Сага с издательством «Просвещение» и ФАС продолжается. Цены на учебники пообещали «поставить под контроль», однако не за счёт доходов издательства. Оно теперь намерено контролировать не только выпуск, но и распространение литературы.
Напомним, что за последний год ФАС завела на издательство целых два антимонопольных дела. А перед этим Совфед критиковал повышение цен на учебники в 1,5 раза. ФАС утверждает, что у «Просвещения» монополия на рынке учебников. Само «Просвещение» — что не завышает, а, наоборот, «сдерживает» рост цен. В итоге издательство попыталось оспорить штраф за «незаконно полученный доход» в размере 2,3 млрд руб., но в августе этого года Арбитражный суд Москвы в удовлетворении иска отказал.
Однако ситуация внутри несколько изменилась. Теперь 75% группы «Просвещения» принадлежит ВЭБ.РФ, 25% остались у РФПИ. Ранее по 25% было ещё у Сбера и частных инвесторов, и каждый из них получал значительные дивиденды за счёт востребованности учебников и роста цен.
При этом ВЭБ от доходов отказываться не собирается. Глава корпорации Игорь Шувалов заявил, что издательство должно «зарабатывать столько, чтобы стоимость компании не падала, а даже росла, и дивиденды акционеры получали» и что акционеры ведут «борьбу» с Минпросвещения, которое «поддавливает, чтобы цена учебника была пониже».
Параллельно «Просвещение» и компания РВБ (Wildberries & Russ) создают цифровую платформу для госзакупок для образовательных учреждений. По словам Шувалова, это позволит исключить посредников и «компенсировать сокращение выручки от учебников за счёт прозрачных поставок оборудования в школы».
В сухом остатке: издательство заплатит штраф в бюджет, но доходы у него не сократятся. Цены же на учебники, возможно, станут меньше. А возможно, и нет. Вот и вся борьба с монополиями.
Напомним, что за последний год ФАС завела на издательство целых два антимонопольных дела. А перед этим Совфед критиковал повышение цен на учебники в 1,5 раза. ФАС утверждает, что у «Просвещения» монополия на рынке учебников. Само «Просвещение» — что не завышает, а, наоборот, «сдерживает» рост цен. В итоге издательство попыталось оспорить штраф за «незаконно полученный доход» в размере 2,3 млрд руб., но в августе этого года Арбитражный суд Москвы в удовлетворении иска отказал.
Однако ситуация внутри несколько изменилась. Теперь 75% группы «Просвещения» принадлежит ВЭБ.РФ, 25% остались у РФПИ. Ранее по 25% было ещё у Сбера и частных инвесторов, и каждый из них получал значительные дивиденды за счёт востребованности учебников и роста цен.
При этом ВЭБ от доходов отказываться не собирается. Глава корпорации Игорь Шувалов заявил, что издательство должно «зарабатывать столько, чтобы стоимость компании не падала, а даже росла, и дивиденды акционеры получали» и что акционеры ведут «борьбу» с Минпросвещения, которое «поддавливает, чтобы цена учебника была пониже».
Параллельно «Просвещение» и компания РВБ (Wildberries & Russ) создают цифровую платформу для госзакупок для образовательных учреждений. По словам Шувалова, это позволит исключить посредников и «компенсировать сокращение выручки от учебников за счёт прозрачных поставок оборудования в школы».
В сухом остатке: издательство заплатит штраф в бюджет, но доходы у него не сократятся. Цены же на учебники, возможно, станут меньше. А возможно, и нет. Вот и вся борьба с монополиями.
На Восточном экономическом форуме (ВЭФ) Сергей Кравцов заявил, что о сокращении числа выпускников школ, поступающих в вузы, беспокоиться не стоит. По его словам, структура спроса на образование определяется состоянием экономики, и в настоящее время востребованы рабочие специальности:
О том, что соотношение 70% на 30% может стать стандартным, этим летом уже говорила вице-спикер Госдумы Виктория Абрамченко. По её мнению, сокращение поступающих в вузы не только не проблема, но и ситуация, к которой стоит стремиться. И в целом, эта позиция вписывается в общую направленность реформ.
Однако поддержка развития СПО — это одно, а вот намеренное сокращение количества вузовских абитуриентов — уже совсем другое. От этого напрямую зависит выживаемость вузов. Так что, вполне возможно, что в скором времени мы увидим очередную волну слияний и закрытий «неэффективных» учебных заведений. А процесс этот далеко не всегда однозначен.
«Мировой опыт показывает, что в каких-то странах это соотношение составляет 50 на 50, где-то 60 на 40. У нас в советское время, по-моему, 25% выпускников школ шли в высшие учебные заведения. Поэтому здесь, наверное, какой-то трагедии нет»
О том, что соотношение 70% на 30% может стать стандартным, этим летом уже говорила вице-спикер Госдумы Виктория Абрамченко. По её мнению, сокращение поступающих в вузы не только не проблема, но и ситуация, к которой стоит стремиться. И в целом, эта позиция вписывается в общую направленность реформ.
Однако поддержка развития СПО — это одно, а вот намеренное сокращение количества вузовских абитуриентов — уже совсем другое. От этого напрямую зависит выживаемость вузов. Так что, вполне возможно, что в скором времени мы увидим очередную волну слияний и закрытий «неэффективных» учебных заведений. А процесс этот далеко не всегда однозначен.
Стали известны первые подробности о регулировании платного приёма в вузы. Минобрнауки выпустило проект постановления о правилах определения предельного количества платных мест в 2026/27 учебном году. К нему же есть короткий пояснительный комментарий. Собрали главные моменты:
▪️Предельные цифры платного набора на 2026/27 учебный год доведут до вузов в ноябре этого года. После этого у них будет возможность скорректировать расчётные значения. Но придётся предоставить обоснование.
▪️Правила едины для образовательных организаций всех форм собственности.
▪️ Итоговое предельное количество мест для платного приёма перед его утверждением будет согласовываться межведомственным рабочим органом, в который войдут федеральные органы исполнительной власти, являющиеся учредителями образовательных организаций.
▪️Внедрение регулирования платного приема будет осуществляться поэтапно и только по направлениям подготовки, вошедшим в соответствующий перечень.
▪️ Постановление издаётся только на один год.
Итого: пока регулирование количества платных мест — пилотный проект. Через год всё вполне могут скорректировать. Не очень понятно, к чему относятся «поэтапные» коррективы, но, предположительно, снижать количество будут не сразу. Пока перечень направлений, которые срежут первыми, не появился. Хотя раньше речь шла о том, что регулирование коснется всех вузов и специальностей. Видимо, решили без резких движений.
▪️Предельные цифры платного набора на 2026/27 учебный год доведут до вузов в ноябре этого года. После этого у них будет возможность скорректировать расчётные значения. Но придётся предоставить обоснование.
▪️Правила едины для образовательных организаций всех форм собственности.
▪️ Итоговое предельное количество мест для платного приёма перед его утверждением будет согласовываться межведомственным рабочим органом, в который войдут федеральные органы исполнительной власти, являющиеся учредителями образовательных организаций.
▪️Внедрение регулирования платного приема будет осуществляться поэтапно и только по направлениям подготовки, вошедшим в соответствующий перечень.
▪️ Постановление издаётся только на один год.
Итого: пока регулирование количества платных мест — пилотный проект. Через год всё вполне могут скорректировать. Не очень понятно, к чему относятся «поэтапные» коррективы, но, предположительно, снижать количество будут не сразу. Пока перечень направлений, которые срежут первыми, не появился. Хотя раньше речь шла о том, что регулирование коснется всех вузов и специальностей. Видимо, решили без резких движений.
Тем временем с дефицитом медицинских кадров в Свердловской области начали бороться совсем уж нетривиальными способами. В малых сёлах там решили ввести должность помощника фельдшера. Чтобы претендовать на эту вакансию нужно всего лишь пройти месячное обучение в колледже. Из обязанностей — ходить по домам, проводить патронаж, измерять давление и выдавать таблетки. А всё потому, что в области 1288 малых сёл, и, по мнению областных властей, «невозможно и нереально иметь фельдшера на каждые 50 человек».
В то же время ректор Уральского государственного медицинского университета (УГМУ) — по сообщениям телеграм-канала «Медицинская Россия» — заставляет ординаторов второго курса устраиваться врачами-стажёрами. Причём речь идёт обо всех от целевиков до платников. Трудоустройство выдвигается в качестве обязательного условия для окончания ординатуры.
Остаётся один вопрос: неужели в области настолько всё плохо, чтобы вот так радикально решать проблемы на местах?
В то же время ректор Уральского государственного медицинского университета (УГМУ) — по сообщениям телеграм-канала «Медицинская Россия» — заставляет ординаторов второго курса устраиваться врачами-стажёрами. Причём речь идёт обо всех от целевиков до платников. Трудоустройство выдвигается в качестве обязательного условия для окончания ординатуры.
Остаётся один вопрос: неужели в области настолько всё плохо, чтобы вот так радикально решать проблемы на местах?
Кажется, криминальные истории с участием иностранных студентов всё же привели к структурным изменениям. Но
всё не так просто, как кажется. По всей видимости, Минобрнауки стало ограничивать численность иностранцев в региональных вузах. По крайней мере, такой вывод можно сделать из заявлений и.о. ректора Орловского государственного университета Павла Меркулова:
Так что качество иностранного контингента всё-таки пытаются контролировать. Соответственно, и количество постепенно снижается. Казалось бы, тут достаточно исключить количество иностранцев из всех рейтинговых показателей — и дело с концом. Но вот идея, что студенты из-за рубежа — это престиж, который необходимо наращивать, высшие эшелоны не покидает. Вот, например, замминистра науки и высшего образования Константин Могилевский сообщает, что страна по этому показателю — один из мировых лидеров:
Так какова всё-таки официальная позиция министерства? Наращиваем количество или сокращаем его в пользу качества? И что делать с криминальными схемами, если привлекать всё-таки нужно, и чем больше, тем лучше?
всё не так просто, как кажется. По всей видимости, Минобрнауки стало ограничивать численность иностранцев в региональных вузах. По крайней мере, такой вывод можно сделать из заявлений и.о. ректора Орловского государственного университета Павла Меркулова:
«На сегодняшний день, в силу исторического казуса, я бы так выразился, Орловский госуниверситет является первым вузом в стране, где самое большое количество иностранных студентов по процентному соотношению к российским гражданам. В Министерстве нам дважды указали за последние четыре недели, что это, мягко выражаясь, неправильно. В этом году в правилах приёма было прописано, что иностранные граждане, которые поступают, должны сдавать русский язык не в режиме онлайн, а оффлайн — в явочном порядке. Иностранных студентов сразу же сильно поубавилось. Теперь русский язык не знаешь — извиняйте».
Так что качество иностранного контингента всё-таки пытаются контролировать. Соответственно, и количество постепенно снижается. Казалось бы, тут достаточно исключить количество иностранцев из всех рейтинговых показателей — и дело с концом. Но вот идея, что студенты из-за рубежа — это престиж, который необходимо наращивать, высшие эшелоны не покидает. Вот, например, замминистра науки и высшего образования Константин Могилевский сообщает, что страна по этому показателю — один из мировых лидеров:
«Наша страна — один из мировых лидеров по количеству привлечённых иностранных студентов. Те, кто ограничивают себя в сотрудничестве с нами, сами себя наказывают. <…> Мы видим, что количество иностранных студентов в России растет. Причем тут нужно понимать одну важную вещь — растет количество именно платных студентов. Количество студентов, которые поступают по квоте правительства России, остается неизменным. А прирастают иностранные студенты, обучающиеся платно. Они привозят сюда большие деньги — не только за образование. Они здесь живут, питаются, лечатся, ходят в музеи, театры. Это приличный вклад в российскую экономику. Не говорю даже о других выгодах, таких как растущее гуманитарное влияние».
Так какова всё-таки официальная позиция министерства? Наращиваем количество или сокращаем его в пользу качества? И что делать с криминальными схемами, если привлекать всё-таки нужно, и чем больше, тем лучше?
«МК» поднял тему так называемых «200% зарплат» для научных сотрудников. Обеспечивать её, судя по всему, придётся непосредственно директорам институтов. Тех руководителей, которые не сумеют поднять зарплату своих сотрудников до двух средних по региону, могут лишить премий, подвергнуть дисциплинарным взысканиям и даже уволить.
Напомним, что речь о президентском указе от 2012 года, согласно которому Минобрнауки должно было уже к 2018 году обеспечить среднюю зарплату научных сотрудников размером не менее 200% от средней по региону.
Получается, раз Минобрнауки собирается переложить ответственность на директоров институтов, им придется или дополнительные деньги искать (непонятно, правда, где), или разгонять «лишних» сотрудников. Ещё, конечно, можно увеличить доходы руководства. Речь ведь идёт о средних зарплатах по институту, да ещё и включая гранты.
Реальная же ситуация от желаемой пока далека: среднюю зарплату научного сотрудника в России за 2025 г. оценивают в 58 тысяч рублей. До среднего в коммерческом секторе, мягко говоря, далеко. При этом в 2015-2024 годах количество исследователей со степенью кандидата или доктора наук, работающих в российских научных организациях, сократилось на 20%. Сомневаемся, что зарплата оставшихся за этот счёт как-то существенно повысится. А вот условный «кадровый дефицит» в сфере в скором времени вполне возможен. Особенно среди молодых специалистов. Это, конечно, если в Минобрнауки ограничатся «карательным» подходом.
Напомним, что речь о президентском указе от 2012 года, согласно которому Минобрнауки должно было уже к 2018 году обеспечить среднюю зарплату научных сотрудников размером не менее 200% от средней по региону.
Получается, раз Минобрнауки собирается переложить ответственность на директоров институтов, им придется или дополнительные деньги искать (непонятно, правда, где), или разгонять «лишних» сотрудников. Ещё, конечно, можно увеличить доходы руководства. Речь ведь идёт о средних зарплатах по институту, да ещё и включая гранты.
Реальная же ситуация от желаемой пока далека: среднюю зарплату научного сотрудника в России за 2025 г. оценивают в 58 тысяч рублей. До среднего в коммерческом секторе, мягко говоря, далеко. При этом в 2015-2024 годах количество исследователей со степенью кандидата или доктора наук, работающих в российских научных организациях, сократилось на 20%. Сомневаемся, что зарплата оставшихся за этот счёт как-то существенно повысится. А вот условный «кадровый дефицит» в сфере в скором времени вполне возможен. Особенно среди молодых специалистов. Это, конечно, если в Минобрнауки ограничатся «карательным» подходом.
Зарубежные филиалы российских вузов тоже перейдут на новую модель образования. Об этом сообщил вице-премьер Дмитрий Чернышенко на встрече со студентами филиалов МГУ и МГИМО в Астане:
На конец прошлого года действовали 45 филиалов российских вузов в ближнем и дальнем зарубежье. Из них только в Казахстане находится 8, там обучается около 4 тысяч студентов. Предполагалось, что по крайней мере в части из них может сохраниться система международного бакалавриата и магистратуры — для простоты признания диплома. Однако переход всё-таки будет, и программы приведут в соответствие с программами российских вузов.
При этом полный отказ от привычной системы может стать проблемой и для признания дипломов, и для привлечения новых студентов. Многие из них ориентированы на работу или продолжение учебы не в России. Такое решение кажется несколько поспешным и как-то не совпадет с курсом на рост числа иностранцев, получающих российское образование.
«Сегодня в России идет трансформация системы высшего образования. <…> Филиалы российских вузов, поскольку они обучают по нашим программам, также перейдут на эту [новую] модель»
На конец прошлого года действовали 45 филиалов российских вузов в ближнем и дальнем зарубежье. Из них только в Казахстане находится 8, там обучается около 4 тысяч студентов. Предполагалось, что по крайней мере в части из них может сохраниться система международного бакалавриата и магистратуры — для простоты признания диплома. Однако переход всё-таки будет, и программы приведут в соответствие с программами российских вузов.
При этом полный отказ от привычной системы может стать проблемой и для признания дипломов, и для привлечения новых студентов. Многие из них ориентированы на работу или продолжение учебы не в России. Такое решение кажется несколько поспешным и как-то не совпадет с курсом на рост числа иностранцев, получающих российское образование.
И ещё немного о борьбе с кадровым дефицитом медиков: законопроект о целевых местах профессиональное сообщество встретило критически. Такой вывод можно сделать из результатов опроса, проведенного онлайн-сервисом «Справочник врача». Из 1486 опрошенных идею о целевом обучении для студентов медвузов не одобрили 83,1%, а поддержали лишь 16,9%.
Аргументы противников инициативы звучат весьма убедительно. Среди них нарушение конституционных прав (25% опрошенных), работа «для галочки», которая не будет приносить качественной помощи (25%), ситуация, когда госучреждения получают «бессловесного раба» и не учитывают интересы медиков при распределении (21%) и отсутствие условий для нормальной работы в отдаленных регионах, в том числе нехватка санитарного транспорта (12,1%) и недостаточное развитие инфраструктуры и условий для жизни (10,2%).
При этом почти половина сторонников инициативы считает, что молодые врачи никогда самостоятельно не поедут работать в села и малые города, где остро не хватает медицинских кадров. Ещё четверть уверены, что отработка даст шанс получить опыт, продвинуться по карьерной лестнице и получить жильё от государства. 13,1% отмечают гарантированное трудоустройство, 7,6% — повышение лояльности населения к медработникам, 5,2% — снижение врачебной конкуренции в крупных городах.
И если с аргументами противников всё понятно, то к позиции сторонников есть вопросы. Молодые специалисты не едут в регионы и конкурируют за места в городах из-за уровня зарплат и развития инфраструктуры. Так, может, стоит сначала решить эту проблему, а не загонять их на пустующие места насильно?
Вот, например, в Свердловской области, об инициативах которой мы уже рассказывали, ситуация с доходами совсем критичная. Каждый второй медработник ищет подработку на осень, чтобы получить дополнительный источник дохода.
Но, несмотря на конструктивную критику профессионального сообщества, Минздрав продолжает законопроект продвигать. Хотя решают явно не ту проблему.
Аргументы противников инициативы звучат весьма убедительно. Среди них нарушение конституционных прав (25% опрошенных), работа «для галочки», которая не будет приносить качественной помощи (25%), ситуация, когда госучреждения получают «бессловесного раба» и не учитывают интересы медиков при распределении (21%) и отсутствие условий для нормальной работы в отдаленных регионах, в том числе нехватка санитарного транспорта (12,1%) и недостаточное развитие инфраструктуры и условий для жизни (10,2%).
При этом почти половина сторонников инициативы считает, что молодые врачи никогда самостоятельно не поедут работать в села и малые города, где остро не хватает медицинских кадров. Ещё четверть уверены, что отработка даст шанс получить опыт, продвинуться по карьерной лестнице и получить жильё от государства. 13,1% отмечают гарантированное трудоустройство, 7,6% — повышение лояльности населения к медработникам, 5,2% — снижение врачебной конкуренции в крупных городах.
И если с аргументами противников всё понятно, то к позиции сторонников есть вопросы. Молодые специалисты не едут в регионы и конкурируют за места в городах из-за уровня зарплат и развития инфраструктуры. Так, может, стоит сначала решить эту проблему, а не загонять их на пустующие места насильно?
Вот, например, в Свердловской области, об инициативах которой мы уже рассказывали, ситуация с доходами совсем критичная. Каждый второй медработник ищет подработку на осень, чтобы получить дополнительный источник дохода.
Но, несмотря на конструктивную критику профессионального сообщества, Минздрав продолжает законопроект продвигать. Хотя решают явно не ту проблему.
Поступления от российских граждан в бюджетах вузов на образовательную деятельность за 2024 год составили 31,4%. Ещё 4,1% пришлось на средства от иностранных студентов. Об этом сообщает Центр экономики непрерывного образования РАНХиГС.
За бакалавриат граждане заплатили 162 млрд руб. (на 10,8% больше, чем в 2023 году), а за специалитет и магистратуру — 79 млрд руб. (на 17,3% больше). При этом вложения бизнеса в образование остаются на низком уровне: от общего объёма поступлений доля организаций составила только 4,3%. То есть, примерно на уровне с вложениями студентов-иностранцев.
Правда, с 2023 года эти вложения выросли на 14%. Есть и примеры непосредственного сотрудничества. Так, Альфа-Банк запустил магистратуры с «Сириусом», МФТИ и РУДН, цифровую кафедру в Финансовом университете и общеуниверситетскую в НИУ ВШЭ.
Но это пока позитивные частные случаи, а не тенденция. В общем масштабе доля бизнеса пока не сможет даже сравниться с долей обычных платников. Сама же образовательная деятельность даёт около 74% поступлений от всех доходов вузов. То есть, для существования вузов останется ключевой. Так что ограничение платного приёма многим вузам грозит закрытием. Рассчитывать на бизнес в масштабе страны пока не приходится: плотное сотрудничество с ним остается прерогативой единичных топовых вузов.
За бакалавриат граждане заплатили 162 млрд руб. (на 10,8% больше, чем в 2023 году), а за специалитет и магистратуру — 79 млрд руб. (на 17,3% больше). При этом вложения бизнеса в образование остаются на низком уровне: от общего объёма поступлений доля организаций составила только 4,3%. То есть, примерно на уровне с вложениями студентов-иностранцев.
Правда, с 2023 года эти вложения выросли на 14%. Есть и примеры непосредственного сотрудничества. Так, Альфа-Банк запустил магистратуры с «Сириусом», МФТИ и РУДН, цифровую кафедру в Финансовом университете и общеуниверситетскую в НИУ ВШЭ.
Но это пока позитивные частные случаи, а не тенденция. В общем масштабе доля бизнеса пока не сможет даже сравниться с долей обычных платников. Сама же образовательная деятельность даёт около 74% поступлений от всех доходов вузов. То есть, для существования вузов останется ключевой. Так что ограничение платного приёма многим вузам грозит закрытием. Рассчитывать на бизнес в масштабе страны пока не приходится: плотное сотрудничество с ним остается прерогативой единичных топовых вузов.
Традиционный воскресный дайджест новостей образования. На этот раз много статистики и мнений:
▪️Две трети родителей школьников не могут помочь ребенку с домашними заданиями. Лишь 26% хорошо помнят программу и знают верные решения. Об этом свидетельствуют результаты опроса онлайн-школы Skysmart.
▪️ Более 90% детей приходят в школу, умея читать и излагать. Всё благодаря подготовке в детских садах. Об этом сообщает академик РАН, заместитель президента Российской академии образования Геннадий Онищенко.
▪️ Профессия учителя оказалась на втором месте в списке «вечных», по мнению россиян — сразу после врачей. Опрос о том, какие профессии сохранятся в будущем, провёл ВЦИОМ. Профессию учителя назвал 41% опрошенных. Тех, кто ожидает, что она исчезнет, оказалось всего 4%.
▪️ ЕГЭ по истории может стать обязательным для поступающих на все гуманитарные и социально-экономические специальности с 2027 года. Об этом сообщает замглавы Минобрнауки Константин Могилевский. В 2026-м, по его словам, правила останутся прежними.
▪️А вот правовых оснований для выделения профильного ЕГЭ по русскому пока нет. Это, по заявлению Рособрнадзора, связано с тем, что во всех российских школах язык изучают исключительно на базовом уровне.
▪️Эксперимент со сдачей только двух предметов на ОГЭ продолжат. Об этом сообщают в пресс-службе Минпросвещения. Однако, информации про включение в «пилот» новых регионов пока не появилось.
▪️А чат-боты на основе генеративного ИИ стали чаще давать ложные ответы. Процент неточностей за год вырос с 18% до 35%. Такие результаты получила в ходе исследования компания NewsGuard. Эксперты связывают рост числа ошибок со снижением качества информации, на которой обучаются нейросети, доступом к веб-поиску и запретом на отказ от ответа, даже когда достоверной информации нет.
▪️Две трети родителей школьников не могут помочь ребенку с домашними заданиями. Лишь 26% хорошо помнят программу и знают верные решения. Об этом свидетельствуют результаты опроса онлайн-школы Skysmart.
▪️ Более 90% детей приходят в школу, умея читать и излагать. Всё благодаря подготовке в детских садах. Об этом сообщает академик РАН, заместитель президента Российской академии образования Геннадий Онищенко.
▪️ Профессия учителя оказалась на втором месте в списке «вечных», по мнению россиян — сразу после врачей. Опрос о том, какие профессии сохранятся в будущем, провёл ВЦИОМ. Профессию учителя назвал 41% опрошенных. Тех, кто ожидает, что она исчезнет, оказалось всего 4%.
▪️ ЕГЭ по истории может стать обязательным для поступающих на все гуманитарные и социально-экономические специальности с 2027 года. Об этом сообщает замглавы Минобрнауки Константин Могилевский. В 2026-м, по его словам, правила останутся прежними.
▪️А вот правовых оснований для выделения профильного ЕГЭ по русскому пока нет. Это, по заявлению Рособрнадзора, связано с тем, что во всех российских школах язык изучают исключительно на базовом уровне.
▪️Эксперимент со сдачей только двух предметов на ОГЭ продолжат. Об этом сообщают в пресс-службе Минпросвещения. Однако, информации про включение в «пилот» новых регионов пока не появилось.
▪️А чат-боты на основе генеративного ИИ стали чаще давать ложные ответы. Процент неточностей за год вырос с 18% до 35%. Такие результаты получила в ходе исследования компания NewsGuard. Эксперты связывают рост числа ошибок со снижением качества информации, на которой обучаются нейросети, доступом к веб-поиску и запретом на отказ от ответа, даже когда достоверной информации нет.
Из 200 тысяч студентов, прибывших из стран СНГ, от 60 до 80 тысяч не ходят на учёбу и «занимаются чем угодно, но не посещают занятия». То есть, работают на стройках, в курьерских службах и других местах, не связанных с получением высшего образования. Такие данные приводит заместитель руководителя Россотрудничества Павел Шевцов.
Даже если брать за общее число иностранцев в России 320-340 тысяч, получается, что примерно четверть из них использует обучение как предлог для пребывания в стране. Позиция вузов при этом неясна: если студент исправно платит, его и отчислять не будут. И для рейтингов полезно, и доходы сопоставимые со всем российским бизнесом, на них приходятся. А потом случаются «зачистки» и скандальные уголовные дела с фиктивными иностранцами.
При этом есть официальный курс на привлечение иностранцев. К 2030 году их в отечественных вузах должно быть 500 тысяч. Так что вузы продолжат привлекать всех, кого смогут. Главное — в погоне за количеством совсем о качестве не забыть.
Даже если брать за общее число иностранцев в России 320-340 тысяч, получается, что примерно четверть из них использует обучение как предлог для пребывания в стране. Позиция вузов при этом неясна: если студент исправно платит, его и отчислять не будут. И для рейтингов полезно, и доходы сопоставимые со всем российским бизнесом, на них приходятся. А потом случаются «зачистки» и скандальные уголовные дела с фиктивными иностранцами.
При этом есть официальный курс на привлечение иностранцев. К 2030 году их в отечественных вузах должно быть 500 тысяч. Так что вузы продолжат привлекать всех, кого смогут. Главное — в погоне за количеством совсем о качестве не забыть.
РИА «Новости» публикует доклад о первых итогах новой вузовской модели в России. Он сформирован на основе данных вузов-участников пилотного проекта, который стартовал в 2023/2024 учебном году. А сама «суверенная модель высшего образования» была на слуху с момента отказа от болонской системы. Итак, каковы же первые итоги?
Доклад структурирован по 8 блокам: «Вовлеченность студентов в пилотные программы», «Формирование образовательного ядра», «Сроки обучения», «Усиление практикоориентированности и связи с рынком труда», «Вступительные испытания и оценка остаточных знаний», «Наставничество и воспитание», «Новации в аспирантуре», «Идеи в области технологии масштабирования результатов эксперимента». Участников пилота оценивали по каждому из них. Учитывали характер и скорость изменений по сравнению с тем, что было, и уровень адаптации.
Вывод пока неутешительный: у большинства участников структурные изменения незначительные, а переход на новую систему даже в рамках пилота неоднородный. В итоге в 2026/2027 учебном году получится в лучшем случае расширить круг участников эксперимента, но никак не перевести все российские вузы «на новые рельсы».
Реформа, которую изначально хотели ввести везде и сразу, буксует не первый раз. Сроки раз за разом отодвигаются. Но для изменений таких масштабов это нормально. Главная сложность сейчас в том, что почти за два года эксперимента полноценное и структурированное представление о новой системе так и не сформировалось. И пока каждый участник пилота делает что-то своё, дальше расширения эксперимента ничего не продвинется.
Доклад структурирован по 8 блокам: «Вовлеченность студентов в пилотные программы», «Формирование образовательного ядра», «Сроки обучения», «Усиление практикоориентированности и связи с рынком труда», «Вступительные испытания и оценка остаточных знаний», «Наставничество и воспитание», «Новации в аспирантуре», «Идеи в области технологии масштабирования результатов эксперимента». Участников пилота оценивали по каждому из них. Учитывали характер и скорость изменений по сравнению с тем, что было, и уровень адаптации.
Вывод пока неутешительный: у большинства участников структурные изменения незначительные, а переход на новую систему даже в рамках пилота неоднородный. В итоге в 2026/2027 учебном году получится в лучшем случае расширить круг участников эксперимента, но никак не перевести все российские вузы «на новые рельсы».
Реформа, которую изначально хотели ввести везде и сразу, буксует не первый раз. Сроки раз за разом отодвигаются. Но для изменений таких масштабов это нормально. Главная сложность сейчас в том, что почти за два года эксперимента полноценное и структурированное представление о новой системе так и не сформировалось. И пока каждый участник пилота делает что-то своё, дальше расширения эксперимента ничего не продвинется.
В Екатеринбурге не утихает история вокруг приговора учителю физики из школы №123, который «бросил ручку в ученика».
26-летнего педагога неделю назад осудили по ст. 156 УК РФ («неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, соединенное с жестоким обращением с ним»). Ему назначили 1,5 года принудительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства и обязали выплатить пострадавшему ученику компенсацию 120 тысяч рублей.
Ситуация произошла ещё 13 марта. Как установил суд, в ходе конфликта с учеником 8 класса учитель бросил в него ручку, заломил руку и отвёл к директору. Действия педагога «причинили потерпевшему телесные повреждения, не повлекшие вреда здоровью».
Однако на сторону учителя встала общественность Екатеринбурга и медийные персоны. Перед эскалацией конфликта ученик мешал проведению урока, не реагировал на замечания, отказывался покидать класс и «тыкал» молодому педагогу. Суд на это внимания не обратил и смягчающим обстоятельством не счёл. Учитель признал вину, покинул школу и теперь занимается установкой домофонов.
Повлияет ли на что-то в этой ситуации мнение общественности — пока непонятно. Однако вопрос, как подобные ситуации регулировать, остаётся. Как раз из-за них в западных школах стали появляться тьюторы, медиаторы, психологи и другие профессионалы, ответственные не за знания, а за дисциплину и поведение. О каком привлечении «молодых специалистов» в школы может идти речь, если кроме низких зарплат и бюрократии в школах их ждут такие вот конфликты?
26-летнего педагога неделю назад осудили по ст. 156 УК РФ («неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, соединенное с жестоким обращением с ним»). Ему назначили 1,5 года принудительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства и обязали выплатить пострадавшему ученику компенсацию 120 тысяч рублей.
Ситуация произошла ещё 13 марта. Как установил суд, в ходе конфликта с учеником 8 класса учитель бросил в него ручку, заломил руку и отвёл к директору. Действия педагога «причинили потерпевшему телесные повреждения, не повлекшие вреда здоровью».
Однако на сторону учителя встала общественность Екатеринбурга и медийные персоны. Перед эскалацией конфликта ученик мешал проведению урока, не реагировал на замечания, отказывался покидать класс и «тыкал» молодому педагогу. Суд на это внимания не обратил и смягчающим обстоятельством не счёл. Учитель признал вину, покинул школу и теперь занимается установкой домофонов.
Повлияет ли на что-то в этой ситуации мнение общественности — пока непонятно. Однако вопрос, как подобные ситуации регулировать, остаётся. Как раз из-за них в западных школах стали появляться тьюторы, медиаторы, психологи и другие профессионалы, ответственные не за знания, а за дисциплину и поведение. О каком привлечении «молодых специалистов» в школы может идти речь, если кроме низких зарплат и бюрократии в школах их ждут такие вот конфликты?
Комитет по охране здоровья поддержал законопроект о целевом обучении и обязательном наставничестве на медицинских специальностях. Правда, депутаты внесли свои правки и предложения:
▪️Предлагают выделить круг лиц, которые смогут не заключать договор о целевом обучении. Речь идёт о льготниках (сироты, дети-инвалиды). В перовой версии законопроекта целевое касалось вообще всех.
▪️Институт наставничества предлагают распространить только на ряд специальностей, перечень которых предстоит сформировать. Стоматологов и фармацевтов, например, в него включать не будут, поскольку ставок в госучреждениях им попросту не хватит.
▪️Вопрос о сроках программы наставничества тоже хотят доработать. Для тех, кто поедет в регионы Дальневосточного федерального округа, районы Крайнего Севера, в Арктическую зону и новые субъекты хотят сократить этот срок с трех лет до двух.
В целом, даже такие «смягчающие» меры сути законопроекта не меняют. Речь как шла об отработках, так и остаётся, несмотря на модное слово «наставничество». Так что можно смело ждать оттока абитуриентов на все медицинские специальности, кроме и без того популярной стоматологии.
▪️Предлагают выделить круг лиц, которые смогут не заключать договор о целевом обучении. Речь идёт о льготниках (сироты, дети-инвалиды). В перовой версии законопроекта целевое касалось вообще всех.
▪️Институт наставничества предлагают распространить только на ряд специальностей, перечень которых предстоит сформировать. Стоматологов и фармацевтов, например, в него включать не будут, поскольку ставок в госучреждениях им попросту не хватит.
▪️Вопрос о сроках программы наставничества тоже хотят доработать. Для тех, кто поедет в регионы Дальневосточного федерального округа, районы Крайнего Севера, в Арктическую зону и новые субъекты хотят сократить этот срок с трех лет до двух.
В целом, даже такие «смягчающие» меры сути законопроекта не меняют. Речь как шла об отработках, так и остаётся, несмотря на модное слово «наставничество». Так что можно смело ждать оттока абитуриентов на все медицинские специальности, кроме и без того популярной стоматологии.
Совет по защите профессиональной чести и достоинства педагогов при Минпросвещения всё-таки официально создан. Он будет рассматривать сложные и спорные ситуации, заявления о которых учителя подадут в аналогичные региональные комиссии, и разрабатывать общие рекомендации.
На этот счёт уже крайне скептически высказался вице-спикер Госдумы Борис Чернышов:
Кажется, как раз такие сложные ситуации, как в Екатеринбурге, совет и должен рассматривать в первую очередь. Особенно учитывая общественный резонанс. Сейчас, взявшись за громкое дело, новый орган мог бы доказать свою эффективность. Но, судя по высказыванию депутата, надежд на него никто заведомо не возлагает.
На этот счёт уже крайне скептически высказался вице-спикер Госдумы Борис Чернышов:
«Пока уважаемые люди заседают, слушают доклады и обсуждают важные вопросы, в Екатеринбурге простого преподавателя физики за то, что он силой потащил хулигана-восьмиклассника к директору. Теперь учитель должен 1,5 года отпахать на принудительных работах и выплатить школьнику 120 тысяч компенсации. Какие рекомендации могут дать эксперты в подобных случаях? Нам нужны не советы и комиссии, а закон прямого действия».
Кажется, как раз такие сложные ситуации, как в Екатеринбурге, совет и должен рассматривать в первую очередь. Особенно учитывая общественный резонанс. Сейчас, взявшись за громкое дело, новый орган мог бы доказать свою эффективность. Но, судя по высказыванию депутата, надежд на него никто заведомо не возлагает.
Депутат Сергей Миронов призывает увеличить бюджетные расходы РФ на образование до 7% ВВП, чтобы повысить уровень зарплат учителей. В частности, он отсылает к формулировке о «200% от средней зарплаты в регионе», о судьбе которой мы недавно рассказывали.
При этом в прошлом году расходы не превысили 2% ВВП, этого хватило только для компенсации инфляции. В случае научных сотрудников Минобрнауки предлагает сделать ответственными директоров институтов. С учителями ситуация сложнее. Понятно, что слова депутата мгновенного действия не возымеют, но хотя бы продолжать напоминать о проблеме точно стоит.
При этом в прошлом году расходы не превысили 2% ВВП, этого хватило только для компенсации инфляции. В случае научных сотрудников Минобрнауки предлагает сделать ответственными директоров институтов. С учителями ситуация сложнее. Понятно, что слова депутата мгновенного действия не возымеют, но хотя бы продолжать напоминать о проблеме точно стоит.
И к новостям строительства. Сегодня в школе №1080 на Знаменской улице в Москве обрушились бетонные плиты перекрытий. На момент происшествия здание находилось на плановой реконструкции, и занятия там не велись.
В результате обрушения погибли двое рабочих, один человек выбрался из-под завалов самостоятельно. Службы спасения сообщают, что под завалами ещё могут находиться люди. Здание оцеплено.
По факту случившегося следователи столичного главка СК РФ проводят проверку по статье о нарушении правил безопасности при ведении строительных работ.
Учитывая масштабы и скорости, с которыми сейчас строят новые здания школ в столице, встаёт вопрос о подрядчиках и этапах контроля происходящего.
В результате обрушения погибли двое рабочих, один человек выбрался из-под завалов самостоятельно. Службы спасения сообщают, что под завалами ещё могут находиться люди. Здание оцеплено.
По факту случившегося следователи столичного главка СК РФ проводят проверку по статье о нарушении правил безопасности при ведении строительных работ.
Учитывая масштабы и скорости, с которыми сейчас строят новые здания школ в столице, встаёт вопрос о подрядчиках и этапах контроля происходящего.
Печальной тенденцией последних дней становятся обрушения школьных зданий. И всё это — на фоне отчётов о количестве и качестве отремонтированных школ.
Сначала потолок обрушился в школе во Владивостоке, затем рухнули перекрытия в строящейся школе в Москве, а вчера утром обрушилась часть школы № 5 в Татарске в Новосибирской области. Причём в первом и последнем случае речь идёт о действующих школах, где проходят занятия.
В Татарске по факту обрушения возбудили уголовное дело по статье «Халатность». В августе школа была признана готовой к началу нового учебного года без замечаний. Однако в обследовании участвовали специалисты не всех органов, ответственных за приёмку. А последний ремонт здания был 10 лет назад.
Сначала учеников обещали перевести в соседнюю школу № 9, но пока перевели только на дистант «с последующим распределением в другие образовательные учреждения». Организовать нормальный учебный процесс в таких условиях непросто. Но главный вопрос в другом: сколько ещё школ, пригодных к эксплуатации на бумаге, представляют реальную опасность?
Сначала потолок обрушился в школе во Владивостоке, затем рухнули перекрытия в строящейся школе в Москве, а вчера утром обрушилась часть школы № 5 в Татарске в Новосибирской области. Причём в первом и последнем случае речь идёт о действующих школах, где проходят занятия.
В Татарске по факту обрушения возбудили уголовное дело по статье «Халатность». В августе школа была признана готовой к началу нового учебного года без замечаний. Однако в обследовании участвовали специалисты не всех органов, ответственных за приёмку. А последний ремонт здания был 10 лет назад.
Сначала учеников обещали перевести в соседнюю школу № 9, но пока перевели только на дистант «с последующим распределением в другие образовательные учреждения». Организовать нормальный учебный процесс в таких условиях непросто. Но главный вопрос в другом: сколько ещё школ, пригодных к эксплуатации на бумаге, представляют реальную опасность?
Прокуратура потребовала вернуть государству имущество Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов. Речь о праве собственности на учебные корпуса, общежитие, учебно-бытовой корпус с гостиницей, гараж, танцевальный павильон, трансформаторную подстанцию и котельную, а так же «об убытках за десятилетия работы вуза».
Иск надзорного ведомства 22 сентября подан в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. По мнению прокуратуры, Федерация независимых профсоюзов не имела прав на возведённые за государственный счёт объекты, что успешно удавалось скрыть ректором Александром Запесоцким.
В иске отмечается, что имущество вуза ректор «на протяжении десятилетий использует для личного обогащения за счет полученных средств от платного обучения студентов и субсидий из федерального бюджета». По данным надзора при ежегодной выручке учебного заведения от 0,5 млрд до 1 млрд руб., которая формируется за счет оплаты обучения учащимися, Запесоцкий декларирует убытки перед ФНС России. Генпрокуратура просит истребовать в собственность государства указанную в иске недвижимость учебного учреждения, а до принятия судом решения по иску в качестве обеспечительной меры наложить на неё арест.
Также, по данным прокуратуры, в период с 2007 по 2011 год ректор оформил на себя и сына как физических лиц кредиты на 813,6 млн рублей под залог имущества университета, после чего выплатил их за счет средств студентов, предназначенных для реализации образовательной деятельности.
СПбГУП все обвинения в официальном заявлении отрицает:
Сообщают, что Александр Запесоцкий собирает 24 сентября пресс-конференцию по поводу иска прокуратуры.
Пожалуй, это одно из самых масштабных дел за последнее время. Следим за развитием событий.
Иск надзорного ведомства 22 сентября подан в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. По мнению прокуратуры, Федерация независимых профсоюзов не имела прав на возведённые за государственный счёт объекты, что успешно удавалось скрыть ректором Александром Запесоцким.
В иске отмечается, что имущество вуза ректор «на протяжении десятилетий использует для личного обогащения за счет полученных средств от платного обучения студентов и субсидий из федерального бюджета». По данным надзора при ежегодной выручке учебного заведения от 0,5 млрд до 1 млрд руб., которая формируется за счет оплаты обучения учащимися, Запесоцкий декларирует убытки перед ФНС России. Генпрокуратура просит истребовать в собственность государства указанную в иске недвижимость учебного учреждения, а до принятия судом решения по иску в качестве обеспечительной меры наложить на неё арест.
Также, по данным прокуратуры, в период с 2007 по 2011 год ректор оформил на себя и сына как физических лиц кредиты на 813,6 млн рублей под залог имущества университета, после чего выплатил их за счет средств студентов, предназначенных для реализации образовательной деятельности.
СПбГУП все обвинения в официальном заявлении отрицает:
«[У университета] в собственности, пользовании, оперативном управлении и т. д. никогда не было государственного имущества. Все объекты, находящиеся в той или иной форме хозяйственного ведения университета, были созданы либо приобретены профсоюзами на собственные средства и переданы в ведение университета без передачи прав собственности».
Сообщают, что Александр Запесоцкий собирает 24 сентября пресс-конференцию по поводу иска прокуратуры.
Пожалуй, это одно из самых масштабных дел за последнее время. Следим за развитием событий.
Сообщают, что в школах Кирова 39 учителей имеют учебную нагрузку 55 и более часов в неделю. Если считать по официальному нормативу одной ставки в 18 часов, то это более чем 3 ставки. Удивительно, как они вообще продолжают работать.
При этом, по данным городского департамента образования, средняя учебная нагрузка составляет 30 часов в неделю, то есть, приблизительно 1,7 ставки. Министр просвещения несколько раз допускал максимальную нагрузку в 1,4 ставки. То есть, 3 ставки даже и близко не стояли.
С таким положением дел дефицит учителей кажется ещё острее. Причём отследить его сложно: сколько учителей по стране соглашаются на, казалось бы, нереалистично количество ставок? А сколько ещё берут побольше часов, чтобы обеспечить себе относительно достойный уровень зарплаты?
При этом, по данным городского департамента образования, средняя учебная нагрузка составляет 30 часов в неделю, то есть, приблизительно 1,7 ставки. Министр просвещения несколько раз допускал максимальную нагрузку в 1,4 ставки. То есть, 3 ставки даже и близко не стояли.
С таким положением дел дефицит учителей кажется ещё острее. Причём отследить его сложно: сколько учителей по стране соглашаются на, казалось бы, нереалистично количество ставок? А сколько ещё берут побольше часов, чтобы обеспечить себе относительно достойный уровень зарплаты?
Минпросвещения поддержало инициативу комитета Госдумы по просвещению давать право не сдавшим ГИА девятиклассникам бесплатно обучаться рабочей профессии. Парламентарии считают, что отрицательный результат на итоговой аттестации не должен становиться препятствием к получению профессии. И школьникам не нужно терять целый год. Перечень профессий, которые можно будет получить таким образом будут определять региональные власти.
Вот так выходит, что с одной стороны поднимают престиж СПО, а с другой — закрывают дефицит рабочих кадров в стране за счёт двоечников. О каком тогда уровне признания среди работодателей можно говорить? Возникает риск опасных стереотипов, что колледжи для тех, кто «не смог учиться». Что к реальному положению дел, конечно, никакого отношения не имеет. Отдельный вопрос, для каких профессий не понадобятся знания в объеме 9 классов, чтобы несдавшие их действительно смогли освоить.
Вот так выходит, что с одной стороны поднимают престиж СПО, а с другой — закрывают дефицит рабочих кадров в стране за счёт двоечников. О каком тогда уровне признания среди работодателей можно говорить? Возникает риск опасных стереотипов, что колледжи для тех, кто «не смог учиться». Что к реальному положению дел, конечно, никакого отношения не имеет. Отдельный вопрос, для каких профессий не понадобятся знания в объеме 9 классов, чтобы несдавшие их действительно смогли освоить.