Камю, Альбер Чума: [роман-притча] / Албер Камю; [пер. с фр. Н. Жарковой]. - Москва: Издательство АСТ, 2019. - 382, [2] с.

Наши «веселые» ковидные времена воскресили в памяти людей роман, кажущийся таким жизненным, таким подходящим к ситуации в мире. Однако роман Альбера Камю не так прост как кажется на первый взгляд. Написанный в 1947 году, он представляет собой философское осмысление жутких событий Второй Мировой войны. Остылая к известной метафоре нацизма - «коричневая чума» -, автор размышляет о том, как человек, погруженный в пучину бедствия себя ведет. Камю показывает нам нескольких персонажей, которые совершенно по-разному реагируют на сложившиеся обстоятельства.

Конечно, можно читать роман как простое «летописное» описание чумного города. Но тогда некоторые места могут оказаться непонятными, а некоторые размышления и вовсе лишними и выбивающимися из общей картины. Такой является, например, исповедь Тарру, где он говорит о том, что еще до приезда в город он был «заражен чумой». Последовательно разбирая разные варианты мировоззрений, Камю «убивает» людей, чей взгляд на жизнь оказывался недееспособным в условиях бедствия.

Миниатюра из рукописи «Хроники Гилля Майзета», 1349 год

Мартин Лютер, Следует ли христианину бежать от чумы? / Санкт-Петербургское общество Мартина Лютера - Издательство «Умозрение»: СПб, 2020. - 36 с.
Продолжаются мои «чумные чтения». На глаза мне попалась тоненькая книжечка за авторством Мартина Лютера. Книга была издана как раз в 2020 году, когда пандемия разгорелась по всему миру, всколыхнув сонное общество. Ни одна сфера жизни не осталось без изменений. Особо COVID-19 затронул Церковь, вскрыв некоторые проблемы восприятия. Для многих сама возможность заразиться в храме стала неким откровением, которое некоторые не приняли и отвергли как лжезнание, осуждая тех, кто поверил. Если кратко, то Мартин Лютер старается дать ответ на вопрос, заявленный в заглавии. Сам текст был написан Лютером в 1527 году, когда в Виттенберге и окружающих городах бушевала чума.
Можно ли считать вирус испытанием Господним? Ответ на этот вопрос должен дать сам человек. Однако, существует проблема более актуальна: что же делать? Можно ли бежать от чумы? «Да», - говорит реформатор. Однако, с условием, что твой побег никому не принесёт несчастья и неудобства. Хочешь бежать? Беги, но перед этим подумай о ближнем. Побег должен быть просчитанным действием. Конечно, если вера твой крепка, то оставайся. Однако, «Ибо, как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва» (Иак 2:26) и об этом стоит помнить. Мартин Лютер считает побег «без подготовки» грехом маловерия.
Бояться смерти и бежать от нее совершенно нормально, это заложено в наших инстинктах. Человек боится смерти, надо это признать. Бесконечно можно рассуждать, что «на все воля Божья!». Но это скорее искушение Бога, чем надежда на Него. Все что нас окружает - испытание Господне. В таких рассуждения можно задаться вопросом о том, зачем мы одеваемся в теплую одежду на морозе? Мы не хотим принимать испытание холодом, идущее от Бога? Нет, мы не хотим околеть на морозе, вот и все. Подобным этому должно быть и отношение к вирусу. Полное пренебрежение средствами защиты - это не упование на Господа, а ярко выраженное искушение Его!

На заднем плане: Боргоньоне А., Святой Рох и Людовик Тулузский

Лавкрафт, Говард Филлипс Некрономикон. Книга запретных тайн: [сборник: перевод с английского] / Говард Филлипс Лавкрафт. - Москва: Издательство АСТ, 2020. - 416 с.

Итак, очередной сборник Лавкрафта прочитан и я спешу сказать, что этот отличается от прочих. В целом данный сборник, в отличие от «Мифы Ктулху», содержит в себе совершенно не связанные друг с другом рассказы. Примечательным с точки зрения развития автора является рассказ "Зверь в подземелье". Он был написан Говардом в возрасте четырнадцати лет и повествует о человеке, потерявшемся в древних пещерах, которые таят в себе жуткие тайны. Рассказ хоть и довольно наивен, но молодому писателю удалось создать нужную атмосферу. Среди обычных для автора тем вечного и непостижимого ужаса, в сборнике мы на ходим два текста, которые выделяются на их фоне.

Первый - это шуточный рассказ «Напр», который повествует о жизни прославленного автора почти всех жизнеописаний. Однако, «следует довести до всеобщего сведения, что эти лавры с ним разделяют Смотристр и Сравни». Лавкрафт «прослеживает» полную трудов жизнь и посмертные приключения черепа столь прославленного студентами автора, чьи «мощи» все еще погребены в земле.

Второй текст, который приковывает внимание, является статья Г.Ф. Лавкрафта «Сверхъестественный ужас в литературе», которая занимает 100 страниц книги. Автор разбирает путь столь нишевого жанра в от его зарождения от формирования народного эпоса и вплоть до начала XX века. Конечно, сказать, что данная статься глубоко историческая трудно. Говард Филлипс предлагает свой взгляд на то, как формировался жанр сверхъестественного. Будучи критиком и литературоведом, он показывает развитие образа героя и идеи ужаса в литературе. Особое внимание он уделяет любимому им Эдгару Аллану По.

Официально заявляю: все кому нравится соевое молоко отринули человечность, чтобы послужить делу Ужаса, Извечного врага рода людского

Итак, очередные запреты, которые ни к чему не приведут. Как служили, так и будут служить. Больше всего печалит в данной ситуации цинизм, прикрытий благочестием. Понятное дело, что Константинополю в большей степени плевать на свой имидж, но стоит ли игра свеч?

Константинопольский патриархат собирается запретить в служении весь епископат УПЦ Московского патриархата.

Сообщение об этом появилось на канале «Россия 24». Данное решение, возможно, будет принято в конце января на заседании синода в Стамбуле...

https://t.me/RusUnlimited/3146

Христос родился. Это важное событие для всего мира и все попытки отрицать его важность означают банальное незнание истории и культуры. Поздравляю всех братьев и сестёр во Христе с Праздником!

Изображение: «Поклонение Младенцу и распятие», Фра Диаманте, ок. 1470 г.

Итак, пару дней назад закончил читать «Чапаев и Пустота» Виктора Пелевина. Книга, я бы даже сказал, пособие по русскому буддизму, невероятно увлекательная и главным ее достоинством является то, что для книги подобного жанра, она написана понятным языком. Сюжет развивается в двух временных линиях, и непонятно какая из них реальна, а какая является сном, но концовка расставит все на свои места. Книга изобилует огромным количеством красивых, поэтичных фраз и ярким русским колоритом, сдобренным хорошей порцией философии буддизма, что на удивление хорошо сочетается друг с другом. Виктор Пелевин показывает свое осмысление событий, произошедших в 90-е годы в СНГ, проводя некоторые аналогии с Революцией 1917 года и Гражданской войной.

Харман Д. Чистилище святого Патрика - и другие легенды средневековой Ирландии / Харман Д. - Москва: Издательство АСТ, 2020. - 320 с

Дильшат Харман посвятила всю книгу одному единственному маленькому островку в Ирландии, параллельно рассказав о большей части средневековой Европы. Автор прослеживает всю историю паломничеств к Чистилищу Святого Патрика, параллельно рассуждая над тем, как мыслил паломник того времени и зачем туда ходят сейчас. Как появился вход в Чистилище, через который мог истинно верующий заглянуть в загробный мир и вернуться оттуда живым? И как с этим связана ирландская мифология? На основании этой книги можно немного приоткрыть обширную тему смешения христианства и язычества. Лично мне эта тема интересна по многим причинам, что, конечно, подогревало интерес к книге. Главным достоинством этого издания являются цветные изображения, хотя их и не так много, как в прошлой книги от проекта «Страдающее Средневековье».

Миямото, Мусаси Книга пяти колец / Миямото Мусаси Симмэн; [перевод с японского]. - М.: Эксмо, 2019. - 160 с.

...или сказ о глупых гайдзинах и обычных японцах.

Дочитал довольно короткую книгу за авторством Миямото Мусаси. Сама по себе она довольно интересна: в основном в ней излагается методика ведения боя, разработанная мастером двух мечей. Написал он этот трактат для своего ученика, чтобы память о идеях его техники сохранилась, по возможности, без искажений. Книгу интресно читать, да и само оформление мне нравится. Целевой аудиторией книги, как по мне, являются люди заинтересованные в фехтовании катаной или просто интересующиеся самурайской тематикой.

Но никак не бизнесмены или лайф-, ворк-, борк-, бош-, самсунг- и прочие проявления коучей в нашем грешном мире. Поговаривают, что эту книгу используют многие бизнесмены для того, чтобы правильно выстраивать своё дело, сражаясь с конкурентами подобно самураю. Для таких людей скажу: зачем вам Мусаси? Откройте любой средневековый фехтбук и вы прочтёте тоже самое, но благодетели духа будут называться благодетелями рыцаря. Ой, но это же какие-то понятные всем европейцы, а не загадочные японцы. В общем, эта книга описывает как наносить удары, как защищаться и как передвигаться по время боя. Практически те же самые «бизнес-советы» вы найдёте и в средневековой Европе. Сама глубокая мысль для бизнеса, которою удалось найти: «Начальнику следует учитывать способности и сладости подчиненных, находится рядом с ними и не желать от ни ничего не разумного. Он должен понимать их настроение и уметь подбодрить, когда необходимо» (С. 10). Никто такую мысль не писал и вот опять. Подводя итоги хочется сказать, что не пытайтесь найти древний трактат для мотивации (и тем более современные книги!), просто постарайтесь жить и хоть что-то делать. Вот мой совет от GlebLifeOuch97: «Если что-то делать, что-то будет»

Колоницкий Б.И. #1917: Семнадцать очерков по истории Российской революции / Борис Колоницкий. - СПб: Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2017. - 144 с.

Революция 1917 года для нашей страны событие поворотное. Многие исследователи обращались к ней, пытаясь осмыслить ее причины, найти закономерности в ее ходе, дать философское обоснование. Сколько теорий существует о том, кто ее начал, кто помог начать и прочих. Тем примечательнее эта книга, ибо она рассказывает не кто, а где, в какой атмосфере творилась Революция. Можно долго рассказывать о том какие политические партии соперничали друг с другом за власть, по словам разбирая манифесты и политические программы, но факт останется фактом: Революция 1917 года делалась в очередях за хлебом, в кабаках и бараках, дома и на улице. 17 коротких очерков раскроют перед читателями предреволюционную Россию, подробно рассказав о «маленьких» событиях во многом повлиявших на события Октября.

Первая неделя Великого поста подходит к концу («Трон в крови» Акира Куросава, 1957 г.)

Снаряжение легионера времён Гая Юлия Цезаря.

#Римская_империя@monastery_cellar

Иерусалимское королевство -- Царство Божие на земле

Иерусалим был важен не только для христиан, но так же для иудеев и мусульман. Иерусалимское королевство, основанное в результате Крестовых походов, воспринималось как «Царство Небесное» на земле. Толпы паломников стремились попасть в места, которых касались ноги Спасителя. Но покоя в Царстве Небесном практически никогда не было. Постоянные сражения менее всего располагали к сотрудничеству между христианами и мусульманами, даже не смотря на принцип веротерпимости, который ставился во главу угла. Первые крестоносцы, продвигаясь в глубь территории Палестины, основывали свои города-государства, зачастую уничтожая мусульманское население.

Трудно быть веротерпимым, когда твоих поданных уничтожают. Постоянные небольшие конфликты больше и больше разжигали пламя войны. Конечно, политики и с той, и с другой стороны старались не допустить кровопролития, но вновь пришедшие, горящие идеями освобождения Иерусалима или просто банального захвата территорий, нарушали перемирие.

Можно сказать, что первым императором, который мог и сражаться. и договариваться стал Фридрих II из династии Гогенштауфенов. Он  вошел в мусульманскую историю как веротерпимый и любознательный император. В свою очередь христианская история запомнила великодушного  Саладина, которого считали рыцарем Востока, пощадившего население Иерусалима, хотя мусульмане помнили о резне устроенной крестоносцами. Старый город Иерусалима до сих пор помнит о тех временах, когда он принадлежал христианам. Каждый орден, каждая более-менее крупная христианская страна старалась увековечить свое присутствие на земле Христа. В личной папской капелле св. Лаврентия в Римском Латеранском дворце к середине XII века скопилась аккуратно разложенная коллекция камней, собранных в святых местах. Это коллекция зримо иллюстрировала Евангельскую историю, но и, можно сказать, превращала сам Иерусалим в папский дворец. Карты паломников, имевших хождение среди стремившихся попасть в Иерусалим, изображали топографию священного города, где каждый камень был увязана с историей жизни Христа. В некотором смысле, современные многочисленные гиды — прямые наследники паломнических служб далекого от нас Средневековья.

#Средневековье@monastery_cellar

Коронация Отона III «Евангелие Лютхара». Райхенау. Ок. 996 г. Аахен, сокровищница собора.

#Средневековье@monastery_cellar

Образ Оттона III

Христианская вера на протяжении веков всегда оказывала влияние на осмысление себя светской властью. Стремясь легитимизировать себя, возвысить в глазах подчиненных, власть земная подражала во многом Церкви, перенимая ее символы. Византийские василевсы, русские князья, западные короли во многом считали себя «подражателями Христа». Зачастую даже тяготы правления воспринимались как путь Спасителя на Голгофу. В искусстве подобное выражалось в первую очередь в том, что правители старались увековечить себя в памяти предков в близости ко Христу.

Ярким примером может служить молодой император Оттон III. В Четвероевангелии X века он изображен восседающим на троне, вписанный в божественную мандолору и покоящийся на образе земли, то есть его владений имеющихся и будущих. Образ земли — образ известный еще с Античности, который символизирует, что власть есть тяжкое бремя не только для правителя, но и для его земель. Символически изображенные евангелисты словно просвящают императорское сердце Евангельской мудростью. Его поданные, изображенные в виде клириков и воинов, в согласии взирающие друг на друга, поддерживают его «словом и делом». Два герцога, изображенные по бокам от трона, склонили копья, выражая верность своему господину и эта верность также дает им приобщиться к Евангельской мудрости. Стоит также отметить, что венец на голову Оттона возглагает десница Христа, окруженная собственным нимбом, но все же не гнушающаяся коснуться головы смертного человека. Отдельно стоит обратить внимание на руки Оттона: в одной руке он держит державу, один из символов царской власти, но другая его рука пуста, хотя казалось бы, в ней должен быть меч, второй символ власти. Пустая рука говорит смотрящему, что перед ним император-миротворец.

Подобные изображения, с другими правителями, мы может встретить во многих других рукописях и мозаиках. Но все они выражают яркую связь между земным и небесным, которой пропитано все Средневековье…

#образы