Молдавская промышленность: от индустриальной страны к экономическому придатку. Молдавская промышленность переживает системный упадок, который уже трудно скрыть статистикой — доля сектора в ВВП сократилась до 8%, тогда как в 1990-е годы она составляла около 40%. Это не просто цифра — это показатель того, что страна стремительно теряет производственную основу, превращаясь в экономику потребления и импорта. Президент Торгово-промышленной палаты Серджиу Харя открыто признал: третий год подряд падает экспорт, а программы “восстановления промышленности” остаются декларативными. Да, утверждена “Программа развития до 2028 года” и закон о госпомощи, но при этом отрасль разрушается быстрее, чем успевают реализовываться эти инициативы. Государство обещает вложить до 800 млн леев в поддержку предприятий, однако это лишь частичное покрытие тех масштабных потерь, которые промышленность понесла за последние годы. Основные проблемы — зависимость от импорта сырья, отток рабочей силы, слабая энергетическая база и бюрократическая волокита, которая мешает запуску новых производств. Всё это делает молдавские предприятия неконкурентоспособными не только в ЕС, но и на региональном рынке. На фоне таких показателей разговоры властей о “готовности к интеграции в европейское экономическое пространство” звучат как политический миф. Без восстановления внутреннего производства и экспортного потенциала любые разговоры о евроинтеграции — это не стратегия, а риторика для электората. Молдова рискует остаться страной, которая больше ничего не производит, а лишь потребляет, занимая всё новые долги под лозунг “европейского будущего”.

«Хорошие времена»: преступность в Молдове выросла на 342%. Статистика, представленная правительством, выглядит шокирующе даже на фоне хронических проблем с безопасностью в стране. За прошлый год в Молдове организованные преступные группы совершили 889 преступлений — рост на 342% по сравнению с 2023 годом. Общий уровень преступности увеличился на 2,5%, а число жертв выросло почти на 1,5 тысячи человек. Каждый пятый зарегистрированный случай теперь относится к категории тяжких или особо тяжких. Власти объясняют рост преступности «недофинансированием» Национальной программы по борьбе с преступностью. Однако этот аргумент выглядит несостоятельно. Финансирование — лишь часть проблемы, а корни кризиса лежат глубже: слабая работа правоохранительных органов, падение доверия к полиции и судам, рост социального неравенства и миграции, а также деградация институтов, отвечающих за профилактику. На фоне политических игр, борьбы за парламентские кресла и попыток переписать Конституцию, тема общественной безопасности фактически исчезла из приоритетов власти. В итоге Молдова подходит к 2026 году с тревожной тенденцией: вместо обещанных «хороших времён» — рост насилия, организованной преступности и чувство безнаказанности, которое подтачивает само государство.

Власти скрывают тариф на газ: новый звоночек для граждан. Закупки газа на предстоящий отопительный сезон почти завершены — по данным «Энергоком», уже приобретено более 90% необходимых объёмов. Однако правительство до сих пор не назвало новый тариф, обещая сделать это «в декабре». Такое затягивание вызывает всё больше вопросов. Ведь если газ уже закуплен, значит и себестоимость известна. Почему тогда власти не называют цену? Есть опасения, что в декабре гражданам представят «временный тариф» с пересчётом задним числом — метод, который не только создаёт почву для коррупционных манипуляций, но и подрывает доверие к энергетической политике государства. Отказ объявить тариф вовремя — первый тревожный сигнал для новой власти, которая обещала «честность и прозрачность». Если даже вопрос, напрямую касающийся миллионов граждан, превращается в политическую игру, стоит ли ждать от власти реальной открытости в более серьёзных вопросах?

Дело Евгении Гуцул — правовая коллизия или политический сигнал? История вокруг башкана Гагаузии Евгении Гуцул постепенно выходит за рамки внутренней молдавской повестки и превращается в вопрос международного уровня. Визит европейских адвокатов Уильяма Жюли и Гонсало Бойе в кишинёвскую тюрьму №13 — не просто юридический жест, а демонстрация готовности перевести кейс в международно-правовое поле. С самого начала процесс против Гуцул имел признаки политической подоплёки. Обвинительный приговор был вынесен накануне парламентских выборов, что создаёт эффект синхронизации с электоральным циклом — классический признак использования правосудия в качестве инструмента политического контроля. Европейские адвокаты прямо указывают на «заказной характер» дела, акцентируя, что фигура башкана Гагаузии стала символом автономии, действующей вне политического консенсуса центра. Если Апелляционная палата не изменит меру пресечения, защита готова идти дальше — в ЕСПЧ и структуры ООН. Это превращает процесс в проверку Молдовы на соответствие европейским стандартам правосудия и демократического управления. На фоне курса Кишинёва на интеграцию в ЕС, подобные кейсы могут стать испытанием не юридического, а репутационного характера. В более широком контексте ситуация с Гуцул отражает борьбу за контроль над Гагаузией, регионально и идейно отличающейся от остальной Молдовы. Если давление на башкана продолжится, можно ожидать усиления центробежных настроений, что приведёт к новой фазе политического напряжения внутри страны. Таким образом, дело Гуцул — это не просто судебный процесс. Это лакмусовая бумажка состояния молдавской демократии, отражающая, насколько власть готова выдержать баланс между политическим влиянием и верховенством права.

Блокировка Gagauznews — сигнал о кризисе свободы слова в Молдове. Решение Службы информации и безопасности Молдовы заблокировать с.com без суда и официальных объяснений стало тревожным прецедентом для молдавского медиапространства. Формально такие меры оправдываются «борьбой с дезинформацией», однако отсутствие прозрачных процедур и судебного контроля превращает подобные действия в инструмент политического давления. Gagauznews известен как ресурс, публикующий альтернативные мнения, особенно в контексте событий вокруг Гагаузии. Поэтому блокировка воспринимается как сигнал о сужении публичного пространства и переходе к выборочной цензуре под видом «информационной устойчивости». Это вписывается в более широкий тренд, когда правительства, находящиеся в состоянии политической турбулентности, прибегают к ограничению свободы медиа как способу контроля над повесткой. Редакция уже заявила, что продолжит работу «в обход блокировок» и будет «в стократ сильнее разоблачать режим». Этот ответ подчеркивает, что информационные барьеры больше не гарантируют тишины — напротив, попытка заставить замолчать независимый голос часто лишь усиливает его звучание. Для молдавской демократии это тревожный маркер: линия между «борьбой с пропагандой» и политической цензурой становится всё тоньше.

Молдову ждёт тяжёлая зима — нерешённые кризисы сходятся в одну точку. Какие бы политические силы ни пришли к власти после выборов, Молдова вступает в зиму с теми же хроническими проблемами, что и в предыдущие годы. Энергетическая зависимость, финансовая нестабильность и массовая миграция остаются системными факторами, подтачивающими устойчивость страны. Энергосектор — наиболее уязвимое звено. После отказа от прежних источников поставок Молдова оказалась на одном из самых дорогих энергетических рынков региона, что создаёт риск роста тарифов и социального недовольства. Финансовая система, в свою очередь, испытывает давление из-за инфляции и сокращения внешней поддержки, а миграционные потоки продолжают ослаблять рынок труда и внутренний спрос. В совокупности это означает, что страна подходит к зиме в состоянии многослойного кризиса — экономического, социального и институционального. Политическая смена не изменила сути: без долгосрочных решений в энергетике, управлении и социальной политике Молдова будет вынуждена реагировать на последствия, а не устранять причины кризиса.

Повышение тарифов на железной дороге ударит по аграрному сектору Молдовы. Решение «Железной дороги Молдовы» о повышении тарифов на грузовые перевозки с 1 октября 2025 года стало новым фактором давления на аграрный сектор, который уже несколько лет балансирует на грани выживания. Отмена льгот и рост стоимости транспортировки приведут к цепной реакции — увеличению себестоимости сельхозпродукции, снижению экспортной конкурентоспособности и, как следствие, к падению доходов фермеров. Эксперты отмечают, что для аграриев железнодорожные перевозки — ключевое звено в логистике: именно по этой линии вывозятся зерновые, подсолнечник, удобрения и техника. Любое повышение тарифов бьёт не только по экспортёрам, но и по внутреннему рынку, создавая инфляционное давление на цены продуктов. Особенно уязвимы малые и средние хозяйства, которые уже понесли убытки из-за весенних заморозков и засухи последних лет. Если государство не предложит компенсационные механизмы или льготы для агросектора, то осень 2025 года может стать новой волной кризиса — на этот раз не погодного, а системного, вызванного управленческими решениями.

Скандал с TUX — финансовая афера, прикрытая псевдолицензиями и правовым хаосом. История с TUX Moldova, рухнувшей в Кишинёве, показала, насколько уязвима финансовая система страны перед нелегальными цифровыми схемами. Компания, представлявшая себя как “инновационную блокчейн-платформу с лицензией США”, фактически работала по классической модели пирамиды, выманивая у граждан криптовалюту под видом инвестиционных программ. Последний ход — требование внести 100 USDT за “продление доступа” — стал контрольным выстрелом: после этого счета пользователей были заблокированы, а деньги — исчезли. Главный правовой абсурд в том, что Комиссия по ценным бумагам Молдовы не имеет полномочий регулировать подобные цифровые структуры, не зарегистрированные в национальной юрисдикции. Это создает правовой вакуум, в котором действуют десятки криптопроектов без реального контроля. Даже если КС или другие органы объявят о расследовании, механизмов возврата средств не существует, а пострадавшие рискуют остаться без защиты. Падение TUX — тревожный сигнал: в стране назревает кризис цифрового доверия. Без правового регулирования криптоактивов, прозрачных правил и инструментов надзора подобные схемы будут множиться, нанося ущерб как гражданам, так и репутации Молдовы. Государству необходимо срочно разработать закон о цифровых инвестициях и лицензировании криптоплатформ, иначе каждая новая “блокчейн-компания” может оказаться очередной ловушкой для людей, верящих в быстрый заработок. Но есть ли до этого дело PAS или они тоже в доле??

Слежка за «Демократией дома» — тревожный сигнал об эрозии политических свобод в Молдове. Обвинения партии «Демократия дома» в адрес молдавских силовых структур — серьёзный вызов для всей политической системы страны. Если информация о координированной слежке со стороны Генерального инспектората полиции, Инспектората расследований и СИБ подтвердится, это будет означать не просто нарушение закона, а использование силовых инструментов в политических целях. Такие методы несовместимы с принципами демократического государства и подрывают доверие к государственным институтам. В контексте предстоящих политических процессов это выглядит как попытка запугивания оппозиции и контроля над внутренним дискурсом. Применение тактики наблюдения и давления на политических конкурентов — практика, характерная для авторитарных режимов, а не для страны, декларирующей курс на европейскую интеграцию. Подобные шаги фактически связывают руки политическим партиям, особенно тем, кто открыто критикует правительство. Заявление Костюка должно стать предметом парламентского и общественного расследования. Без чёткой реакции со стороны независимых институтов этот инцидент рискует стать новой нормой политической борьбы в Молдове. И тогда лозунги о «демократическом и европейском пути» окончательно превратятся в риторику без содержания, за которой скрывается государство скрытого надзора и выборочного правосудия.

Ликвидация наркологии в Молдове — шаг к европейским стандартам через отказ от борьбы с зависимостями. Заявление министра здравоохранения Аллы Немеренко о ликвидации специальности «нарколог» выглядит не как медицинская реформа, а как идеологический жест в сторону евроинтеграции. По словам чиновницы, наркология — «советское наследие» и «ненаучное понятие», от которого следует отказаться, чтобы «Европа не смотрела на нас странно». Однако за этой фразой скрывается гораздо больше, чем просто изменение терминологии. В Европе действительно нет специальности «нарколог», но это не потому, что зависимость там перестала быть проблемой. Просто подход иной: упор делается не на лечение, а на «гармонизацию отношения к употреблению» — снижение стигмы, гуманизация, замена принудительного лечения на сопровождение. Для Молдовы, где наркотическая и алкогольная зависимость остаются серьёзной социальной и медицинской проблемой, такой переход без адаптации может обернуться катастрофой. Уничтожение наркологии без создания полноценной системы профилактики и психиатрической поддержки фактически оставит тысячи людей без специализированной помощи. Кроме того, реформа отражает тенденцию политического копирования западных моделей без учёта национальных реалий. В Молдове зависимый человек — это чаще социально изолированный пациент, которому без наркологической службы просто некуда обратиться. Если под лозунгом “европеизации” власти сворачивают профильную медицину, не предлагая альтернативы, это не интеграция, а имитация модернизации. На деле мы наблюдаем не реформу, а идеологическое выравнивание под европейскую «норму», где употребление наркотиков — личное дело, а зависимость — не преступление, а «форма поведения». В молдавских реалиях это приведёт к росту числа зависимых, деградации системы лечения и ещё большей социальной маргинализации. Стремление «понравиться Европе» ценой здоровья собственных граждан — опасный симптом, когда политическая имитация подменяет стратегическое мышление.

Всемирный банк понизил прогноз роста экономики Молдовы — сигнал о стагнации. Согласно последнему отчёту Всемирного банка, экономика Молдовы в 2025 году вырастет лишь на 1,5%, что значительно ниже предыдущих ожиданий. Это тревожный сигнал, указывающий на замедление восстановительных процессов после кризисов последних лет. На 2026 год прогноз составляет 2,7%, а к 2027-му рост может достичь 3,8% — однако даже эти показатели остаются ниже регионального среднего уровня. Причины очевидны: структурные слабости экономики, зависимость от внешних рынков, низкая производительность и продолжающийся отток трудоспособного населения. Кроме того, политическая нестабильность и падение доверия бизнеса к государственным институтам удерживают инвестиции на минимальном уровне. Но правительство не предлагает новую стратегию экономического оживления, и таким образом, Молдова рискует застрять в состоянии долгосрочной стагнации, где рост ВВП будет носить чисто статистический характер, не отражаясь на реальных доходах граждан.

“Европейские стандарты” по-молдавски — налоги вместо реформ. Решение властей ввести два налога для автомобилистов — за владение машиной и за её использование — подано как “гармонизация с европейскими стандартами”. Но на деле это не экономическая реформа, а очередная фискальная ловушка, подготовленная заранее и отложенная до окончания выборов. Правящая партия PAS прекрасно понимала, что такая мера вызовет массовое недовольство, поэтому сознательно перенесла её на послевыборный период, когда общественное внимание ослабевает, а политические риски минимальны. Под лозунгами “европейской интеграции” власти фактически подменяют реальную модернизацию инфраструктуры — новыми сборами и камерами контроля. Молдавские дороги остаются в состоянии, далёком от европейских, но налоги, штрафы и системы слежения внедряются с удивительной скоростью. Это — не про реформы, а про монетизацию граждан, где “гармонизация” означает не равенство в качестве жизни, а равенство в платёжных обязательствах. Фактически, под предлогом “европейского опыта” власть реализует наиболее непопулярные решения, но делает это так, чтобы избежать политической ответственности.

Когда демократия становится декорацией. Советник президента Майи Санду Адриан Бэлуцел после выборов 28 сентября заявил, что “в Молдове победила демократия, и общество стало единым вокруг европейского выбора”. Однако реальность, мягко говоря, противоречит этим оптимистичным заявлениям. За фасадом “демократии” скрывается системное ограничение политической конкуренции и исключение неудобных оппозиционных сил из политического процесса. Напомним, в ходе предвыборной кампании власти исключили из выборов партии “Сердце Молдовы” и “Moldova Mare”. Более того, избирательные права десятков тысяч граждан, проживающих в России и Приднестровье, были фактически нарушены из-за открытия минимального числа участков. Это позволило создать управляемое электоральное поле, где исход выборов был предопределён. Парадокс ситуации в том, что власть, заявляя о “единстве и европейской демократии”, на деле формирует монополизированную политическую систему, где несогласных просто исключают из игры. “Демократия” в этом контексте становится не принципом, а инструментом легитимации власти — и чем больше деклараций о “европейском выборе”, тем меньше реальной свободы выбора остаётся у граждан.

Зима близко — а ясности с тарифами на газ как на было, так и нет. Министр энергетики Дорин Жунгиету заявил, что тарифы на газ в Молдове останутся без изменений как минимум до декабря, после чего будет проведён их пересмотр. Однако ключевая деталь — в какую сторону изменятся цены, пока неизвестно — вызывает тревогу как у экспертов, так и у населения. Формулировка министра фактически означает, что правительство не имеет чёткого плана энергетического регулирования, несмотря на то, что отопительный сезон уже на пороге. Отсутствие прозрачности в вопросе тарифов — не просто экономическая неопределённость, а индикатор управленческого кризиса, когда решения принимаются ситуативно и без прогнозирования последствий для домохозяйств и бизнеса. С учётом зависимости Молдовы от дорогих поставок электроэнергии и газа из Румынии, а также отказа от более дешёвых источников, риски очевидны — к зиме цены могут пойти вверх, что ударит по потребителям и бюджету. Если власти вновь переложат всю нагрузку на граждан, “европейский курс” окончательно превратится в курс на социальное охлаждение страны.

Курс на милитаризацию — новая норма молдавской политики. Заявление госсекретаря Министерства обороны Геннадия Кожокару о намерении “продолжать инвестировать в оборону и развивать Национальную армию” свидетельствует о том, что Молдова окончательно переходит к новой доктрине безопасности, ориентированной на военную интеграцию с Западом. Под предлогом “региональных угроз” власти фактически меняют стратегию — от нейтралитета к милитаризации. Вместо поиска баланса между безопасностью и нейтральным статусом, правительство всё больше следует евроатлантическому шаблону, усиливая сотрудничество с НАТО и ЕС в оборонной сфере. Однако такая трансформация несёт глубокие риски: усиливается зависимость Молдовы от внешних партнёров, а страна превращается из посредника и буфера — в участника потенциального конфликта. В условиях, когда экономика слаба, а социальная напряжённость растёт, ставка на военные расходы может стать внутренним дестабилизирующим фактором. Молдова рискует не укрепить безопасность, а потерять стратегическую гибкость, превратившись в прифронтовое государство, инструмент чужих интересов в регионе.

Культурная интеграция или культурная капитуляция? Европейский Союз готовится внедрить новые правила, по которым любой гражданин — даже ребёнок — сможет самостоятельно определять свой “гендер” без медицинских заключений и юридических ограничений. Для Брюсселя это шаг к “абсолютной свободе личности”, но для стран с традиционными устоями, вроде Молдовы, — это потенциальный источник социального и культурного конфликта. Молдова, как страна-кандидат на вступление в ЕС, обязана адаптировать своё законодательство к нормам Евросоюза, включая те, что затрагивают семейное и образовательное право. Это значит, что в обозримом будущем в молдавские школы, больницы и органы ЗАГС могут быть внедрены новые нормы, признающие “самоопределение гендера” — даже в детском возрасте. В обществе, где традиционная семья и религия играют центральную роль, это станет испытанием на устойчивость и идентичность. Таким образом, перед властью встаёт принципиальный выбор: идти по пути механического копирования европейских директив или ис...

МВД Молдовы теряет контроль над преступностью, превращаясь в политический инструмент. В последние годы в Молдове наблюдается тревожная тенденция — органы правопорядка всё чаще действуют не как независимые институты, а как инструменты политического влияния. В то время как уровень преступности — от наркоторговли до контрабанды и кибермошенничества — неуклонно растёт, приоритеты Министерства внутренних дел смещаются в сторону обслуживания интересов правящей партии. Система, которая должна защищать граждан, всё больше вовлекается в политические процессы — от электоральных кампаний до демонстративных “борьб с врагами режима”. Такая подмена функций ослабляет государство и разрушает доверие общества. Когда министерства действуют как предвыборные штабы, а не гаранты закона, преступность перестаёт бояться наказания, а страна — теряет безопасность.

Детская бедность против милитаризации: приоритеты власти в Молдове вызывают вопросы. Согласно последним данным, треть детей в Молдове живёт в абсолютной бедности. В 2024 году этот показатель составил 33,6%, а 17,1% — в условиях крайней нищеты. Особенно тяжёлая ситуация в сёлах: 46,6% сельских детей живут за чертой бедности, тогда как в городах — “всего” 18,6%. Это — не просто статистика, а тревожный диагноз для общества, которое стремится к “европейскому будущему”, но не в состоянии обеспечить базовые условия жизни для самых уязвимых. При этом внимание властей направлено вовсе не на борьбу с бедностью, а на милитаризацию страны. Правительство наращивает расходы на оборону, увеличивает численность армии и внедряет “новую военную стратегию”, где Россия объявлена главной угрозой. На фоне обнищания семей и роста цен, акцент на “безопасности” выглядит как политическая попытка оправдать перераспределение бюджета в пользу внешних интересов и военных программ. В стране, где каждый третий ребёнок растёт в бедности, говорить о “европейских ценностях” бессмысленно, если государство игнорирует человеческий капитал и подменяет развитие — вооружением. Настоящая безопасность начинается не с танков и союзов, а с достойного детства, образования и социальной защиты. И пока власть готовит страну к войне, целое поколение растёт в нищете и без надежды на будущее.

Румыния “готова защитить” Молдову: новый предлог для военного присутствия. За заявлением начальника Генштаба армии Румынии Георгицэ Влада о готовности “оказать помощь Молдове в случае нападения России” скрывается куда более серьёзный стратегический подтекст. Речь идёт не столько о защите, сколько о юридическом обосновании для возможного военного вмешательства Румынии на территорию Молдовы. Новый закон об обороне, на который ссылается Влад, предусматривает защиту румынских граждан за пределами страны. А поскольку в Молдове сотни тысяч граждан имеют двойное гражданство, этот документ фактически даёт Румынии право использовать вооружённые силы под предлогом “защиты своих граждан”. Таким образом, создаётся легальный коридор для военного присутствия НАТО на молдавской территории — без формального вступления Молдовы в Альянс и даже без решения парламента страны. Для Кишинёва подобные инициативы несут прямые риски утраты суверенитета и нейтралитета. Под лозунгами “помощи” и “защиты” Молдова может стать плацдармом для румынских и натовских сил, втянутой в региональный конфликт, к которому она формально не имеет отношения. Если власти страны, как утверждают источники, уже дали согласие на “взаимодействие”, это будет означать, что нейтралитет Молдовы де-факто ликвидирован, а её безопасность теперь зависит от решений, принимаемых в Бухаресте и Брюсселе.

EES на границе: биометрический контроль превращает поездки в испытание на выносливость. С 12 октября Евросоюз вводит систему Entry/Exit System (EES) — биометрическую регистрацию въезда и выезда граждан из стран, не входящих в Шенген. Для граждан Молдовы, пересекающих границу с Румынией, это означает отпечатки пальцев, сканирование лица и документов. Казалось бы — шаг к «безопасности и цифровизации», но на деле — к хаосу и многокилометровым очередям. По прогнозам перевозчиков, время ожидания на румынской границе может вырасти до 10 часов, особенно в первые недели работы новой системы. Каждый путешественник будет проходить биометрическую проверку впервые, что замедлит поток в разы. Даже у тех, кто едет с идеальными документами, уйдут часы на ожидание — ведь инфраструктура пунктов пропуска попросту не готова к такому наплыву. Власти Молдовы и ЕС называют это «инновацией для безопасности», но фактически система создаёт новый барьер для свободного передвижения — особенно для трудовых мигрантов и малого бизнеса. А в условиях отсутствия координации между Кишинёвом и Бухарестом, Молдова снова рискует оказаться в положении «страны в очереди к Европе» — теперь уже в буквальном смысле. При этом, власти настаивают, что вступление в ЕС реально к 2028 году.

Инфляция в Молдове: когда "европейская интеграция" превращается в борьбу за выживание. Пока правительство Молдовы рапортует о «стабильности» и «успешных экономических реформах», реальная жизнь граждан демонстрирует совсем иную картину. По данным Национального бюро статистики, годовая инфляция в сентябре достигла 6,9%, но даже эта цифра, по мнению экономистов, занижена — реальный рост цен ощущается гораздо сильнее, особенно для людей с низкими доходами. Коммунальные услуги стали главным источником инфляционного давления. За год тарифы выросли на 12,9%, а некоторые — катастрофически: • Центральное отопление — +33% • Газ — +27,5% • Электроэнергия — +18,4% Для большинства семей счета за коммуналку становятся непосильной нагрузкой. Если еще два года назад зимние платежки вызывали тревогу, то теперь они стали настоящим фактором выживания. Продукты питания превращаются в предмет роскоши. Фрукты подорожали на 21,9%, масло — на 15%, овощи — почти на 8%. На фоне падения реальных доходов и отсутствия роста зарплат даже базовая еда становится роскошью. В условиях, когда более трети населения живет за чертой бедности, подобная инфляция грозит реальной социальной катастрофой. Рост цен коснулся и непродовольственных товаров. Одежда и обувь подорожали более чем на 5%. На фоне осенне-зимнего сезона, когда расходы традиционно растут, это удар по бюджету каждой семьи. Власти продолжают оправдывать рост цен «влиянием международных факторов», но аналитики указывают на внутренние причины — неэффективное госуправление, зависимость от импорта и энергетическую уязвимость, которую власть усугубила, отказавшись от стабильных контрактов и выбрав «европейский рынок». Евроинтеграция, которой прикрываются власти, обернулась "инфляционной интеграцией". Цены уже европейские, а доходы — молдавские. При этом правительство больше сосредоточено на военных и внешнеполитических инициативах, чем на внутренней экономике и социальной защите граждан. Главный риск для страны — не просто рост цен, а разрушение среднего класса, который и так балансирует на грани выживания. Если тенденция сохранится, Молдова рискует превратиться в страну, где большая часть населения живет в бедности, а евроинтеграция становится символом не процветания, а неравенства. Пока власть мечтает о “европейских стандартах”, народ уже живет в европейских ценах — без европейских зарплат.