Крис Ридделл
Император Абсурдии
Пер. с англ. М. Фетисовой
М., АСТ, 2017
Несмотря на торжественное название, это всего лишь книжка в картинках для самых маленьких. Ну, может, и не самых - все-таки для них сложновато. Но если малышу больше четырех, ручаюсь, «Император Абсурдии» доставит ему (ей) немало радости.
Прежде всего потому, что Крис Ридделл - один из лучших современных британских иллюстраторов (и политический карикатурист издания The Observer, кстати). Его графика пришла к нам вместе с блистательной фэнтези-серией «Воздушные пираты», где Крис значился соавтором, и недаром: герои и локации, созданные писателем Полом Стюартом, в рисунках Ридделла буквально обретали жизнь, а вокруг них возникал невозможный и чарующий мир. Он иллюстрировал книги Нила Геймана и Ричарда Платта, Кэтрин Кейв и Джеймса Барри, да и сам выпустил больше 20 книг - среди них серии про дочь пары путешественников девочку Оттолину и юную Леди Гот, обитательницу довольно мрачного замка. Своим вдохновителем Крис всегда называет Джона Тенниела, первого иллюстратора кэрролловской «Алисы» - и, глядя на его рисунки, понимаешь, что не зря: как и тенниеловские, его иллюстрации славятся дотошной проработкой деталей; их можно рассматривать часами, находя то одно, то другое, то третье. Да, герои Ридделла зачастую похожи друг на друга, но таков уж его стиль, а что он совершенно оригинален - в этом нет никакого сомнения.
Впрочем, в «Императоре Абсурдии» герой один - собственно Император. В книге описан (и отрисован) его день - начиная с пробуждения и заканчивая отходом ко сну; с первой же секунды его окружают необычные существа и предметы - небесные рыбы, зонтичные деревья, Гардеробное Чудище, дракон, вылупляющийся из яйца, поданного к завтраку, с первого же движения начинаются приключения - и лишь финальный рисунок показывает нам, что все это происходило в фантазии обычного мальчика, превратившего то, что его окружает, в воистину волшебный мир.
Собственно говоря, перед нами - своеобразный учебник волшебства, доступный каждому, кто его откроет. Иные родители сочтут это лишним, поскольку «ребенку придется жить в реальном мире», но вспомним о завете великого духовидца Уильяма Блейка:
В одном мгновенье видеть вечность,
Огромный мир - в зерне песка,
В единой горсти - бесконечность.
И небо - в чашечке цветка.
Почему-то мне кажется, что Крис Ридделл умеет это - недаром именно в чашечке цветка просыпается Император Абсурдии, поневоле напоминая нам еще одну строку, ту, которой озаглавил свой четвертый роман Торнтон Уайлдер. Он назывался «Небо - моя обитель».
Император Абсурдии
Пер. с англ. М. Фетисовой
М., АСТ, 2017
Несмотря на торжественное название, это всего лишь книжка в картинках для самых маленьких. Ну, может, и не самых - все-таки для них сложновато. Но если малышу больше четырех, ручаюсь, «Император Абсурдии» доставит ему (ей) немало радости.
Прежде всего потому, что Крис Ридделл - один из лучших современных британских иллюстраторов (и политический карикатурист издания The Observer, кстати). Его графика пришла к нам вместе с блистательной фэнтези-серией «Воздушные пираты», где Крис значился соавтором, и недаром: герои и локации, созданные писателем Полом Стюартом, в рисунках Ридделла буквально обретали жизнь, а вокруг них возникал невозможный и чарующий мир. Он иллюстрировал книги Нила Геймана и Ричарда Платта, Кэтрин Кейв и Джеймса Барри, да и сам выпустил больше 20 книг - среди них серии про дочь пары путешественников девочку Оттолину и юную Леди Гот, обитательницу довольно мрачного замка. Своим вдохновителем Крис всегда называет Джона Тенниела, первого иллюстратора кэрролловской «Алисы» - и, глядя на его рисунки, понимаешь, что не зря: как и тенниеловские, его иллюстрации славятся дотошной проработкой деталей; их можно рассматривать часами, находя то одно, то другое, то третье. Да, герои Ридделла зачастую похожи друг на друга, но таков уж его стиль, а что он совершенно оригинален - в этом нет никакого сомнения.
Впрочем, в «Императоре Абсурдии» герой один - собственно Император. В книге описан (и отрисован) его день - начиная с пробуждения и заканчивая отходом ко сну; с первой же секунды его окружают необычные существа и предметы - небесные рыбы, зонтичные деревья, Гардеробное Чудище, дракон, вылупляющийся из яйца, поданного к завтраку, с первого же движения начинаются приключения - и лишь финальный рисунок показывает нам, что все это происходило в фантазии обычного мальчика, превратившего то, что его окружает, в воистину волшебный мир.
Собственно говоря, перед нами - своеобразный учебник волшебства, доступный каждому, кто его откроет. Иные родители сочтут это лишним, поскольку «ребенку придется жить в реальном мире», но вспомним о завете великого духовидца Уильяма Блейка:
В одном мгновенье видеть вечность,
Огромный мир - в зерне песка,
В единой горсти - бесконечность.
И небо - в чашечке цветка.
Почему-то мне кажется, что Крис Ридделл умеет это - недаром именно в чашечке цветка просыпается Император Абсурдии, поневоле напоминая нам еще одну строку, ту, которой озаглавил свой четвертый роман Торнтон Уайлдер. Он назывался «Небо - моя обитель».
Розмари Уэллс
На синей «Комете»
Пер. с англ. Ольги Варшавер
М., РИПОЛ Классик, 2012
Удивительное дело - из всех книг популярной американки Розмари Уэллс наши издатели выбрали всего одну, и этот выбор оказался более чем удачным. Судя по тому, что можно узнать об авторе - которая еще и иллюстратор собственных книг по большей части, да и чужих время от времени тоже - ее занимают в основном книги для малышей; во всяком случае, самые популярные ее герои, Макс и Руби - кролики, брат и сестра, а вторая по популярности героиня, Шумная Нора - мышь-малышка.
«На синей «Комете» - книга внесерийная, адресована она куда более взрослому читателю. Время действия - Великая Депрессия. Место - штат Иллинойс, где живет 9-летний Оскар, живет с отцом - мать погибла в результате несчастного случая. Оба они фанатично увлечены макетами железных дорог, но наступившая Депрессия лишает отца работы, коллекции, а затем и места жительства: мальчик перебирается к тетке, а отец в поисках работы уезжает - и оставляет сына тосковать. Мальчик плохо успевает по математике, и тут ему на помощь приходит некий мистер Эпплгейт, бывший преподаватель, а ныне безработный.
До этого момента все вроде бы укладывается в рамки строго реалистические, но дальше в действие вступает трудно структурируемая магия: став свидетелем ограбления банка, куда устраивается на работу бывший преподаватель, Оскар попадает... внутрь макета самого красивого и классного поезда из их бывшей коллекции, той самой «Синей Кометы» (макеты стоят в банке - они достались его владельцу), ставшего реальным поездом, и едет через всю страну. Однако выясняется, что он перенесся еще и во времени - из 1931-го в 1941-й...
По большому счету этот прием нужен Уэллс только для того, чтобы восторжествовала справедливость - и она таки в конце торжествует, Оскар возвращается в свое время, отягощенный знаниями о будущем, но вновь обретает семью и счастье...
Самое занятное в этой книге, что она - продспудно, исподволь - пропагандирует самые что ни есть традиционные ценности. Американские ценности - любовь к Брогу, уважение к деньгам, честность, справедливость, неукоснительное следование закону и т.д. и т.п. Но проза Розмари Уэллс, которая, может, и допускает некоторые неувязки в сюжете, но прекрасно описывает и внешний, и внутренний мир (подозреваю, что переводчица Ольга Варшавер ей немало в этом помогла) - эта проза полна характерных деталей, точных штрихов, метких апелляций к реальности (так, среди героев «Кометы» появляются вполне реальные лица, но читатель должен угадать, кто они). И поэтому чтение романа увлекает не только детей, но и взрослых. Как, собственно, и должно случаться с хорошими детскими книжками.
Но есть и еще один секрет - иллюстрации. Да, это роман с картинками, а картинки - очень яркие, точные, почти гиперреалистические - нарисовал Баграм Ибатуллин, урожденный омич, выпускник «суриковки», в 1991-м уехавший в США и ставший там одним из известнейших книжных иллюстраторов. Вот его сайт - http://www.bagramibatoulline.com/. Его рисунки придают «На «Синей комете» ту самую степень достоверности, которой, может быть, не хватает самому тексту.
Да, чуть не забыл. Книге предпослан стихотворный эпиграф из Киплинга - знаменитое «Если»; этот текст играет для книги важную роль - и если вдруг кто-то из читателей от 11 до 111 лет невзначай выучит его наизусть, будет очень здорово: несмотря на старомодность и выспренность, стихотворение Киплинга буквально дышит всем тем, что мы хотим видеть в своих детях. И чего, может быть, не хватает нам самим.
На синей «Комете»
Пер. с англ. Ольги Варшавер
М., РИПОЛ Классик, 2012
Удивительное дело - из всех книг популярной американки Розмари Уэллс наши издатели выбрали всего одну, и этот выбор оказался более чем удачным. Судя по тому, что можно узнать об авторе - которая еще и иллюстратор собственных книг по большей части, да и чужих время от времени тоже - ее занимают в основном книги для малышей; во всяком случае, самые популярные ее герои, Макс и Руби - кролики, брат и сестра, а вторая по популярности героиня, Шумная Нора - мышь-малышка.
«На синей «Комете» - книга внесерийная, адресована она куда более взрослому читателю. Время действия - Великая Депрессия. Место - штат Иллинойс, где живет 9-летний Оскар, живет с отцом - мать погибла в результате несчастного случая. Оба они фанатично увлечены макетами железных дорог, но наступившая Депрессия лишает отца работы, коллекции, а затем и места жительства: мальчик перебирается к тетке, а отец в поисках работы уезжает - и оставляет сына тосковать. Мальчик плохо успевает по математике, и тут ему на помощь приходит некий мистер Эпплгейт, бывший преподаватель, а ныне безработный.
До этого момента все вроде бы укладывается в рамки строго реалистические, но дальше в действие вступает трудно структурируемая магия: став свидетелем ограбления банка, куда устраивается на работу бывший преподаватель, Оскар попадает... внутрь макета самого красивого и классного поезда из их бывшей коллекции, той самой «Синей Кометы» (макеты стоят в банке - они достались его владельцу), ставшего реальным поездом, и едет через всю страну. Однако выясняется, что он перенесся еще и во времени - из 1931-го в 1941-й...
По большому счету этот прием нужен Уэллс только для того, чтобы восторжествовала справедливость - и она таки в конце торжествует, Оскар возвращается в свое время, отягощенный знаниями о будущем, но вновь обретает семью и счастье...
Самое занятное в этой книге, что она - продспудно, исподволь - пропагандирует самые что ни есть традиционные ценности. Американские ценности - любовь к Брогу, уважение к деньгам, честность, справедливость, неукоснительное следование закону и т.д. и т.п. Но проза Розмари Уэллс, которая, может, и допускает некоторые неувязки в сюжете, но прекрасно описывает и внешний, и внутренний мир (подозреваю, что переводчица Ольга Варшавер ей немало в этом помогла) - эта проза полна характерных деталей, точных штрихов, метких апелляций к реальности (так, среди героев «Кометы» появляются вполне реальные лица, но читатель должен угадать, кто они). И поэтому чтение романа увлекает не только детей, но и взрослых. Как, собственно, и должно случаться с хорошими детскими книжками.
Но есть и еще один секрет - иллюстрации. Да, это роман с картинками, а картинки - очень яркие, точные, почти гиперреалистические - нарисовал Баграм Ибатуллин, урожденный омич, выпускник «суриковки», в 1991-м уехавший в США и ставший там одним из известнейших книжных иллюстраторов. Вот его сайт - http://www.bagramibatoulline.com/. Его рисунки придают «На «Синей комете» ту самую степень достоверности, которой, может быть, не хватает самому тексту.
Да, чуть не забыл. Книге предпослан стихотворный эпиграф из Киплинга - знаменитое «Если»; этот текст играет для книги важную роль - и если вдруг кто-то из читателей от 11 до 111 лет невзначай выучит его наизусть, будет очень здорово: несмотря на старомодность и выспренность, стихотворение Киплинга буквально дышит всем тем, что мы хотим видеть в своих детях. И чего, может быть, не хватает нам самим.
bagram-ibatoulline
Bagram Ibatoulline
Bagram Ibatoulline is an award winning American illustrator who has illustrated over thirty acclaimed books for children. He is a recipient of multiple honors and awards in the field of illustration, and is celebrated internationally for his best selling…
Ди Снайдер
Курс выживания для подростков
Пер. с англ. Н.Карлина
М., Горизонт, 1995
В поздних 1980-х противники рок-музыки потрясали плохо пропечатанными страницами пропагандистских изданий, на которых рок-н-ролл приравнивался к содомии, подрыву Советской власти, пропаганде национальной розни и так далее. И лучшей иллюстрации к тезисам советских пропагандистов о гнусной роли рок-н-ролла во всех бедах человечества, чем морда лица вокалиста группы Twisted Sister Ди Снайдера, не было.
Долговязый, нелепый как кузнечик, мелким бесом кудри, то ли блондинистые, то ли травленые пергидролью, длинное неприятное лицо, а на нем — какие-то непонятные размазанные пятна грима, нарочито неаккуратные. Вот! - тыкали в него пальцами партийные работники и сторонники общества «Память». Да и металлисты, хоть и рисовали лого Twisted Sister на партах – но не так интенсивно, как Slayer, слушали, конечно – но они играли тяжелый глэм, а с глэмом в России как-то изначально не заладилось.
Но потом журнал “Ровесник” совершил маленький подвиг. Он перевел и начал печатать книгу Снайдера под названием “Курс выживания для подростков”. Оказалось, что автор ее - умный, тактичный и тонкий человек, прекрасно понимающий опасность всех тех адских неприятностей и трудностей, которые начинаются, когда у тебя начинают рости волосы в паху, а голос ломается. Два года советские подростки читали эту книгу и понимали, что им врали все это время все вокруг – а вот он, этот кривляка и клоун, не врет. Он понимает, что их беспокоит, что им нужно.
Снайдер, этот рок-н-ролльный фигляр, не кичился своим прошлым, настоящим и будущим. Он говорил: все понятно, и вы все будете пробовать, но не надо сильно бухать, да и курить, в общем, тоже не стоит, не говоря уже о наркотиках. Он не орал: ужас! Он говорил: а может, ну его на хер? И многие так и поступили. Он оказался из тех, кто умеет не проповедовать или начетничествовать, а разговаривать. А подросткам позарез нужно, чтобы с ними разговаривали.
...”Курс выживания” в России последний раз издавали, кажется, в 2002-м, и все издания были визуально и эстетически отвратительны. А ведь стоило бы переиздать ее снова, по-человечески, с портретом автора, который с тех далеких пор смыл грим, расправил волосы и оказался вполне симпатичным немолодым дяденькой, отцом, между прочим, четверых детей. Более того – я бы включил ее в обязательную программу чтения в восьмом, например, классе. Потому что несмотря на мобилы, айпады и прочие штучки, подростки, по сути, не изменились. Но с учетом того, что в России происходит с книжками вообще и с книжками в образовании – в частности, какой-нибудь депутат, казак или активист непременно усмотрит здесь козни гнусной Америки.
И очень жаль. Потому что она непременно нужна всем тинейджерам, которым так непросто приходится, когда на морде начинают появляться прыщи, в паху – волосы, а голос ломается.
Курс выживания для подростков
Пер. с англ. Н.Карлина
М., Горизонт, 1995
В поздних 1980-х противники рок-музыки потрясали плохо пропечатанными страницами пропагандистских изданий, на которых рок-н-ролл приравнивался к содомии, подрыву Советской власти, пропаганде национальной розни и так далее. И лучшей иллюстрации к тезисам советских пропагандистов о гнусной роли рок-н-ролла во всех бедах человечества, чем морда лица вокалиста группы Twisted Sister Ди Снайдера, не было.
Долговязый, нелепый как кузнечик, мелким бесом кудри, то ли блондинистые, то ли травленые пергидролью, длинное неприятное лицо, а на нем — какие-то непонятные размазанные пятна грима, нарочито неаккуратные. Вот! - тыкали в него пальцами партийные работники и сторонники общества «Память». Да и металлисты, хоть и рисовали лого Twisted Sister на партах – но не так интенсивно, как Slayer, слушали, конечно – но они играли тяжелый глэм, а с глэмом в России как-то изначально не заладилось.
Но потом журнал “Ровесник” совершил маленький подвиг. Он перевел и начал печатать книгу Снайдера под названием “Курс выживания для подростков”. Оказалось, что автор ее - умный, тактичный и тонкий человек, прекрасно понимающий опасность всех тех адских неприятностей и трудностей, которые начинаются, когда у тебя начинают рости волосы в паху, а голос ломается. Два года советские подростки читали эту книгу и понимали, что им врали все это время все вокруг – а вот он, этот кривляка и клоун, не врет. Он понимает, что их беспокоит, что им нужно.
Снайдер, этот рок-н-ролльный фигляр, не кичился своим прошлым, настоящим и будущим. Он говорил: все понятно, и вы все будете пробовать, но не надо сильно бухать, да и курить, в общем, тоже не стоит, не говоря уже о наркотиках. Он не орал: ужас! Он говорил: а может, ну его на хер? И многие так и поступили. Он оказался из тех, кто умеет не проповедовать или начетничествовать, а разговаривать. А подросткам позарез нужно, чтобы с ними разговаривали.
...”Курс выживания” в России последний раз издавали, кажется, в 2002-м, и все издания были визуально и эстетически отвратительны. А ведь стоило бы переиздать ее снова, по-человечески, с портретом автора, который с тех далеких пор смыл грим, расправил волосы и оказался вполне симпатичным немолодым дяденькой, отцом, между прочим, четверых детей. Более того – я бы включил ее в обязательную программу чтения в восьмом, например, классе. Потому что несмотря на мобилы, айпады и прочие штучки, подростки, по сути, не изменились. Но с учетом того, что в России происходит с книжками вообще и с книжками в образовании – в частности, какой-нибудь депутат, казак или активист непременно усмотрит здесь козни гнусной Америки.
И очень жаль. Потому что она непременно нужна всем тинейджерам, которым так непросто приходится, когда на морде начинают появляться прыщи, в паху – волосы, а голос ломается.
Емельян Ярмагаев
Приключения Питера Джойса
Есть книги, которые попадают в руки читателя тогда, когда это необходимо. С повестью Емельяна Ярмагаева и со мной вышло ровно так. Мне было 12, когда я наткнулся на нее на полке в детской библиотеке №110; как мальчика читающего много, меня пускали в святая святых - за конторку, туда, где полки, и позволяли рыться там сколько влезет. Хвала библиотекарям - их имена я забыл, но именно там я узнал имена Толкиена и Теккерея, там я нашел двух верных и по сей день друзей, там я совершил множество открытий, и «Приключения Питера Джойса» - одно из них.
Голубоватая обложка с графическим силуэтом человека в плаше, старинной шляме и со шпагой; силуэт парусника поодаль - как я мог упустить такое в 12-то лет? Я и не упустил. Странное имя (как теперь выяснилось, псевдоним Владимира Емельяновича Ярмагаева) автора добавляло интриги. А то, что с первых же страниц становилось ясно, что один из героев ее - мальчишка Бэк Хаммаршельд, окончательно утвердило меня в том, что без этой книги я домой сегодня не уйду.
...В прежние времена это называлось историко-приключенческая повесть. Да, так оно и было: Англия, XVII век, деревушка, пуритане, конфликты на бытовой и религиозной почве, - и тут появляется тот самый худой, в плаще и шляпе, со шпагой, он-то и есть настоящий герой, Питер Джойс. Он - белая ворона повсеместно, поскольку много путешествовал, многое знает, обо всем имеет свое суждение, независим, саркастичен, и, что самое важное - добр и справедлив. Можно не верить тому, что с перечисленными выше качествами трудно не стать прожженным циником, но я лично знаю двух человек, каждый из которых назвал бы Питера Джойса своим другом или даже братом - они ровно такие же. Понятно, что сердце подростка Бэка немедленно покорилось Джойсу и он стал верным его сторонником и помощником. В чем? Да в деле переезда на ту сторону океана, в не так уж давно открытую Америку.
Повесть Ярмагаева творила с читателями невероятные вещи. Она, во-первых, погружала в эпоху с головой - казалось, что ты чувствуешь запахи! Откуда фронтовик, учитель русского языка и литературы в 34-й ленинградской вечерней школе, все это знал - неведомо. Но знал, и прекрасным, точным, лаконичным и понятным языком изложил. Талантливо выписал характеры - и Питера, и Бэка, и независимой, гордой и быстрйо на язык бэковой бабки, и местной владетельной леди (а потом - пиратов, американцев и индейцев - повесть очень густо населена персонажами). Придумал, опираясь на реальные события, несколько лихих интриг, сплетя их воедино. Не побоялся умертвить довольно много народу - рассказал правду о том, каково приходилось переселенцам во время плавания, на новой земле, а мальчишки ведь очень чувствуют правду в книгах и очень ее ценят! И, наконец, создал настоящего героя, которым можно было восхищаться и которому можно было сопереживать.
Не Бэка, нет. Питера. Человека, истово искавшего жизнь как минимум справедливую, как максимум - честную, открытую; людей - уверенных, незашоренных, не фанатичных... Искавшего — но не нашедшего. И покинувшего страницы книги, чтобы утолять свою жажду дальше.
Его изречениями, служащими эпиграфами к каждой главе, я заполнил маленький блокнотик - они казались настолько близки к прописной истине, насколько это можно; в сорок шесть, найдя книгу на развале и перечитав ее, я согласился с собой двенадцатилетним. Его горечь оттого, что люди в основном скверны и отвратительны, буквально сочилась с некоторых страниц - тех самых, где поселенцы сами провоцируют столкновение с индейцами. Его самопожертвованию и храбрости мог позавидовать поверхностный фанфарон Д’Артаньян... Ну и вообще.
«Приключения Питера Джойса» говорили прежде всего о том, что человек с его воззрениями и установками всегда один - и это в эпоху дорогого Леонида Ильича. Что, отстаивая свою правду, трудно надеяться на чью-то помощь, но и о том, что здорово, когда эта помощь есть. Об истинной любви - и о любви неутоленной и неутоляемой. Об идеалах, которыми невозможно поступиться. И об одиночестве, наконец.
Какого черта ее до сих пор не переиздали, спрашиваю я. Почему
Приключения Питера Джойса
Есть книги, которые попадают в руки читателя тогда, когда это необходимо. С повестью Емельяна Ярмагаева и со мной вышло ровно так. Мне было 12, когда я наткнулся на нее на полке в детской библиотеке №110; как мальчика читающего много, меня пускали в святая святых - за конторку, туда, где полки, и позволяли рыться там сколько влезет. Хвала библиотекарям - их имена я забыл, но именно там я узнал имена Толкиена и Теккерея, там я нашел двух верных и по сей день друзей, там я совершил множество открытий, и «Приключения Питера Джойса» - одно из них.
Голубоватая обложка с графическим силуэтом человека в плаше, старинной шляме и со шпагой; силуэт парусника поодаль - как я мог упустить такое в 12-то лет? Я и не упустил. Странное имя (как теперь выяснилось, псевдоним Владимира Емельяновича Ярмагаева) автора добавляло интриги. А то, что с первых же страниц становилось ясно, что один из героев ее - мальчишка Бэк Хаммаршельд, окончательно утвердило меня в том, что без этой книги я домой сегодня не уйду.
...В прежние времена это называлось историко-приключенческая повесть. Да, так оно и было: Англия, XVII век, деревушка, пуритане, конфликты на бытовой и религиозной почве, - и тут появляется тот самый худой, в плаще и шляпе, со шпагой, он-то и есть настоящий герой, Питер Джойс. Он - белая ворона повсеместно, поскольку много путешествовал, многое знает, обо всем имеет свое суждение, независим, саркастичен, и, что самое важное - добр и справедлив. Можно не верить тому, что с перечисленными выше качествами трудно не стать прожженным циником, но я лично знаю двух человек, каждый из которых назвал бы Питера Джойса своим другом или даже братом - они ровно такие же. Понятно, что сердце подростка Бэка немедленно покорилось Джойсу и он стал верным его сторонником и помощником. В чем? Да в деле переезда на ту сторону океана, в не так уж давно открытую Америку.
Повесть Ярмагаева творила с читателями невероятные вещи. Она, во-первых, погружала в эпоху с головой - казалось, что ты чувствуешь запахи! Откуда фронтовик, учитель русского языка и литературы в 34-й ленинградской вечерней школе, все это знал - неведомо. Но знал, и прекрасным, точным, лаконичным и понятным языком изложил. Талантливо выписал характеры - и Питера, и Бэка, и независимой, гордой и быстрйо на язык бэковой бабки, и местной владетельной леди (а потом - пиратов, американцев и индейцев - повесть очень густо населена персонажами). Придумал, опираясь на реальные события, несколько лихих интриг, сплетя их воедино. Не побоялся умертвить довольно много народу - рассказал правду о том, каково приходилось переселенцам во время плавания, на новой земле, а мальчишки ведь очень чувствуют правду в книгах и очень ее ценят! И, наконец, создал настоящего героя, которым можно было восхищаться и которому можно было сопереживать.
Не Бэка, нет. Питера. Человека, истово искавшего жизнь как минимум справедливую, как максимум - честную, открытую; людей - уверенных, незашоренных, не фанатичных... Искавшего — но не нашедшего. И покинувшего страницы книги, чтобы утолять свою жажду дальше.
Его изречениями, служащими эпиграфами к каждой главе, я заполнил маленький блокнотик - они казались настолько близки к прописной истине, насколько это можно; в сорок шесть, найдя книгу на развале и перечитав ее, я согласился с собой двенадцатилетним. Его горечь оттого, что люди в основном скверны и отвратительны, буквально сочилась с некоторых страниц - тех самых, где поселенцы сами провоцируют столкновение с индейцами. Его самопожертвованию и храбрости мог позавидовать поверхностный фанфарон Д’Артаньян... Ну и вообще.
«Приключения Питера Джойса» говорили прежде всего о том, что человек с его воззрениями и установками всегда один - и это в эпоху дорогого Леонида Ильича. Что, отстаивая свою правду, трудно надеяться на чью-то помощь, но и о том, что здорово, когда эта помощь есть. Об истинной любви - и о любви неутоленной и неутоляемой. Об идеалах, которыми невозможно поступиться. И об одиночестве, наконец.
Какого черта ее до сих пор не переиздали, спрашиваю я. Почему
несколько поколений российских мальчишек лишены книги, так талантливо и умело воспитывающей душу? Я бы переиздал и вторую историческую повесть Ярмагаева, "Возвращающий надежду" - эскиз, набросок к «Джойсу», но набросок талантливый и столь же верный. Есть у автора и еще две повести, из современной ему жизни, но их я, увы, не читал, хотя уверен - и они хороши.
В общем, ищите эту книгу, родители мальчиков. Одно издание - «Детская литература», Ленинградское отделение, 1976 год. Рисунки (хорошие!) С. Рудакова. Эта книга - из тех, что зажигают в сердце неугасимый огонь. Правда.
В общем, ищите эту книгу, родители мальчиков. Одно издание - «Детская литература», Ленинградское отделение, 1976 год. Рисунки (хорошие!) С. Рудакова. Эта книга - из тех, что зажигают в сердце неугасимый огонь. Правда.
Джулия Дональдсон, Аксель Шеффлер
Любимая книжка Чарли Кука
Пер. с английского Марины Бородицкой
М., Машины Творения, 2008
Вот вам книжка с картинками, да еще и в стихах. Немудрено - ее придумали и нарисовали те самые люди, благодаря которым появились на свет Груффало и его дочурка. Что? Вы не в курсе? Ладно, в следующий раз, когда-нибудь. Кстати, среди "тех самых" людей - переводчик и поэт Марина Бородицкая. Она большой молодец. честное слово, потому что в оригинальном стихотворении Джулии Дональдсон слова цепляются за слова, истории за истории, и всю эту великолепную игру Марина рраз! - и перевела. и удачно.
Стихотворение это посвящено книге. Возможно, именно этой. А может, и другой. Во всяком случае, мальчик Чарли Кук берет ее с полки, начинает читать историю про пирата, но пират, добыв из-под земли сундук, достает из него... книгу и тоже принимается за чтение о том, как три медведя находят в своем доме чужую девчонку, читающую... книгу о том, как рыцарь и дракон, вместо того, чтобы сражаться не на жизнь. а на смерть... читают друг другу ну очень смешную книгу... ну и так далее. Вы поняли - здесь, как в матрешке, много книжек, в каждой из которых тоже лежит книжка, и процесс их открытия и чтения кажется неостановимым. Впрочем, мальчик Чарли Кук в результате тоже оказывается героем чьей-то книги! Змей Уроборос, кажется, наконец кусает себя за хвост, но напрасно - ведь книжка-то в руках у Чарли! Тут авторы, я считаю, удачно вторгаются на территорию какой-то заковыристой физики, неэвклидовой геометрии, рисунков Морица Эшера, в общем, сами припомните всякие парадоксальные дисциплины.
Детей наблюдение за открывающимися одна за другой книжками страшно веселит. Более того, они тут же начинают сами придумывать новые истории про пиратов. драконов, мальчиков, рыцарей, медведей и всех остальных героев Шеффлера и Дональдсон. Да, художник здесь настоящий соавтор поэта - герои без него, может, и обрели бы жизнь в воображении читателя, но явно не такую яркую и полнокровную. Так вот - вся эта матрешкопутаница явно говорит читателю о том, что читать - круто. Читать - офигительно интересно. Читают все, от драконов до привидений, и ты, парень, молодец, - у тебя, читающего эту книжку, гораздо больше общего с рыцарями и пиратами, чем с тем дураком-одноклассником, который презрительно покосился на яркую обложку, торчащую из школьного рюкзака. Пускай, ему же хуже с его восемнадцатым айфоном.
А тебе, читатель от шести до шестидесяти лет - лучше!
Любимая книжка Чарли Кука
Пер. с английского Марины Бородицкой
М., Машины Творения, 2008
Вот вам книжка с картинками, да еще и в стихах. Немудрено - ее придумали и нарисовали те самые люди, благодаря которым появились на свет Груффало и его дочурка. Что? Вы не в курсе? Ладно, в следующий раз, когда-нибудь. Кстати, среди "тех самых" людей - переводчик и поэт Марина Бородицкая. Она большой молодец. честное слово, потому что в оригинальном стихотворении Джулии Дональдсон слова цепляются за слова, истории за истории, и всю эту великолепную игру Марина рраз! - и перевела. и удачно.
Стихотворение это посвящено книге. Возможно, именно этой. А может, и другой. Во всяком случае, мальчик Чарли Кук берет ее с полки, начинает читать историю про пирата, но пират, добыв из-под земли сундук, достает из него... книгу и тоже принимается за чтение о том, как три медведя находят в своем доме чужую девчонку, читающую... книгу о том, как рыцарь и дракон, вместо того, чтобы сражаться не на жизнь. а на смерть... читают друг другу ну очень смешную книгу... ну и так далее. Вы поняли - здесь, как в матрешке, много книжек, в каждой из которых тоже лежит книжка, и процесс их открытия и чтения кажется неостановимым. Впрочем, мальчик Чарли Кук в результате тоже оказывается героем чьей-то книги! Змей Уроборос, кажется, наконец кусает себя за хвост, но напрасно - ведь книжка-то в руках у Чарли! Тут авторы, я считаю, удачно вторгаются на территорию какой-то заковыристой физики, неэвклидовой геометрии, рисунков Морица Эшера, в общем, сами припомните всякие парадоксальные дисциплины.
Детей наблюдение за открывающимися одна за другой книжками страшно веселит. Более того, они тут же начинают сами придумывать новые истории про пиратов. драконов, мальчиков, рыцарей, медведей и всех остальных героев Шеффлера и Дональдсон. Да, художник здесь настоящий соавтор поэта - герои без него, может, и обрели бы жизнь в воображении читателя, но явно не такую яркую и полнокровную. Так вот - вся эта матрешкопутаница явно говорит читателю о том, что читать - круто. Читать - офигительно интересно. Читают все, от драконов до привидений, и ты, парень, молодец, - у тебя, читающего эту книжку, гораздо больше общего с рыцарями и пиратами, чем с тем дураком-одноклассником, который презрительно покосился на яркую обложку, торчащую из школьного рюкзака. Пускай, ему же хуже с его восемнадцатым айфоном.
А тебе, читатель от шести до шестидесяти лет - лучше!
Тут неделю назад нежданно-негаданно Алексей Ходорыч позвал меня в свою программу "Классное детство" на Радио Медиаметрикс - поговорить как раз об этом канале и о книжках, о которых я тут рассказываю. Ну как бы вот что вышло: https://www.youtube.com/watch?v=ju5tpiqhFVQ
YouTube
Классное детство. Книги и фильмы, о которых родители и дети, к сожалению, не знают
18-08-2018 18:00
Как получилось, что о многих чудесных книгах для детей, многие не знают? Наш гость долгие годы собирал для своих детей особенные книги и фильмы, рецензировал их для "Ведомостей", а сейчас ведёт канал в телеграм.
Ведущий: Алексей Ходорыч…
Как получилось, что о многих чудесных книгах для детей, многие не знают? Наш гость долгие годы собирал для своих детей особенные книги и фильмы, рецензировал их для "Ведомостей", а сейчас ведёт канал в телеграм.
Ведущий: Алексей Ходорыч…
Терри Пратчетт
Джонни и мертвецы
Пер. с английского Е. Александровой
М.: Эксмо, 2004
У Терри Пратчетта, великого фэнтези-балагура, автора невероятного цикла про город Анк-Морпорк, есть и другие книги, кто бы что ни думал. Есть едва ли не "твердая" научная фантастика, есть трилогия про номов, миниатюрных существ, живущих на Земле одновременно с нами, и есть трилогия про Джонни Максвелла, английского подростка из 1990-х. Собственно, "Джонни и мертвецы" - вторая книга трилогии.
Джонни - совершенно обычный подросток, живущий в совершенно обычном городке Сплинбери (в оригинале Blackbury). Он тусуется в торговом центре вместе со своей компанией, расстраивается из-за ссор родителей, благодаря которым вынужден переехать к деду... в общем, именно поэтому он обнаружил, что если идти через старое городское кладбище, путь становится короче. И там к нему обратился один из тех, кто был похоронен много лет назад.
И Джонни не испугался. И ответил.
Если вам кажется, что это - мистическое фэнтези или, паче чаяния, история про оживших мертвецов, то вам кажется. Это - грустная и медленная книга о том, что такое память, что такое люди, важно ли, живы они или нет, стоит ли бороться против беспринципных бизнесменов, которым все равно, что застраивать бизнес-центрами (пусть даже и кладбище). Но это и мудрая и веселая книга о том, как развлекаются призраки, чем они переворачивают страницы газет... впрочем, термин "призраки" неуместен: сами они называют себя гражданами, перешедшими в иное качественное состояние.
Подросток Джонни Максвелл удивительным образом умеющий видеть тех, кого никто больше не видит, обладает еще одним даром, для подростка нехарактерным. Он имеет большое сердце и не менее большую совесть. Впрочем, небольшая редкость - если не смотреть на подростка как на "горе семьи" или докучливое насекомое, можно увидеть, что и того, и другого у подростков в достатке - но задумчивость Джонни позволяет ему делать удивительные вещи, которые и взрослым-то не всем под силу, а уж подросткам и вовсе.
В общем, это, как на грех, еще одна книга, которая подспудно воспитывает в читателе базовые гуманитарные ценности, как ни противно набирать эти сухие и бессмысленные слова. Она учит любить тех, кого любить не принято, она учит помнить и узнавать, она учит понимать - а всего этого люди в основном лишены. Пратчетт, кстати, умудрился воспитать и своего младшего коллегу, Нила Геймана, да так, что тот написал свою знаменитую "Историю с кладбищем" - она не про то, конечно. Но и про это тоже.
В общем, лет в 12 можно подсовывать вашим тинейджерам всю трилогию. Или даже нужно.
PS. Первая книга называется "Только ты можешь спасти человечество", третья - "Джонни и бомба". Все три очень хорошие.
Джонни и мертвецы
Пер. с английского Е. Александровой
М.: Эксмо, 2004
У Терри Пратчетта, великого фэнтези-балагура, автора невероятного цикла про город Анк-Морпорк, есть и другие книги, кто бы что ни думал. Есть едва ли не "твердая" научная фантастика, есть трилогия про номов, миниатюрных существ, живущих на Земле одновременно с нами, и есть трилогия про Джонни Максвелла, английского подростка из 1990-х. Собственно, "Джонни и мертвецы" - вторая книга трилогии.
Джонни - совершенно обычный подросток, живущий в совершенно обычном городке Сплинбери (в оригинале Blackbury). Он тусуется в торговом центре вместе со своей компанией, расстраивается из-за ссор родителей, благодаря которым вынужден переехать к деду... в общем, именно поэтому он обнаружил, что если идти через старое городское кладбище, путь становится короче. И там к нему обратился один из тех, кто был похоронен много лет назад.
И Джонни не испугался. И ответил.
Если вам кажется, что это - мистическое фэнтези или, паче чаяния, история про оживших мертвецов, то вам кажется. Это - грустная и медленная книга о том, что такое память, что такое люди, важно ли, живы они или нет, стоит ли бороться против беспринципных бизнесменов, которым все равно, что застраивать бизнес-центрами (пусть даже и кладбище). Но это и мудрая и веселая книга о том, как развлекаются призраки, чем они переворачивают страницы газет... впрочем, термин "призраки" неуместен: сами они называют себя гражданами, перешедшими в иное качественное состояние.
Подросток Джонни Максвелл удивительным образом умеющий видеть тех, кого никто больше не видит, обладает еще одним даром, для подростка нехарактерным. Он имеет большое сердце и не менее большую совесть. Впрочем, небольшая редкость - если не смотреть на подростка как на "горе семьи" или докучливое насекомое, можно увидеть, что и того, и другого у подростков в достатке - но задумчивость Джонни позволяет ему делать удивительные вещи, которые и взрослым-то не всем под силу, а уж подросткам и вовсе.
В общем, это, как на грех, еще одна книга, которая подспудно воспитывает в читателе базовые гуманитарные ценности, как ни противно набирать эти сухие и бессмысленные слова. Она учит любить тех, кого любить не принято, она учит помнить и узнавать, она учит понимать - а всего этого люди в основном лишены. Пратчетт, кстати, умудрился воспитать и своего младшего коллегу, Нила Геймана, да так, что тот написал свою знаменитую "Историю с кладбищем" - она не про то, конечно. Но и про это тоже.
В общем, лет в 12 можно подсовывать вашим тинейджерам всю трилогию. Или даже нужно.
PS. Первая книга называется "Только ты можешь спасти человечество", третья - "Джонни и бомба". Все три очень хорошие.
Филип Стед, Эрни Стед
Дядя Амос не идет на работу
Дядя Амос работает в зоопарке. Каждый день он встает по будильнику, завтракает и отправляется на работу. Работает он в зоопарке. Судя по всему, работы у него много, но находится время и чтобы почитать книгу сове, вытереть нос носорогу, побегать наперегонки с черепахой, поиграть в шахматы со слоном... Похоже, одинокий дядя Амос - очень обаятельный, добрый и участливый человек. Но однажды он заболевает. Друзья дяди Амоса в зоопарке обеспокоены его отсутствием - и отправляются навестить его.
Собственно, вот и весь сюжет этой неспешной и лаконичной книжки-картинки, изданной «Розовым жирафом» в переводе Натальи Калошиной. Ее сочилил Филип Стед, автор и художник, а нарисовала его жена Эрни - это единственный случай их совместной работы, поскольку обычно Филип рисует картинки к своим книгам сам. Но случай знаменательный, поскольку книга про дядю Амоса (в оригинале, кстати, нет этого милого «дяди», а есть просто Амос МакГи) получила целый ряд важных американских литературных призов и титулов. Она была названа лучшей детской книгой 2010 года журналом Publisher’s Weekly, в том же году получила приз как лучшая иллюстрированная детская книга года от New York Times, ей присудили медаль Калдекотта... И все эти титулы, безусловно, заслуженны.
Конечно, в такой книге - а адресована она читателям маленьким, от четырех примерно лет - картинки важнее всего. И они совершенно замечательны, с одной стороны - реалистичны, с другой чуть гротескны, но ровно настолько, чтобы заинтересовать и не оттолкнуть ребенка и не дать взрослому, который будет читать книгу, относиться к ней пренебрежительно. Но есть еще и сюжет - а он ровно настолько прост, насколько и заковырист. Потому что, во-первых, он построен на принципе перевертыша (животные, навещая Амоса, занимаются с ним тем же или почти тем же, чем он занимается с ними в зоопарке, только теперь Амос боится темноты, а не сова, и Амос долго думает над каждым ходом, а не слон, etc), а во-вторых, он учит детей вниманию, дружбе и доброте - и еще тому, что дружба всегда обоюдна.
Это важные вещи, и супруги Стед, трогательно посвятившие эту книгу друг другу, разъясняя эти простые истины, обошлись без сюсюканья и пошлой назидательности, просто познакомив своих читателей с дядей Амосом МакГи (да, теперь мы знаем его фамилию!) и его друзьями.
Дядя Амос не идет на работу
Дядя Амос работает в зоопарке. Каждый день он встает по будильнику, завтракает и отправляется на работу. Работает он в зоопарке. Судя по всему, работы у него много, но находится время и чтобы почитать книгу сове, вытереть нос носорогу, побегать наперегонки с черепахой, поиграть в шахматы со слоном... Похоже, одинокий дядя Амос - очень обаятельный, добрый и участливый человек. Но однажды он заболевает. Друзья дяди Амоса в зоопарке обеспокоены его отсутствием - и отправляются навестить его.
Собственно, вот и весь сюжет этой неспешной и лаконичной книжки-картинки, изданной «Розовым жирафом» в переводе Натальи Калошиной. Ее сочилил Филип Стед, автор и художник, а нарисовала его жена Эрни - это единственный случай их совместной работы, поскольку обычно Филип рисует картинки к своим книгам сам. Но случай знаменательный, поскольку книга про дядю Амоса (в оригинале, кстати, нет этого милого «дяди», а есть просто Амос МакГи) получила целый ряд важных американских литературных призов и титулов. Она была названа лучшей детской книгой 2010 года журналом Publisher’s Weekly, в том же году получила приз как лучшая иллюстрированная детская книга года от New York Times, ей присудили медаль Калдекотта... И все эти титулы, безусловно, заслуженны.
Конечно, в такой книге - а адресована она читателям маленьким, от четырех примерно лет - картинки важнее всего. И они совершенно замечательны, с одной стороны - реалистичны, с другой чуть гротескны, но ровно настолько, чтобы заинтересовать и не оттолкнуть ребенка и не дать взрослому, который будет читать книгу, относиться к ней пренебрежительно. Но есть еще и сюжет - а он ровно настолько прост, насколько и заковырист. Потому что, во-первых, он построен на принципе перевертыша (животные, навещая Амоса, занимаются с ним тем же или почти тем же, чем он занимается с ними в зоопарке, только теперь Амос боится темноты, а не сова, и Амос долго думает над каждым ходом, а не слон, etc), а во-вторых, он учит детей вниманию, дружбе и доброте - и еще тому, что дружба всегда обоюдна.
Это важные вещи, и супруги Стед, трогательно посвятившие эту книгу друг другу, разъясняя эти простые истины, обошлись без сюсюканья и пошлой назидательности, просто познакомив своих читателей с дядей Амосом МакГи (да, теперь мы знаем его фамилию!) и его друзьями.
Улле Маттсон
Бриг “Три лилии"
Пер. с шведского Л.Жданова
М., "Детская литература", 1975
Эта книга появилась на русском языке спустя пять лет после первого издания на родном для автора шведском языке (1955). Удивительная скорость для советского книгоиздательского процесса! Впрочем, на том дело и остановилось: первое издание - в 1960-м, второе - в 1975-м, третьего, похоже, не было.
...Конец XIX века, шведская рыбацкая деревушка. На старом постоялом дворе живут мальчик Миккель, его бабушка и одноглазый пес. Мать умерла, отец - "плут и мазурик", пропавший в морях-океанах, жизнь, сводящаяся к перебивания с хлеба на воду да к бесплодным вроде как мечтам о том, чтобы хотя бы дом был своим да жизнь посытней. И чтоб отец вернулся, потому что ну невыносимо жить так, да еще и с хромой ногой, черт бы ее подрал!
Только не стоит думать, что перед нами классический реалистический рассказ о тяжелом детстве. Нет, драма в конечном итоге обернется цепью невероятных приключений, которым, оказывается, есть место в банальной деревушке Льюнге. Есть тут место и чудесным возвращениям, и перевоплощениям, и тайнам, которые непременно надо раскрыть, чтобы мечта исполнилась. Корабельный плотник с ручной черепахой, нищий сосед, промышляющий игрушечными корабликами, неведомо откуда взявшийся англичанин Пит тоже приложат усилия к тому, чтобы победил и восторжествовал белобрысый пацан с чистым сердцем и упрямым характером. Потому что - да, случается такое! - именно им, которые вроде как должны ожесточиться и озлобиться на весь Божий свет, приходится побеждать и торжествовать, но не мстительно, а радостно.
В книге этой две части; вторая вроде как и необязательна, но это только на первый взгляд: в "Миккеле-мореходе", во-первых, продолжаются приключения, во-вторых, нежная дружба совершенно явственно становится первой настоящей любовью, порок вновь терпит поражение - и новый корабль, стоящий у причала, наконец, отправляется в путь. А история, пропитанная соленым ветром с моря, никак не может обойтись без такого финала.
"Бриг "Три лилии" - единственная книга Маттсона, переведенная на русский, даром что написал он их больше двух десятков, и по этой - впрочем, главной - его книге видно, что и прочие не должны быть барахлом. Фильм, снятый по ней в 1962-м, был очень популярен в Швеции, но к нам не попал даже в эпоху расцвета видео. Зато книга прижилась, обрела новую жизнь в звуке (в Сети легко можно найти начитанный вариант), и, может быть, все же будет издана заново. Переведена она отлично (перевод Л.Жданова, стихи переведены Л.Горлиной и Ю.Вронским), проиллюстрирована отличной графикой М. Чегодаевой, в общем - бери да издавай. И сделать это непременно нужно - потому что чем больше у наших детей будет книг, в которых грусть и тоска оборачиваются победным радостным светом, тем им будет лучше жить. Не легче. Но лучше.
Бриг “Три лилии"
Пер. с шведского Л.Жданова
М., "Детская литература", 1975
Эта книга появилась на русском языке спустя пять лет после первого издания на родном для автора шведском языке (1955). Удивительная скорость для советского книгоиздательского процесса! Впрочем, на том дело и остановилось: первое издание - в 1960-м, второе - в 1975-м, третьего, похоже, не было.
...Конец XIX века, шведская рыбацкая деревушка. На старом постоялом дворе живут мальчик Миккель, его бабушка и одноглазый пес. Мать умерла, отец - "плут и мазурик", пропавший в морях-океанах, жизнь, сводящаяся к перебивания с хлеба на воду да к бесплодным вроде как мечтам о том, чтобы хотя бы дом был своим да жизнь посытней. И чтоб отец вернулся, потому что ну невыносимо жить так, да еще и с хромой ногой, черт бы ее подрал!
Только не стоит думать, что перед нами классический реалистический рассказ о тяжелом детстве. Нет, драма в конечном итоге обернется цепью невероятных приключений, которым, оказывается, есть место в банальной деревушке Льюнге. Есть тут место и чудесным возвращениям, и перевоплощениям, и тайнам, которые непременно надо раскрыть, чтобы мечта исполнилась. Корабельный плотник с ручной черепахой, нищий сосед, промышляющий игрушечными корабликами, неведомо откуда взявшийся англичанин Пит тоже приложат усилия к тому, чтобы победил и восторжествовал белобрысый пацан с чистым сердцем и упрямым характером. Потому что - да, случается такое! - именно им, которые вроде как должны ожесточиться и озлобиться на весь Божий свет, приходится побеждать и торжествовать, но не мстительно, а радостно.
В книге этой две части; вторая вроде как и необязательна, но это только на первый взгляд: в "Миккеле-мореходе", во-первых, продолжаются приключения, во-вторых, нежная дружба совершенно явственно становится первой настоящей любовью, порок вновь терпит поражение - и новый корабль, стоящий у причала, наконец, отправляется в путь. А история, пропитанная соленым ветром с моря, никак не может обойтись без такого финала.
"Бриг "Три лилии" - единственная книга Маттсона, переведенная на русский, даром что написал он их больше двух десятков, и по этой - впрочем, главной - его книге видно, что и прочие не должны быть барахлом. Фильм, снятый по ней в 1962-м, был очень популярен в Швеции, но к нам не попал даже в эпоху расцвета видео. Зато книга прижилась, обрела новую жизнь в звуке (в Сети легко можно найти начитанный вариант), и, может быть, все же будет издана заново. Переведена она отлично (перевод Л.Жданова, стихи переведены Л.Горлиной и Ю.Вронским), проиллюстрирована отличной графикой М. Чегодаевой, в общем - бери да издавай. И сделать это непременно нужно - потому что чем больше у наших детей будет книг, в которых грусть и тоска оборачиваются победным радостным светом, тем им будет лучше жить. Не легче. Но лучше.
Михаэль Энде
Момо
Считается, что с творчеством Михаэля Энде русского читателя познакомил фильм «Бесконечная история», вышедший на экраны Советского Союза в 1986 году. Это не совсем так - во-первых, относительно литературного первоисточника фильма, снятого режиссером Вольфгангом Петерсеном, отечественный читатель оставался в неведении до 1992 года, когда вышла «Бесконечная книга» в пересказе Татьяны Набатниковой (потом были и другие переводы). А во-вторых, за четыре года до фильма в «Детской литературе» вышла повесть Энде «Момо».
История о девочке, появившейся ниоткуда, и завоевавшей любовь и привязанность жителей небольшого городка своим невероятным умением слушать других людей, возможно, не так сложна и многослойна, как «Бесконечная книга», которая на поверку оказалась не просто многослойным фэнтези, но и своего рода философским исследованием, в котором Энде попытался ответить на множество вопросов, издавна волновавших человека. Но тут важнее другое: в повести «Момо» описано не менее, а то и более важное противостояние одного маленького человека бесчеловечной силе, направленной на уничтожение самой идеи человечности.
...В городке, на окраине которого поселилась Момо, ниоткуда, подспудно, постепенно стали появляться некие Серые Господа, искушавшие обычных людей... нет, не золотом и не благами, не потаканием чревоугодию и прочим порокам, но неким капиталом, который, как они объясняли, есть у каждого. Временем! Серые Господа скупали у людей их время, превращая веселого кабатчика и философичного подметальщика улиц, залихватского враля-студента и обычных детей в вечно озабоченных, унылых, таких же серых персон, которых волнует только нехватка того самого времени, гонка за успешностью и соответствием новым правилам жизни - правилам искуственным, мертвым, серым, но таким удобным для тех, кто их устанавливает. И питались этимм временем, поддерживая собственные жизни-нежити. И оказалось, что встать у них на пути некому, кроме одной-единственной девочки, для которой эти правила и ценности ровно ничего не значат...
Понятно, что не обошлось без волшебства - без чудесных помощников, без колдовской черепашки, которая общается с героиней посредством зангорающихся на ее панцире надписей, без неуязвимого для серой рати Магистра Времени. Но в самые решающие моменты на пути у поглощающей мир серости вставала одна-единственная девочка, вооруженная только своей уверенностью в том, что так как хочет серость, быть не должно, что люди лучше, чем они сами часто хотят казаться, что мир разноцветен, в конце концов.
Сегодня странно понимать, что книга эта была издана в той стране, где серость была залогом спокойной и сытой жизни. Но странно только на первый взгляд - Энде писал свою повесть о том мире, который видел и знал, а значит, проблемы, которые не давали ему покоя, характерны вообще для человечества, а не для какой-то одной социальной или политической системы. Серость и суета, выдаваемая за карьерный рост, благосостояние или успешность, всегда удобны для тех, кто хочет жить за счет других, и страх, которым они напитывают атмосферу, этому удобству способствует. «Если бы люди знали, что такое смерть, они бы ее больше не боялись. А если бы они не боялись, то никто не смог бы похищать у них время их жизни», - говорит один из героев книги. И Момо изо всех сил пытается объяснить своим согражданам эту простую истину.
Это невеселая книга, хоть и со счастливым концом: книги, в которых излагаются простые истины, не могут быть другими. Но это одна из тех книг, которые необходимы детям, чтобы знать: один в поле - воин, правда должна побеждать, разноцветное лучше серого, счастье важнее уныния, подлинник главнее подделки.
Момо
Считается, что с творчеством Михаэля Энде русского читателя познакомил фильм «Бесконечная история», вышедший на экраны Советского Союза в 1986 году. Это не совсем так - во-первых, относительно литературного первоисточника фильма, снятого режиссером Вольфгангом Петерсеном, отечественный читатель оставался в неведении до 1992 года, когда вышла «Бесконечная книга» в пересказе Татьяны Набатниковой (потом были и другие переводы). А во-вторых, за четыре года до фильма в «Детской литературе» вышла повесть Энде «Момо».
История о девочке, появившейся ниоткуда, и завоевавшей любовь и привязанность жителей небольшого городка своим невероятным умением слушать других людей, возможно, не так сложна и многослойна, как «Бесконечная книга», которая на поверку оказалась не просто многослойным фэнтези, но и своего рода философским исследованием, в котором Энде попытался ответить на множество вопросов, издавна волновавших человека. Но тут важнее другое: в повести «Момо» описано не менее, а то и более важное противостояние одного маленького человека бесчеловечной силе, направленной на уничтожение самой идеи человечности.
...В городке, на окраине которого поселилась Момо, ниоткуда, подспудно, постепенно стали появляться некие Серые Господа, искушавшие обычных людей... нет, не золотом и не благами, не потаканием чревоугодию и прочим порокам, но неким капиталом, который, как они объясняли, есть у каждого. Временем! Серые Господа скупали у людей их время, превращая веселого кабатчика и философичного подметальщика улиц, залихватского враля-студента и обычных детей в вечно озабоченных, унылых, таких же серых персон, которых волнует только нехватка того самого времени, гонка за успешностью и соответствием новым правилам жизни - правилам искуственным, мертвым, серым, но таким удобным для тех, кто их устанавливает. И питались этимм временем, поддерживая собственные жизни-нежити. И оказалось, что встать у них на пути некому, кроме одной-единственной девочки, для которой эти правила и ценности ровно ничего не значат...
Понятно, что не обошлось без волшебства - без чудесных помощников, без колдовской черепашки, которая общается с героиней посредством зангорающихся на ее панцире надписей, без неуязвимого для серой рати Магистра Времени. Но в самые решающие моменты на пути у поглощающей мир серости вставала одна-единственная девочка, вооруженная только своей уверенностью в том, что так как хочет серость, быть не должно, что люди лучше, чем они сами часто хотят казаться, что мир разноцветен, в конце концов.
Сегодня странно понимать, что книга эта была издана в той стране, где серость была залогом спокойной и сытой жизни. Но странно только на первый взгляд - Энде писал свою повесть о том мире, который видел и знал, а значит, проблемы, которые не давали ему покоя, характерны вообще для человечества, а не для какой-то одной социальной или политической системы. Серость и суета, выдаваемая за карьерный рост, благосостояние или успешность, всегда удобны для тех, кто хочет жить за счет других, и страх, которым они напитывают атмосферу, этому удобству способствует. «Если бы люди знали, что такое смерть, они бы ее больше не боялись. А если бы они не боялись, то никто не смог бы похищать у них время их жизни», - говорит один из героев книги. И Момо изо всех сил пытается объяснить своим согражданам эту простую истину.
Это невеселая книга, хоть и со счастливым концом: книги, в которых излагаются простые истины, не могут быть другими. Но это одна из тех книг, которые необходимы детям, чтобы знать: один в поле - воин, правда должна побеждать, разноцветное лучше серого, счастье важнее уныния, подлинник главнее подделки.
PS. «Момо» перевел на русский Юрий Коринец, прекрасный переводчик с немецкого, благодаря которому мы знаем, к примеру, замечательные сказки Отфрида Пройслера про маленького Водяного и про маленькую Бабу-Ягу. А рисунки к ней созданы художником Эдуардом Гороховским, одним из «сретенцев», другом и соратником Эрика Булатова, Юло Соостера, Виктора Пивоварова, Эрнста Неизвестного. Кажется, его иллюстрации были опубликованы только в том, первом советском еще издании книги, что, как мне кажется, большое упущение - даром что Энде и сам очень неплохо проиллюстрировал свою повесть.