я вспомню тот год
я вспомню тот день,
и вспомню костюмы и красную ель
и будешь там ты, смотря свысока
своими копытами цокать слегка.
ты вдруг повернешься,
и дашь мне ответ.
но я вдруг уйду,
прощенья мне нет.
и нет тут покоя, душою закрыта,
но кровью своею я поделюсь.
ты вдруг напьешься,
и ты скажешь мне:
давай мы обмен — я тебе а ты мне.
отдай мне лишь то, что я пожелаю,
а я тебе дам, всего что ты жаждешь.
недолго царило молчание,
нелепо подписан узор.
наряд вдруг один из немногих,
упал и ушел в горизонт.
мы сделали ровный обмен,
однако так лишь показалось.
тебе все отдали, а ты
вдруг начал сжигать все мосты:
приходишь, приводишь «друзей»
которые мне столь противны.
они все по своему ужасны,
один любит горе и страх,
другой любит страсть и обман,
а третий любит смотреть, наблюдать…
за смертью чужой и растратами душ.
четвертый забрал весь букет:
и ложь и убийства, весь грех.
четвертым скорее был ты,
ты сжег все мечты и огни.
досталось мне то, что уже не поможет,
досталось мне то, что уже мне противно.
меня уж тошнит от тех всех затей,
от тех всех невзгод.
ты мне обещал «божественный взгляд»
что будет все празднично,
радостно, весело.
что жизнь я свою во век не забуду.

и вот уже год, снова сводит с ума
и вот уже тень, крадется за мной.
она мне кричит — «забудь те года»
спокойно живи,
забудь те сомненья.
забудь те ошибки
и сновидения.
но я не забуду тот день и ту ночь
и я не забуду тот вздох всех невзгод.
не будет прощенья,
все вскроется вновь —
тебя загоняют в тот же забор.
не будет забыта тобою ошибка.
натертая нитка,
растрепанный день.
и глупой улыбкой наполнится год,
влюбленной отметкой запомнится он.
он будет счастлив, и будет насыщен,
но так же ужасен, и слез полон он.
твою я улыбку, вновь ненавижу
твой запах напомнит,
твой голос услышан.
и вот вся та память, вернется вновь:
забыться не сможет тот вечер, та ночь.
забыться не сможет тот ветер и дождь,
твое день рождения, мой новый год.
мой траурный день —
твой любимый момент,
твой траурный день —
ненавистный тот год.
и труп похоронен,
и взгляд тот забыт.
все будто в могиле, но все тут живы.
все будто забыто, но в памяти есть.
и все так закрыто, и все так таиться
в могиле зарыто —
ждет конца наших дней.

шелест листвы, снова капает дождь
но вдруг упадет снежинка на ночь —
она упадет и утром растает,
но сколько оставит — радости нам.
и может промокшие, может замерзли
но это ведь снег!
он у нас редкий гость.
я кофе попью, выйду утром у дома.
и я посмотрю на оставшийся снег…
я вспомню как были на белой поляне:
в горах танцевали, глинтвейн пили мы.
на плюшках катались,
в снежки мы игрались.
я вспомню те детские дни.

тень снова смотрит в глаза.
она говорит мне:
не бойся доверить.
покажи ты себя, сбрось все сомненья.
ты можешь быть смелой,
ты вся сильная.
но вспомни доверие —
вспомни слова.
ты можешь быть мягкой,
но «ты не такая»
ты сложная, жесткая,
ты не простая.
да храбрая, сильная,
и ты холодна.
ты холодом бросишь людей из огня.
ты им помогаешь, но и убиваешь.
он остр как лезвие,
и быстр как стрела.
он просто воткнется,
ты не дашь слабину.
ты хочешь добиться —
но не дай этот звук:
звук падания тела,
звук капающей крови.
ты их всех прострелишь,
зачем тебе это.

молитвы просвещали их.
но не было покоя им,
и не было желания,
жизнь подарить,
или забрать?
четыре сыновья,
четыре всадника «войны»,
вернее мира,
что я вижу?
огонь — дарует нам очаг,
земля — дарует нам еду,
а воздух и вода…
стихии, бедствия, беда.
они даруют это нам.
а солнце до луны?
луна дарует тень зимы:
холодной, непокорной тьмы.
но тут влюбляется вдруг он:
в те лучья света,
в тот закат:
но до него мне не достать.
но до него мне далеко,
и остается только ждать.
гордыня, жадность и война,
они ждут свет, но только прах —
приходит на могилах сна.

над этой еще работаю, первый том есть, второй в разработке

вот виднеется свет у простора,
и щебечет молчание грома…
развиваются волосы в небе,
и небесные волны играют.

краски в небе тут засверкают,
голос светлый что-то щебечет,
и красивый свой взгляд не отводит
просто смотрит, на небо со мною
просто дышит и смотрит в упор…

там где звезды скачут в небе,
там где мир другой может быть.
там нет войн, или нет уже мира.
там нет нас, и нет там звезды.

твое сердце хрустальное бьется о камень,
свет весенний — бьется сквозь дождь,
а мы все играем в тот путь запоздалый:
три шага вперед — три шага назад.

и день так проходит,
ты вдруг понимаешь:
нет тут нам мира, и света луны.
нет тут и звезд и мира простого.
нет тут и жизни и нет тут войны.
это не наш тот мир многогранный!
это не осень, это весна…
зачетники, баллы, концерты, отмены..
приезды людей, туристов и тварей
приезды войны, разгрома и тени…
тут нету весны! это не мир…

постой же, путник, куда ты спешишь?
тут нету ни войн, ни мира не света…
тут нету людей! тут нету полей…
так вот оно счастье! тут пусто и тихо…
так вот он и мир, тут нету блядей.

ты ловишь тот взгляд — холод и дрожь…
ты чувствуешь свет, но это лишь ложь.
пронзает но греет, темный взгляд:
смотри мне в глаза,
это только лишь знак.
один из пяти, что видно тебя.
один из семи, что сведут же с ума.
все тут читается:
гнев, гордость и похоть.
и жадность, и лень, и все страхи твои..
подойди, дай увидеть:
осколки души, разбитые тени…
удержание зверя в этих глазах…
ты не прочитаешь тут страх или радость…
тут кажется грусть, или война?
тут нету эмоций… зачем ты так смотришь…
а взгляд не отводиться, только лишь душит..
и смотрит, читает, и говорит:
я просто в спокойствии,
что ты молчишь?

ветер прошелся по морю,
гневной грозой полно небо…
там ночью разбитая ваза,
а утром там полная тень.

пройдемте же, люди, до края…
там счастье, семья и друзья.
не бойся увидеть ту вазу,
заполнит ее не вода.

тут сердце, которое билось.
птицы — которым так жилось.
бабочка сядет на ветку —
ее соберут из объедков.

давайте же, люди, раскройте глаза.
нет счастья — там где нет той веры…
веры в свободу и правду,
не в «бога», не в милость христова.

не верится мне в эту веру,
что есть что-то свыше меня.
не бог это, если он свыше.
там только лишь он у огня.

он нитки сошьет не иголкой:
когтями своими, и плотью богов.
но свыше есть что-то по-лучше:
выбор его, что же лучше?

правда которая душит,
грех который не познан?
ложь которая сладит,
радость которая слабит.

ну что же вы люди, постойте.
подумайте где же сова?
которую кличут лишь ночью,
она не на век так слепа.

орлы там же в небе летают,
они все сжирают ту плоть.
сова смотрит вдаль и не воет,
волк смотрит вниз и поет.

скоро май, скоро лето, друзья!
а в квартирах — как будто зима.
на душе — будто тот же февраль,
холод и дрожь, что так сводит с ума.

где-то в памяти гаснет огонь,
и не выстрел — а тишина.
тот февраль, не забыть мне его…
тот ужасный миг пред весной.

где-то женщина снимет ружье,
и застрелит его —
того странника бедства, невзгод.
не во век он забудет тот год.

этот год был ужаснее века,
того самого века прозрения?
там же люди узнали об этом!
о том самом ужасном моменте.

ты узнаешь его не мгновенно…
с начала все тело трепещет,
и радость царит во всем доме.
ты застрелишься завтра, мой друг.

но не бойся! пред этим моментом…
ты узнаешь что ты так же глуп.
да ты слаб, ты ужасен мой друг.
не забудь же ты тех подруг!

ночных дам полусвета, вернее.
они же шепчут тебе те же вздохи,
не помогает мой друг?
и пойми, не поможет оно.

о, какой же дивный наряд.
и выслушать может она,
да погладит тебя по головке,
да ружье тебе в руку кладет.

нажимай на курок и не бойся!
ну чего же ждешь ты мой друг?
май ведь скоро спустится с неба.
а февраль месяц горя, разлук.

темный дождь поливает тот город.
нефтяные баки горят.
и детишки бегают хитро,
собирают они всех орлят.

все животные тоже в той группе,
там прекрасно-ужасный тот блеск.
черный цвет ласкает ту глотку,
белый блеск отдает на трупе надежд.

да херачьте в ответ! что вы ждете?
прилетели смотреть сколько бед?
не прекрасно тут красному краю,
но прекрасно горит тут огонь.

стой, посмотри ты на смерти.
ты же видишь, страдают и дети.
за что ты сжигаешь мосты?
за что так щебечут орлы?

тот мужик не идет, он ползет.
алой тенью накроется вой,
и тот свет небесной,
и тот дым, небоскреб…

все ужасно тут люди, очнитесь.
закрывайте же окна, бегите!…
да, нормально у нас тут как в «Риме»
да, ужасно как в год до «н.э.»

но ведь не бывает на свете чудес?
все так ужасны, и этот исчез.
они встретились правильно,
но места здесь нет.
говорилось «остаться»,
где нам тут стараться?
вы тут не равны!
никто тут не прав.
ты выстрелил смело,
он принял удар.

но схватка не так проста же, мой друг?
вы были не там же, в том месте чудес.
и нету тут счастья?
и кто тут исчез?
нажал на курок,
усвой тот урок!
за счастье порой…
ответишь виной.
нет горя там друг,
возьми револьвер.

давай мы застрелим тех же людей?
они виноваты в том счастье, мой друг!
они разрывают наш замкнутый круг,
душат нам шею.
постой же, шутник!
они ведь друзья,
своим ходом прикроют…
а ночью закроют,
придушат и кинут,
вот весь залог.

постой, но откуда мерещится торг?
отдай мне ее, сохраню я ту душу!
но душит, он душит.
и губит ее.
не дайте убиться,
хоть дайте воды!
я посмотрю на свет той звезды…

луна и звезда, осветят тот путь.
тот дивный покров,
раскат тот, тех гор.
и свет тех оков,
заветов небес!
ты думаешь?
ты тут исчез!
в параде планет,
в мире чудес,
нет тут завета, звезды той эпохи.
нет тут и счастья, тут револьвер.

птицы поют, там за окном,
утро кричит вам —
ты здесь! ты живой!
откинь все сомненья,
возьми в руки гвоздь,
забей гвозди в лица,
и ты тут, живой!

не лги себе друг,
ты просто мудак.
с начала забота,
потом лишь слова.
не строй из себя —
холодную стену.
ты покажи, кто тут замена?

давай разбираться,
кто враг, а кто друг?
возьмут ты те листья.
пиши на бумаге,
кто ты такой?
враг? просто мразь?
не ври о эмоциях,
все очевидно.
не ври о здоровье,
ведь алый платок…

зачем ты себя извел так, мой друг?
тень твоя ходит,
а ты просто пуст…
нету тут счастья?
да что ты несешь!
возьми себя в руки, дружок.
загляни себе в душу, урод.

оставь людей ты других!
хоть и морально,
но ты все же псих.
уродское личико?
странный вопрос.
душа твоя темная,
тут ты урод.

зачем ты терзаешь людей, что зовут?
ты так их задушишь,
а ночью забудешь.
тень скрасит лица,
но взгляд скажет все?
птицам покоя нету, друг мой.

снова тот плащ, это он врет.
телефон же звонит,
но там просто сбой.
пустой коридор сомнений, друзья.
она вам расскажет, она же жива.

ваш школьный альбом, показан не так.
звонит телефон, но там пустота?
вы уверены, она же жива.
где правда, где ложь, и кто же ваш враг?

сколько секретов вы спрятали, дети?
но кто же тот лжец?
тот, с подписью «Э»
он знает все тайны, не так ли, друзья?

а может он ближе, чем кажется вам?
зеркало тайн, разобьется не зря.
смс о прощении «правда — лишь смерть»
раз ты жива, то просто молчи.

волк пронесся сквозь глубины лесов,
там умирает чей-то король.
кровавой рукой он напишет спасенье,
кровавой ордой убьет все сомненья.

сомненья валькирии — взгляд словно черт.
сомненья той женщины, глаза ее — зов.
то карий, то синий — окрасится боль.
она тут решает — кто мертв, кто живой?

чье же ты чадо, ужасная дива?
чье же спасенье? И как все тут живы?
страсть закружилась, повисла в крови,
словно дыханье забытой любви.

она рубит души —
не светлым мечом,
не темным тем луком,
а страстью богов

она забирает,
не третью ту душу —
она забирает
и жен и мужей.

она убивает —
своим поцелуем,
но в тот же миг —
возвращает им жизнь.

не может и выбрать —
темна ли она?
к светлому тянет,
не выбран ей путь.

отец ей противен,
но шкатулка пуста.
она забирает,
того — кто здесь враг.

мы никогда не ценим время,
и мы не ценим эту жизнь.
пусть и не видны все прозрения
вы все равно заметьте вновь —
ночь, что заполняет тени,
день, что убивает вас.
но как ужасны все сомненья,
печаль и радость — вам нужна?

ужасный день, извольте глянуть.
птенец вдруг падает за каплей…
и бабочка та сбросит крылья,
ее секунды нас нашли.
вы счастливы сейчас,
извольте лишь спросить.
иль нравится вам жить,
во всей той мрачной лжи?

поверьте, круг сомненья прост —
вы скатитесь по миру своих грез.
ты не летишь по небу, словно птица…
она живет не столько, сколько ты.
и если ты стремишься к небу —
узнай что там опасна жизнь.

о, столь ужасное прозрение!
вдруг дышишь, вспоминаешь ноты.
но если ты увидишь соты —
тех пчел, и тех — кто видит мир.
они не видят там свободу,
их «мать» закроет всех в дворце.
ужасны принципы, заботы.
ужасны дни где есть все вы.