Рубрика ЖЗУ. То пусто, то густо.
Борис Шуцин с детства любил природу. Но любовь была не взаимной, и Борис старался проводить больше времени в лесах и болотах, а не с одноклассниками. И ещё неизвестно что лучше. В своих изысканиях Борис преисполнился эндемиками Улюлюйского края и даже начал выращивать свою линейку Губернаторских Квакш, довольно редких лягушек для наших палестин.
Увлечение природой приносило и свои плоды, поскольку никого сильней Бориса не было в биологических олимпиадах. Один раз он даже не был допущен с формулировкой «У нас своих умников полно, а вы Шуцина опять пихаете». Да и в туристическом кружке Борис быстро завоевал авторитет, потому что мог показать, как сварить суп из коры, травы и паутины. Его сопоходники ели консервы и уважительно качали головой.
Биофак УГУ Борис бы закончил блестяще… Но было одно пугающе но. Уже тогда он озаботился влиянием простого улюлюйца на экосистемы и начал проводить странные акции. Собирал макулатуру, чтобы сделать перфокарты. Придумал около 20 способов использовать старую консервную банку. Отказался от общественного транспорта, поскольку его гул нарушал размеренную жизнь мух и мелких жужелиц.
Исключить его было невозможно, поскольку Шуцин всё сдавал блестяще, а диплом про свою линию Губернаторских Квакш начал писать после первой сессии. Руководство УГУ такой активности откровенно опасалось и пыталось найти хоть какую-то причину избавиться от слишком активного студента, который пошил себе наряд из мешковины и сделавший кеды «Три мяча» из старых покрышек. Но Шуцин не пил, не гулял нагишом по общежитию и даже над анекдотами не смеялся.
К великому ужасу УГУ, Борис поступил в аспирантуру и теперь продвигал свои идеи переработки всего во всё среди преподавательского состава. Но тут на радость всему биофаку случилась экспедиция в пустынные области Улюлюйского края. Там Шуцин встретил местную девушку, которая умела заговаривать коров на удои, а поросят на опорос. Вся экспедиция следила за их отношениями и на всякий случай выписала пару преподавателей психфака, чтобы они пояснили как себя вести, чтобы всё не испортить.
План-капкан сработал. Шуцин впервые влюбился не в законы развития живых организмов, а в представителя своего вида. Ректорат выделил денег на их свадьбу, аспиранты сбросились, студенты Бориса неделю не ели, лишь бы вложить копеечку в общее благодеяние. Так что свадьба Бориса вышла на уровне бракосочетания второго секретаря.
На много лет Борис и его избранница исчезли. УГУ выдохнул и старался о Шуцине не вспоминать. А зря. Скоро в Еброхомохле вышел документальный фильм о борьбе семейной пары и их четверых детей за счастье удивительных и редких Президентских Квакш.
Когда компетентные органы задали вопрос декану биофака, как так могло выйти, тот ответил, что для природы нет границ и отдельные виды мигрируют как им велит природа. После чего облегченно закурил и предложил представителям органов пойти поесть домашнего. На этом дело и закрыли.
Что тут ещё сказать? Ай да, Шуцин, ай да природов сын.
Борис Шуцин с детства любил природу. Но любовь была не взаимной, и Борис старался проводить больше времени в лесах и болотах, а не с одноклассниками. И ещё неизвестно что лучше. В своих изысканиях Борис преисполнился эндемиками Улюлюйского края и даже начал выращивать свою линейку Губернаторских Квакш, довольно редких лягушек для наших палестин.
Увлечение природой приносило и свои плоды, поскольку никого сильней Бориса не было в биологических олимпиадах. Один раз он даже не был допущен с формулировкой «У нас своих умников полно, а вы Шуцина опять пихаете». Да и в туристическом кружке Борис быстро завоевал авторитет, потому что мог показать, как сварить суп из коры, травы и паутины. Его сопоходники ели консервы и уважительно качали головой.
Биофак УГУ Борис бы закончил блестяще… Но было одно пугающе но. Уже тогда он озаботился влиянием простого улюлюйца на экосистемы и начал проводить странные акции. Собирал макулатуру, чтобы сделать перфокарты. Придумал около 20 способов использовать старую консервную банку. Отказался от общественного транспорта, поскольку его гул нарушал размеренную жизнь мух и мелких жужелиц.
Исключить его было невозможно, поскольку Шуцин всё сдавал блестяще, а диплом про свою линию Губернаторских Квакш начал писать после первой сессии. Руководство УГУ такой активности откровенно опасалось и пыталось найти хоть какую-то причину избавиться от слишком активного студента, который пошил себе наряд из мешковины и сделавший кеды «Три мяча» из старых покрышек. Но Шуцин не пил, не гулял нагишом по общежитию и даже над анекдотами не смеялся.
К великому ужасу УГУ, Борис поступил в аспирантуру и теперь продвигал свои идеи переработки всего во всё среди преподавательского состава. Но тут на радость всему биофаку случилась экспедиция в пустынные области Улюлюйского края. Там Шуцин встретил местную девушку, которая умела заговаривать коров на удои, а поросят на опорос. Вся экспедиция следила за их отношениями и на всякий случай выписала пару преподавателей психфака, чтобы они пояснили как себя вести, чтобы всё не испортить.
План-капкан сработал. Шуцин впервые влюбился не в законы развития живых организмов, а в представителя своего вида. Ректорат выделил денег на их свадьбу, аспиранты сбросились, студенты Бориса неделю не ели, лишь бы вложить копеечку в общее благодеяние. Так что свадьба Бориса вышла на уровне бракосочетания второго секретаря.
На много лет Борис и его избранница исчезли. УГУ выдохнул и старался о Шуцине не вспоминать. А зря. Скоро в Еброхомохле вышел документальный фильм о борьбе семейной пары и их четверых детей за счастье удивительных и редких Президентских Квакш.
Когда компетентные органы задали вопрос декану биофака, как так могло выйти, тот ответил, что для природы нет границ и отдельные виды мигрируют как им велит природа. После чего облегченно закурил и предложил представителям органов пойти поесть домашнего. На этом дело и закрыли.
Что тут ещё сказать? Ай да, Шуцин, ай да природов сын.
Погоды в Улюлюйске стоят такие, что сидеть в кабинете решительно неохота. А тут ещё в одном журнале старом попался стих Пастуха Пегасов.
Человек такое написать не мог, конечно. Только воспалённый коллективный ум. Но настроение такое, что можно и поделиться.
Гулябельных вам выходных, улюлюйцы.
А вот и сам стих.
***
Над осенним Улюлюйском
Пролетала птица Сирин.
На вокзале паровозы,
Громко славу ей трубили.
Посмотрела птица Сирин
На поселки и погосты,
На детей, на паровозы,
Что сияли будто звёзды.
Удивилась птица Сирин,
что и мёртвые ей рады,
И позвала Алконоста,
Сели вместе на ограду.
«Отчего вам там не спится?» —
Вопросили обе птицы.
Вылез мертвяков начальник,
И сказал: «Здаров, девицы!
Губернатор, мудрый малый,
Сочинил для нас заботу.
Тут такое дело, Сирин,
Что и спать нам неохота.
Улюлюйск храним мы твёрдо
От негожих умертвённых,
Что готовы вред нести.
Этих знаем поимённо.
Но бывает и залетный,
Что волком-лосём прискачет.
И от них мы всё храним.
Такова у нас задача.»
Умилилась птица Сирин,
Алконост утёрла слёзы.
И взлетели обе птицы,
Зашептали, как березы.
Губернаторова мудрость
Их наполнила истомой,
Что не вынести живым,
Только тем, в рае скроен.
Полетели дальше птицы,
Дав навеки крови клятву:
Под крыло взять Улюлюйск,
И хранить, как будто брата.
Человек такое написать не мог, конечно. Только воспалённый коллективный ум. Но настроение такое, что можно и поделиться.
Гулябельных вам выходных, улюлюйцы.
А вот и сам стих.
***
Над осенним Улюлюйском
Пролетала птица Сирин.
На вокзале паровозы,
Громко славу ей трубили.
Посмотрела птица Сирин
На поселки и погосты,
На детей, на паровозы,
Что сияли будто звёзды.
Удивилась птица Сирин,
что и мёртвые ей рады,
И позвала Алконоста,
Сели вместе на ограду.
«Отчего вам там не спится?» —
Вопросили обе птицы.
Вылез мертвяков начальник,
И сказал: «Здаров, девицы!
Губернатор, мудрый малый,
Сочинил для нас заботу.
Тут такое дело, Сирин,
Что и спать нам неохота.
Улюлюйск храним мы твёрдо
От негожих умертвённых,
Что готовы вред нести.
Этих знаем поимённо.
Но бывает и залетный,
Что волком-лосём прискачет.
И от них мы всё храним.
Такова у нас задача.»
Умилилась птица Сирин,
Алконост утёрла слёзы.
И взлетели обе птицы,
Зашептали, как березы.
Губернаторова мудрость
Их наполнила истомой,
Что не вынести живым,
Только тем, в рае скроен.
Полетели дальше птицы,
Дав навеки крови клятву:
Под крыло взять Улюлюйск,
И хранить, как будто брата.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Пока позволяет погода, записал вам экскурсию по уникальному объекту, который создали по недоразумению.
Не будет сегодня историй из веснописей, потому как я под впечатлением от субботней экспедиции. О другом, но важном скажу.
Улюлюйцы, как известно, заселили планету. И многие из наших отправились в дальние пути-дороги, а некоторые даже презренно променяли улюлюйские просторы не пойми на что.
Вот бывает спросишь какого известного выходца, а он мину сложную строит. Но под давлением улюлюйской медовухи сразу в слёзы и воспоминания. Как бегал он нагишом да радовался. А потом от капитана-урядника бегал и тоже радовался, если не заточили его на 15 суток.
Как вспомнит, так начинает утирать слёзы грязными-грязными ербохомохольмскими бумажками.
Спросишь другого как он в походы велосипедные ходил, так тот сразу секретные документы отложит и словно исчезнет. А потом начнёт рассказывать, как они грибы собирали, в речке купались и камеры велосипедные клеили. А люди генерал-урядника в это время документы секретные сделают совсем не секретными.
А бывает, что придёшь в гости актрисе какой. Спросишь, что она про Улюлюйск помнит. Она сначала сделает вид, что не понимает вопроса. А потом смахнёт с полки «Грэмми»-«Оскары» и расскажет, что тут всем надо от неё только талант, да внешнюю биологию. И только в ДК им. дамбостроителей ей в душу смотрели и душой той рукоплескали.
Простой же улюлюец в вечной красоте нашего края. Выйдет из дома, а кругом Левитан с Васнецовым. Дойдёт до автобуса, так вообще Репин с Айвазовским. И чует улюлюец вечное теплое одеяло мудрости Начальства и перину его прозорливости. А кто отказался от этого, тот жалеть будет до конца и края.
Уютной вам недели, улюлюйцы.
Улюлюйцы, как известно, заселили планету. И многие из наших отправились в дальние пути-дороги, а некоторые даже презренно променяли улюлюйские просторы не пойми на что.
Вот бывает спросишь какого известного выходца, а он мину сложную строит. Но под давлением улюлюйской медовухи сразу в слёзы и воспоминания. Как бегал он нагишом да радовался. А потом от капитана-урядника бегал и тоже радовался, если не заточили его на 15 суток.
Как вспомнит, так начинает утирать слёзы грязными-грязными ербохомохольмскими бумажками.
Спросишь другого как он в походы велосипедные ходил, так тот сразу секретные документы отложит и словно исчезнет. А потом начнёт рассказывать, как они грибы собирали, в речке купались и камеры велосипедные клеили. А люди генерал-урядника в это время документы секретные сделают совсем не секретными.
А бывает, что придёшь в гости актрисе какой. Спросишь, что она про Улюлюйск помнит. Она сначала сделает вид, что не понимает вопроса. А потом смахнёт с полки «Грэмми»-«Оскары» и расскажет, что тут всем надо от неё только талант, да внешнюю биологию. И только в ДК им. дамбостроителей ей в душу смотрели и душой той рукоплескали.
Простой же улюлюец в вечной красоте нашего края. Выйдет из дома, а кругом Левитан с Васнецовым. Дойдёт до автобуса, так вообще Репин с Айвазовским. И чует улюлюец вечное теплое одеяло мудрости Начальства и перину его прозорливости. А кто отказался от этого, тот жалеть будет до конца и края.
Уютной вам недели, улюлюйцы.
В редакции «Улюлюйского края» решили начать публикацию бестиария древних улюлюйцев. Обратились ко мне слёзно, почти на колени встали, лишь бы я рассказал про каких древних чудищ. Ну это я приврал, конечно. Никто не плакал, а просто намекнули, что скоро ЖКХ оплачивать, а гранты опять в КБ им. Петрика ушли.
Так что расскажу про своего любимого чудища прошлого — Лягушкина Князя.
Первое упоминание встречается ещё в домонгольских веснописях. Мой тогдашний коллега отмечал, что улюлюйцы на каждую старую Луну ходили на болота и приносили Князю овёс, немного медовухи и записку с уважительной просьбой. Князь это ценил и даровал улюлюйцам клюкву, цапельные перья и карту безопасного прохода по его владениям.
Размером Князь был с доброго пса и мог запросто сбить пса-рыцаря с коня. Голову Князя украшала шапка из водорослей и дикий жемчуг.
Из более поздних материалов известно, что кузнецы находились с Князем в особых отношениях. По легенде кузнец Мечедар смог очаровать дочку Князя и принести достойные дары. Так что с тех пор кузнецам позволялось мочить в болотах крицу, морить деревья и спать, когда медовухи накануне было многовато. Никто кузнецов не кусал и сама птица Цапля расправляла крылья, чтобы спасти болезного от палящего Солнца.
Когда в вихри занесли в Улюлюйск промышленность, между Лягушкиным Князем и Губернатором были настроены дипломатические отношения. Согласно договору Князь поставлял гвардию, которая защищала Губернатора от комаров и прочих кусучих насекомых, да топил возможных ворогов. Губернатор же гарантировал, что не будет на болотах и прудах рыбаков, лихих людей и прочих нарушителей спокойствия. Начальство Начальство всегда поймёт.
В 1925 году новые власти начали активную мелиорацию и Лягушкин Князь потерял свои владения. Но его приютили как раз кузнецы, которые сохранили традиции старой школы. Кстати, сейчас они делают отличные финки на все случаи жизни, так что если вам нужен хороший нож для разделки курицы, шашлыка или гипсокартона, то пишите мне в личные сообщения. Сейчас как раз сезон скидок.
Потом пришли ветра перемен и вся мелиорация благополучно схлопнулась, так что владения Князя стали не только обширней, но и удобней в логистике. Говорят даже, что налажено международное сообщение и если выйти в правильное время, то можно найти особую лягушку из Мексики. Что с ней делать знают только избранные Князем, но я к таковым не отношусь.
Как задобрить властителя болот? Да никак. Он личность самодостаточная и всё у него есть. Но если вы однажды попались в улюлюйские топи, то громко скажите: «Князь-князь, разорви связь. Укажи дорогу, да скрой пороги». Тогда есть шанс пройти спокойно и набрать туесок клюквы. Для варенья будет мало, а для фотографической карточки в соцсетях более чем.
Так что расскажу про своего любимого чудища прошлого — Лягушкина Князя.
Первое упоминание встречается ещё в домонгольских веснописях. Мой тогдашний коллега отмечал, что улюлюйцы на каждую старую Луну ходили на болота и приносили Князю овёс, немного медовухи и записку с уважительной просьбой. Князь это ценил и даровал улюлюйцам клюкву, цапельные перья и карту безопасного прохода по его владениям.
Размером Князь был с доброго пса и мог запросто сбить пса-рыцаря с коня. Голову Князя украшала шапка из водорослей и дикий жемчуг.
Из более поздних материалов известно, что кузнецы находились с Князем в особых отношениях. По легенде кузнец Мечедар смог очаровать дочку Князя и принести достойные дары. Так что с тех пор кузнецам позволялось мочить в болотах крицу, морить деревья и спать, когда медовухи накануне было многовато. Никто кузнецов не кусал и сама птица Цапля расправляла крылья, чтобы спасти болезного от палящего Солнца.
Когда в вихри занесли в Улюлюйск промышленность, между Лягушкиным Князем и Губернатором были настроены дипломатические отношения. Согласно договору Князь поставлял гвардию, которая защищала Губернатора от комаров и прочих кусучих насекомых, да топил возможных ворогов. Губернатор же гарантировал, что не будет на болотах и прудах рыбаков, лихих людей и прочих нарушителей спокойствия. Начальство Начальство всегда поймёт.
В 1925 году новые власти начали активную мелиорацию и Лягушкин Князь потерял свои владения. Но его приютили как раз кузнецы, которые сохранили традиции старой школы. Кстати, сейчас они делают отличные финки на все случаи жизни, так что если вам нужен хороший нож для разделки курицы, шашлыка или гипсокартона, то пишите мне в личные сообщения. Сейчас как раз сезон скидок.
Потом пришли ветра перемен и вся мелиорация благополучно схлопнулась, так что владения Князя стали не только обширней, но и удобней в логистике. Говорят даже, что налажено международное сообщение и если выйти в правильное время, то можно найти особую лягушку из Мексики. Что с ней делать знают только избранные Князем, но я к таковым не отношусь.
Как задобрить властителя болот? Да никак. Он личность самодостаточная и всё у него есть. Но если вы однажды попались в улюлюйские топи, то громко скажите: «Князь-князь, разорви связь. Укажи дорогу, да скрой пороги». Тогда есть шанс пройти спокойно и набрать туесок клюквы. Для варенья будет мало, а для фотографической карточки в соцсетях более чем.
Пропустил день рождения союза прикладников. Исправляюсь.
Как-то раз на картошке встретились десяток художников третьей руки. Не то чтобы они были совсем бесталанны, нет. Но в Союз художников их не брали и не позволяли писать портреты выдающихся людей.
Влиться в когорту оформителей они тоже не смогли — афишная мафия заслуживает отдельной заметки.
Потому зарабатывали художники на шабашках. Как-то они оказались в одном сельском клубе на ночевке. Познакомились, распутали цепочку общих знакомых и к утру придумали великое — восстановить улюлюйские народные узоры с игрушками.
Прозорливый читатель понимает, что идея пришла им не за самоваром. А пили эти ребята безобразно. Это было не утончённое коньячное пьянство мастеров кисти. И не коктейли подпольных творцов. Эти ребята прикладывались в любой момент и ко всему, что содержало хоть молекулу спирта. Отсюда и пришло их название — прикладники. Себя они именовали «Артель улюлюйской старины».
Прикладники начали между шабашками искать какие древности. Правда их давно вывезли музейщики и мои коллеги фольклористы, так что оставались «Артели» только древние и несвязные легенды.
Озарение пришло после очередного художественного, так сказать, совета. Один из мастеров вырезал помесь коня и гуся, да прикрутил к нему колёсики, которые нарезал из палки. Раскрасил он фигурку собственной кровью. Не ради творческого акта, а потому что руки тряслись. Конегуся объявили современным переосмыслением старинной игрушки и поехали с этим поделием в Улюлюйск.
На удивление, работу «Артели» приняло очень тепло и попросили переосмыслить что-нибудь ещё. Художники воспряли духом и сразу после посещения гастронома отправились творить. И уже через полгода в Улюлюйском художественном музее прошла выставка, где посетителей встречали гуси-тракторы, гуси-аэропланы и гуси-космонавты.
Так «Артель» легально вошла в улюлюйское творческое сообщество и скоро из них образовали Союз художников-прикладников. Но уже прикладников настоящих.
Прикладывайтесь почаще к подушке на выходных, улюлюйцы.
Как-то раз на картошке встретились десяток художников третьей руки. Не то чтобы они были совсем бесталанны, нет. Но в Союз художников их не брали и не позволяли писать портреты выдающихся людей.
Влиться в когорту оформителей они тоже не смогли — афишная мафия заслуживает отдельной заметки.
Потому зарабатывали художники на шабашках. Как-то они оказались в одном сельском клубе на ночевке. Познакомились, распутали цепочку общих знакомых и к утру придумали великое — восстановить улюлюйские народные узоры с игрушками.
Прозорливый читатель понимает, что идея пришла им не за самоваром. А пили эти ребята безобразно. Это было не утончённое коньячное пьянство мастеров кисти. И не коктейли подпольных творцов. Эти ребята прикладывались в любой момент и ко всему, что содержало хоть молекулу спирта. Отсюда и пришло их название — прикладники. Себя они именовали «Артель улюлюйской старины».
Прикладники начали между шабашками искать какие древности. Правда их давно вывезли музейщики и мои коллеги фольклористы, так что оставались «Артели» только древние и несвязные легенды.
Озарение пришло после очередного художественного, так сказать, совета. Один из мастеров вырезал помесь коня и гуся, да прикрутил к нему колёсики, которые нарезал из палки. Раскрасил он фигурку собственной кровью. Не ради творческого акта, а потому что руки тряслись. Конегуся объявили современным переосмыслением старинной игрушки и поехали с этим поделием в Улюлюйск.
На удивление, работу «Артели» приняло очень тепло и попросили переосмыслить что-нибудь ещё. Художники воспряли духом и сразу после посещения гастронома отправились творить. И уже через полгода в Улюлюйском художественном музее прошла выставка, где посетителей встречали гуси-тракторы, гуси-аэропланы и гуси-космонавты.
Так «Артель» легально вошла в улюлюйское творческое сообщество и скоро из них образовали Союз художников-прикладников. Но уже прикладников настоящих.
Прикладывайтесь почаще к подушке на выходных, улюлюйцы.
Провёл выходные в отвратительном бездействии, местами даже преступном: читал, да спал, ел суп. Приболел иными словами, но сейчас попустило и даже голос есть.
Вспомнил по этому поводу историю любимого Губернатора Иловайского. Тот однажды потерял голос. Пришли на собрание к нему министры, приготовились, что их доклады разнесут на корпускулы, но нет. Иловайский кивал, делал одобрительные жесты руками и всё подписал.
Тут и заподозрили неладное. К Иловайскому пришёл доктор, осмотрел и не нашёл признаков простуды. Здоров был Губернатор, как наш гусь. Пригласили специального врача, который артистам-артисткам помогал, когда те голос теряли. А тот вышел и сказал одно: «Кабы мудростью своей не стал бы он Губернатором, был бы великим певцом».
Начали искать толмача с улюлюйского на вашингтонский, чтобы выписать сыщиков Пинкертона и найти голос. Но вовремя чухнулись, что глупость затеяли.
И тут пришёл к Иловайскому один франт. Полдень, а он уже во фраке, парфюмом пышет и лёгкое амбре шампанского разносит. Сразу видно — человек культуры. Представился Матвеем Жене, антрепренёром и открывателем талантов. И пообещал голос вернуть, дайте только 15 минут на общение, лист бумаги и перо.
На третий день всё вернулось в норму. Губернатор разносил проекты на заседаниях, ругался с поваром и обещал Еброхомохлю незамедлительное уничтожение силой артиллерии и кавалергардских полков.
Что вернуло голос тогда осталось тайной. Но архивы-то помнят. Матвей Жене объяснил Иловайскому, что у многих его протеже голоса нет. А но у него есть столько денег, что никто обращать внимание на такой пустяк не будет. Из Иловайского сделают звезду трагического жанра, где петь надо мало, но нужно много вращать глазами и патетично смотреть в зал. Жене подписал контракт и запустил свои механизмы создания звезды.
Так что к Губернатору вернулся голос. А Жене неожиданно стал директором Губернаторского театра с повышенным окладом и долгой командировкой в Европу для обмена опытом.
Воистину, в Улюлюйске всё меняется за 10 лет и ничего за 100.
Вспомнил по этому поводу историю любимого Губернатора Иловайского. Тот однажды потерял голос. Пришли на собрание к нему министры, приготовились, что их доклады разнесут на корпускулы, но нет. Иловайский кивал, делал одобрительные жесты руками и всё подписал.
Тут и заподозрили неладное. К Иловайскому пришёл доктор, осмотрел и не нашёл признаков простуды. Здоров был Губернатор, как наш гусь. Пригласили специального врача, который артистам-артисткам помогал, когда те голос теряли. А тот вышел и сказал одно: «Кабы мудростью своей не стал бы он Губернатором, был бы великим певцом».
Начали искать толмача с улюлюйского на вашингтонский, чтобы выписать сыщиков Пинкертона и найти голос. Но вовремя чухнулись, что глупость затеяли.
И тут пришёл к Иловайскому один франт. Полдень, а он уже во фраке, парфюмом пышет и лёгкое амбре шампанского разносит. Сразу видно — человек культуры. Представился Матвеем Жене, антрепренёром и открывателем талантов. И пообещал голос вернуть, дайте только 15 минут на общение, лист бумаги и перо.
На третий день всё вернулось в норму. Губернатор разносил проекты на заседаниях, ругался с поваром и обещал Еброхомохлю незамедлительное уничтожение силой артиллерии и кавалергардских полков.
Что вернуло голос тогда осталось тайной. Но архивы-то помнят. Матвей Жене объяснил Иловайскому, что у многих его протеже голоса нет. А но у него есть столько денег, что никто обращать внимание на такой пустяк не будет. Из Иловайского сделают звезду трагического жанра, где петь надо мало, но нужно много вращать глазами и патетично смотреть в зал. Жене подписал контракт и запустил свои механизмы создания звезды.
Так что к Губернатору вернулся голос. А Жене неожиданно стал директором Губернаторского театра с повышенным окладом и долгой командировкой в Европу для обмена опытом.
Воистину, в Улюлюйске всё меняется за 10 лет и ничего за 100.
Решили в редакции «Улюлюйского края» среду делать днём бестиария. Попробуем.
Среди всех мистических существ, самым странным УМС (Улюлюйское медиумное сообщество) считает духа Председателя.
Во-первых, он не явился миру, когда первый улюлюец вышел из воды и отбросил жабры. Первые свидетельства о духе относятся к 19 веку, когда к нам пришло само слово «председатель».
Во-вторых, непонятно добрый он или злой, надо ли ему делать подарки или приносить жертву.
Одно из ярких свидетельств о Председателе относится к 1978 году. Тогда у колхоза «Рассвет зари» случился лесной пожар, и жители окрестных деревень начали его тушить и рыть защитные канавы. Молодой зоотехник Ярошина умудрилась вытащить из берлоги медведя и откачать. Дальнейшие события не описать уголовным или семейным кодексом.
Ярошина и медведь стали жить вместе, даже свадьбу сыграли. Сам медведь оказался не дурак и скоро стал председателем колхоза. Руководил он жёстко, но справедливо: не пил, гонял браконьеров, завёл пасеки, активно чистил водоёмы, чтобы лягушкам жилось привольно. Ещё отказался от служебного УАЗа и всюду гонял на велосипеде.
Правда, по весне был злой, как зверь, но это только помогало посевной.
Далее дух Председателя фиксировали в фарцовщике Сереге, слесаре ЖД-депо Тулькине и коне-рекордсмене Телетайпе. С 1993 по 1998 о духе ничего неизвестно.
Но вот УМС говорит, что опять появился. Его видели в участковом Дементьеве и парикмахере Светлане. Ныне, по слухам, дух Председателя живёт в начальнике губернаторского гаража Стародубове.
Ну и главный вопрос: «Как же проявляется дух Председателя?» Считается, что на время человек или зверь становится эффективней в делах и разговорах. Но тогда зачем ему в медведя или коня вселяться? И уж тем более в начальника гаража? Так что скорей всего дух, есть, а проявляется никак. Ну хоть не вредит и на том спасибо.
Много, много тайн в Улюлюйском крае.
#codexbestiarium
Среди всех мистических существ, самым странным УМС (Улюлюйское медиумное сообщество) считает духа Председателя.
Во-первых, он не явился миру, когда первый улюлюец вышел из воды и отбросил жабры. Первые свидетельства о духе относятся к 19 веку, когда к нам пришло само слово «председатель».
Во-вторых, непонятно добрый он или злой, надо ли ему делать подарки или приносить жертву.
Одно из ярких свидетельств о Председателе относится к 1978 году. Тогда у колхоза «Рассвет зари» случился лесной пожар, и жители окрестных деревень начали его тушить и рыть защитные канавы. Молодой зоотехник Ярошина умудрилась вытащить из берлоги медведя и откачать. Дальнейшие события не описать уголовным или семейным кодексом.
Ярошина и медведь стали жить вместе, даже свадьбу сыграли. Сам медведь оказался не дурак и скоро стал председателем колхоза. Руководил он жёстко, но справедливо: не пил, гонял браконьеров, завёл пасеки, активно чистил водоёмы, чтобы лягушкам жилось привольно. Ещё отказался от служебного УАЗа и всюду гонял на велосипеде.
Правда, по весне был злой, как зверь, но это только помогало посевной.
Далее дух Председателя фиксировали в фарцовщике Сереге, слесаре ЖД-депо Тулькине и коне-рекордсмене Телетайпе. С 1993 по 1998 о духе ничего неизвестно.
Но вот УМС говорит, что опять появился. Его видели в участковом Дементьеве и парикмахере Светлане. Ныне, по слухам, дух Председателя живёт в начальнике губернаторского гаража Стародубове.
Ну и главный вопрос: «Как же проявляется дух Председателя?» Считается, что на время человек или зверь становится эффективней в делах и разговорах. Но тогда зачем ему в медведя или коня вселяться? И уж тем более в начальника гаража? Так что скорей всего дух, есть, а проявляется никак. Ну хоть не вредит и на том спасибо.
Много, много тайн в Улюлюйском крае.
#codexbestiarium
Было это лет 15 назад, так что вполне себе исторический факт. Решили в Улюлюйске провести аниме-фестиваль.
Был у нас при Дворце детского творчества кружок любителей японской культуры «Тамагочи». Пробовали жить по бусидо да читать Басё, но что-то никак. Куросаву смотрели, журавликов складывали, но хоть до сэппуку не дошли, ибо танто и кимоно денег стоят.
Но вот аниме полюбили всей душой и на этом фоне кружок сильно поредел. Но остались самые активные и, я бы даже сказал радиоактивные, которые решили нанести по Улюлюйску удар своей любви. В стенах Дворца, само собой.
Но не хватало им самого главного — живого японца, который мог бы рассказать, как у них жизнь устроена, почему они в масках постоянно и так далее. И вот, казалось бы, приглашайте себе спокойно и живите дальше. Нашли даже такого. Но нет! Чей ты светлый ум решил, что надо написать письмо в Минкульт и тогда будет красивое приглашение на бланке с печатью, а японцы печати любят.
Чиновник (или чиновница), который получил письмо в работу, решил узнать, что это вообще такое — аниме. И организм отторг японскую анимацию, словно отравленные макароны. Отрывки из резолюции стали легендарными: «эта аниме-мерзость может призвать Годзиллу», «сенпай-кодусай, а где наше понятное “гражданин”», «вот про Чебурашку хороший мультик, а тут все дёрганные, будто розетку чинят» и самое великое «сначала они в роботов полезут, а потом острова принесут на блюдечке с имбирём».
И не спрашивайте, откуда я это знаю.
Иными словами, фестиваль категорически запретили, кружок разогнали и на его месте открыли секцию спортивного ориентирования.
Впрочем, участники того кружка не особо расстроились и стали собираться у фонтана на Губернаторской площади, где строили маниловские планы по новому фестивалю. Так что ждём новую попытку уже 15-й год.
Был у нас при Дворце детского творчества кружок любителей японской культуры «Тамагочи». Пробовали жить по бусидо да читать Басё, но что-то никак. Куросаву смотрели, журавликов складывали, но хоть до сэппуку не дошли, ибо танто и кимоно денег стоят.
Но вот аниме полюбили всей душой и на этом фоне кружок сильно поредел. Но остались самые активные и, я бы даже сказал радиоактивные, которые решили нанести по Улюлюйску удар своей любви. В стенах Дворца, само собой.
Но не хватало им самого главного — живого японца, который мог бы рассказать, как у них жизнь устроена, почему они в масках постоянно и так далее. И вот, казалось бы, приглашайте себе спокойно и живите дальше. Нашли даже такого. Но нет! Чей ты светлый ум решил, что надо написать письмо в Минкульт и тогда будет красивое приглашение на бланке с печатью, а японцы печати любят.
Чиновник (или чиновница), который получил письмо в работу, решил узнать, что это вообще такое — аниме. И организм отторг японскую анимацию, словно отравленные макароны. Отрывки из резолюции стали легендарными: «эта аниме-мерзость может призвать Годзиллу», «сенпай-кодусай, а где наше понятное “гражданин”», «вот про Чебурашку хороший мультик, а тут все дёрганные, будто розетку чинят» и самое великое «сначала они в роботов полезут, а потом острова принесут на блюдечке с имбирём».
И не спрашивайте, откуда я это знаю.
Иными словами, фестиваль категорически запретили, кружок разогнали и на его месте открыли секцию спортивного ориентирования.
Впрочем, участники того кружка не особо расстроились и стали собираться у фонтана на Губернаторской площади, где строили маниловские планы по новому фестивалю. Так что ждём новую попытку уже 15-й год.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Улюлюйск на острие архитектуры, урбанистики и электробусов. Очередное доказательство величия наших ученых.
Медицина в Улюлюйске всегда находилась на острие скальпеля и предметного стекла микроскопа. Но без неприятных моментов не обошлось, хотя тут как посмотреть.
Где-то в 1903 году появился в городе торговец вороньими голеностопами. Есть ли они у этих благородных птиц пусть судят орнитологи, не моя это задача.
Лекарь Корвунский (скорей всего псевдоним) не продавал никаких вытяжек или сиропов, он пошёл глубже и объявил, что улюлюйцы не умеют ходить. Вот, говорил Корвунский, вороны живут по 100 лет и больше. Почему? А потому, что не ходят словно пресмыкающиеся, а передвигаются благородно и порой подпрыгивают. Оттого у них позвоночник и мозг в полном порядке. Прогрессивная медицинская идея, надо сказать, хоть и ошибочная.
Корвунский начал продавать специальные палки для ходьбы и подпружиненные накладки на обувь. И сам регулярно фланировал по Улюлюйску в своих медицинских агрегатах. Ходил медленно, степенно, но иногда подпрыгивал.
Аптекарь Рузнов решил развить идею и переманить клиентов, потому создал целый комплект здоровой ходьбы: палки, накладки, жилеты, шляпы, подковы и прочее. Так что в 1903 году можно было наблюдать немало прогрессивных улюлюйцев, которые натурально скакали по городу и не успевали даже приветственно поднять головной убор перед знакомыми.
И продолжилась бы эта чехарда дальше, если бы однажды Корвунский не подал на Рузнова в суд за кражу идеи. Но Рузнов ответил, что взял идею от птиц, которых наблюдал годами в палисаднике. Так что Корвунский может со своим иском отправиться искать счастья в другом месте.
И тут неожиданно проявил себя мудрый улюлюйский суд. Он запретил обоим торговцам продавать пружинные приблуды, поскольку от них одно нездоровое ускорение и нарушение порядка вежливости. Заодно постановил обоим торговцем выплатить штраф в пользу домов презрения, поскольку ворон родственник геральдического гуся и нечего тут выдумывать голеностопы и прочие мудрёные термины.
На том одна из страниц альтернативной медицины закончилась. Но вот Генерал Панкратинайкос наработки забрал прямо со складов, отчего в Улюлюйске появился уникальный род войск — пластуны-прыгуны, которых никто не мог догнать.
Но история их подвигов заслуживает отдельной повести, а не простого упоминания утром понедельника.
Где-то в 1903 году появился в городе торговец вороньими голеностопами. Есть ли они у этих благородных птиц пусть судят орнитологи, не моя это задача.
Лекарь Корвунский (скорей всего псевдоним) не продавал никаких вытяжек или сиропов, он пошёл глубже и объявил, что улюлюйцы не умеют ходить. Вот, говорил Корвунский, вороны живут по 100 лет и больше. Почему? А потому, что не ходят словно пресмыкающиеся, а передвигаются благородно и порой подпрыгивают. Оттого у них позвоночник и мозг в полном порядке. Прогрессивная медицинская идея, надо сказать, хоть и ошибочная.
Корвунский начал продавать специальные палки для ходьбы и подпружиненные накладки на обувь. И сам регулярно фланировал по Улюлюйску в своих медицинских агрегатах. Ходил медленно, степенно, но иногда подпрыгивал.
Аптекарь Рузнов решил развить идею и переманить клиентов, потому создал целый комплект здоровой ходьбы: палки, накладки, жилеты, шляпы, подковы и прочее. Так что в 1903 году можно было наблюдать немало прогрессивных улюлюйцев, которые натурально скакали по городу и не успевали даже приветственно поднять головной убор перед знакомыми.
И продолжилась бы эта чехарда дальше, если бы однажды Корвунский не подал на Рузнова в суд за кражу идеи. Но Рузнов ответил, что взял идею от птиц, которых наблюдал годами в палисаднике. Так что Корвунский может со своим иском отправиться искать счастья в другом месте.
И тут неожиданно проявил себя мудрый улюлюйский суд. Он запретил обоим торговцам продавать пружинные приблуды, поскольку от них одно нездоровое ускорение и нарушение порядка вежливости. Заодно постановил обоим торговцем выплатить штраф в пользу домов презрения, поскольку ворон родственник геральдического гуся и нечего тут выдумывать голеностопы и прочие мудрёные термины.
На том одна из страниц альтернативной медицины закончилась. Но вот Генерал Панкратинайкос наработки забрал прямо со складов, отчего в Улюлюйске появился уникальный род войск — пластуны-прыгуны, которых никто не мог догнать.
Но история их подвигов заслуживает отдельной повести, а не простого упоминания утром понедельника.
Продолжу наш #codexbestiarium и расскажу про Ловца псов. Первое его упоминание относится к 1639 году под именем Собачий хват.
Веснописи зафиксировали историю появления духа, но сразу скажу, ничего оригинального в ней нет, чистейший троп.
Жил да был некий Перемышла (явно прозвище, но другого именования всё равно нет). Перемышла служил у князя Куркина в псарне, поскольку был князь большой охотник. Рассказывают, что его охоты длились неделями, а жил он не в шатрах, а в срубовом доме, который за ним постоянно возили.
В задачи Перемышли входило чесать собак после охоты, поскольку собирали они много репьев, иголок и прочих даров леса. Но Перемышла как-то неправильно расчесал одного пса, князь увидал и велел слугу выпороть. Перемышла от наказания не помер, но на следующую ночь исчез. А ещё через две ночи у князя исчезли все собаки, на чём охота и закончилась.
Дальше веснописи фиксируют жалобы служилых людей, мол из их псарен пропадают породистые охотничьи псы, примите меры и дайте денег заодно. Но главное, что есть письма и от 1704, 1735 годов, когда Перемышла уже никак не мог быть в живых.
А вот дело его продолжило жить. Исчезновение охотничьих собак не прекращалось и скоро список Собачьего хвата пополнился салонными левретками и другими мелкими псовыми, которые больше шумят, чем угрожают хоть чему-то живому. Такую даже лягушка мелкая заборет.
В начале 20 века Собачьего хвата стали звать уже Ловцом псов, и он якобы стал причиной, почему сорвалась в Улюлюйске первая выставка собак. В советское время охота с пасами была не очень популярна, но собаки продолжали исчезать, хоть и в меньших количествах.
Улюлюйские заводчики породистых псов тратят неимоверные деньги на защиту своих инвестиций, но периодически по их форумам и чатам проходит новость, что какая-нибудь Арни Бернс сегодня озорно гавкала, а наутро и след её простыл.
Что происходит с собаками тоже никто не знает. Долго ходили слухи, что на Улюлюйке есть остров, где якобы видели множество собак, но как только попытались подплыть, поднялись волны и экспедиция сорвалась.
Так что, если хотите завести себе питомца, берите кота. Ну или енота, если у вас достаточно бесстрашия.
Веснописи зафиксировали историю появления духа, но сразу скажу, ничего оригинального в ней нет, чистейший троп.
Жил да был некий Перемышла (явно прозвище, но другого именования всё равно нет). Перемышла служил у князя Куркина в псарне, поскольку был князь большой охотник. Рассказывают, что его охоты длились неделями, а жил он не в шатрах, а в срубовом доме, который за ним постоянно возили.
В задачи Перемышли входило чесать собак после охоты, поскольку собирали они много репьев, иголок и прочих даров леса. Но Перемышла как-то неправильно расчесал одного пса, князь увидал и велел слугу выпороть. Перемышла от наказания не помер, но на следующую ночь исчез. А ещё через две ночи у князя исчезли все собаки, на чём охота и закончилась.
Дальше веснописи фиксируют жалобы служилых людей, мол из их псарен пропадают породистые охотничьи псы, примите меры и дайте денег заодно. Но главное, что есть письма и от 1704, 1735 годов, когда Перемышла уже никак не мог быть в живых.
А вот дело его продолжило жить. Исчезновение охотничьих собак не прекращалось и скоро список Собачьего хвата пополнился салонными левретками и другими мелкими псовыми, которые больше шумят, чем угрожают хоть чему-то живому. Такую даже лягушка мелкая заборет.
В начале 20 века Собачьего хвата стали звать уже Ловцом псов, и он якобы стал причиной, почему сорвалась в Улюлюйске первая выставка собак. В советское время охота с пасами была не очень популярна, но собаки продолжали исчезать, хоть и в меньших количествах.
Улюлюйские заводчики породистых псов тратят неимоверные деньги на защиту своих инвестиций, но периодически по их форумам и чатам проходит новость, что какая-нибудь Арни Бернс сегодня озорно гавкала, а наутро и след её простыл.
Что происходит с собаками тоже никто не знает. Долго ходили слухи, что на Улюлюйке есть остров, где якобы видели множество собак, но как только попытались подплыть, поднялись волны и экспедиция сорвалась.
Так что, если хотите завести себе питомца, берите кота. Ну или енота, если у вас достаточно бесстрашия.
Некоторые мои современники жалуются на скуку, что очень странно, когда есть интернет, миллиарды книжек, курсов йоги или игровых девайсов. А вот в 1900 от скуки не страдали, но активно с ней боролись.
В 1900 на Олимпийские игры отправилась российская сборная и некоторая часть улюлюйцев решила их поддержать и провести собственные игры.
И ладно бы это были любители гарпастума, лаун-тенниса или серсо. Поддержку решили оказать поэты и художники, которых было принято сейчас называть декадентами. И в известном тогда кабаке «Дрозд раздора» они объявили об открытии турнира по танцам на столах.
Система была такой. Велся отдельный мужской и женский зачёт. Участник мог приступить к исполнению номера только после трёх бокалов шампанского. Жюри оценивало артистизм и хореографию, выставляло оценки и пропускала в следующий тур. Даже приготовили деревянные, оловянные и стеклянные медали.
Турнир проходил целый месяц и подробно освещался в литературном издании «Павлин», которое заслуживает отдельной истории. Первые этапы прошли без эксцессов, но дальше начались скандалы. Альтернативный танцор Самоедов сделал себе наряд лебедя и в танце отхлестал перьями одного из членов жюри, за что и был снят со стола, а потом и соревнований.
Беллетристка Маженова не просто танцевала, но ещё и жонглировала тремя жареными рябчиками, от которых откусывала в процессе. И такой номер стоил её подвёрнутой ноги и пары неприятных растяжений.
И это не последние происшествия. Было весело, и владельцы «Дрозда раздора» хорошо заработали на продажах билетов. Но самый большой куш они собрали в день финала, когда на турнир зашли даже приличные по тогдашним меркам люди, вроде инженеров и капитанов недальнего плавания.
Кто победил тогда уже и неважно. Главное, что все получили удовольствие, прибыль и медали. Победила тяга к прекрасному и фантазия.
Танцевальных вам выходных, улюлюйцы.
В 1900 на Олимпийские игры отправилась российская сборная и некоторая часть улюлюйцев решила их поддержать и провести собственные игры.
И ладно бы это были любители гарпастума, лаун-тенниса или серсо. Поддержку решили оказать поэты и художники, которых было принято сейчас называть декадентами. И в известном тогда кабаке «Дрозд раздора» они объявили об открытии турнира по танцам на столах.
Система была такой. Велся отдельный мужской и женский зачёт. Участник мог приступить к исполнению номера только после трёх бокалов шампанского. Жюри оценивало артистизм и хореографию, выставляло оценки и пропускала в следующий тур. Даже приготовили деревянные, оловянные и стеклянные медали.
Турнир проходил целый месяц и подробно освещался в литературном издании «Павлин», которое заслуживает отдельной истории. Первые этапы прошли без эксцессов, но дальше начались скандалы. Альтернативный танцор Самоедов сделал себе наряд лебедя и в танце отхлестал перьями одного из членов жюри, за что и был снят со стола, а потом и соревнований.
Беллетристка Маженова не просто танцевала, но ещё и жонглировала тремя жареными рябчиками, от которых откусывала в процессе. И такой номер стоил её подвёрнутой ноги и пары неприятных растяжений.
И это не последние происшествия. Было весело, и владельцы «Дрозда раздора» хорошо заработали на продажах билетов. Но самый большой куш они собрали в день финала, когда на турнир зашли даже приличные по тогдашним меркам люди, вроде инженеров и капитанов недальнего плавания.
Кто победил тогда уже и неважно. Главное, что все получили удовольствие, прибыль и медали. Победила тяга к прекрасному и фантазия.
Танцевальных вам выходных, улюлюйцы.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Археология в Улюлюйске — это вам не это. Небольшой репортаж с раскопок, на которые меня позвали.
К субботнему посту мне попеняли, мол надо осторожней относиться к домам древних Губернаторов. Рациональное зерно в том, конечно, есть.
Согласно историографии, первый Губернатор Пуруша родился на заре мира. Но было ему скучно и потому Губернатор разделил себя на части. Из тела вырос Улюлюйск, из рук урядники, из головы Начальство, а из ног сами улюлюйцы.
Но порядка не было во всём не было, потому как не были спущены каждой части тела задачи. Тогда второй Губернатор победил дракона Еброхомохля и засеял его зубами жирные улюлюйские нивы. Тут жизнь как-то сама по себе и наладилась.
Второй Губернатор правил несколько веков и самостоятельно сошёл в склеп, когда сильно устал. И это первый задокументированный случай добровольного отказа от правления Улюлюйском.
Однако история и миф слишком часто идут рука об руку. В 1747 году шахтеры нашли странное при добыче меди и раскопали. Это оказалась крипта Второго Губернатора и от громкого шума его мумия проснулась. Второй Губернатор не стал ничего ни у кого спрашивать и прошёл сразу в резиденцию тогдашнего Губернатора.
Там мумия заявила, что хоть ушла от правления Улюлюйска добровольно, никаких бумаг не подписывала, поскольку тогда ещё даже букв не придумали. Так что он, Второй, законный властитель, а тогдашний Губернатор не более чем заместитель и может даже мятежник.
Так началась Третья Улюлюйская Смута, она же Смумия, она же Площадная замятня. Второй Губернатор и тогдашний наш правитель три года выясняли, кто настоящий правитель и поставили под удар экономическое развитие нашего края. Разумеется дошло до отряда стрельцов и лихих людей, которые пищалями и саблями доказывали легитимность нанимателя.
Спасло ситуацию Начальство, которое продолжало собирать подати, выдавать ссуды и штрафы. Потому вне самого Улюлюйска никто ничего не заметил, а узнал о событиях сильно послед из лубков.
Только к 1750 году стороны пришли к согласию. Тогдашний Губернатор строит для второго новый склеп в тайном месте, хоронит со всеми почестями и потом больше никогда не тревожит. Второй Губернатор же обязуется прийти, когда Улюлюйску будет совсем худо. Придёт и порешает все вопросы, а также недругов.
На том Третья смута завершилась и скоро Улюлюйск открыл месторождения красной ртути, с которой не знал, что делать, но на всякий случай хранил. И хранит до сих пор.
А что касается раскопок, куда меня позвали, то там времена уже другие, менее мифические и куда более безопасные.
Согласно историографии, первый Губернатор Пуруша родился на заре мира. Но было ему скучно и потому Губернатор разделил себя на части. Из тела вырос Улюлюйск, из рук урядники, из головы Начальство, а из ног сами улюлюйцы.
Но порядка не было во всём не было, потому как не были спущены каждой части тела задачи. Тогда второй Губернатор победил дракона Еброхомохля и засеял его зубами жирные улюлюйские нивы. Тут жизнь как-то сама по себе и наладилась.
Второй Губернатор правил несколько веков и самостоятельно сошёл в склеп, когда сильно устал. И это первый задокументированный случай добровольного отказа от правления Улюлюйском.
Однако история и миф слишком часто идут рука об руку. В 1747 году шахтеры нашли странное при добыче меди и раскопали. Это оказалась крипта Второго Губернатора и от громкого шума его мумия проснулась. Второй Губернатор не стал ничего ни у кого спрашивать и прошёл сразу в резиденцию тогдашнего Губернатора.
Там мумия заявила, что хоть ушла от правления Улюлюйска добровольно, никаких бумаг не подписывала, поскольку тогда ещё даже букв не придумали. Так что он, Второй, законный властитель, а тогдашний Губернатор не более чем заместитель и может даже мятежник.
Так началась Третья Улюлюйская Смута, она же Смумия, она же Площадная замятня. Второй Губернатор и тогдашний наш правитель три года выясняли, кто настоящий правитель и поставили под удар экономическое развитие нашего края. Разумеется дошло до отряда стрельцов и лихих людей, которые пищалями и саблями доказывали легитимность нанимателя.
Спасло ситуацию Начальство, которое продолжало собирать подати, выдавать ссуды и штрафы. Потому вне самого Улюлюйска никто ничего не заметил, а узнал о событиях сильно послед из лубков.
Только к 1750 году стороны пришли к согласию. Тогдашний Губернатор строит для второго новый склеп в тайном месте, хоронит со всеми почестями и потом больше никогда не тревожит. Второй Губернатор же обязуется прийти, когда Улюлюйску будет совсем худо. Придёт и порешает все вопросы, а также недругов.
На том Третья смута завершилась и скоро Улюлюйск открыл месторождения красной ртути, с которой не знал, что делать, но на всякий случай хранил. И хранит до сих пор.
А что касается раскопок, куда меня позвали, то там времена уже другие, менее мифические и куда более безопасные.
На время отвлекусь от Бестиария Улюлюйска и расскажу про помещика Мещерского (через Е), который думал о Ромейской империи слишком часто.
Денис Мещерский был дворянином во втором поколении. Он успешно закончил гимназию, но дальше не пошёл, поскольку пришлось решать вопросы с наследством. Мещерский с удовольствием вернулся в поместье из столичного Улюлюйска и приступил к делам. Он завёл торговлю углём и солью, засадил посконью обширные свои владения. И даже получил небольшой подряд от флота на дратву и канаты (гранты мои гранты).
За десяток лет Мещерский приумножил состояние и заскучал. А скука и деньги творят дивные чудеса, нужен только толчок. Им стала случайная попавшаяся в домашней библиотеке книга по истории падения Ромеи.
Мещерский прочитал её залпом и даже латынь вспомнил. И в один предрассветный час (а когда ещё) решил восстановить у себя гладиаторские бои. Однако времена были уже не крепостнические и потому набрать из дворни гопломахов с ретиариями было сложно. Но Мещерский на всякий случай повелел выстроить деревянную копию Колизея диаметром 40 саженей, то есть около 80 метров на современное исчисление. Но не высокую, а всего в пару этажей.
Пока же Мещерский решил заняться травлей диких зверей. Но привезти львов или зебр в Улюлюйск было сложновато. Потому помещик повелел своим работникам обрядиться в рыболовные сети, взять вилы и пойти бороться с медведкой и кротом. После первых успехов под гладиаторов переделали в легионеров и Мещерский объявил, что владения Лягушкина Князя должны быть разрушены.
Тут не стерпели местные кузнецы и написали письмо в столицу, мол батюшка Денис перестал жить в реальности, данной нам в ощущениях Губернатора.
Мещерского вызвали в столицу для разговора. Но местные дворяне были очарованы его античными манерами, так что помещик решил остаться в Улюлюйске, благо библиотека там была богаче, да и лупинарии водились.
Что касается Колизея, то его Мещерский приказал разобрать и подарить городу. В нём несколько раз проходили кулачные бои на Масленицу, ярмарка и выступал театр.
Закончил свой путь Мещерский в Риме. Он поехал туда по торговым делам и не мог оторвать глаз от настоящего Колизея. Пока какой-то потомок мурмиллиона не задавил его повозкой полной далеко не ромейских томатов.
Потом ещё долго говорили, что это была месть медведки. Но откуда в Ромее медведки? Там своей дичи достаточно.
Денис Мещерский был дворянином во втором поколении. Он успешно закончил гимназию, но дальше не пошёл, поскольку пришлось решать вопросы с наследством. Мещерский с удовольствием вернулся в поместье из столичного Улюлюйска и приступил к делам. Он завёл торговлю углём и солью, засадил посконью обширные свои владения. И даже получил небольшой подряд от флота на дратву и канаты (гранты мои гранты).
За десяток лет Мещерский приумножил состояние и заскучал. А скука и деньги творят дивные чудеса, нужен только толчок. Им стала случайная попавшаяся в домашней библиотеке книга по истории падения Ромеи.
Мещерский прочитал её залпом и даже латынь вспомнил. И в один предрассветный час (а когда ещё) решил восстановить у себя гладиаторские бои. Однако времена были уже не крепостнические и потому набрать из дворни гопломахов с ретиариями было сложно. Но Мещерский на всякий случай повелел выстроить деревянную копию Колизея диаметром 40 саженей, то есть около 80 метров на современное исчисление. Но не высокую, а всего в пару этажей.
Пока же Мещерский решил заняться травлей диких зверей. Но привезти львов или зебр в Улюлюйск было сложновато. Потому помещик повелел своим работникам обрядиться в рыболовные сети, взять вилы и пойти бороться с медведкой и кротом. После первых успехов под гладиаторов переделали в легионеров и Мещерский объявил, что владения Лягушкина Князя должны быть разрушены.
Тут не стерпели местные кузнецы и написали письмо в столицу, мол батюшка Денис перестал жить в реальности, данной нам в ощущениях Губернатора.
Мещерского вызвали в столицу для разговора. Но местные дворяне были очарованы его античными манерами, так что помещик решил остаться в Улюлюйске, благо библиотека там была богаче, да и лупинарии водились.
Что касается Колизея, то его Мещерский приказал разобрать и подарить городу. В нём несколько раз проходили кулачные бои на Масленицу, ярмарка и выступал театр.
Закончил свой путь Мещерский в Риме. Он поехал туда по торговым делам и не мог оторвать глаз от настоящего Колизея. Пока какой-то потомок мурмиллиона не задавил его повозкой полной далеко не ромейских томатов.
Потом ещё долго говорили, что это была месть медведки. Но откуда в Ромее медведки? Там своей дичи достаточно.
Рубрика ЖЗУ. Сегодня мистически-космическая. И можно сказать, что про моего сильно альтернативного коллегу.
Семен Колмагов был первым в Улюлюйске исследователем всего таинственного. Начал он увлекаться этим делом, когда осознал, насколько глубоким может быть человеческий нос. И если в столь малом пространстве помещается так много тайн, что же там, в большом мире?
Когда Семён научился писать, он завёл специальную тетрадку, куда фиксировал всякие рассказы о барабашках и таинственных бабушках, вклеивал вырезки из газет и делал наброски кикимор, а с появлением первых усов — русалок.
Увлечение Семена было широко известно и его даже просили писать заметки в разные газеты. Служба в армии не остановила Семена, а только обогатила его тетради записями, рисунками и размышлениями на тему родственных отношений шурале и пришельцев. Последними Колмагов увлёкся как раз в армии, когда увидел Владимира Ажажу в передаче «Очевидное-невероятное». Семен даже несколько писем написал в передачу с просьбой передать их Ажаже, но ответа не последовало.
Однако это не помешало Семёну назвать себя учеником «самого Владимира Ажажи». Хорошо хоть не предком кыштымского Алёшеньки.
После армии Колмагов устроился экспедитором и стал часто разъезжать по улюлйюским окрестностям, где записывал истории местных и немного торговал соляркой.
Первый раз Колмагов сорвался году в 1984. Он пару дней не появлялся на работе, а потом подробно рассказал, как с ним на контакт вышли пришельцы и катали на тарелке. Семен рассказывал какой красивый Улюлюйск из космоса и как омерзительно выглядит Еброхомохоль. Ну и тому подобные штуки.
Дальше визиты пришельцев стали чаще. Колмагов стал пропадать с работы железно два раза в год и всегда возвращался из тарелки с заявлением на отгулы за собственный счёт. Заявление принимали задним числом, а Колмагов делился новыми откровениями с прессой.
Последнее исчезновение датируется 2003 годом. Тогда Колмагов контактировал с инопланетным разумом 4 дня, но всё было не зря. По словам уважаемого уфолога пришельцы расспрашивали у него про политическое и административное устройство Улюлюйска, потому что они наблюдают за нами уже тысячу лет, а понять так и не смогли.
Сегодня Колмагов работает где-то на тихом месте в управлении по департаментам и никуда не исчезает. Он говорит, что пришельцы сейчас перестраивают свою планетарную империю по образцу Улюлюйска и как только выберут себе Губернатора, сразу привезут его знакомить с нашим. Что примечательно, письма они присылают на имейл.
У моего альтернативного коллеги всё неплохо. Он выпустил пару книжек про свои путешествия и готовит третью, в которой размышляет как нам обустроить Солнечную систему. Здоровья вам, Семен.
А вам, улюлюйцы, космических выходных.
Семен Колмагов был первым в Улюлюйске исследователем всего таинственного. Начал он увлекаться этим делом, когда осознал, насколько глубоким может быть человеческий нос. И если в столь малом пространстве помещается так много тайн, что же там, в большом мире?
Когда Семён научился писать, он завёл специальную тетрадку, куда фиксировал всякие рассказы о барабашках и таинственных бабушках, вклеивал вырезки из газет и делал наброски кикимор, а с появлением первых усов — русалок.
Увлечение Семена было широко известно и его даже просили писать заметки в разные газеты. Служба в армии не остановила Семена, а только обогатила его тетради записями, рисунками и размышлениями на тему родственных отношений шурале и пришельцев. Последними Колмагов увлёкся как раз в армии, когда увидел Владимира Ажажу в передаче «Очевидное-невероятное». Семен даже несколько писем написал в передачу с просьбой передать их Ажаже, но ответа не последовало.
Однако это не помешало Семёну назвать себя учеником «самого Владимира Ажажи». Хорошо хоть не предком кыштымского Алёшеньки.
После армии Колмагов устроился экспедитором и стал часто разъезжать по улюлйюским окрестностям, где записывал истории местных и немного торговал соляркой.
Первый раз Колмагов сорвался году в 1984. Он пару дней не появлялся на работе, а потом подробно рассказал, как с ним на контакт вышли пришельцы и катали на тарелке. Семен рассказывал какой красивый Улюлюйск из космоса и как омерзительно выглядит Еброхомохоль. Ну и тому подобные штуки.
Дальше визиты пришельцев стали чаще. Колмагов стал пропадать с работы железно два раза в год и всегда возвращался из тарелки с заявлением на отгулы за собственный счёт. Заявление принимали задним числом, а Колмагов делился новыми откровениями с прессой.
Последнее исчезновение датируется 2003 годом. Тогда Колмагов контактировал с инопланетным разумом 4 дня, но всё было не зря. По словам уважаемого уфолога пришельцы расспрашивали у него про политическое и административное устройство Улюлюйска, потому что они наблюдают за нами уже тысячу лет, а понять так и не смогли.
Сегодня Колмагов работает где-то на тихом месте в управлении по департаментам и никуда не исчезает. Он говорит, что пришельцы сейчас перестраивают свою планетарную империю по образцу Улюлюйска и как только выберут себе Губернатора, сразу привезут его знакомить с нашим. Что примечательно, письма они присылают на имейл.
У моего альтернативного коллеги всё неплохо. Он выпустил пару книжек про свои путешествия и готовит третью, в которой размышляет как нам обустроить Солнечную систему. Здоровья вам, Семен.
А вам, улюлюйцы, космических выходных.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Три с половиной минуты говорю о Губернаторе Иловайском и его отношениях с Японией. Познавательно (возможно).
История про ежевичный пирог должна занять особое место в мифологии Улюлюйска. Но о ней никто не знает (пока).
Помещица Рязнова решила порадовать своего сына-гимназиста домашней выпечкой. Она лично сходила в сад, набрала ежевики и сготовила прекрасный закрытый пирог с крепким ягодным духом. Что могло пойти не так?
Рязнова укутала пирог в старый рушник, потом добавила пару несколько слоёв газет и завершила дерюгой. Она посчитала, что это хватит для сохранения свежести кулинарного изделия. Рязнова отнесла пирог на почту и попросила отправить подарок в Улюлюйск так быстро, как это только возможно. Служитель почты лениво принял обращение и бросил пирог на полку.
Каптиан из цензоров, когда разбирал почту, увидел, что посылка идёт в гимназию, где пестуют вольнодумство. Он вскрыл послание Рязновой и не нашёл там никаких листовок. Более того, внутри пирога он не встретил ничего противного закону. Но случайно съел подарок и ощутил приступ совести, потому как вспомнил жизнь в училище.
Потом капитан-цензор попросил жену сготовить ежевичный пирог, чтобы всё-таки отправить гимназисту послание от матери. Жена всё сделала и скоро на перекладных посылка пошла в Улюлюйск.
Но аромат пирога был столь манящим, что пробивался сквозь подшивку «Улюлюйского курьера», рушник и дерюжку. Потому каждый почтальон неизменно съедал пирог, просил жену сготовить новый и добавлял новый слой ткани и газет.
А на сортировке произошло главное. Один сильно умный работник заметил, что безвестному гимназисту отправили огромный шар из газет и рушников, внутри которых пряталась скромная дюжина пирожков с ежевикой. Тогда глава улюлюйской сортировки сжалился над бедным гимназистом и собрал целый благотворительный ужин в помощь нуждающимся ученикам. Так для них собрали несколько комплектов белья, свежих книг, подборку иллюстрированных журналов, шоколада и монпансье.
И вот когда гимназист Рязнов получил несколько свёртков с подарками, он долго не мог понять, что же там произошло дома и на каком основании разбогатели родители. Но самое главное — он так и не получил к именинам любимый ежевичный пирог.
Впрочем, Рязнов младший не особо расстроился и успешно давал почитать журналы за мелкую копеечку, а монпансье подарил старшим товарищам за репетиторство. И на вырученные деньги смог-таки купить ежевичный пирог, которым объелся и попал в больницу на процедуры.
Любовь и доброта улюлюйская не имеет границ и пощады.
Помещица Рязнова решила порадовать своего сына-гимназиста домашней выпечкой. Она лично сходила в сад, набрала ежевики и сготовила прекрасный закрытый пирог с крепким ягодным духом. Что могло пойти не так?
Рязнова укутала пирог в старый рушник, потом добавила пару несколько слоёв газет и завершила дерюгой. Она посчитала, что это хватит для сохранения свежести кулинарного изделия. Рязнова отнесла пирог на почту и попросила отправить подарок в Улюлюйск так быстро, как это только возможно. Служитель почты лениво принял обращение и бросил пирог на полку.
Каптиан из цензоров, когда разбирал почту, увидел, что посылка идёт в гимназию, где пестуют вольнодумство. Он вскрыл послание Рязновой и не нашёл там никаких листовок. Более того, внутри пирога он не встретил ничего противного закону. Но случайно съел подарок и ощутил приступ совести, потому как вспомнил жизнь в училище.
Потом капитан-цензор попросил жену сготовить ежевичный пирог, чтобы всё-таки отправить гимназисту послание от матери. Жена всё сделала и скоро на перекладных посылка пошла в Улюлюйск.
Но аромат пирога был столь манящим, что пробивался сквозь подшивку «Улюлюйского курьера», рушник и дерюжку. Потому каждый почтальон неизменно съедал пирог, просил жену сготовить новый и добавлял новый слой ткани и газет.
А на сортировке произошло главное. Один сильно умный работник заметил, что безвестному гимназисту отправили огромный шар из газет и рушников, внутри которых пряталась скромная дюжина пирожков с ежевикой. Тогда глава улюлюйской сортировки сжалился над бедным гимназистом и собрал целый благотворительный ужин в помощь нуждающимся ученикам. Так для них собрали несколько комплектов белья, свежих книг, подборку иллюстрированных журналов, шоколада и монпансье.
И вот когда гимназист Рязнов получил несколько свёртков с подарками, он долго не мог понять, что же там произошло дома и на каком основании разбогатели родители. Но самое главное — он так и не получил к именинам любимый ежевичный пирог.
Впрочем, Рязнов младший не особо расстроился и успешно давал почитать журналы за мелкую копеечку, а монпансье подарил старшим товарищам за репетиторство. И на вырученные деньги смог-таки купить ежевичный пирог, которым объелся и попал в больницу на процедуры.
Любовь и доброта улюлюйская не имеет границ и пощады.
Среда, продолжаем изучать #codexbestiarium Улюлюйска. Сегодняшнего героя сложно отнести к мифическому существу, которое можно встретить в лесу или около бакалейного. Но каждый Улюлюец обязательно попадёт к нему на встречу. Возможно.
В 1746 году Губернатор Пшевронский сильно простудился и свита уже готовила для него парадный саван да подбирала поминальное меню. Несколько дней Пшевронский провёл в забытье, а потом встал с кровати, потребовал щей и секретаря.
Губернатор рассказал, что все дни провёл в загробном мире. И во время инспекции встретил много интересных людей. Но что удивило Пшевронского — некоторые улюлюйцы с безупречной репутацией оказались вовсе не в райских кущах, но адовых котлах. Последнее его сильно озадачило.
После двух тарелок щей Губернатор распорядился создать должность урдяника-загробца. В его обязанности входило проверять у входящих улюлюйцев справку о благонадёжности и рекомендательные письма. Если уряднику что-то не нравилось, он мог отправить душу на исправление ошибок обратно в Улюлюйск или назначал отработку в своей загробной конторе.
Не должен улюлюец родной край в мирах загробных позорить!
Первым урядником-загробцем назначили почившего от грибов писаря канцелярии.
Скоро Пшевронскому во сне пришла депеша от урядника, где тот просил расширить штат на всякий случай и выделить деньги на устройство новой конторы. Пшевронский передал деньги через оказию, когда провожали другого любителя даров леса (того задрали зайцы во время нереста).
С того момента улюлюйцев хоронили странно. Близкие писали небольшие записки, где говорили о почившем только хорошее, а Начальники выписывали необходимые справки. Особо ушлые клали в саван конверт с небольшой суммой. Ну а вдруг?
Причуды Пшевронского закончились, когда он упал с лошади во время приёма парада улюлюйских истопников. Все вздохнули с облегчением и это последний официальный случай, когда в гроб положили что-то помимо начинки.
Традиция снабжать покойного справками и письмами закончилась, так и не став народной. Но многие ещё незаметно подкладывали в карманы небольшие записочки для урядника-загробца. Ну а вдруг?
В 1746 году Губернатор Пшевронский сильно простудился и свита уже готовила для него парадный саван да подбирала поминальное меню. Несколько дней Пшевронский провёл в забытье, а потом встал с кровати, потребовал щей и секретаря.
Губернатор рассказал, что все дни провёл в загробном мире. И во время инспекции встретил много интересных людей. Но что удивило Пшевронского — некоторые улюлюйцы с безупречной репутацией оказались вовсе не в райских кущах, но адовых котлах. Последнее его сильно озадачило.
После двух тарелок щей Губернатор распорядился создать должность урдяника-загробца. В его обязанности входило проверять у входящих улюлюйцев справку о благонадёжности и рекомендательные письма. Если уряднику что-то не нравилось, он мог отправить душу на исправление ошибок обратно в Улюлюйск или назначал отработку в своей загробной конторе.
Не должен улюлюец родной край в мирах загробных позорить!
Первым урядником-загробцем назначили почившего от грибов писаря канцелярии.
Скоро Пшевронскому во сне пришла депеша от урядника, где тот просил расширить штат на всякий случай и выделить деньги на устройство новой конторы. Пшевронский передал деньги через оказию, когда провожали другого любителя даров леса (того задрали зайцы во время нереста).
С того момента улюлюйцев хоронили странно. Близкие писали небольшие записки, где говорили о почившем только хорошее, а Начальники выписывали необходимые справки. Особо ушлые клали в саван конверт с небольшой суммой. Ну а вдруг?
Причуды Пшевронского закончились, когда он упал с лошади во время приёма парада улюлюйских истопников. Все вздохнули с облегчением и это последний официальный случай, когда в гроб положили что-то помимо начинки.
Традиция снабжать покойного справками и письмами закончилась, так и не став народной. Но многие ещё незаметно подкладывали в карманы небольшие записочки для урядника-загробца. Ну а вдруг?