Госдума единогласно приняла законопроект о регулировании платного приёма в вузы. Сразу во втором и третьем чтении.

Проект постановления правительства — то есть самого механизма распределения платных мест — уже есть. И вот основные тезисы:

▪️ Предел количества платных мест будет устанавливать Комиссия по научно-технологическому развитию. Её возглавит вице-премьер Дмитрий Чернышенко.

▪️ Предложения по каждой специальности разрабатывают Минтруд, Минэкономики и Минобрнауки.

▪️ Непосредственно между вузами места распределяет Минобрнауки с помощью межведомственного совета.

▪️ Пока предлагают следующие критерии: (1) качество приёма в вузы (средний балл ЕГЭ и число олимпиадников), (2) трудоустройство выпускников, (3) размер средней зарплаты выпускников.

Если говорить о конкретике, то Александр Мажуга, один из авторов законопроекта, отмечает, что «инженерно-техническое образование на рынке труда более востребовано». Но это и без отдельных заявлений очевидно.

И вывод простой: платное гуманитарное образование станет редкостью. Удивительно, что, несмотря на всю критику, законопроект приняли очень быстро и без особых обсуждений. Но что имеем.

Про ИИ и академический стресс

Про искусственный интеллект в образовании в последнее время спорят много: то с его помощью хотят избавиться от бюрократии, то — как предложил глава СПЧ Валерий Фадеев — запретить использовать для написания курсовых. Потому что, мол, и тексты там в основном зарубежные, и думать студентам надо самим.

Но есть области применения ИИ, о которых говорят меньше, чем стоило бы. Например, в начале года вышла статья южнокорейских исследователей в International Journal of Educational Technology in Higher Education: они предлагают использовать чат-ботов для борьбы с академическим стрессом. Которого, как ни крути, в последнее время становится всё больше.

В исследовании участвовали 50 студентов, которым предложили обсудить академические проблемы с ИИ. Было разработано два варианта чат-ботов: один использовал личные истории для развития эмпатии (self-disclosure, SD), второй — нет (non-self-disclosure, NSD). В случайном порядке студенту попадался один из них. И оказалось, что бот с личными историями работает заметно лучше.

Об этом говорят и большая продолжительность сессии (15,55 ± 5,92 мин) и большее количество слов в ответах (240 ± 114,02 слов), по сравнению с NSD-чат-ботом (11,31 ± 5,21 мин; 162,38 ± 66,24 слов). А ещё SD-бот точнее определял уровень стресса. И студенты оценили его выше, и самочувствие после общения с ним было лучше.

В целом уже понятно, что со студенчеством лингвистические модели общаются как-то легче. По крайней мере, исследование университета Саутгемптона показывает, что именно ИИ студенты чаще задают «глупые» вопросы. И ценят его за то, что он доступен всегда, а ещё точно не осудит, поддержит и поможет развить собственную мысль.Так что чат-боты — это не всегда про списывание и нежелание учиться. Иногда это про нехватку «безопасных» обсуждений.

Минпрос вернулся к вопросу оценок за поведение. «Эксперимент» начнётся с 1 сентября в Новгородской, Ярославской, Тульской областях, ЛНР, Республике Мордовия и Чеченской Республике. Для участия в пилотном проекте будут отобраны по 10 школ в каждом регионе из числа участвующих в эксперименте. Оценку за поведение введут в классах с первого по восьмой.

Пока предлагают три варианта оценки:

▪️Зачёт/незачёт. Понятная и классическая схема.

▪️Пятибалльная система: отлично, хорошо, удовлетворительно, неудовлетворительно и совсем неудовлетворительно. Какое практическое значение имеет различение последних двух, министр не уточнил.

▪️И совсем новая, трёхбалльная: неудовлетворительное, удовлетворительное и образцовое поведение.

Главный вопрос сейчас — на что оценка будет влиять. Всё-таки, если это локальный эксперимент, то и особого статуса у оценки не будет. А если за неё захотят давать, например, дополнительные баллы при поступлении, то и вводить её нужно повсеместно. И это — как и критерии самой оценки — гораздо важнее выбранной схемы.

Возвращаемся к рубрике «Их нравы»: последние два дня вокруг Гарварда разворачивается скандал о статусе иностранных студентов. Собрали краткую хронологию событий.

Началось всё с попытки министерства внутренней безопасности США отозвать у университета соответствующую сертификацию (Student and Exchange Visitor Program certification). Без неё не только невозможно принимать новых студентов из-за рубежа, но и уже существующие остаются в «подвешенном» состоянии. А таких порядка шести тысяч. Им предлагали искать варианты перевода самостоятельно.

Решение в Министерстве внутренней безопасности объяснили тем, что Гарвард не соблюдал закон и занимался «поощрением насилия, антисемитизма и координацией действий с Коммунистической партией Китая».

В тот же день Гарвард подал в федеральный суд иск против администрации президента и назвал постановление «вопиющим нарушением» Конституции США и других федеральных законов. Суд действие запрета временно приостановил. Оперативный (хоть и временный) запрет на реализацию решения администрации Трампа вынесла Эллисон Барроуз, окружной судья США, которую на должность назначил ещё Барак Обама.

Однако решение временное, а прецедент создан. Такой вот международный обмен.

Вышел новый рейтинг лучших университетов России по версии Forbes Education. И там опять новый лидер — МФТИ. В прошлом году список возглавлял МГУ (теперь он на третьем месте), перед этим — ВШЭ (в свежей версии на втором).

В первую десятку также вошли ещё четыре университета из Москвы и три из Санкт-Петербурга. И ни одного регионального. Зато во второй десятке есть УрФУ (14), НГУ (15), Университет Иннополис (16), ТГУ (17) и КФУ (20). Причём разница в баллах между первым и двадцатым местом — больше чем в два раза: 86 баллов у МФТИ и 37,84 у КФУ. Всего в лонглисте оказалось 564 российских вуза.

Интересна в форбсовском рейтинге прежде всего методология — с фокусом на рынок и «успешность» выпускников. Так, они учитывают:

▪️ Востребованность выпускников по мнению 100 лучших работодателей России
▪️ Качество преподавания — по уровню оплаты труда преподавателей, доле преподавателей с учёной степенью, проценту иностранных преподавателей, наличию программ двойного диплома и соотношению количества преподавателей и студентов.
▪️ Качество приёма — по среднему баллу ЕГЭ и количеству олимпиадников.
▪️ И «фактор Forbes» — то есть накидывают баллы сверху за выпускников, попавших в российский список Forbes, рейтинг «30 до 30» и детей бизнесменов.

Пожалуй, это самый «неакадемический» университетский рейтинг в современной России. И то, что лидером стал профильный технический вуз, возможно, говорит о какой-то новой тенденции.И без всякого сомнительного сокращения платных мест на «неугодных» направлениях.

Обществознание всё-таки исключают из программы основного общего образования. С 2026 года предмет будут изучать только с 9-го класса, а оставшееся время будет отведено на изучение истории России.

«Параллельно началась разработка государственных учебников, и у нас завершена работа над государственными едиными учебниками по истории для 5–9-х классов, а также над учебниками по обществознанию с 9-го по 11-й класс. И действительно, как мы говорили и как обсуждали, со следующего года обществознание будет изучаться с 9-го класса, а оставшееся время будет отведено на изучение истории нашей страны», — уточняет Сергей Кравцов.

Убирать предмет из программы или, как минимум, сокращать часы собирались ещё в январе этого года. А первые разговоры о перераспределении часов датируются ещё прошлым годом (там речь шла как раз об истории — в частности, о новом модуле «Основы духовно-нравственной культуры народов России»).

Но до последнего момента обществознание стабильно было лидером по количеству сдающих выпускников. И синонимом поступления на гуманитарные специальности. А вот, судя по итогам итоговых аттестаций, в этом году позиции предмет сдаёт — как и ожидалось. И, учитывая, что часы отдают под историю, вряд ли на смену ему придёт новый «универсальный» предмет.

Борьба с кадровым дефицитом учителей принимает неожиданный поворот: в школах могут разрешить преподавать студентам непрофильных вузов.

В Госдуму поступил законопроект, разрешающий преподавание в общеобразовательных учреждениях студентам старших курсов. При этом специальность студентов должна соответствовать школьному предмету. Соответствие предмета и специальности будет определять руководство школы.

Документ внесён председателем комитета по науке и высшему образованию Сергеем Кабышевым (СРЗП), Ириной Белых («Единая Россия») и Александром Мажугой («Единая Россия»).

«Законопроектом предусматривается допустить к занятию педагогической деятельностью по основным общеобразовательным программам студентов, обучающихся по образовательным программам высшего образования по специальностям и направлениям подготовки, соответствующим направленности основных общеобразовательных программ», — говорится в пояснительной записке.

Сейчас, чтобы стать учителем, требуется либо профильное образование (направление подготовки «Образование и педагогические науки»), либо профильное образование по предмету плюс программа переподготовки.

Если законопроект примут, критериев останется всего два:

▪️ пройти промежуточную аттестацию не менее чем за три года обучения;
▪️ освоить программу профессиональной переподготовки по направлению «Образование и педагогические науки».

Вполне возможно, что компенсировать дефицит такое решение поможет. Вопрос — насколько качественно? Для студентов последних курсов учительские зарплаты ещё конкурентны, но после выпуска они быстро теряют актуальность. Тогда вместо дефицита есть риск получить текучку. А к этому ли стоит стремиться?

Более 30% современных российских инженеров в сфере радиоэлектроники уходят в сферу торговли. Об этом сообщают «Ведомости» со ссылкой на заместителя министра науки и высшего образования Дмитрия Афанасьева.

Правда, есть нюанс: продают они непосредственно радиоэлектронику. Так что годы, потраченные на учёбу, были не совсем зря. В статье это объясняют несколькими факторами:

▪️ уровнем зарплат, который в коммерции значительно выше;
▪️ карьерными перспективами и соцпакетом;
▪️ уровнем требований, который в коммерции значительно ниже;
▪️ разрывом между теоретическими знаниями, полученными во время учёбы, и навыками, без которых невозможно разрабатывать современную радиоэлектронику;
▪️ малым количеством компаний, занятых в сфере проектирования и разработки радиоэлектроники в стране;
▪️ недостаточной осознанностью при выборе профессии.

Последняя причина звучит как-то совсем слабо, учитывая, что специалисты уходят в смежную сферу, а не в любую коммерцию. А так всё довольно просто: люди хотят зарабатывать больше и ищут возможности. Судя по всему, разработка, которая платит достаточно, оказывается чересчур конкурентной. А работать больше и получать меньше не хочет никто. К слову, это всех сфер касается.

Прошедший 27 мая ЕГЭ по профильной математике вызвал волну возмущения у родителей. Дошло до жалоб Екатерине Мизулиной и целой инициативной группы.

Причина — в заданиях под номерами 18 и 19, которые, по мнению некоторых выпускников и родителей, оказались не на уровне демоверсии ФИПИ, а на уровне олимпиад. Вот что пишет по этому поводу инициативная группа:

«24 мая 2025 года школьники сдавали профильную математику ЕГЭ. После экзамена начался шквал негодования: задания №18 и №19 оказались на уровне математических олимпиад, а не школьного экзамена. Выпускники из Центрального округа и Сибири особенно сильно пострадали — именно в этих регионах зафиксированы наиболее сложные варианты.

25% баллов — именно столько теряли даже подготовленные ребята, не справившись с финальными задачами. Это перечёркивало шансы на поступление в топовые вузы»

Конечно, скандал стандартный. Пересматривать результаты никто не будет — об этом уже заявил глава Рособрнадзора Анзор Музаев. Хотя на волне «ограничения мест» в московских вузах ситуация наверняка подпишет спровоцирует всякую конспирологию.

«Паспорта компетенций» для выпускников могут стать общероссийской практикой. Обсуждали предложение на заседании наблюдательного совета АНО «Россия — страна возможностей».

Предполагается, что уже осенью этого года работодатели будут получать «паспорта компетенций» вместе с резюме соискателя. Он представляет собой документ об оценке гибких навыков, который выдают центры компетенций «РСВ» в вузах. Первые из них открылись в 2021 году.

Сейчас в проекте участвуют 238 университетов. Расширить его хотят на СПО и в целом на молодёжь с 14 до 35 лет. А чтобы приживалась тенденция быстрее, к проекту подключится платформа «Работа в России».

За рубежом такая практика тоже имеется. Вот, например, в Калифорнии не так давно ввели «карьерные паспорта». Правда, пока тренд слишком свежий, чтобы оценивать его эффективность. Но если на большой государственной платформе рекрутинга «паспорта» станут обязательными, то и университеты инициативу быстро подхватят.

Тем временем в США вузы возвращаются к письменным экзаменам — на бумаге и от руки. Всё опять из-за нейросетей.

The Wall Street Journal сообщает о росте продаж так называемых «Blue Book» — бумажных тетрадей для экзаменационных вопросов. Их продажи за последний учебный год выросли более чем на 30% в Техасском университете A&M и почти на 50% — в Университете Флориды.

Выглядит «синяя книжка» внутри как самая обыкновенная тетрадь. В линейку и с полями. Поэтому для постсоветского контекста «возвращение» к практике написания развернутых ответов в тетрадке от руки наверняка выглядит странновато. Но, как выяснилось, для американских учебных заведений это вполне рабочий способ борьбы с нейросетевыми эссе. А их становится всё больше и больше.

Сгенерированное эссе, конечно, можно просто переписать. Но так студентам придётся его хотя бы раз прочитать самим. К тому же скандал в СМИ по поводу того, что студенты «разучились писать», ещё свеж.

Мораль здесь искать сложно. С одной стороны, отечественным вузам не стоит спешить с отказом от некоторых учебных практик. С другой — вопросы есть и к мотивации студентов, и к необходимости совсем формальных эссе в целом. Пересматривать тип и качество учебной нагрузки — дело всегда полезное.

«Коммерсант» публикует первую статистику эксперимента с ОГЭ. Напоминаем суть: в трёх регионах можно было сдавать два экзамена вместо четырёх. Итак:

▪️В Липецкой области два экзамена выбрала половина девятиклассников — более 6 из 12 тысяч, заканчивающих в этом году среднюю школу. Все, кто получил аттестат, смогут учиться в местных колледжах бесплатно. На следующий год выделено 7,7 тыс. бюджетных мест, а принимать будут по среднему баллу аттестата.

▪️В Москве два экзамена выбрали более трети девятиклассников. Больше, чем прогнозировали. В итоге количество бюджетных мест в колледжах пришлось увеличить. При этом есть «квота» на столичных школьников. Отбор туда будет проходить не по конкурсу аттестатов, как раньше, а по баллам ОГЭ. В десятые классы отбор будет происходить по правилам, которые каждая школа установит самостоятельно.

▪️В Санкт-Петербурге с двумя ОГЭ принимают только на некоторые направления СПО. На сдачу экзаменов по новым правилам записались лишь 7,7% девятиклассников.

Выходит, вместо одного эксперимента получилось три. Правда, вариант Петербурга слишком уж локальный. Только вот почему при всём этом нет простой схемы: в 10-й класс — по «базе», в СПО — по результатам релевантных экзаменов? Конкурс аттестатов в плане равенства возможностей вещь сомнительная. А вот внутри одной школы у аттестата хотя бы есть шанс быть объективным.

О свежих скандалах с иностранцами в вузах в своем телеграм-канале пишет Вячеслав Володин: за последнюю неделю 9 человек задержали в УрФУ и ещё 17 — в РУДН.

В обоих вузах среди задержанных есть ответственные за прием экзаменов у иностранцев. Схема простая и давно известная: «покупной» экзамен по русскому языку и «липовое» зачисление ради визы.

Володин обращается к Минобрнауки РФ:

«Учитывая, что это уже не первый случай, когда структурные подразделения вузов оказываются замешаны в противоправной деятельности, Министерству науки и высшего образования правильно было бы дать оценку действиям руководства высших учебных заведений и принять меры по недопущению подобного».

Хотя, кажется, уголовные дела — логичное следствие нового законодательного механизма. На зачистку от подобных практик понадобится минимум год, а то и больше. Пока речь идёт только о крупных вузах, а масштабы проблемы мало изучены. Так что в ближайшее время прекращения скандалов ждать не стоит.

Замглавы Минобрнауки Дмитрий Афанасьев рассказывает про отсев студентов. По его словам, на некоторых специальностях до конца обучения не доходят до 40%:

«За годы обучения по разным направлениям специальности от 15 до 32%, а где-то до 40% у нас отсеивается. Больше всего потому, что [студенты] не способны учиться. Поэтому у нас огромный запрос в системе общего образования. Мы вместе работаем над тем, чтобы качество математического, естественно-научного образования и гуманитарного, конечно, оно выросло, чтобы поступали наиболее подготовленные, знающие абитуриенты, но очень важна ещё мотивация».

При этом многие вузы стремятся не отчислять студентов до последнего — в первую очередь из-за финансовых потерь и корректировки КЦП на следующий год. В этом смысле проще отправить студента в академ — по ним и статистику собрать сложнее. И пока вузы будут нести за отчисления и невыполнение планов по КЦП административную ответственность (даже косвенную), лучше ситуация не станет.

Другой нюанс, конечно, в самих программах. Сколько из этих 15–40% пришли чисто формально, а сколько разочаровались по ходу обучения? В любом случае, при таких цифрах проблема отчислений уже системная.

В российских вузах обучается почти 400 тыс. иностранных студентов. Самую высокую долю — до 30% — составляют медики.

Об этом, со ссылкой на данные Минобрнауки, рассказывает профессор Института образования ВШЭ Ирина Абанкина. Причём речь идёт и о профильных медицинских вузах, и о факультетах классических университетов. При этом работать в России остаётся до 10% иностранных студентов, обучающихся по всем специальностям. В медицинских вузах тренд аналогичный. Интерес к российскому медобразованию, по мнению Абанкиной, обусловлен в том числе и сроками обучения: во многих странах требуется 7–8 лет, в России можно стать врачом общей практики за 5–5,5 лет.

Если присмотреться внимательнее, то медобразование — одно из немногих отечественных направлений ВО, которое хорошо эксплуатируется. Можно, конечно, вспомнить ещё о физике, особенно ядерной. Медицинское образование в России получить дешевле, чем во многих странах, но с качеством и формальным признанием проблем тоже нет. При этом среди отечественных медиков дефицит настолько значительный, что уже не первый раз заходит речь о «распределении» и его аналогах. Так, может, проблема не только в том, что предлагает в этом случае ВО?

Тем временем в Беларуси разрешат использовать ИИ при написании диссертаций. Об этом сообщает председатель ВАК Александр Гучок:

«Искусственный интеллект рассматривается нами как инструмент. Мы не можем избежать его использования, и в будущем нам предстоит выбрать, станем ли мы хозяевами этого инструмента или будем его слугами. <…> В разделе „методы и средства исследования“ нужно будет указывать, что использовался искусственный интеллект».

Оцениваться будет не деятельность ИИ, а результаты работы ученого, который вправе использовать любые методы для достижения цели. Для повышения качества работы в этой сфере ВАК Беларуси начинает использовать программы, которые способны распознавать тексты, созданные с помощью искусственного интеллекта.

Пока это один из немногих мировых прецедентов официально узаконенного использования ИИ в научных работах. И речь, скорее всего, идёт о вычислительных моделях для обработки больших данных на его основе, а не о написании текстов с помощью генеративных лингвистических моделей. Хотя текущие формулировки их не исключают. Так что, вероятно, и так можно будет. Но практика похвальная: лучше регулировать и контролировать, чем разбираться с сомнительными работами уже постфактум.

О первых результатах ЕГЭ

Рособрнадзор публикует первые результаты ЕГЭ-2025. Профильная математика, по словам Анзора Музаева, стала «прорывом года». Именно по профильной математике пока самый высокий средний балл — 62,05 (в 2024-м был 62,55). Сдавали его почти 304 тысячи человек.

«Можно говорить, что математика — это прорыв года! В этом году сдавать профильную математику пришло на 30 тысяч участников больше, чем в прошлом году, их общее количество впервые превысило 300 тысяч. В целом более 60% участников получили результат выше 60 баллов, что свидетельствует об их готовности уверенно продолжить обучение в вузах на инженерных и IT специальностях. Таких абитуриентов по предварительным итогам в этом году более 184 тысяч, рост почти на 18 тысяч человек по сравнению с годом ранее»

Здесь, учитывая специфику критики, хотелось бы посмотреть и на распределение результатов по регионам. Одна из ключевых жалоб была на несоответствие сложности заданий не только демо-версии, но и столичному уровню.

Также отмечают и рост среднего балла по химии. Он составил 58,15 (в 2024-м — 56,79), 1812 человек набрали максимум. Число сдававших экзамен выросло до 85 тысяч. Количество выпускников, имеющих 60 плюс баллов, выросло на 4,5 тысячи.

С гуманитарными предметами всё сложнее. Говорят о существенном снижении количества сдававших литературу (37 тысяч человек против 42 тысяч в прошлом году). Среди главных причин потерянных баллов называют «плохое знание содержания художественного произведения».

Тут, конечно, интересны ещё и результаты по обществознанию. Самый «опальный » предмет этого года, несмотря на все предположения, остался самым популярным: его сдавали более 303 тысяч человек (42,37% всех выпускников). Об этом в Рособрнадзоре говорят ожидаемо меньше, чем о «прорыве» профильной математики. Без скандалов со «сливом» заданий в день сдачи тоже не обошлось. Но избавиться от стабильно самого предмета пока не выходит.

Частным вузам, кажется, тоже придётся непросто. На днях Валерий Фальков и Анзор Музаев дали большое интервью программе «Ректорат». В частности, речь зашла и про негосударственный сектор высшего образования. И вот что говорит министр:

«[У] нас переразмеренный сектор [высшего образования] негосударственный. Где, к сожалению, коллеги забывают о том, что университет — всё-таки это место, где формируют мировоззрение. Воспитывают в первую очередь человека. И цель извлечения прибыли — она не является заглавной или вообще основной. У университета всё-таки другая цель и другое предназначение в обществе. Если уж совсем по-настоящему.

А некоторые под личиной вуза, под личиной университета ставят себе цель заработать деньги. И, следовательно, это низкие баллы ЕГЭ, это низкий процент трудоустройства»

До этого претензии были в основном в сторону платного образования в государственных вузах. Теперь ситуация становится несколько сложнее. Проводить «большую, обстоятельную, совместную работу» с частными вузами собираются ещё до вступления в силу закона о регулировании платного набора.

Непросто будет ещё и потому, что в частных вузах самые востребованные направления — как раз юриспруденция, экономика и прочий менеджмент. То есть те, которые в последнее время активно пытаются сокращать. Будут ли проблемы с аккредитацией — посмотрим, но очевидно, что и до частного сектора добрались.

SuperJob провёл опрос об использовании ИИ школьниками. Оказалось, что чем старше школьники, тем чаще они прибегают к помощи нейросетей при написании сочинений, переводе текстов, решении математических задач и прочего.

По мнению родителей, ИИ используют около четверти учеников 5–6-х классов, в 7–9-х классах доля составляет 34%, в 10–11-х речь уже про 46%. При этом цифры явно неточные — значительная часть родителей затрудняется с ответом либо не следит за выполнением домашних заданий.

Среди учителей 42% опрошенных сталкивались с заданиями, выполненными с помощью ИИ, бороться с этим стараются 13%, а 29% пока не понимают, что предпринять. Бороться пробуют в первую очередь санкциями по отношению к тем, кто «просто списал с нейросетки», но в ход идут и вопросы на понимание, и беседы по выполненным работам, и аналогичные задания в классе.

Всё это говорит, конечно, о том, что просто закрыть глаза на ИИ не получится. Нейросети — часть современной цифровой культуры, поэтому и подход к обучению придётся к ним адаптировать. Хотя лет 15–20 назад страх вызывали скачанные из интернета рефераты. Но как-то обошлось.

Тем временем криминальная хроника иностранцев в России вновь пополнилась: ректора Гатчинского университета задержали на двое суток после обысков в вузе. Уголовное дело заведено по статье об организации незаконной миграции.

Следствие предполагает, что сотрудники вуза зачисляли иностранцев за деньги, чтобы те получали визу и документы на право нахождения в стране. Фактически обучаться никто не собирался.

Подобные дела уже мало удивляют, уж слишком много их в последнее время. Но что-то подсказывает, что ни один вуз, где такая схема реально существует, от незаконной практики не откажется — пока не найдут и не «прикроют».

Не так давно в Госдуму внесли законопроект, разрешающий преподавание в общеобразовательных учреждениях студентам старших курсов.

На днях инициативу депутатов поддержала замминистра науки и высшего образования РФ Ольга Петрова. Главный аргумент — естественно, кадровый вопрос. А для студентов — «это очень уникальный опыт».

10 июня Госдума приняла этот законопроект в первом чтении. Никаких дискуссий или видимых препятствий, чтобы всё узаконить в ближайшее, не наблюдается.

Видимо, отчеты про рост набора на педспециальности кадровой вопрос не решили. Так что высшее педагогическое, как будто бы, никому больше и не нужно. Есть ДПО — и хорошо. Даже по мнению самого министерства. В общем, до чего только дефицит кадров не доводит.