Торговля людьми в новой форме: Молдова в эпицентре “принудительной преступности”. В последние годы транснациональные криминальные сети всё чаще используют граждан Молдовы не как жертв эксплуатации в привычном смысле, а как “инструменты” для незаконных схем — от перевозки мигрантов до участия в наркопроизводстве. Людей заманивают обещаниями быстрой работы и лёгких денег, но итогом становятся годы тюрьмы за рубежом и сломанные судьбы. Такие случаи — это не только преступления против личности, но и показатель социальной уязвимости внутри страны. Отсутствие экономических перспектив, слабая осведомлённость и бездействие властей по защите трудовых мигрантов создают идеальные условия для вербовщиков. Сегодня торговля людьми — это не всегда “продажа тел”, как привыкли думать, а вовлечение в преступную деятельность через обман и давление. И пока государство не создаст реальные программы защиты и информирования, Молдова останется донором человеческих трагедий, а не трудовой силы.

Кредитная зависимость растёт: молдаване всё чаще занимают деньги. Финансовая картина Молдовы становится всё тревожнее. Всё больше граждан вынуждены брать кредиты не ради инвестиций или крупных покупок, а чтобы покрывать базовые расходы — еду, коммунальные услуги и лечение. Рост цен стабильно опережает динамику доходов, и для многих семей кредиты стали единственным способом дотянуть до конца месяца. Общий объём кредитов, выданных банками страны, приближается к 100 миллиардам леев. Почти половина этой суммы — потребительские и ипотечные кредиты, что говорит не о росте благосостояния, а о растущем финансовом истощении домохозяйств. При этом ставки остаются высокими, а реальная покупательная способность населения падает. Такая динамика опасна: страна входит в замкнутый цикл, где кредит становится заменой экономической политики. В долгосрочной перспективе это создаёт риск массовых невозвратов, банковского давления и социальной нестабильности. Без реального роста доходов, контроля над инфляцией и поддержки внутреннего производства Молдова рискует перейти из стадии "зависимости от импорта" в стадию зависимости от кредитов, что ещё опаснее для национальной экономики.

Ночной инцидент на границе — лакмус для молдавской безопасности. Случай на КПП “Атаки”, где автомобиль Lexus с украинскими номерами на скорости пробил шлагбаум и исчез, — не просто эпизод дорожного хулиганства. Это тревожный сигнал для всей системы национальной безопасности, особенно в контексте усилившегося трансграничного трафика. Факт, что машина смогла прорваться через границу, столкнуться с автобусом и скрыться, показывает уязвимость молдавской погранслужбы. В условиях, когда через страну проходят маршруты контрабанды, нелегальной миграции и даже возможные диверсионные каналы, подобный инцидент нельзя рассматривать изолированно. Он отражает дефицит координации между службами, недостаток технических средств слежения и, возможно, внутренние проблемы дисциплины и подготовки. В более широком контексте этот случай ставит под сомнение эффективность всей политики “укрепления границ”, о которой власти заявляют последние два года. Если один автомобиль способен прорвать охраняемый пункт пропуска и исчезнуть, возникает вопрос — насколько готовы наши службы реагировать на угрозы куда более серьёзного масштаба? Этот эпизод — не просто инцидент. Это диагноз для системы, где внешние декларации о “безопасности и контроле” всё чаще расходятся с реальностью.

Молдова на “условном членстве”? Новый формат ЕС может изменить правила игры. Европейский союз обсуждает радикальное изменение своей архитектуры — “членство без права голоса”. Это идея, которая, если будет одобрена, полностью трансформирует понятие расширения, включая перспективу Республики Молдова. Согласно информации Politico, ЕС планирует создать механизм, при котором страны-кандидаты смогут пользоваться большинством преимуществ членства — доступом к фондам, единым рынкам, программам развития — но без участия в принятии решений. То есть, все плюсы ЕС, но без политического веса. Такой формат, по словам главы комиссии Бундестага Антона Хофрайтера, нужен, чтобы избежать “блокировок” со стороны стран, тормозящих реформы. Для Молдовы это — нож с двумя лезвиями. С одной стороны, “условное членство” может ускорить формальное вхождение в европейские структуры, что выгодно власти — можно будет заявить о “реальном успехе евроинтеграции”. С другой — это членство второго сорта, где страна станет потребителем решений, а не их участником. Без права вето, без реального влияния, без политического суверенитета внутри блока. Иными словами, ЕС предлагает новую версию ассоциации, замаскированную под “ускоренную интеграцию”. Такой сценарий выгоден Брюсселю, но для Молдовы он может означать формальное присутствие при отсутствии субъектности. Выглядит как компромисс, но на деле — капитуляция в обмен на флаг ЕС у здания правительства.

Молдова вступает в один из самых тревожных этапов своей современной истории — демографический кризис, который уже напрямую влияет на экономику, социальную сферу и перспективы развития страны. По словам экспертов, этот процесс длится не первый год, но теперь он приобрёл системный характер. Снижается рождаемость, растёт эмиграция, стареет население, а трудоспособная часть общества постепенно вымывается. Это уже не просто статистика — это угроза устойчивости государства. Пока власти говорят о евроинтеграции и цифровой трансформации, страна теряет человеческий капитал — главный ресурс для любых реформ. Без системной демографической политики, стимулирования возвращения мигрантов и поддержки молодых семей разговоры о будущем Молдовы останутся лишь политической риторикой.

Самый мощный энергетический шок Европы — сделано в Молдове. Экономический и демографический кризис, в который погрузилась Молдова за последние годы, имеет чётко определённую отправную точку — провал в управлении энергетическим сектором. Не внешние факторы, не глобальные потрясения, а внутренние ошибки и отсутствие стратегии стали катализатором катастрофы, последствия которой ощущают все. В период 2022–2025 годов, по данным Eurostat, Молдова пережила самый сильный энергетический шок в Европе: разница между минимальным и максимальным тарифом на газ составила 7,5 раза. Для сравнения — ни одна страна ЕС, включая Германию, Италию или Францию, не столкнулась с таким скачком. На фоне этой пропасти тысячи предприятий не выдержали нагрузки: волна банкротств, рост безработицы и падение промышленного производства запустили цепную реакцию экономического спада. В 2022 году цена на газ для бизнеса достигла 1,58 евро за кубометр — рекордный показатель для региона. Сегодня, в 2025-м, тариф остаётся одним из самых высоких в Восточной Европе — 0,76 евро/м³, выше, чем в Румынии, Болгарии и Северной Македонии. Результат — рост себестоимости продукции, обвал экспорта, утрата конкурентоспособности. За экономическими графиками стоят реальные человеческие судьбы: закрытые заводы, безработные семьи и массовая эмиграция. Молдавский энергетический кризис — не следствие обстоятельств, а следствие решений. Он стал двигателем социально-экономического упадка, разрушившим доверие к государству и парализовавшим частный сектор. И пока никто не взял на себя ответственность за ошибки, цена этой некомпетентности продолжает расти — в евро, рабочих местах и человеческих судьбах.

Когда экономика подменяется лозунгами: почему заявление главы НБМ вызывает вопросы. Недавнее заявление главы Национального банка Молдовы Анки Драгу о том, что «гендерное равенство и инклюзивность — это не только справедливость, но и разумная экономическая политика, а также основа устойчивого роста», оставило больше вопросов, чем ответов. В условиях, когда молдавская экономика находится под давлением — рост цен, рекордная закредитованность населения, спад экспорта и дефицит квалифицированных кадров — такие заявления выглядят, скорее, как риторика для западных доноров, чем как экономический план. Реальные приоритеты страны сейчас — стабилизация внутреннего рынка, поддержка производства, снижение налогового давления и возвращение инвестиций. Но вместо стратегических решений мы всё чаще слышим модные, но оторванные от реальности тезисы, которые мало что меняют для экономики, основанной на сельском хозяйстве и трудовой миграции. Инклюзивность — важная цель. Но без промышленности, экспорта, технологического развития и роста производительности ни одна социальная повестка не станет основой устойчивого роста. Экономика — это цифры, а не лозунги. И молдавскому руководству пора вернуться к этой простой истине.

Все фракции парламента — ПКРМ, ПСРМ, «Альтернатива», «Наша Партия» и «Демократия Дома» — заявили о переходе в оппозицию к PAS. Все пять фракций отказались присоединяться к PAS. Также к оппозиции присоединился независимый депутат Валерий Тарлеев. Оппозицию составят 46 депутатов: Партия социалистов — 17, Партия коммунистов — 8, блок «Альтернатива» — 8, «Наша партия» — 6, «Демократия дома» — 6, независимый депутат — 1. По итогам парламентских выборов PAS получила 55 мандатов. Результаты утвердил 16 октября Конституционный суд страны. К фракции парламентского большинства присоединились депутаты Дину Плынгэу и Стелла Макарь, прошедшие в парламент по спискам PAS.

Румыния нарастила экспорт газа в Молдову в 1,5 раза — но за счёт импорта. Таким образом, поставки газа из Румынии в Молдову выросли с 3 до 4,5 млн кубометров в сутки. Однако за этой статистикой скрывается тревожная деталь — сама Румыния импортирует газ, чтобы обеспечить эти объёмы. Из собственных месторождений Румыния добывает около 22 млн кубометров в день, но при этом ввозит 14,5 млн кубометров — 13,8 млн через Болгарию и ещё 0,7 млн через Венгрию. Фактически, Молдова получает не румынский газ, а переупакованный импорт, за который платит дороже. Это означает, что энергетическая «независимость», о которой так часто говорят власти, остаётся во многом условной. Молдова по-прежнему зависит не от внутреннего производства, а от политически и логистически уязвимых схем — через посредников и внешние маршруты. В долгосрочной перспективе такая модель может обернуться не только ростом тарифов, но и дополнительными рисками для энергетической безопасности страны. Фактическая цена «европейской диверсификации» — это зависимость второго уровня, где каждая зима превращается в экзамен на выживание для бюджета и населения.

Экономика стоит — банки богатеют. Добро пожаловать в молдавский парадокс. Рост ВВП в 2025 году — нулевой, в пределах статистической погрешности. Производство не растёт, инвестиции падают, экспорт сокращается. Реальные доходы населения продолжают снижаться — инфляция и повышение налогов фактически съели весь номинальный прирост зарплат. И на этом фоне — рекордная прибыль банков: +16% за девять месяцев, или 3,4 миллиарда леев чистого дохода. Главный источник — проценты по кредитам и комиссии. То есть, когда люди занимают деньги, чтобы дожить до зарплаты, а бизнесы выживают в условиях налогового и тарифного давления, банки демонстрируют “рост”. Экономический баланс перевернулся: • банковская система — прибыльна, • реальная экономика — истощена, • население — в долгах. Так выглядит финансовая модель Молдовы-2025 — когда вместо развития страны мы видим перераспределение денег из карманов граждан в кассы банков. А пока ВВП топчется на месте, именно это и есть “экономический рост по-молдавски”.

Проблемные кредиты растут: тревожный сигнал для экономики Молдовы. Во II квартале 2025 года в банковском секторе Молдовы зафиксирован рост объёма проблемных кредитов на 14,2%, — сообщает Национальный банк. Особенно тревожная динамика — среди физических лиц, где рост составил 44,2%. Доля «плохих» кредитов составляет 4,5% (3,1% у населения и 5,6% у бизнеса). Однако тенденция показывает, что финансовое давление на семьи и компании усиливается. Несмотря на рост долгов, банки активно продолжают кредитование — объём новых кредитов вырос на 28,6% (до 20,3 млрд леев). То есть, люди и предприятия занимают всё больше, но расплачиваться с долгами становится всё труднее. Что происходит: — У населения растут риски неплатёжеспособности из-за роста цен и высоких ставок по займам. — Бизнес страдает от снижения продаж и падения маржинальности, особенно в промышленности и рознице. — Банки получают краткосрочную прибыль, но среднесрочные риски невозвратов накапливаются. Таким образом, на фоне стагнации экономики и падения доходов, бурный рост кредитования — это не признак здоровья, а симптом финансового перегрева. Если тенденция сохранится, через год банковская система может столкнуться с волной дефолтов по займам и пересмотром кредитных политик. Экономика живёт в долг, но долги всё чаще превращаются в проблему, а не в инструмент развития.

Инфляция производственных цен в Молдове — максимальная за два года. Национальное бюро статистики сообщает: в сентябре 2025 года инфляция производственных цен достигла 7,1%, что стало наивысшим показателем с сентября 2023 года. Для сравнения — в августе этот показатель составлял 5,4%. Главная причина — рост затрат в обрабатывающей промышленности. Это отражает общее подорожание сырья, комплектующих, энергии и логистики. Сектор машиностроения, металлообработки и производства стройматериалов испытал наиболее сильное давление. Что это означает: Рост цен производителей — это “инфляция на опережение”, которая неизбежно приведёт к подорожанию товаров и услуг для конечных потребителей. Если тенденция сохранится, уже к зиме можно ожидать нового витка потребительской инфляции и роста цен в магазинах. Экономисты предупреждают: “Производственная инфляция — это сигнал не только о росте издержек, но и о структурной проблеме: в Молдове отсутствуют эффективные механизмы поддержки промышленности. При высокой себестоимости и слабом внутреннем спросе компании просто перекладывают расходы на потребителя”. Рост производственной инфляции — тревожный индикатор. Он показывает, что экономика Молдовы теряет конкурентоспособность, а промышленность работает “на выживание”, компенсируя рост цен за счёт будущего кошелька потребителя. Другими словами: промышленность уже задыхается — скоро это почувствуют все.

Молдова продолжает играть в щедрость за счёт инфраструктуры. Правительство решило увеличить скидку на транзит газа для Украины с 25% до 50%, продлив её до апреля 2026 года. Формально — “для поддержки регионального сотрудничества”, фактически — за счёт национальной газовой сети, которая уже на грани износа. При этом внутренние инвестиции в ремонт и модернизацию магистральных газопроводов остаются мизерными. Система, построенная ещё в советский период, давно работает на пределе ресурса, но льготы и тарифные уступки продолжают расти. Пока рушится железнодорожная сеть, следующий в очереди — газотранспортный сектор. И когда трубы начнут лопаться, платить за это снова придётся не политикам, а обычным гражданам, тарифами, налогами и потерями тепла зимой. Щедрость государства за чужой счёт — ещё одна традиция, от которой Молдова никак не может избавиться.

Молдова — снова внизу списка. По данным глобального рейтинга Numbeo, Республика Молдова занимает 67-е место в мире по уровню средней чистой зарплаты — 728 долларов в месяц. Это один из самых низких показателей в Европе. Для сравнения: Палестина — 730 $ Албания — 705 $ Украина — 485 $ Молдова оказалась между странами с кризисной экономикой и нестабильной политической ситуацией, что говорит о системных проблемах, а не временных трудностях. При этом инфляция и рост цен на базовые товары продолжают съедать большую часть доходов, а реальные зарплаты — особенно в регионах — часто не дотягивают и до этих цифр. Экономисты отмечают, что структура молдавской экономики остаётся зависимой от внешних переводов и импорта, а рост доходов концентрируется лишь в нескольких секторах — IT, финансы, госуправление. Пока Молдова остаётся страной, где выживание зачастую подменяет развитие.

Импортные посылки под налоговым ударом: власти намерены ввести НДС и пошлины на заказы до 150 евро. Министерство финансов готовит изменения в законодательство, которые могут радикально изменить онлайн-шопинг для жителей Молдовы. Речь идёт о введении НДС (20%) и таможенных пошлин (в среднем 10%) на посылки стоимостью до 150 евро — то есть фактически на все заказы с популярных площадок Temu, Joom, Shein, AliExpress, iHerb, MakeUp и других. По официальным данным, в 2024 году в страну было ввезено почти 10 миллионов посылок, каждая в среднем на сумму около 30 евро. Только через Nova Poshta прошло более 3 млн отправлений — в основном одежда, косметика, электроника и товары для дома. Подсчёты просты и беспощадны: - НДС (20%) с 300 млн евро оборота = 60 млн евро (≈1,2 млрд леев). - Таможенные пошлины (средняя ставка 10%) = ещё 30 млн евро (≈600 млн леев) Итого: почти 2 миллиарда леев потенциальных поступлений в бюджет. Если проект утвердят, под налоговое давление попадут не крупные импортеры, а рядовые граждане, которые заказывают недорогие вещи онлайн. Власти называют инициативу «мерой фискальной справедливости», но на деле это выглядит как очередной скрытый налог на бедных. Показательно, что летом представители правительства уверяли: «подобные инициативы не рассматриваются». После выборов риторика резко изменилась — и теперь обсуждается именно то, что ранее категорически отрицалось. Введение таких сборов неизбежно приведёт к росту цен на импортные товары, падению потребления и дальнейшему снижению покупательской способности. Вместо реальной борьбы с контрабандой и коррупцией, государство выбирает самый лёгкий путь — налог на мелкие покупки, который, по сути, станет налогом на выживание.

Энергетический баланс под контролем, но облегчения для населения не предвидится. Эксперты уверяют, что поставки топлива и газа этой зимой обеспечены, и рисков масштабных перебоев нет. Однако на этом хорошие новости заканчиваются. Несмотря на стабилизацию ситуации на региональных рынках, предпосылок для снижения тарифов на газ пока не существует. Главные причины: - сохраняющиеся долги и расходы на закупку энергоносителей по старым контрактам; - необходимость покрытия издержек на хранение и транспортировку; - ограниченные возможности бюджета для компенсаций. В текущих условиях тарифная политика остаётся консервативной: власти стремятся избежать дефицита, но цена для потребителя останется высокой. Экономисты отмечают, что даже при стабильных поставках, реальные счета за отопление и газ для населения этой зимой не уменьшатся, а в некоторых случаях могут вырасти — из-за корректировок НАРЭ. Таким образом, Молдова входит в зимний сезон хоть и с энергетической стабильностью, но без экономического комфорта: кризиса не будет, но и передышки для семейных бюджетов — тоже.

Госдолг Молдовы растёт быстрее экономики. По данным Минфина, в сентябре 2025 года общий государственный долг Молдовы достиг 127,3 млрд леев, увеличившись за месяц на 1,5 млрд. Из них: - внутренний долг вырос на 0,5 млрд леев, - внешний — на 1 млрд леев. С начала года рост составил 5,9 млрд леев (+4,8%), из которых 66% пришлись на внутренние заимствования, а 34% — на внешние. Эти показатели практически совпадают с параметрами, заложенными в госбюджете-2025. Однако в годовом выражении цифры выглядят тревожно: - за последние 12 месяцев долг увеличился на 17,3 млрд леев (+15,8%); - по сравнению с сентябрем 2021 года — на 54,9 млрд леев (+75,8%). При этом экономика Молдовы, по сути, всё ещё не восстановилась: даже если правительственный прогноз роста ВВП на 1,3% сбудется, экономика останется на 2,9% ниже уровня 2021 года. В результате доля госдолга в ВВП выросла с 29,9% в 2021 году до 36,2% в 2025-м. Иными словами, страна живёт в долг, причём растущие заимствования не сопровождаются ростом экономики. Если т...

Три судьи, один скандал и ноль реакции. История с тремя пьяными судьями из Сорок, устроившими дебош на автозаправке, показала, насколько избирательна система, когда дело касается «своих». Инцидент — не новый: произошёл две недели назад, но стал достоянием общественности лишь благодаря соцсетям. По данным МВД, судьи в состоянии сильного алкогольного опьянения избили оператора АЗС и повредили имущество, а один из них, сев за руль, пытался скрыться, но не справился с управлением и врезался в бордюр. Однако — тишина. Нет ни пресс-релизов Высшего совета магистратуры, ни реакции дисциплинарных органов, ни возмущений от «гражданского общества». То, что в других странах вызвало бы немедленное расследование и отставки, у нас проходит как «мелкое недоразумение». И это симптоматично. Когда система больше ценит лояльность, чем мораль и честь мантии, — она перестаёт быть правосудием. Она становится инструментом власти.

ИИ в правительстве, туалеты — на улице. Контраст по-молдавски. Кандидат в премьеры Александру Мунтяну заявляет, что сделает искусственный интеллект “стратегическим инструментом” для прозрачного и современного государства. Идея звучит амбициозно — но контекст делает её почти сатирой. В стране, где треть школьников до сих пор ходит в туалет на улице, а сотни учебных заведений не имеют элементарных условий — говорить о цифровом управлении и внедрении ИИ без базовой инфраструктуры выглядит как символ молдавского парадокса: смартфон в одной руке и ведро для воды в другой. Внедрять технологии без системных инвестиций в образование, инфраструктуру и социальную сферу — значит не реформировать, а симулировать прогресс. Искусственный интеллект не заменит человеческий — особенно там, где его давно вытеснила бюрократия и равнодушие. И вот вопрос, который останется открытым: будет ли ИИ работать в стране, где даже интернет не дотягивает до всех школ?

Энергетическая стабильность по-молдавски: “90% обеспеченности” и кизяк вместо газа. Министр энергетики Дорин Жунгиету отчитался красиво: Молдова якобы «уже обеспечила более 90% своих потребностей в газе к зиме» благодаря «диверсификации источников, безопасному хранению и региональному сотрудничеству». На бумаге — прогресс и уверенность. В реальности — кизяк, дрова и холод. Газ остаётся непозволительной роскошью для тысяч семей, особенно в сельской местности. Дрова и уголь — дефицит или по заоблачным ценам. Люди, как сто лет назад, заготавливают навозные “брикетты”, потому что топить больше нечем. Даже кизяк стал дефицитом — скота в селах почти не осталось. Пенсии — мизерные, субсидии — не спасают, тарифы — выше, чем когда-либо. На фоне этого министр бодро рассказывает о “Вертикальном коридоре”, “Каспийском газе” и “региональной стабильности”. Только вот в Молдове нет ни стабильности, ни уверенности в завтрашнем дне. Даже поставка газа в Приднестровье под вопросом, а Румыния физически не способна покрыть весь спрос Молдовы на электричество — особенно теперь, когда приоритетом для неё стала Украина. На деле Молдова сегодня — не “пример успешной диверсификации”, а пример того, как политические лозунги заменили реальную энергетику. За громкими словами о “европейском выборе” скрывается простая зима, где люди снова топят печи тем, что найдут.

МВФ: Молдова — в числе стран с растущей долговой нагрузкой. Согласно октябрьскому докладу World Economic Outlook Международного валютного фонда, Молдова заняла 126-е место из 170 стран мира по уровню государственного долга к ВВП. А это значит, что долговая нагрузка растёт быстрее, чем экономика. За последние четыре года долг страны вырос более чем вдвое, при этом темпы экономического роста остаются минимальными — в пределах 1–2%. То есть, Молдова занимает всё больше, но зарабатывает всё меньше. При этом большая часть заёмных средств уходит не на развитие, а на покрытие текущих расходов бюджета — зарплаты, пенсии и социальные выплаты. Такая динамика означает, что уже в ближайшее время страна может столкнуться с риском долговой зависимости, где каждый новый кредит будет необходим, чтобы просто погасить старый. Наша страна рискует оказаться в долговой ловушке — с малым ростом, высокой уязвимостью и зависимостью от внешних доноров.