…Если кратко, это была попытка объединить бюрократическую аппаратную систему со всеми ее интригами и нюансами и частные бизнес-структуры. Наш коллектив штормило не на шутку, с нецензурными выражениями люди выходили из чата и возвращались, а за месяц до начала фестиваля все чуть не разбежались совсем… Однако опыт «Сидрограда» не прошел бесследно, он дал всем чувство уверенности в успехе нашего дела и общее представление, куда двигаться.

Когда выбирали площадку для фестиваля, мы были очарованы локацией, на которой проходил «Виноград», мечтали только о ней. Но ребята из администрации обосновали, что в таком случае мы сольемся по смыслу со «старшим товарищем» и не раскроем своей уникальности. Это прозвучало убедительно, и мы начали смотреть альтернативы.

Лучшим вариантом оказалась территория в противоположной стороне Финского парка, напротив Гремячей башни. Правда, немного смущала ее удаленность, но наличие значительного числа растущих там яблонь и обещание администрации закрепить эту зону навсегда за фестивалем окончательно всех убедили.

Отдельная история, как мы выбирали название для фестиваля. Это сильнее всего тормозило многие процессы, провоцируя нешуточные эмоции. Еще в феврале при разработке презентации ребята из команды Леврана с лету придумали «Наливное яблочко». Оно, кстати, и стало первым официальным названием мероприятия.

Правда, это название никому не нравилось, а сложность выбора была обусловлена тем, что нам однозначно запретили использовать в айдентике слово «сидр» по «политическим и этическим» причинами. Этот факт нас крайне расстраивал — фестиваль-то про сидр… При этом любые производные от «яблока» всем набили оскомину. На протяжении почти пяти месяцев мы не могли найти компромисс по этому вопросу. Общий чат, личные переписки периодически взрывались от споров по поводу всяческих версий и очередных голосований.

Интересно, что в процессе обсуждений в списках вариантов фигурировала «Лешуга», и тогда она никого ни разу не зацепила. Однако постепенно коллективная мысль и фокус начали сдвигаться на яблоню: ведь для сидроделов основная проблема сегодня — это дефицит сырья. В итоге забрезжила гораздо более широкая палитра смыслов: тут и сельское хозяйство, и сидроделие, и локальность, и туризм, и культура.

В общем тогда меня осенило, и уже на площадке «Сидрограда», практически за 1,5 месяца до начала фестиваля я выдвинул ультиматум по поводу названия, вызвав огонь на себя, но в итоге все получилось. Мы сделали «Лешугу» — массовое мероприятие со свободным посещением на муниципальной территории, которое стало самым большим сидровым фестивалем в России по количеству посетителей».

А продолжение этой истории — уже скоро. На «Лешуге» 2026!

Изначально планов делать сидр у нашего сегодняшнего героя (и участника НАПТС) не было. Старинные яблоневые сады (360 гектаров) были выкуплены в 2021 году для спасения от вырубки, а плоды в первый год просто продавались машинами. Но потом будущий основатель сидродельни съездил в Италию, где в один из дней за завтраком попробовал неизвестный ему доселе напиток (им похмелялись местные ребята). Вернувшись в Россию, он пригласил технолога, с которым в гараже гостевого дома отжал первую партию сидра, и отправил его на конкурс, где напиток взял бронзу в любительской категории. И вот тогда-то все и началось…