ᅠ
Напоминание:

Есть хорошая строка из частных писем эпохи Тан: «То, что уходит само, не было твоим усилием; то, что остаётся, не требует удержания».

смотреть в глаза друг другу, не отрываясь; как бы случайно соприкоснуться кончиками пальцев, или коленями, или плечами; хранить шлейф аромата, оставленный при объятиях; долго прощаться, лишь бы провести еще немного времени вместе, обсуждая все подряд; искать любой повод и предлог, чтобы увидеться — это язык безмолвной, тихой, но глубокой любви.

В Новый год мне хочется вознести молитву, а не давать себе обещания. Я молю о мужестве.

18/12/1971
38 лет

искренне уверен в том, что, сколько бы ты ни читал книг по технике плавания, сколько бы фильмов про пловцов ты ни посмотрел, сколько бы ты ни покупал идеальные плавки и очки, ты не научишься плавать, пока тебя не кинут в воду в неожиданный момент, чтобы ты оказался в ситуации, где только от тебя зависит — утонешь ты или выживешь. будешь задыхаться, барахтаться, но пытаться доплыть до берега.

*родилось в поезде

щемящее чувство тоски по малой родине никогда не оставляет меня. оно тонким шепотом всегда говорит мне: «не забывай». оно вызывает удушающее желание хотя бы на мгновение пройтись по знакомым местам, увидеть родные улыбки, вспомнить те чувства, от которых так долго хотелось убежать.

весенние закаты становятся все более яркими и красочными, приходя с каждым днём позже и позже. воздух теплеет и уже не бьет ледяными порывами вьюги по щекам, а окрыляет свободой и лёгкостью.

снова появляется чувство влюбленности и нежности. не к кому-то — просто так. легкая, немного дурацкая улыбка на лице случается сама собой от вида набухающих почек, тающего снега, радостных женщин с цветами, детей, радостно бегущих из школы домой, волоча свою сменку по асфальту.

всё кругом возрождается, просыпается из зимней спячки.

ᅠ
куда я не приду я вот всегда «почти»
не успеваю, вечно я
— структура разрушения
мой злой близнец то впереди,
то позади
имею право я просить спасения?

ты ошибаешься, вас было всегда три:
кто смотрит, смотрится и
акт смотрения
теперь за мною медленно проговори:

рождение всегда идёт в сопротивлении

— «19» С.

белые фары сменяются красными габаритными,
эквалайзеры магнитол надрезают бритвами
темноту; этот город проникнут ритмами -
он смеется нами
поет нами
говорит нами,
его голос продет через нас, как нить.

©️вера полозкова, «анечке»

в какой-то момент вместо ласки и нежности ты выбираешь холод; выбираешь вместо беспечного смеха и болтовни обо всем на свете отвечать сухими фразами, а того хуже молчать; выбираешь не приближаться, а отдаляться; выбираешь не уязвимость, а броню.

в какой момент это происходит? это увядание чувств? это безразличие? это наказание?

[ замечать. ]

однажды я услышал интересную фразу: «всё вокруг будет замечательным, если ты будешь замечать».

я развил опыт наблюдательности за окружающим меня миром довольно давно. это моё любимое занятие: рассматривать растения, здания, вывески, происходящее в окнах, людей на улицах и в транспорте, их мимику, стиль, повадки, что у них в руках, о чем болит или ликует сердце.

в моменты наблюдения твои глаза как бы становятся камерой, и у тебя в голове рождается кино. каждый кадр красив и ценен. каждое мгновение прекрасно в своем многообразии. и, как бы это ни звучало, даже боль, пошлость, грязь обретают некую красоту в своём несовершенстве.

уверен, что контрасты позволяют отчетливо осознавать ценность прекрасного.
отсюда рождаются новые смыслы о добре и зле, об эстетике и отвращении, о том, что жизнь не монохромна. всё в мире имеет нескончаемое количество оттенков, которые ограничиваются лишь твоим уровнем морали и пониманием красоты.

[ свобода быть собой. ]

с детства мне говорили, что скромность украшает. и я молча и смиренно делал то, чего от меня ждали. делал так, как было «правильно».
затем я начал потихоньку догадываться, что этот путь довольно удобный, но не для меня, и что он явно не приведёт меня к успеху.
и я стал чуть громче. как сказал мой бывший худрук, я «начал расправлять крылья». и мне начало нравиться это внимание. оно тешило мою самооценку, оно позволяло мне, хоть и искусственно, но ощутить собственную значимость. но выяснилось, что интерес возникал не к моей личности, а к яркому образу, который я так старательно пытался создать.
и я примерял разные роли, уходил в крайности. и тем больше терял себя, чем усерднее я пытался прыгнуть выше собственной головы.
эта тропинка тоже со временем себя истоптала: невозможно постоянно выдумывать себе новые роли, чтобы тебя любили.
затем мне пришло в голову, что, если я буду хорошим партнером, то я уж точно заслужу любовь! и я растворился. потерялся. перестал ощущать себя цельно. я стал пресловутой половинкой.
и эта дорога меня не привела ни к чему.
точка невозврата. точка пустоты. точка отсчета.

в такой отрезвляющий момент понимаешь, что ты не разочаровался, не отчаялся, не очерствел — ты просто отстал от себя и от людей вокруг. ты перестал ждать, ты простил (хоть и не всех, но обида не съедает сердце), ты больше не хочешь доказывать свое право на любовь и внимание.

звучит банально и попсово, но сила только в тебе. никто и ничто тебе её не даст. любить нужно бескорыстно, надеяться нужно только на себя, быть нужно не правильным, а честным. и жизнь встает на рельсы. и жизнь становится полной в своей свободе. в свободе быть собой.

кто он — настоящий я?

мне иногда кажется, что поезда в россии придумали исключительно с целью психотерапии. подумайте сами: ты едешь 20 часов, проезжаешь 1000 километров, не обращаешь внимание на время и дела, связи нет, соответственно уровень тревоги снижается, пейзажи за окном сменяются — один краше другого, читаешь себе книжку или, скажем, смотришь фильм, которые давно откладывал.
а попутчики! это же просто кладезь интересных персонажей для наблюдений и каких-то невероятно искренних разговоров, которых никогда ни с кем другим не заведешь.

едешь, смотришь в окошко, размышляешь, созидаешь. красота!

а мне бы только бродить и бродить по улицам этого чрезвычайно контрастного города, города компромиссов. видеть небо, меняющее темные тучи на алые полосы облаков каждые пятнадцать минут. наблюдать за такими разными, такими интересными, такими живыми людьми. пить кофе, бесконечно курить и думать о любви.