Кстати, петербуржцы, ленинградскообластцы! Молодежная община «ГдеВсе» и «Грустный такс» приглашают вас 1 ноября в 20:00 на кинолекторий «Имя розы» в духовно-просветительском центре г. Колтуши.
https://t.me/gdevsekoltushi/10
https://t.me/gdevsekoltushi/10
Telegram
ГдеВсе | Молодежная община
Посмотрим и обсудим лучший исторический детектив XX века — «Имя розы»
Познакомимся и неспешно обсудим фильм в духовно-просветительском центре храма Иоанна Кронштадтского в Колтушах. Сравним одноименный роман Умберто Эко с фильмом, разберемся в историческом…
Познакомимся и неспешно обсудим фильм в духовно-просветительском центре храма Иоанна Кронштадтского в Колтушах. Сравним одноименный роман Умберто Эко с фильмом, разберемся в историческом…
👍11🔥6👏2
Forwarded from Механика истории
Можно сопротивляться вторжению армий, но вторжению идей сопротивляться невозможно.
Виктор Мари Гюго
Говоря о полисных религиях, всегда стоит помнить, чем они НЕ являлись — полисная религия никогда не была вопросом веры, а лишь участия в жизни общества и следования его правилам, благочестие выражалось не в добрых делах, а в точном выполнении ритуалов. Жрецы полисных религий были фактически чиновниками, которых волновала правильность обряда, а не внутренний мир своей паствы.
Моральный компонент в таких религиях, разумеется, не отсутствовал напрочь, однако христианский подход к душе и воздаянию за добрые дела был им в целом чужд. Структура полисных религий была достаточно близка к устройству современных местных властей. Сравните — портрет Государя на стене кабинета, участие в разрезании ленточек, закладке зданий, государственных мероприяитях... Не 100% сходство, конечно, но достаточно близко. А главное, бесконечно далеко от простых людей с их чаяниями и заботами.
И эта структура столкнулась с деятельностью сети общин, спаянных взаимовыручкой и проявляющих заботу о каждом своём члене. Всячески уклоняясь от общественной (религиозной) жизни, они не восставали, не нарушали законов и исправно платили налоги, а будучи преследуемыми, не оказывали сопротивления. В отличие от философов, их проповедники говорили простым языком, и потому их идеи были доступны даже необразованным людям. Для римского мира всё это было дико.
XIX в. зафиксировал документально структуру, развитие которой было максимально схоже с ранним христианством — мормонов. Протестантское общество Америки было к ним, мягко говоря, неблагосклонно, и в пустыню Юта они ушли не просто так. Тем не менее, в среднем мормонизм рос с постоянной скоростью около 40% за десятилетие, всего с шести членов в 1829 г. до более чем 16 млн. к 2020 г.
Библеист и специалист по раннему христианству Барт Эрман применил эти цифры и статистические расчёты на основе сложного банковского процента к распространению раннего христианства и получил следующее:
- 30 г. - 20 христиан
- 60 г. - от 1 до1,5 тыс.
- 100 г. - от 7 до 10 тыс.
- 150 г. - от 30 до 40 тыс.
- 200 г. - от 140 до 170 тыс.
- 300 г. - от 2,5 до 3,5 млн.
- 400 г. - от 25 до 35 млн.
Цифры Эрмана не совсем совпадают с показателем 40% за десятилетие, но он пытался учесть катаклизмы, убыль населения и гонения.
Эпидемии, действительно, религиозной принадлежности не разбирали, и население империи сокращалось, общественных мероприятий становилось меньше, экзотические культы хирели, люди оказывались выброшенными из привычной среды. Но христиане в силу большей просоциальности, присущей представителям моралистических религий, пострадали значительно меньше прочих, поэтому их число неуклонно росло.
Ко временам Константина христиане составляли около 10% от населения империи. Исследователи из Политехнического института Ренсселира доказали, что этого достаточно, чтобы убеждения активного меньшинства не просто принимались большинством населения, а начали распространяться лавинообразно.
Обращаясь к каждому напрямую, независимо от его пола, этнической принадлежности или социального положения, христианство предлагало универсальную систему ценностей, где все люди равны перед Богом и каждый имеет шанс на спасение души. Это обращение игнорировало сословные различия и географические барьеры и как нельзя больше соответствовало меритократическому духу домината, установленного к концу III в. талантливыми выходцами из провинциальных низов, стремившимися объединить истерзанную смутой империю любыми доступными средствами.
Легализация христианства стала вопросом времени.
Источники:
📖 Climate change, society, and pandemic disease in Roman Italy between 200 BCE and 600 CE.
📖 Minority rules: Scientists discover tipping point for the spread of ideas.
📖 How Christianity conquered Rome through simple math.
Литература:
📚 Питер Браун Мир поздней Античности: 150–750 гг. н.э.
📚 А.В. Белоусов. Греческая и римская религия новозаветной эпохи.
Лактанций. О смертях гонителей.
#моё@cliomechanics
#cm_Рим
#cm_религии
#cm_социология
Механика истории│подписаться
👍15❤2
Итак, тут на днях Сергей предложил интересное упражнение для разума: что если император Константин I Великий погиб в битве у Мульвиева моста?
В юности я много перечитал романов про попаданцев (в ДК им. Н.К. Крупской они стоили копейки, чуть ли не на развес продавались), поэтому считаю себя экспертом в вопросах альтернативной истории. Итак, встречайте: страйкбольщик Аркадий Самосборов. Попав в самую гущу битву у Мульвиева моста он никому не помог, лишь помешал. Его резкое появление смешало строй Константина… Привод после битвы, кстати, затрофеил неизвестный италиец… продолжение следует…
Итак, битва у Мульвиева моста пошла не совсем так, а точнее совсем не так. Константин погиб. Что изменилось бы?
Гражданская война бы продолжилась, как подметили мои коллеги. Галлия и Британия испытали бы серьезный кризис, ибо в ответ на ослабление обороны на границе, варвары был начали устраивать набеги, а то и просто захватывать земли. Пока новая администрация наведет порядок, пройдет время. А если учитывать замечание коллег из «Второго Рима» про появление узурпаторов, то вообще, все могло быть очень тяжело.
А что с Максенцием? Долго он не смог бы править, но победа продлила ему это время. Скорее всего он бы закончил свою жизнь ровно также как заканчивали многие «солдатские» императоры до него. Христианство при нем развивалось бы достаточно спокойно, потому что даже в нашем таймлайне узурпатора вопрос религиозный мало интересовал.
Про Восток сказать трудно, ибо победа Константина, предполагаю, могла косвенно оказать влияние на Максимина. Может быть Лициний бы собрался и начал действовать еще более активно, а может быть потерял был надежду, тут сложно. Аркадий Самосборов все же на Востоке не был… Но в любом случае, разделение на Восток и Запад мне кажется маловероятным. Гражданская война бы продолжалась до момента, пока не остался бы лишь один правитель.
Христианство бы все равно со временем стало было дозволенной религией и более того, стала бы религией имперской. Почему? Потому что христианство уже было на всех административных уровнях. Стычки с язычеством продолжались бы, так как Церковь продолжила увеличивать объемы социальной работы, привлекая людей. Да, возникли бы сложности при христианизации границ, но так или иначе христианство уже плотно закрепилось в жизни империи.
#альтернатива
В юности я много перечитал романов про попаданцев (в ДК им. Н.К. Крупской они стоили копейки, чуть ли не на развес продавались), поэтому считаю себя экспертом в вопросах альтернативной истории. Итак, встречайте: страйкбольщик Аркадий Самосборов. Попав в самую гущу битву у Мульвиева моста он никому не помог, лишь помешал. Его резкое появление смешало строй Константина… Привод после битвы, кстати, затрофеил неизвестный италиец… продолжение следует…
Итак, битва у Мульвиева моста пошла не совсем так, а точнее совсем не так. Константин погиб. Что изменилось бы?
Гражданская война бы продолжилась, как подметили мои коллеги. Галлия и Британия испытали бы серьезный кризис, ибо в ответ на ослабление обороны на границе, варвары был начали устраивать набеги, а то и просто захватывать земли. Пока новая администрация наведет порядок, пройдет время. А если учитывать замечание коллег из «Второго Рима» про появление узурпаторов, то вообще, все могло быть очень тяжело.
А что с Максенцием? Долго он не смог бы править, но победа продлила ему это время. Скорее всего он бы закончил свою жизнь ровно также как заканчивали многие «солдатские» императоры до него. Христианство при нем развивалось бы достаточно спокойно, потому что даже в нашем таймлайне узурпатора вопрос религиозный мало интересовал.
Про Восток сказать трудно, ибо победа Константина, предполагаю, могла косвенно оказать влияние на Максимина. Может быть Лициний бы собрался и начал действовать еще более активно, а может быть потерял был надежду, тут сложно. Аркадий Самосборов все же на Востоке не был… Но в любом случае, разделение на Восток и Запад мне кажется маловероятным. Гражданская война бы продолжалась до момента, пока не остался бы лишь один правитель.
Христианство бы все равно со временем стало было дозволенной религией и более того, стала бы религией имперской. Почему? Потому что христианство уже было на всех административных уровнях. Стычки с язычеством продолжались бы, так как Церковь продолжила увеличивать объемы социальной работы, привлекая людей. Да, возникли бы сложности при христианизации границ, но так или иначе христианство уже плотно закрепилось в жизни империи.
#альтернатива
😁6❤5🔥4👍1
Повторюсь, что современная интерпретация имеет мало общего с настоящим праздником)
Предлагаю к ознакомлению статьи моих коллег!
Предлагаю к ознакомлению статьи моих коллег!
👍6❤2🔥2
Forwarded from HUMANICA
Хэллоуин - это праздник, отмечаемый 31 октября. Он восходит к традициям древних кельтов и был связан с окончанием урожайного сезона и подготовкой к зиме. В наши времена празднования всего на свете Хэллоуин известен своими костюмами, украшениями, тыквенными фонарями, а также традицией устрашать, устрашаться и участвовать в концептуальных мероприятиях, таких как тематический день на Хуманике.
Приятного чтения!
🕯 Тени под кроватью: зачем мы в детстве пугали друг друга?
🍔 Хэллоуинские рецепты
🐈⬛ Осторожно - ведьмы!
👸 Крабат — ученик колдуна
🧛♂️ Вампиры. Происхождение образа и предпосылки верований в них
🇮🇳 Базарная Тантра - колдовство и "быстрый" успех для среднего класса
🐆 El Día de Muertos, или День мёртвых в Мексике
🙏 День всех святых
⚔️ Восставшие мертвецы Вердена
🎃 Как убили Хэллоуин
💀 Нуппеппо - японский ёкай
___________________
📂 HUMANICA - о человеке и человечестве.
#hum_темдень
Приятного чтения!
🕯 Тени под кроватью: зачем мы в детстве пугали друг друга?
⚔️ Восставшие мертвецы Вердена
🎃 Как убили Хэллоуин
___________________
📂 HUMANICA - о человеке и человечестве.
#hum_темдень
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1👍12🔥11❤9👏4👎1
Римская империя и Вселенское Христианство
Скажу страшную вещь: христианство возродило Римскую империю, а потом отвернулось от нее, бросив умирать.
Итак, кризисы. Как уже говорилось ранее, кризисов не существует, есть лишь развитие истории. С III-I вв. до Р.Х. в Римскую империю приходит множество новых религиозных культов, постепенно стирающих римскую религиозную идентичность. Со времен Траяна не было крупных победоносных воин, в основном все оборонительные. Внутренние конфликты, стагнация общества, демографический кризис привели к тому, что в величайшей империи стало... не очень круто жить! Надо было что-то менять. Рим замыкался в себе: в своей территории, легионах, богах, юридическом праве, искусстве.
Попыткой выйти из замкнутого круга становится Миланский эдикт 313 года, сделавший религиозную жизнь свободной. Император Константин, оставаясь. по мировоззрению все еще вполне римским императором, сделал ставку на христианство и, кажется, не прогадал: мир, спокойствие и развитие вновь пришли на территории Римской империи. Более того, даже привыкшие в роскошной жизни языческие коллегии были вынуждены хоть как-то начать действовать! Рим начал расцветать: развивается архитектура, открываются новые центры учености, вновь философы рассуждают о вещах столь возвышенных, что простой человек даже и понять их толком не может! Да и не силится он этого сделать, ибо просто наконец-то появилась некая стабильность... Но у христианства есть одна особенность, отличающая его от языческих религий -- вселенское призвание. В Евангелии от Матфея мы читаем: "Идите, научите все народы..." (Мф 28:19). Языческие религии довольствовались лишь одним народом, редко когда выходя далеко за его пределы...
Христианство, не являясь религией национальной, не могло оставаться в границах Римской империи. Структуры римского мира были нужны христианству как опора. "Религия Римской империи", звучит довольно авторитетно, неправда ли? Таким образом, когда круг замкнулся, и римской мир вновь стал замыкаться в себе, христианство просто отвернулось от него, став наставником для пришедших варваров. Да, в Средневековье мы можем наблюдать как Западное Христианство, унаследовав особенности Рима, начало замыкаться в себе, но всегда была альтернатива в виде Восточного христианства, с которым происходили конфликты и противостояния!
#Язычество
#Византия
#Заметки
Скажу страшную вещь: христианство возродило Римскую империю, а потом отвернулось от нее, бросив умирать.
Итак, кризисы. Как уже говорилось ранее, кризисов не существует, есть лишь развитие истории. С III-I вв. до Р.Х. в Римскую империю приходит множество новых религиозных культов, постепенно стирающих римскую религиозную идентичность. Со времен Траяна не было крупных победоносных воин, в основном все оборонительные. Внутренние конфликты, стагнация общества, демографический кризис привели к тому, что в величайшей империи стало... не очень круто жить! Надо было что-то менять. Рим замыкался в себе: в своей территории, легионах, богах, юридическом праве, искусстве.
Попыткой выйти из замкнутого круга становится Миланский эдикт 313 года, сделавший религиозную жизнь свободной. Император Константин, оставаясь. по мировоззрению все еще вполне римским императором, сделал ставку на христианство и, кажется, не прогадал: мир, спокойствие и развитие вновь пришли на территории Римской империи. Более того, даже привыкшие в роскошной жизни языческие коллегии были вынуждены хоть как-то начать действовать! Рим начал расцветать: развивается архитектура, открываются новые центры учености, вновь философы рассуждают о вещах столь возвышенных, что простой человек даже и понять их толком не может! Да и не силится он этого сделать, ибо просто наконец-то появилась некая стабильность... Но у христианства есть одна особенность, отличающая его от языческих религий -- вселенское призвание. В Евангелии от Матфея мы читаем: "Идите, научите все народы..." (Мф 28:19). Языческие религии довольствовались лишь одним народом, редко когда выходя далеко за его пределы...
Христианство, не являясь религией национальной, не могло оставаться в границах Римской империи. Структуры римского мира были нужны христианству как опора. "Религия Римской империи", звучит довольно авторитетно, неправда ли? Таким образом, когда круг замкнулся, и римской мир вновь стал замыкаться в себе, христианство просто отвернулось от него, став наставником для пришедших варваров. Да, в Средневековье мы можем наблюдать как Западное Христианство, унаследовав особенности Рима, начало замыкаться в себе, но всегда была альтернатива в виде Восточного христианства, с которым происходили конфликты и противостояния!
#Язычество
#Византия
#Заметки
🤔11❤9👍8
Библиотека византийского монастыря
Каждый монастырь имел библиотеку. В зависимости от размеров и богатства обители, библиотека могла различаться в деталях, но основной состав литературы оставался неизменным, поскольку отвечал тем же религиозным потребностям. Что в Константинополе, что на Патмосе, что в византийской Италии — везде встречается один и тот же круг книг: библейские, богослужебные, произведения Отцов Церкви, жития святых и некоторые светские сочинения. При основании монастыря при нём сразу создавалась библиотека, в которую сразу же выдавался установленный список книг.
В обязательном порядке имелась Библия и множество святоотеческих комментариев к ней. Некоторые часто используемые книги существовали в нескольких экземплярах, например Псалтирь. Больше всего в монастырских библиотеках было литургической литературы, необходимой для совершения богослужений. На втором месте по количеству находились творения Святых Отцов, нужные для духовной жизни. Это была не только аскетическая литература, как может показаться, но также богословская, историческая и философская! Монах упражнялся не только в смирении плоти, но и в развитии разума, ибо святые отцы высоко ценили образованность. Поэтому изучение святоотеческих творений входило в обязательную «программу» монастырской жизни.
Что касается философской литературы, образование на Востоке было гораздо более полным, чем на Западе, что отражалось и в составе монастырских библиотек. Прежде чем вступить в монастырь, послушник должен был завершить обучение по курсу античной литературы. В отличие от западных обителей, византийские монахи не нуждались в продолжении литературного образования уже в монастыре, поэтому в их библиотеках список античных авторов был сравнительно невелик. Так, например, в монастыре на острове Патмос из 330 книг лишь около двадцати относились к светской литературе. При необходимости монах мог обратиться к библиотекарю и заказать доставку определённых рукописей в обитель.
#Византия
#Монастырь
#Средневековье
Каждый монастырь имел библиотеку. В зависимости от размеров и богатства обители, библиотека могла различаться в деталях, но основной состав литературы оставался неизменным, поскольку отвечал тем же религиозным потребностям. Что в Константинополе, что на Патмосе, что в византийской Италии — везде встречается один и тот же круг книг: библейские, богослужебные, произведения Отцов Церкви, жития святых и некоторые светские сочинения. При основании монастыря при нём сразу создавалась библиотека, в которую сразу же выдавался установленный список книг.
В обязательном порядке имелась Библия и множество святоотеческих комментариев к ней. Некоторые часто используемые книги существовали в нескольких экземплярах, например Псалтирь. Больше всего в монастырских библиотеках было литургической литературы, необходимой для совершения богослужений. На втором месте по количеству находились творения Святых Отцов, нужные для духовной жизни. Это была не только аскетическая литература, как может показаться, но также богословская, историческая и философская! Монах упражнялся не только в смирении плоти, но и в развитии разума, ибо святые отцы высоко ценили образованность. Поэтому изучение святоотеческих творений входило в обязательную «программу» монастырской жизни.
Что касается философской литературы, образование на Востоке было гораздо более полным, чем на Западе, что отражалось и в составе монастырских библиотек. Прежде чем вступить в монастырь, послушник должен был завершить обучение по курсу античной литературы. В отличие от западных обителей, византийские монахи не нуждались в продолжении литературного образования уже в монастыре, поэтому в их библиотеках список античных авторов был сравнительно невелик. Так, например, в монастыре на острове Патмос из 330 книг лишь около двадцати относились к светской литературе. При необходимости монах мог обратиться к библиотекарю и заказать доставку определённых рукописей в обитель.
#Византия
#Монастырь
#Средневековье
👍11❤4🔥2
Появление женского монашества. Святая Макрина
Много на этом канале говорилось о мужском монашестве и о его «родоначальнике» святом Антонии Великом. Но как обстоят дела с женским монашеством?
Особую роль в формировании женского монашества занимает святая Макрина Младшая — сестра святителя Григория Нисского. IV век стал переломным для монашеского делания. Напомню, что до св. Антония Великого уже существовали монахи-мужчины, уходившие в пустыни. Женщины, посвятившие себя целомудрию, не имели возможности уйти в пустыню и существовали преимущественно в рамках домашних общин — под покровительством родительской семьи.
Соборы в Эльвире (306 г.) и Анкире (314 г.) уже пытались регламентировать жизнь целомудренных дев.
В отличие от мужского пустынножительства, привлекавшего выходцев из крестьянской среды, первые женские монастыри основывались преимущественно знатными и образованными женщинами.
С именем святой Макрины Младшей связан переход от женского домашнего аскетизма к общинной монашеской жизни. Макрина основала монастырь в фамильном поместье, находившемся в Аннисе. Примерно в конце 340-х — начале 350-х годов там появляется первая женская монашеская община. Равноправие, царившее в новой обители, сильно контрастировало с жесткой социальной иерархией римского общества.
Община занималась благотворительностью в крайне впечатляющих масштабах для своей эпохи. Во время голода в Каппадокии и Понте в 368–369 годах святая Макрина принимала в монастырь брошенных детей-сирот и умирающих от голода женщин, которых буквально подбирала на дорогах. Многие из спасённых оставались в общине, так что община насчитывала около 250 сестёр.
Отдельно стоит упомянуть, что община в Аннисе оказала влияние на монастырский устав святого Василия Великого. Его монастыри унаследовали несколько ключевых принципов: отказ от экстремального аскетизма пустынников, умеренность в посте и телесных подвигах, сочетание молитвы и физического труда, служение бедным и больным — то есть выход в мир.
Полной противоположностью общины в Аннисе была община в Тавенниси, что в Александрии. Младшая сестра святого Пахомия Великого, Мария, основала монастырь на берегу Нила. Монахини строго придерживались устава святого Пахомия, предписывающего минимальные контакты с окружающим миром.
#Монастырь
#Византия
Много на этом канале говорилось о мужском монашестве и о его «родоначальнике» святом Антонии Великом. Но как обстоят дела с женским монашеством?
Особую роль в формировании женского монашества занимает святая Макрина Младшая — сестра святителя Григория Нисского. IV век стал переломным для монашеского делания. Напомню, что до св. Антония Великого уже существовали монахи-мужчины, уходившие в пустыни. Женщины, посвятившие себя целомудрию, не имели возможности уйти в пустыню и существовали преимущественно в рамках домашних общин — под покровительством родительской семьи.
Соборы в Эльвире (306 г.) и Анкире (314 г.) уже пытались регламентировать жизнь целомудренных дев.
«Давшие обет девства и нарушившие обет да исполнят епитимию двоебрачных. Девам же, соединяющимся жительством с некими, словно с братьями, мы сие возбранили» (19-е правило Анкирского собора).
«Девы, которые были посвящены Богу, не будут общаться даже с приближением смерти, если они нарушили обет девственности и не раскаются» (
13-е правило
Эльвирского собора).
В отличие от мужского пустынножительства, привлекавшего выходцев из крестьянской среды, первые женские монастыри основывались преимущественно знатными и образованными женщинами.
С именем святой Макрины Младшей связан переход от женского домашнего аскетизма к общинной монашеской жизни. Макрина основала монастырь в фамильном поместье, находившемся в Аннисе. Примерно в конце 340-х — начале 350-х годов там появляется первая женская монашеская община. Равноправие, царившее в новой обители, сильно контрастировало с жесткой социальной иерархией римского общества.
Община занималась благотворительностью в крайне впечатляющих масштабах для своей эпохи. Во время голода в Каппадокии и Понте в 368–369 годах святая Макрина принимала в монастырь брошенных детей-сирот и умирающих от голода женщин, которых буквально подбирала на дорогах. Многие из спасённых оставались в общине, так что община насчитывала около 250 сестёр.
Отдельно стоит упомянуть, что община в Аннисе оказала влияние на монастырский устав святого Василия Великого. Его монастыри унаследовали несколько ключевых принципов: отказ от экстремального аскетизма пустынников, умеренность в посте и телесных подвигах, сочетание молитвы и физического труда, служение бедным и больным — то есть выход в мир.
Полной противоположностью общины в Аннисе была община в Тавенниси, что в Александрии. Младшая сестра святого Пахомия Великого, Мария, основала монастырь на берегу Нила. Монахини строго придерживались устава святого Пахомия, предписывающего минимальные контакты с окружающим миром.
#Монастырь
#Византия
Forwarded from Хомячок-Историк
Как поджечь вражеский замок? Да при помощи слуг Сотоны - котов и кошек. Это не я придумал, нет. Так охарактеризовал кошек Папа Римский Иннокентий VIII в 1484 году. Итак, сегодня я вам расскажу о нелегкой жизни котиков в эпоху Позднего Средневековья.
Давным-давно жил в Германии Франц Хельм, мастер артиллерии. Ветеран войны против турок-османов, основываясь на личном опыте, написал он мануал по применению порохового оружия.
Один из методов, описанных мастером Хельмом, привлекает внимание своей нестандартностью. Согласно манускриптам, автор предложил прицепить небольшой мешок с горючим веществом на кошку и поджечь его. Франц Хельм уверял, что кошка, у которой буквально горит пукан, сможет перебраться через крепостную стену, наведет в городе панику и даже устроит пожары.
Испытания в полевых условиях показали непродуманность этой теории. Коты в ужасе бежали куда угодно, но не домой. В результате они поджигали лагерь самих осаждающих 🎃
Хомячок-Историк I Hamster-Historian
Давным-давно жил в Германии Франц Хельм, мастер артиллерии. Ветеран войны против турок-османов, основываясь на личном опыте, написал он мануал по применению порохового оружия.
Один из методов, описанных мастером Хельмом, привлекает внимание своей нестандартностью. Согласно манускриптам, автор предложил прицепить небольшой мешок с горючим веществом на кошку и поджечь его. Франц Хельм уверял, что кошка, у которой буквально горит пукан, сможет перебраться через крепостную стену, наведет в городе панику и даже устроит пожары.
Испытания в полевых условиях показали непродуманность этой теории. Коты в ужасе бежали куда угодно, но не домой. В результате они поджигали лагерь самих осаждающих 🎃
Хомячок-Историк I Hamster-Historian
👍9😢7🔥4❤2👏1
Исчезнувшее ремесло Античности
Смерть всегда сопровождала человека на протяжении всей истории. Со временем формировались особые ритуалы и обряды, призванные дать человеку ощущение хотя бы иллюзорного контроля над Неотвратимой. В языческой традиции жертвоприношения мёртвым имели своей целью не допустить возвращения умерших в мир живых. Вмешательство живых не предполагало улучшения участи усопших, а было направлено на то, чтобы их успокоить и умиротворить. Судьба человека зависела от обряда. Вот пример погребальной традиции, отражённый в Евангелии:
Усопшему были необходимы шумные и громкие проводы, поскольку от этого зависело его положение в загробном мире. Существовали даже специально обученные плакальщицы, которые за плату громко рыдали по умершему. Скорбь делегировалась и, казалось бы, усиливалась. Для некоторых это становилось профессией! Более того, эта традиция дошла до времён святителя Иоанна Златоуста, писавшего:
Осуждалось не столько сама плата за слёзы, сколько стремление переложить столь личное горе на чужие плечи. А учитывая, что церковные авторы не раз поднимали вопрос о слишком "активном" плаче по усопшему, можно предположить, что плакальщицы старались отработать свой гонорар с особым рвением. Церковное осуждение подобной традиции привело к тому, что в Средневековье она практически исчезает. Однако "эмоциональное Средневековье" породило новую традицию — неутешимого плача близких, друзей и слуг. Меняется и отношение к кладбищу: теперь это место, полное жизни, как бы странно это ни звучало! Полная противоположность мрачным «городам мёртвых» Античности.
В церковной традиции совершались литургии за усопших. Их главное отличие заключалось в том, что они были скорее выражением благодарности Богу за праведную кончину христианина в лоне Матери-Церкви, а не просьбой о прощении его грехов. Усопшего хоронили среди святых, которые как бы "защищали" новопреставленного. Но так рассуждали, прежде всего, образованные епископы. В народном же сознании, где непрерывно жила античная языческая традиция, "заупокойная" литургия воспринималась именно как средство спасения души простых усопших.
#Античность
#Кладбище
Смерть всегда сопровождала человека на протяжении всей истории. Со временем формировались особые ритуалы и обряды, призванные дать человеку ощущение хотя бы иллюзорного контроля над Неотвратимой. В языческой традиции жертвоприношения мёртвым имели своей целью не допустить возвращения умерших в мир живых. Вмешательство живых не предполагало улучшения участи усопших, а было направлено на то, чтобы их успокоить и умиротворить. Судьба человека зависела от обряда. Вот пример погребальной традиции, отражённый в Евангелии:
После сего Иисус пошёл в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа. Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города.
Усопшему были необходимы шумные и громкие проводы, поскольку от этого зависело его положение в загробном мире. Существовали даже специально обученные плакальщицы, которые за плату громко рыдали по умершему. Скорбь делегировалась и, казалось бы, усиливалась. Для некоторых это становилось профессией! Более того, эта традиция дошла до времён святителя Иоанна Златоуста, писавшего:
Будем плакать о тех, которые так умирают, я не препятствую; будем плакать, но без нарушения благопристойности, как то: не будем рвать (на себе) волос, обнажать рук, терзать лице, надевать черные одежды, а только будем в душе тихо проливать горькие слезы. Ибо и без этого обряда можно горько плакать, а не шутить только; так, как ни мало не отличается от шуток то, что некоторые делают. Эти публичные терзания бывают не от сострадания, но на показ из честолюбия и тщеславия. Многие женщины делают это по ремеслу. Плачь горько и стенай долго, где никто не видит; это есть дело сострадания, это и тебе принесет пользу. (Учение Святого Отца нашего Иоанна Златоуста против страха смерти и пышных похорон)
Осуждалось не столько сама плата за слёзы, сколько стремление переложить столь личное горе на чужие плечи. А учитывая, что церковные авторы не раз поднимали вопрос о слишком "активном" плаче по усопшему, можно предположить, что плакальщицы старались отработать свой гонорар с особым рвением. Церковное осуждение подобной традиции привело к тому, что в Средневековье она практически исчезает. Однако "эмоциональное Средневековье" породило новую традицию — неутешимого плача близких, друзей и слуг. Меняется и отношение к кладбищу: теперь это место, полное жизни, как бы странно это ни звучало! Полная противоположность мрачным «городам мёртвых» Античности.
В церковной традиции совершались литургии за усопших. Их главное отличие заключалось в том, что они были скорее выражением благодарности Богу за праведную кончину христианина в лоне Матери-Церкви, а не просьбой о прощении его грехов. Усопшего хоронили среди святых, которые как бы "защищали" новопреставленного. Но так рассуждали, прежде всего, образованные епископы. В народном же сознании, где непрерывно жила античная языческая традиция, "заупокойная" литургия воспринималась именно как средство спасения души простых усопших.
#Античность
#Кладбище
Кто такой мученик? | Цикл: "До императора Константина Великого"
Кто такой «мученик»? В русском языке этот термин делает акцент скорее на самом мучении святого. Однако древнегреческое слово μάρτυς и производное от него латинское martyr переводятся как «свидетель», то есть человек, засвидетельствовавший свою веру и пострадавший за нее. Главным здесь становится именно исповедание веры во Христа.
Наиболее раннее литературное свидетельство о почитании мучеников датируется серединой II века и относится к месту захоронения святого Поликарпа Смирнского:
В эпоху Просвещения почитание святых нередко интерпретировалось как возвращение к идолопоклонству. Однако трудно утверждать, что оно как-то резко выделялось среди религиозных практик позднеантичного мира. Поминовение умерших было совершенно нормальным явлением, как и обращение к ним с просьбой о молитве за живых. Новизна заключалась в том, что годовщину смерти мученика теперь отмечала не только его семья, но вся христианская община. Со временем людям начинают в Крещении давать имена мучеников и святых.
Размышляя о почитании святых, историческая наука эпохи Просвещения осуждала развитие этого явления как следствие подражания идолопоклонству и политеизму. Исследователи выстраивали схему из двух уровней: образованная и рационально мыслящая элита — и народ с его склонностью к внешнему, ритуальному благочестию. В таком случае развитие культа святых представлялось как капитуляция элит перед народом. Но так ли это? Питер Браун в книге «Культ святых» цитирует надпись на надгробии:
Святой пребывает одновременно в двух измерениях: среди верующих и с Богом. Он становится мостом, соединяющим небо и землю. Святые могли ходатайствовать перед Богом за братьев и сестер, оставшихся на земле, и таким образом воспринимались скорее как небесные покровители, нежели как «античные герои». Языческий и христианский миры столь далеки друг от друга в понимании загробной жизни, что утверждение о том, будто культ святых является продолжением культа героев и богов, лишено смысла. Герой античности отделен неизмеримой пропастью от богов: он никогда не достигнет их и не будет с ними. Их культы всегда существовали раздельно.
Героизм мучеников и исповедников нередко обращал к вере даже тюремщиков, как это видно из «Деяний святых Апостолов» (Деян. 16:27–34). Однако трудно сказать, имели ли страдания и мужество христиан подобный эффект на местах казней, ведь публика на римских зрелищах чаще ощущала себя скорее на стороне палачей, чем жертв. И все же подобное исповедание производило неизгладимое впечатление на самих христиан — как на утвердившихся в вере, так и на колеблющихся.
#Гонения
#Античность
#Цикл@monastery_cellar
Кто такой «мученик»? В русском языке этот термин делает акцент скорее на самом мучении святого. Однако древнегреческое слово μάρτυς и производное от него латинское martyr переводятся как «свидетель», то есть человек, засвидетельствовавший свою веру и пострадавший за нее. Главным здесь становится именно исповедание веры во Христа.
Наиболее раннее литературное свидетельство о почитании мучеников датируется серединой II века и относится к месту захоронения святого Поликарпа Смирнского:
«…мы затем взяли кости его, драгоценнее дорогих камней и благороднее золота, и положили их там, где следовало. Там Господь, по возможности, даст и нам, собравшимся в веселии и радости, отпраздновать день рождения Его мученика — в память подвизавшихся [за веру] до нас и в наставление и приготовление для будущих [подвижников]».
В эпоху Просвещения почитание святых нередко интерпретировалось как возвращение к идолопоклонству. Однако трудно утверждать, что оно как-то резко выделялось среди религиозных практик позднеантичного мира. Поминовение умерших было совершенно нормальным явлением, как и обращение к ним с просьбой о молитве за живых. Новизна заключалась в том, что годовщину смерти мученика теперь отмечала не только его семья, но вся христианская община. Со временем людям начинают в Крещении давать имена мучеников и святых.
Размышляя о почитании святых, историческая наука эпохи Просвещения осуждала развитие этого явления как следствие подражания идолопоклонству и политеизму. Исследователи выстраивали схему из двух уровней: образованная и рационально мыслящая элита — и народ с его склонностью к внешнему, ритуальному благочестию. В таком случае развитие культа святых представлялось как капитуляция элит перед народом. Но так ли это? Питер Браун в книге «Культ святых» цитирует надпись на надгробии:
«Здесь покоится святой памяти епископ Мартин, чья душа в руце Божией, но сам он целиком здесь присутствует, явленный во множестве чудес».
Святой пребывает одновременно в двух измерениях: среди верующих и с Богом. Он становится мостом, соединяющим небо и землю. Святые могли ходатайствовать перед Богом за братьев и сестер, оставшихся на земле, и таким образом воспринимались скорее как небесные покровители, нежели как «античные герои». Языческий и христианский миры столь далеки друг от друга в понимании загробной жизни, что утверждение о том, будто культ святых является продолжением культа героев и богов, лишено смысла. Герой античности отделен неизмеримой пропастью от богов: он никогда не достигнет их и не будет с ними. Их культы всегда существовали раздельно.
Героизм мучеников и исповедников нередко обращал к вере даже тюремщиков, как это видно из «Деяний святых Апостолов» (Деян. 16:27–34). Однако трудно сказать, имели ли страдания и мужество христиан подобный эффект на местах казней, ведь публика на римских зрелищах чаще ощущала себя скорее на стороне палачей, чем жертв. И все же подобное исповедание производило неизгладимое впечатление на самих христиан — как на утвердившихся в вере, так и на колеблющихся.
#Гонения
#Античность
#Цикл@monastery_cellar
👍9
IN VINO VERITAS
Итак, о пивопитии мы уже говорили — пришло время поговорить о винопитии. И если пиво чаще ассоциируется с Европой, то вино — с Таинственным Востоком.
Для Византии вино было совершенно особым напитком, применявшимся как в медицинских, так и в литургических целях. Виноград выращивали по всему побережью Балканского полуострова и в Анатолии, что примерно соответствовало ареалу распространения оливковых деревьев и производства оливкового масла. Это вполне логично, ведь оба вида производства были тесно связаны между собой. Более того, производство вина и масла требовало выхода к морю, так как оба товара шли на экспорт и облагались пошлиной.
Лиутпранд Кремонский жаловался, что вино в Константинополе пить невозможно, так как оно отдаёт дегтём, смолой или гипсом. Амфоры и бочки обязательно промасливали. Перед торговцами стояла сложная задача транспортировки: чем слаще было вино, тем дольше оно сохранялось.
Монастырские хозяйства славились своими виноградниками. К началу XV века два главных монастыря Трапезунда получали почти 80 % доходов от продажи вина! Однако с приходом ислама производство вина было запрещено, но возделывание винограда продолжалось. Виноградный сироп по-прежнему ценился.
Вино часто употреблялось на трапезе. У византийцев не было единого рациона питания. Империя охватывала достаточно большую территорию, чтобы обеспечить разнообразие местной продукции. Конечно, государство стремилось к определённому единообразию, ведь требовалось снабжать армии и большие города.
Кстати, знаете сухие супчики? Их придумали в Византии! Трахана — смесь из проросших и высушенных гороховых зёрен — разводилась молоком или кисломолочными продуктами и употреблялась во время походов. Ну и, конечно, нельзя забыть про древнеримскую лакомку — соус гарум, приготовленный из рыбьих потрохов. Сильные духом, ищите рецепт в интернете…
#Византия
Итак, о пивопитии мы уже говорили — пришло время поговорить о винопитии. И если пиво чаще ассоциируется с Европой, то вино — с Таинственным Востоком.
Для Византии вино было совершенно особым напитком, применявшимся как в медицинских, так и в литургических целях. Виноград выращивали по всему побережью Балканского полуострова и в Анатолии, что примерно соответствовало ареалу распространения оливковых деревьев и производства оливкового масла. Это вполне логично, ведь оба вида производства были тесно связаны между собой. Более того, производство вина и масла требовало выхода к морю, так как оба товара шли на экспорт и облагались пошлиной.
Лиутпранд Кремонский жаловался, что вино в Константинополе пить невозможно, так как оно отдаёт дегтём, смолой или гипсом. Амфоры и бочки обязательно промасливали. Перед торговцами стояла сложная задача транспортировки: чем слаще было вино, тем дольше оно сохранялось.
Монастырские хозяйства славились своими виноградниками. К началу XV века два главных монастыря Трапезунда получали почти 80 % доходов от продажи вина! Однако с приходом ислама производство вина было запрещено, но возделывание винограда продолжалось. Виноградный сироп по-прежнему ценился.
Вино часто употреблялось на трапезе. У византийцев не было единого рациона питания. Империя охватывала достаточно большую территорию, чтобы обеспечить разнообразие местной продукции. Конечно, государство стремилось к определённому единообразию, ведь требовалось снабжать армии и большие города.
Кстати, знаете сухие супчики? Их придумали в Византии! Трахана — смесь из проросших и высушенных гороховых зёрен — разводилась молоком или кисломолочными продуктами и употреблялась во время походов. Ну и, конечно, нельзя забыть про древнеримскую лакомку — соус гарум, приготовленный из рыбьих потрохов. Сильные духом, ищите рецепт в интернете…
#Византия
2👍17🔥8❤7👏3🥰2👎1🤯1🤮1
Развлечения в Византии
Развлечения в римском обществе были важной составляющей жизни. Это было не просто приятное времяпрепровождение, но и возможность отметить значимое событие, например победу в очередной войне. Римляне воспринимали праздники как необходимую часть жизни, поддерживающую космический порядок и благоволение богов. Все работы, кроме самых необходимых для поддержания жизни, приостанавливались, в том числе и судебные разбирательства — чтобы избежать конфликтов в дни почитания богов.
Публичные религиозные зрелища укрепляли социальную иерархию, становясь выходом для внутреннего напряжения общества. Со времени Августа публичные зрелища стали частью имперского культа. Проведение подобных мероприятий демонстрировало щедрость императора. Ювенал в десятой сатире критиковал римлян за то, что они забыли о своем величии и променяли его на «хлеб и зрелища»:
Во время некоторых праздников, например Сатурналий, иерархическая система общества переворачивалась с ног на голову, что позволяло обществу «выпустить пар» без угрозы существующему порядку. Во многом империя заново порождала себя в праздненствах. Именно поэтому она брала на себя затраты на проведение мероприятий. Например, при постройке Константинополя было проведено множество праздненств, широко отметивших начало новой столицы.
В византийский период церемониальные шествия прошлого были заменены крестными ходами, лишившими их ярко выраженного иерархического принципа, столь характерного для языческого Рима. Крестный ход преображал пространство города в место для поклонения, превращая его в пространство памяти, особенно в более поздние периоды. Люди шествовали, вспоминая своё прошлое ради своего будущего.
Конечно, Церковь осуждала развлечения, точнее — не сами развлечения, а то, к чему они могли привести: к страстям и зависимости.
Праздненства всегда были дорогостоящими и, по возможности, экстравагантными. Привезти местных животных считалось банальным, а вот экзотическая зверушка всегда была в почете. Конечно, самым ярким развлечением были гонки на колесницах. Со временем они затмили все прочие развлечения, усиливая дух соперничества, свойственный соревновательным видам спорта. Как итог — восстание «Ника». Ипподром служил форумом, где люди могли поднимать волнующие их вопросы.
Гонки были символом Византии, что даже отразилось в церковном искусстве: ипподром можно увидеть на фресках в соборе Св. Софии в Киеве.
#Византия
#Язычество
Развлечения в римском обществе были важной составляющей жизни. Это было не просто приятное времяпрепровождение, но и возможность отметить значимое событие, например победу в очередной войне. Римляне воспринимали праздники как необходимую часть жизни, поддерживающую космический порядок и благоволение богов. Все работы, кроме самых необходимых для поддержания жизни, приостанавливались, в том числе и судебные разбирательства — чтобы избежать конфликтов в дни почитания богов.
Публичные религиозные зрелища укрепляли социальную иерархию, становясь выходом для внутреннего напряжения общества. Со времени Августа публичные зрелища стали частью имперского культа. Проведение подобных мероприятий демонстрировало щедрость императора. Ювенал в десятой сатире критиковал римлян за то, что они забыли о своем величии и променяли его на «хлеб и зрелища»:
Этот народ уж давно, с той поры, как свои голоса мы / Не продаем, все заботы забыл, и Рим, что когда-то / Все раздавал: легионы, и власть, и ликторов связки, / Сдержан теперь и о двух лишь вещах беспокойно мечтает: / "Хлеба и зрелищ!" — "Грозит, наверное, многим уж гибель". — / «Да, без сомненья: ведь печь велика.
Во время некоторых праздников, например Сатурналий, иерархическая система общества переворачивалась с ног на голову, что позволяло обществу «выпустить пар» без угрозы существующему порядку. Во многом империя заново порождала себя в праздненствах. Именно поэтому она брала на себя затраты на проведение мероприятий. Например, при постройке Константинополя было проведено множество праздненств, широко отметивших начало новой столицы.
В византийский период церемониальные шествия прошлого были заменены крестными ходами, лишившими их ярко выраженного иерархического принципа, столь характерного для языческого Рима. Крестный ход преображал пространство города в место для поклонения, превращая его в пространство памяти, особенно в более поздние периоды. Люди шествовали, вспоминая своё прошлое ради своего будущего.
Конечно, Церковь осуждала развлечения, точнее — не сами развлечения, а то, к чему они могли привести: к страстям и зависимости.
Праздненства всегда были дорогостоящими и, по возможности, экстравагантными. Привезти местных животных считалось банальным, а вот экзотическая зверушка всегда была в почете. Конечно, самым ярким развлечением были гонки на колесницах. Со временем они затмили все прочие развлечения, усиливая дух соперничества, свойственный соревновательным видам спорта. Как итог — восстание «Ника». Ипподром служил форумом, где люди могли поднимать волнующие их вопросы.
Гонки были символом Византии, что даже отразилось в церковном искусстве: ипподром можно увидеть на фресках в соборе Св. Софии в Киеве.
#Византия
#Язычество
❤10🔥6
Безумие в эпоху Средневековья
Существует прекрасный стереотип о том, что в Средние века царило общее убеждение: психические заболевания вызваны грехом. Исследователи изучили 57 описаний психических недугов, встречающихся в хрониках до Первого крестового похода, и знаете что? Лишь в 16% случаев болезни приписывались греху! Причём если внимательно присмотреться к этим материалам, можно заметить любопытную закономерность: именно противников того или иного средневекового автора зачастую «наказывали» безумием за их грехи. То есть люди были далеко не так суеверны и темны, как принято думать!
Безумец был человеком, чуждым обществу. Неграмотный, необщительный (или чрезмерно общительный) и замкнутый в своем мире – он оставался загадкой: опасен или безобиден, непредсказуем или блаженно невинен? Так или иначе, с ними приходилось иметь дело на практике. Согласно римскому и византийскому праву, тех, кого считали безумцами из-за отсутствия способности рассуждать и понимать, брали под опеку либо семьи, либо господа.
В средневековой Англии XIII–XIV веков был разработан документ Prerogativa Regis, устанавливающий юридическое различие между двумя категориями:
1. «Природные дураки» — лица, умственно неполноценные с рождения. Король получал опеку над их землями и доходами, но был обязан обеспечивать их содержание.
2. «Не владеющие разумом» — люди, внезапно утратившие рассудок во взрослом возрасте. Закон предусматривал возможность их выздоровления: король назначал опекуна для управления имуществом, но все доходы сохранялись для владельца на случай восстановления рассудка.
Для определения психической недееспособности созывали суд не менее чем из двенадцати присяжных. Предполагаемого безумца расспрашивали о днях недели, именах родителей, семейном положении и давали простые арифметические задания. Эта процедура — inquisition de idiota lunatico inquirendo — была призвана защищать психически больных от недобросовестных родственников, стремящихся завладеть их имуществом.
Средневековое понимание психических расстройств было гораздо более сложным и многогранным, чем зачастую представляют. Сосуществование медицинской, религиозной и правовой моделей создавало систему, которая, несмотря на свои изъяны, стремилась позаботиться о душевнобольных и защитить их права. А изъянов хватало! Так, например, праздношатающихся безумцев могли попросту изгнать из города или даже убить. Однако со временем появились первые приюты для психически нездоровых людей. Так, пионером стал госпиталь для безумных святой Марии невинных бедняков в Валенсии — основанный в 1410 году, он изначально предназначался для помощи душевнобольным. Основным методом лечения здесь стала трудотерапия: мужчины работали в сельском хозяйстве, женщины — занимались шитьём и вязанием. Это давало пациентам ощущение пользы и вклада в общество, способствуя их реабилитации.
#Средневековье
Существует прекрасный стереотип о том, что в Средние века царило общее убеждение: психические заболевания вызваны грехом. Исследователи изучили 57 описаний психических недугов, встречающихся в хрониках до Первого крестового похода, и знаете что? Лишь в 16% случаев болезни приписывались греху! Причём если внимательно присмотреться к этим материалам, можно заметить любопытную закономерность: именно противников того или иного средневекового автора зачастую «наказывали» безумием за их грехи. То есть люди были далеко не так суеверны и темны, как принято думать!
Безумец был человеком, чуждым обществу. Неграмотный, необщительный (или чрезмерно общительный) и замкнутый в своем мире – он оставался загадкой: опасен или безобиден, непредсказуем или блаженно невинен? Так или иначе, с ними приходилось иметь дело на практике. Согласно римскому и византийскому праву, тех, кого считали безумцами из-за отсутствия способности рассуждать и понимать, брали под опеку либо семьи, либо господа.
В средневековой Англии XIII–XIV веков был разработан документ Prerogativa Regis, устанавливающий юридическое различие между двумя категориями:
1. «Природные дураки» — лица, умственно неполноценные с рождения. Король получал опеку над их землями и доходами, но был обязан обеспечивать их содержание.
2. «Не владеющие разумом» — люди, внезапно утратившие рассудок во взрослом возрасте. Закон предусматривал возможность их выздоровления: король назначал опекуна для управления имуществом, но все доходы сохранялись для владельца на случай восстановления рассудка.
Для определения психической недееспособности созывали суд не менее чем из двенадцати присяжных. Предполагаемого безумца расспрашивали о днях недели, именах родителей, семейном положении и давали простые арифметические задания. Эта процедура — inquisition de idiota lunatico inquirendo — была призвана защищать психически больных от недобросовестных родственников, стремящихся завладеть их имуществом.
Средневековое понимание психических расстройств было гораздо более сложным и многогранным, чем зачастую представляют. Сосуществование медицинской, религиозной и правовой моделей создавало систему, которая, несмотря на свои изъяны, стремилась позаботиться о душевнобольных и защитить их права. А изъянов хватало! Так, например, праздношатающихся безумцев могли попросту изгнать из города или даже убить. Однако со временем появились первые приюты для психически нездоровых людей. Так, пионером стал госпиталь для безумных святой Марии невинных бедняков в Валенсии — основанный в 1410 году, он изначально предназначался для помощи душевнобольным. Основным методом лечения здесь стала трудотерапия: мужчины работали в сельском хозяйстве, женщины — занимались шитьём и вязанием. Это давало пациентам ощущение пользы и вклада в общество, способствуя их реабилитации.
#Средневековье
👍22❤4
Forwarded from Дух Просвещения
🎞 Как “Иван Грозный” Эйзенштейна превратил сокровища Нового Иерусалима в реквизит
Сегодня я хочу рассказать вам одну историю, которая кажется почти невероятной. Она стирает грань между искусством кино и музейной ценностью, между пропагандой и личной трагедией, между войной и творческим горением.
Представьте себе: Алма-Ата, 1944 год. Глубокий тыл. Сюда эвакуировали не только заводы и людей, но и целые музеи. Сюда же, на студию ЦОКС, перебрался Сергей Эйзенштейн, чтобы снимать свою главную картину - «Иван Грозный». Заказ Сталина, будущий триумф и одновременно будущая погибель режиссера.
Но вот вопрос: как в павильонах «советского Голливуда» воссоздать роскошь и мистику кремлевских палат XVI века? Реквизита катастрофически не хватало, а кино о XVI веке невозможно снять без материального дыхания эпохи. Из Москвы поступил приказ: все эвакуированные музеи должны содействовать режиссёру.
То, что произошло дальше, невозможно представить сегодня. Помощь пришла оттуда, где меньше всего можно было ожидать - из эвакуированных музейных фондов.
Реквизитом, в одном из самых монументальных фильмов советского кино, картине “Иван Грозный” Сергея Эйзенштейна, послужили подлинные реликвии из Ново-Иерусалимского монастыря. Вещи, которые сегодня мы рассматриваем через стекло витрин, вздрагивая даже от мысли, что к ним можно прикоснуться.
🎥 В сцене венчания Ивана на царство митрополит Пимен облачён не в бутафорские ткани, а в настоящий саккос конца XVII века, с шитым в кругах Деисусом. На алтаре - подлинные воздухи XVII и XIX столетий, с Голгофским крестом из жемчуга и золотным шитьём. Они ещё появляются в других эпизодах, как будто эти музейные артефакты играют свои роли наравне с актёрами.
Но больше всего сокровищ вспыхивает в покоях царицы Анастасии. Там - пелена “Похвала Богоматери” 1510 года, выполненная Феодосием, сыном великого иконописца Дионисия. Рядом - воздух с изображением Положения Спасителя во гроб первой четверти XVIII века, и покровец с изображением Богоматери Знамение, созданный не в столице, а в провинциальной мастерской конца XVII столетия.
Невероятно, но на экране мелькают даже фрагменты реликвий: оплечье фелони из рытого турецкого бархата, и клейма с Голгофскими крестами от трёхметровой пелены иконостаса - целая вещь не помещалась в кадр.
⛪️ Всё это - шедевры, созданные руками русских мастериц и монахинь, предметы церковного быта. Сегодня, многие из них хранятся в «Особой кладовой» Ново-Иерусалимского музея. Там они лежат под стеклом, в аккуратно выверенных климатических условиях. Но в 1944 году их подносили актёрам, клали на плечи, развешивали по декорациям. Они отражали свет софитов. Они жили на экране. Это был акт творческого бесстрашия или отчаяния?
Эйзенштейн, создавая свой гениальный и опальный фильм, искал не просто достоверности. Он искал подлинной материи истории, ее тактильного ощущения. И он его получил. Царь Иван говорит свои монологи, глядя на реальные лики, вышитые столетия назад. В этом есть какая-то мистическая связь эпох.
Кстати, сейчас в залах РОСИЗО в Петроверигском переулке проходит выставка «Сергей Эйзенштейн. Бесконечный человек». Там можно погрузиться в мир гения, который творил на грани возможного, используя саму историю как реквизит для своих сложных, многослойных образов.
👉 А вы, когда смотрели «Ивана Грозного», обращали внимание на реквизит — или впервые узнали, что это были настоящие музейные экспонаты?
🫶 Подписаться | Проголосовать за канал "Дух Просвещения" 🫶
Сегодня я хочу рассказать вам одну историю, которая кажется почти невероятной. Она стирает грань между искусством кино и музейной ценностью, между пропагандой и личной трагедией, между войной и творческим горением.
Представьте себе: Алма-Ата, 1944 год. Глубокий тыл. Сюда эвакуировали не только заводы и людей, но и целые музеи. Сюда же, на студию ЦОКС, перебрался Сергей Эйзенштейн, чтобы снимать свою главную картину - «Иван Грозный». Заказ Сталина, будущий триумф и одновременно будущая погибель режиссера.
Но вот вопрос: как в павильонах «советского Голливуда» воссоздать роскошь и мистику кремлевских палат XVI века? Реквизита катастрофически не хватало, а кино о XVI веке невозможно снять без материального дыхания эпохи. Из Москвы поступил приказ: все эвакуированные музеи должны содействовать режиссёру.
То, что произошло дальше, невозможно представить сегодня. Помощь пришла оттуда, где меньше всего можно было ожидать - из эвакуированных музейных фондов.
Реквизитом, в одном из самых монументальных фильмов советского кино, картине “Иван Грозный” Сергея Эйзенштейна, послужили подлинные реликвии из Ново-Иерусалимского монастыря. Вещи, которые сегодня мы рассматриваем через стекло витрин, вздрагивая даже от мысли, что к ним можно прикоснуться.
🎥 В сцене венчания Ивана на царство митрополит Пимен облачён не в бутафорские ткани, а в настоящий саккос конца XVII века, с шитым в кругах Деисусом. На алтаре - подлинные воздухи XVII и XIX столетий, с Голгофским крестом из жемчуга и золотным шитьём. Они ещё появляются в других эпизодах, как будто эти музейные артефакты играют свои роли наравне с актёрами.
Но больше всего сокровищ вспыхивает в покоях царицы Анастасии. Там - пелена “Похвала Богоматери” 1510 года, выполненная Феодосием, сыном великого иконописца Дионисия. Рядом - воздух с изображением Положения Спасителя во гроб первой четверти XVIII века, и покровец с изображением Богоматери Знамение, созданный не в столице, а в провинциальной мастерской конца XVII столетия.
Невероятно, но на экране мелькают даже фрагменты реликвий: оплечье фелони из рытого турецкого бархата, и клейма с Голгофскими крестами от трёхметровой пелены иконостаса - целая вещь не помещалась в кадр.
⛪️ Всё это - шедевры, созданные руками русских мастериц и монахинь, предметы церковного быта. Сегодня, многие из них хранятся в «Особой кладовой» Ново-Иерусалимского музея. Там они лежат под стеклом, в аккуратно выверенных климатических условиях. Но в 1944 году их подносили актёрам, клали на плечи, развешивали по декорациям. Они отражали свет софитов. Они жили на экране. Это был акт творческого бесстрашия или отчаяния?
Эйзенштейн, создавая свой гениальный и опальный фильм, искал не просто достоверности. Он искал подлинной материи истории, ее тактильного ощущения. И он его получил. Царь Иван говорит свои монологи, глядя на реальные лики, вышитые столетия назад. В этом есть какая-то мистическая связь эпох.
Кстати, сейчас в залах РОСИЗО в Петроверигском переулке проходит выставка «Сергей Эйзенштейн. Бесконечный человек». Там можно погрузиться в мир гения, который творил на грани возможного, используя саму историю как реквизит для своих сложных, многослойных образов.
👉 А вы, когда смотрели «Ивана Грозного», обращали внимание на реквизит — или впервые узнали, что это были настоящие музейные экспонаты?
🫶 Подписаться | Проголосовать за канал "Дух Просвещения" 🫶
👍12🔥9❤4👏2🤯2🤬2😱1
"Пчела" и психология
Примерно в конце XII века на Руси появляется богословское произведение «Пчела» — «любимое чтение людей русских». Это сборник кратких изречений преимущественно нравоучительного характера, фактически — энциклопедия житейской мудрости. Помимо выдержек из Священного Писания и творений Святых Отцов, здесь во множестве приводятся высказывания поэтов и философов Античности. Так как это сборник цитат, он прекрасно поддавался вставкам и изменениям, поэтому существуют редакции, отличающиеся от греческого текста и возникшие на русской почве.
Вопросы внутреннего устроения человека волновали всегда, и поэтому содержание «Пчелы» стремится ответить на некоторые из них. Ряд входящих в состав «Пчелы» статей специально посвящён психологическим вопросам, о чём говорят уже сами их названия: «О мудрости», «О сне», «О памяти» и т.д.
Сон трактуется как «образ» смерти — на том основании, что и там, и здесь тело разлучается с душой. Автор приводит цитату свт. Климента Римского:
Можно с уверенностью утверждать, что это самая ранняя в нашей литературе «теория» сна. Отдельно хочу отметить, как трактует желание послеобеденного сна свт. Григорий Нисский:
Именно из-за этого тянет в сон после плотной трапезы. Но сон тела не так страшен, как сон ума!
В наибольшей степени автора «Пчелы» волновал вопрос о уме. Именно в этих главах приведено больше всего житейских наблюдений. Ум оценивается как главная, высшая способность души, к развитию которой призван каждый христианин. Автор ставит акцент на том, что ум в жизни важнее всего, так как от него зависят и богатство, и власть, и всякое благополучие человека. Особенно практический подход чувствуется там, где автор предостерегает против отождествления ума с многословием:
Однако при этом автор подчеркивает важность умения говорить для человека. В речи раскрывается внутренний, духовный облик человека, подобно тому, как в зеркале отражается его внешность. Слово — отличительный признак человека, подобно тому, как лай — отличительный признак собаки. Саркастическое отношение к многоглаголанию уравновешивается очень трепетным отношением к умению выражать свои мысли.
К проблеме ума «Пчела» подходит также и со стороны его взаимоотношений со страстями. Ум естественным образом противопоставляется чувствам, которые лишь омрачают его. Отсюда исходит задача — сохранить свои помышления в чистоте. Решающим для умственного развития человека является учение, познание. Осознание своего невежества — первое и самое необходимое действие для начала учения. Далее человек выходит на путь совершенствования, оттачивания своего разума. Но не все могут иметь совершенный ум. Совершенство ума обусловлено сочетанием двух условий — природных данных, действующих с объективной закономерностью (например, возрастной фактор), и целенаправленной человеческой деятельностью, то есть учёбой. В целом слово, посвящённое уму, представляет собой настоящий панегирик человеческому разуму, где в образных, метафорических выражениях даётся понятие о доминирующей роли разума в человеческой психике.
#русскаяистория
#чтопочитать
Примерно в конце XII века на Руси появляется богословское произведение «Пчела» — «любимое чтение людей русских». Это сборник кратких изречений преимущественно нравоучительного характера, фактически — энциклопедия житейской мудрости. Помимо выдержек из Священного Писания и творений Святых Отцов, здесь во множестве приводятся высказывания поэтов и философов Античности. Так как это сборник цитат, он прекрасно поддавался вставкам и изменениям, поэтому существуют редакции, отличающиеся от греческого текста и возникшие на русской почве.
Вопросы внутреннего устроения человека волновали всегда, и поэтому содержание «Пчелы» стремится ответить на некоторые из них. Ряд входящих в состав «Пчелы» статей специально посвящён психологическим вопросам, о чём говорят уже сами их названия: «О мудрости», «О сне», «О памяти» и т.д.
Сон трактуется как «образ» смерти — на том основании, что и там, и здесь тело разлучается с душой. Автор приводит цитату свт. Климента Римского:
Всё, что говорят о сне, должно прилагать и к смерти. Ибо и там, и тут очевиден отход души — в одном случае больший, в другом меньший.
Можно с уверенностью утверждать, что это самая ранняя в нашей литературе «теория» сна. Отдельно хочу отметить, как трактует желание послеобеденного сна свт. Григорий Нисский:
Когда солнце освещает влажную землю тёплыми лучами, из глубины её поднимается пар; подобное сему происходит и с нашей «землёй», когда пища «вскипает» внутри от естественной теплоты. Пары, которые по природе стремятся вверх и являются воздухообразными, переходят в то, что над ними, и собираются в полостях головы.
Именно из-за этого тянет в сон после плотной трапезы. Но сон тела не так страшен, как сон ума!
В наибольшей степени автора «Пчелы» волновал вопрос о уме. Именно в этих главах приведено больше всего житейских наблюдений. Ум оценивается как главная, высшая способность души, к развитию которой призван каждый христианин. Автор ставит акцент на том, что ум в жизни важнее всего, так как от него зависят и богатство, и власть, и всякое благополучие человека. Особенно практический подход чувствуется там, где автор предостерегает против отождествления ума с многословием:
Если бы признаком разума было умение непрерывно, много и быстро говорить, то ласточки были бы умнее нас.
Однако при этом автор подчеркивает важность умения говорить для человека. В речи раскрывается внутренний, духовный облик человека, подобно тому, как в зеркале отражается его внешность. Слово — отличительный признак человека, подобно тому, как лай — отличительный признак собаки. Саркастическое отношение к многоглаголанию уравновешивается очень трепетным отношением к умению выражать свои мысли.
К проблеме ума «Пчела» подходит также и со стороны его взаимоотношений со страстями. Ум естественным образом противопоставляется чувствам, которые лишь омрачают его. Отсюда исходит задача — сохранить свои помышления в чистоте. Решающим для умственного развития человека является учение, познание. Осознание своего невежества — первое и самое необходимое действие для начала учения. Далее человек выходит на путь совершенствования, оттачивания своего разума. Но не все могут иметь совершенный ум. Совершенство ума обусловлено сочетанием двух условий — природных данных, действующих с объективной закономерностью (например, возрастной фактор), и целенаправленной человеческой деятельностью, то есть учёбой. В целом слово, посвящённое уму, представляет собой настоящий панегирик человеческому разуму, где в образных, метафорических выражениях даётся понятие о доминирующей роли разума в человеческой психике.
#русскаяистория
#чтопочитать
❤9🔥9
Смерть в Ветхом Завете
Если мы возьмёмся рассматривать эсхатологию Ветхого Завета и постараемся создать некую общую картину, то столкнёмся с очень интересной особенностью: ответы на вопрос загробного существования и воскресения от автора к автору заметно отличаются. Сказывались и местные, и иноземные влияния; исторические потрясения также оставляли свой след.
Начать стоит с того, что разделение человека на душу и тело – плод эллинистической мысли. Человек – в полном смысле слова "душа живая", где "душа" – это конкретная форма, в которой жизнь проявляется в человеке, а "жизнь" – жизненная сила, выражающая себя в разных формах. Умирая, человек не исчезал. Про него говорили: "он приложился к народу своему". Древние израильтяне, как и их соседи в Месопотамии, с которыми у них имелись культурные связи, верили, что человек продолжает существовать после смерти, однако это совершенно иная форма бытия. Человек перестаёт быть целым, а становится лишь "тенью цельного человека". "Душа" умирает вместе с телом. У Экклесиаста мы можем найти более конкретное указание на то, что происходит с человеком после смерти: человеческая цельность распадается.
Человек попадает в Шеол, общее вместилище душ, темное и безмолвное. Однако сам Шеол часто представлялся местом крайне динамичным, зачастую представлявшимся как пучина вод, на которых покоится земля:
Так, например, Иона, попав во чрево кита, возглашает:
Как в Месопотамии, в Израиле верили, что социальные различия этого мира сохраняются и в Шеоле. Необходимо было правильно позаботиться об останках, так как от этого зависела посмертная судьба покойного. Именно поэтому мы встречаем в Евангелии упоминания о плакальщиках! Более того, эти ребята дожили до времени святителя Иоанна Златоуста. Не было ничего важнее правильного погребения, и самой ужасной участью представлялось то, что кости умершего будут рассеяны по земле:
Более того, в идеале необходимо было упокоиться недалеко от родственников. В ранней истории Израиля могла совершаться кремация, но позднее отношение сильно меняется, и кремация начинает рассматриваться как тяжкий грех. Правда, могли быть и исключения, о чём мы находим упоминание в Книге Царств:
Таким образом, человек после смерти не исчезает полностью, но сохраняет остатки былого величия, при условии, что он был похоронен по всем правилам. В загробной жизни человек встречается со своими родным, однако это не радостная встреча. Находясь в Шеоле, усопший не может вознести хвалу или молитву к Богу. Его социальный статус сохраняется.
#Кладбище
Если мы возьмёмся рассматривать эсхатологию Ветхого Завета и постараемся создать некую общую картину, то столкнёмся с очень интересной особенностью: ответы на вопрос загробного существования и воскресения от автора к автору заметно отличаются. Сказывались и местные, и иноземные влияния; исторические потрясения также оставляли свой след.
Начать стоит с того, что разделение человека на душу и тело – плод эллинистической мысли. Человек – в полном смысле слова "душа живая", где "душа" – это конкретная форма, в которой жизнь проявляется в человеке, а "жизнь" – жизненная сила, выражающая себя в разных формах. Умирая, человек не исчезал. Про него говорили: "он приложился к народу своему". Древние израильтяне, как и их соседи в Месопотамии, с которыми у них имелись культурные связи, верили, что человек продолжает существовать после смерти, однако это совершенно иная форма бытия. Человек перестаёт быть целым, а становится лишь "тенью цельного человека". "Душа" умирает вместе с телом. У Экклесиаста мы можем найти более конкретное указание на то, что происходит с человеком после смерти: человеческая цельность распадается.
Человек попадает в Шеол, общее вместилище душ, темное и безмолвное. Однако сам Шеол часто представлялся местом крайне динамичным, зачастую представлявшимся как пучина вод, на которых покоится земля:
Ибо так говорит Господь Бог: когда Я сделаю тебя городом опустелым, подобным городам необитаемым, когда подниму на тебя пучину, и покроют тебя большие воды; тогда низведу тебя с отходящими в могилу к народу давно бывшему, и помещу тебя в преисподних земли, в пустынях вечных, с отшедшими в могилу, чтобы ты не был более населен; и явлю Я славу на земле живых (Иез 26:19-20).
Так, например, Иона, попав во чрево кита, возглашает:
Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною. И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святый храм Твой (Ион 2:4-5).
Как в Месопотамии, в Израиле верили, что социальные различия этого мира сохраняются и в Шеоле. Необходимо было правильно позаботиться об останках, так как от этого зависела посмертная судьба покойного. Именно поэтому мы встречаем в Евангелии упоминания о плакальщиках! Более того, эти ребята дожили до времени святителя Иоанна Златоуста. Не было ничего важнее правильного погребения, и самой ужасной участью представлялось то, что кости умершего будут рассеяны по земле:
"...Иезавель же съедят псы на поле Изреельском, и никто не похоронит ее". И отворил дверь, и убежал (4Цар 9:10).
Более того, в идеале необходимо было упокоиться недалеко от родственников. В ранней истории Израиля могла совершаться кремация, но позднее отношение сильно меняется, и кремация начинает рассматриваться как тяжкий грех. Правда, могли быть и исключения, о чём мы находим упоминание в Книге Царств:
И услышали жители Иависа Галаадского о том, как поступили Филистимляне с Саулом, и поднялись все люди сильные, и шли всю ночь, и взяли тело Саула и тела сыновей его со стены Беф-Сана, и пришли в Иавис, и сожгли их там; и взяли кости их, и погребли под дубом в Иависе, и постились семь дней (1Цар 31:11-13).
Таким образом, человек после смерти не исчезает полностью, но сохраняет остатки былого величия, при условии, что он был похоронен по всем правилам. В загробной жизни человек встречается со своими родным, однако это не радостная встреча. Находясь в Шеоле, усопший не может вознести хвалу или молитву к Богу. Его социальный статус сохраняется.
#Кладбище
🤔15👍3🔥2