и забытые, гниющие в плесени и голубином помёте. В начале 90-х, благодаря паре критических публикаций в «Литературной газете», о них вспомнили. Спасать было уже почти нечего, но эти материалы заметили в Германии и пришлось открыто признать, что хищения были — и в непосильном для пост-обработки объеме.

А дальше были всяческие попытки европейских стран вернуть особо ценные, но мы их возвращали только за большую деньгу или в обмен на нужные нам архивы. Например, государство Лихтенштейн по подсказке купило с аукциона «Сотбис» коллекцию документов об убийстве царской семьи и обменяло её затем на свой архив (да, мы на всякий случай украли целиком архив княжества). Но вообще — не осуждаем, в 90-е, как известно, люди бегали абсолютно голые и электричества не было нигде.

а у вас тоже бывало, что вы написали короткий релейтбл пост, а потом потратили 50 минут на длинную рецензию, но у нее в два раза меньше лайков, поэтому вы решили написать еще один пост с началом «а у вас тоже бывало», потому что вы просто человек, которому тоже важны лайки

Круг замкнулся: я вдохновилась «Телом», изданным SOYAPRESS, а они вдохновились моим постом и издали рассказ отдельной книжечкой

когда готова на всё, лишь бы муж перестал обсуждать новые видео леонида волкова

Говорить об искусстве, что оно одряхлело, вошло в тупой переулок, что оно не то, чем должно быть, и проч. и проч., это всё равно, что говорить, что желание есть и пить устарело, отжило и не то, что нужно. Конечно, голод старая штука, в желании есть мы вошли в тупой переулок, но есть всё-таки нужно и мы будем есть, что бы там ни разводили на бобах философы и сердитые старики.

из письма Чехова — о критике любого современного искусства

знаете ли вы тексты, осмысляющие весь спектр эмоций от использования социальных сетей?

это отчаяние ужас сравнение восхищение радость узнавания раздражение отставание и проч. и проч.

вопрос нешуточный, советуйте в комментариях!!