В озоне, сообщает Анна Карпова, мы видим рост продаж книг на 30 процентов. В прошлом году был упор на финансовую грамотность, то в этом году посвящены книги как не сдохнуть в связи с геополитическими событиями и информационной повесткой.
Мы, озон, работаем не только не с продавцами, но и проектами, — не сообщает, а продает услугу Анна Карпова. Например, стримЫ с авторами. Тут тренд тоже на рост худла и комиксов.
— Если говорить об актуальной ситуация (третья метафора! это уже нейротасс нейротассит), то как акутальная ситуация отразилась на актуальной ситуации на книжном рынке и как она отразится на будущем актуальном рейтинге по итогам актуального рейтинга актуального 2022 года, если он когда-нибудь закончится?
Евгений Викторович Капьев отвечает:
— В рейтинге мы фиксируем объемы, но не риски, а текущие тенденции повлияли на текущие тенденции, и некоторые авторы выпали из текущих тенеднций, а еще текущие тенденции повлияли на пиратство, а потому куда будут течь тенденции все зависит от нас. И если будут запреты как со стороны нас, так и со стороны иностранцев, то текущие тенеднеции потекут так далеко, что падение рынка на 10% приведет к банкроству всех книжных магазинов.
Евгений Викторович Капьев отвечает:
— В рейтинге мы фиксируем объемы, но не риски, а текущие тенденции повлияли на текущие тенденции, и некоторые авторы выпали из текущих тенеднций, а еще текущие тенденции повлияли на пиратство, а потому куда будут течь тенденции все зависит от нас. И если будут запреты как со стороны нас, так и со стороны иностранцев, то текущие тенеднеции потекут так далеко, что падение рынка на 10% приведет к банкроству всех книжных магазинов.
— Мы не будем рады банкроству книжных магазинов, потому что сами в них ходим, — уточняет Сергей Валерьевич Анурьев. — Но есть тенденция возникновения тенденций. Пользователь ходит в апстор и не может заплатить. Не хотелось бы себя жалеть, но сейчас мы все под вопросом. Год будет не простой.
Forwarded from Книжная жизнь Катрин П.
Кстати, о доходах.
Книга Ольги Примаченко собрала более 56 000 000 рублей, роман Катерины Сильвановой и Елены Малисовой — порядка 49 889 000 рублей, а комикс «Земля Королей. Червовый том» — 43 877 000 рублей. Сборы каждой из остальных книг — ниже 30 000 000 рублей.
Книга Ольги Примаченко собрала более 56 000 000 рублей, роман Катерины Сильвановой и Елены Малисовой — порядка 49 889 000 рублей, а комикс «Земля Королей. Червовый том» — 43 877 000 рублей. Сборы каждой из остальных книг — ниже 30 000 000 рублей.
— Уважаемые коллеги, если есть вопросы, то наши спикеры будут счастливы!
Девушка Иван из ТАССа: Какой оборот будет по итогам 2022 года, очень интересен оборот, чем все обернется и во что обернется?
Капьев: Примерно миллиард, но нас ждет рост всего 15 процентов. А еще теперь в каждом книжном магазине будет стоять ростовая копия всероссийского книжного рейтинга.
Девушка Иван из ТАССа: Какой оборот будет по итогам 2022 года, очень интересен оборот, чем все обернется и во что обернется?
Капьев: Примерно миллиард, но нас ждет рост всего 15 процентов. А еще теперь в каждом книжном магазине будет стоять ростовая копия всероссийского книжного рейтинга.
Ведущая: А какие все-таки точные цифры?
Капьев: А кто ж курс то знает? Может у Анурьева есть калькулятор
Капьев: А кто ж курс то знает? Может у Анурьева есть калькулятор
Анастасия, подручная Валеры Шабашова: Страны СНГ нам помогут?
Капьев: У нас отрасль интеллигентая, все давно друг с другом работаем, никто не будет печатать в Казахстане. А еще у нас из тридцати авторов, кто не хотел, двадцать согласились.
Капьев: У нас отрасль интеллигентая, все давно друг с другом работаем, никто не будет печатать в Казахстане. А еще у нас из тридцати авторов, кто не хотел, двадцать согласились.
Ведущая: Всероссийский книжный рейтинг 2022 года представили, всем приятного аппетита! Присоединяюсь к мнению коллеги.
Наверное, стоит обратить внимание на письмо от «Фонда Прохорова», который «приступил к проведению юридической экспертизы своей благотворительной программы, чтобы адаптировать ее под меняющиеся законодательные инициативы в общественной и культурной сфере. В связи с этим новые сроки реализации ряда собственных проектов Фонда – Красноярской ярмарки книжной культуры (КРЯКК), литературной премии «НОС» (Новая словесность) <...> будут объявлены по завершению экспертизы». Ну то есть лучшей в России книжной ярмарки (КРЯККа) и одной из четырех главных литературных премий (НОСа) в этом году с большой вероятностью не будет. Поскольку «Нацбест» уже покинул чат, а «Большая книга» без Урушдазе выдала феерически секвестированный шорт-лист и не факт, что переживет этот год, то за всех придется отдуваться «Ясной Поляне», перспективы которой (спонсор Самсунг) тоже не очевидны. То есть, когда (если?) специальные геополитические события когда-нибдуь закончатся, то премиальную систему нужно будет выстраивать заново.
Наверное, стоит написать, что существует список слов, словосочетаний и понятий, после которых мне становится невыносимо скучно, а в голове начинает бить в тарелочки обезьянка.
Нарратив
Ротшильды
Окна Овертона
Колониальный (во всех родах и со всеми возможными приставками)
Магический реализм
Пирамида Маслоу в оранжевой зоне.
Сюда же добавим использование слова «вкусный» при разговоре о текстах и конструкции с про (пример: «мы не про деньги, мы про кульутуру»)
Нарратив
Ротшильды
Окна Овертона
Колониальный (во всех родах и со всеми возможными приставками)
Магический реализм
Пирамида Маслоу в оранжевой зоне.
Сюда же добавим использование слова «вкусный» при разговоре о текстах и конструкции с про (пример: «мы не про деньги, мы про кульутуру»)
Слово «небоскреб» не сразу прижилось в русском языке. Дом Нирнзее, первую московскую высотку, называли «тучерезом», а Горький в «Заграничных впечатлениях» называет американские многоэтажные дома «скребницами неба».
Наверное, стоит написать пару слов про «Русский журнал», которому исполняется 25 лет, которые ныне, увы, скорее мертв, чем жив, и, с которым, у меня связаны самые нежные воспоминания. В начале нулевых, когда и Россия, и я, были юными и еще подававшими надежды, считалось, что всей внутренней политикой неофициально заправляет Глеб Олегович Павловский, бывший диссидент, бывший сиделец, глава «Фонда эффективной политики» и умнейший человек на свете. Сейчас и я, и Россия, больше не подаем надежд, Глеб Олегович ничем и ничего не заправляет, однако, умнейшим на свете по-прежнему остается.
Была у Павловского побочная деятельность: он создал и финансировал «Русский журнал». В те славные времена мы все жили в тени легенды о золотом веке, о том, что может быть ГЛАВНОЕ СМИ ОБО ВСЕХ НА СВЕТЕ КУЛЬТУРАХ И ИСКУССТВАХ, КОТОРОЕ ВСЕ БУДУТ ЧИТАТЬ. В 90-е таковым местом, безусловно, была культурная страница газеты «Сегодня», но она не пережила Дефолт. В ранних нулевых одеяло на себя перетянул «Русский журнал». Главные публицисты всех жанров и направлений вступали друг с другом в жаркие споры. Представьте площадку где аргументировано, блестяще и вежливо спорят друг с другом Д.В. Ольшанский, С.Б. Пархоменко и М.Ю. Соколов. Я начинал свой день с просмотра стартовой страницы «Русского журнала».
Но важно не только это. «Русский журнал» был местом, где публиковали как великих, так и молодую шпану, причем молодой шпане платили нормальные, 100 долларов за статью, деньги. То есть нас не только подвешивали на одной витрине с благородными монстрами, нам еще и давали возможность есть, пить, водить девушек в кино. Когда-то я подсчитывал: если я хочу нормально провести отпуск (путешествовать по Крыму на перекладных), то мне нужно написать столько-то текстов для РЖ. Не всеми публикациями в РЖ я горжусь, но вот этот текст про мемуары генерала, который пытал и убивал, прям хорош и вечно актуален.
Ну и поиграем в Санчо Пансо: ах, какие вечеринки закатывал Глеб Олегович в лучшие годы! И снова туда звали всех: и друзей Г.О. из высших сфер, и мудрецов, вроде уже тогда великого Кости Крылова, и юных сисдаминов ФЭПа, и совсем уж бессмысленных младоавторов «Русского журнала» вроде меня. Лучшим праздником был день рождения ФЭПа в «Аптекарском огороде», который сняли под корпоратив целиком. В первом акте марлезонского балета присутствовали представители администрации президента, наливали доброе вино и выступала Богушевская («—Спасибо, вам, Глеб Олегович за сайт ФЭПА, я у вас в 1999 году следила за данными выборов, следила как коммунисты проигрывали!»). Потом перешли на односолодовый виски и на сцену вышли «Запрещенные барабанщики». На этом взрослые ушли. А для молодежи выкатили бочки с пивом и выпустили Шнура. В те времена всесильный Юрмих Лужков запрещал «Ленинграду» выступать в Москве, но на частных вечеринках было можно все. В перерыве мы долго бегали по саду в поисках колбасок. Была еще вечеринка на Ипподроме с группой «Барто», но я ее помню хуже. Помянем «Русский журнал», мы все ему чем-то обязаны.
Была у Павловского побочная деятельность: он создал и финансировал «Русский журнал». В те славные времена мы все жили в тени легенды о золотом веке, о том, что может быть ГЛАВНОЕ СМИ ОБО ВСЕХ НА СВЕТЕ КУЛЬТУРАХ И ИСКУССТВАХ, КОТОРОЕ ВСЕ БУДУТ ЧИТАТЬ. В 90-е таковым местом, безусловно, была культурная страница газеты «Сегодня», но она не пережила Дефолт. В ранних нулевых одеяло на себя перетянул «Русский журнал». Главные публицисты всех жанров и направлений вступали друг с другом в жаркие споры. Представьте площадку где аргументировано, блестяще и вежливо спорят друг с другом Д.В. Ольшанский, С.Б. Пархоменко и М.Ю. Соколов. Я начинал свой день с просмотра стартовой страницы «Русского журнала».
Но важно не только это. «Русский журнал» был местом, где публиковали как великих, так и молодую шпану, причем молодой шпане платили нормальные, 100 долларов за статью, деньги. То есть нас не только подвешивали на одной витрине с благородными монстрами, нам еще и давали возможность есть, пить, водить девушек в кино. Когда-то я подсчитывал: если я хочу нормально провести отпуск (путешествовать по Крыму на перекладных), то мне нужно написать столько-то текстов для РЖ. Не всеми публикациями в РЖ я горжусь, но вот этот текст про мемуары генерала, который пытал и убивал, прям хорош и вечно актуален.
Ну и поиграем в Санчо Пансо: ах, какие вечеринки закатывал Глеб Олегович в лучшие годы! И снова туда звали всех: и друзей Г.О. из высших сфер, и мудрецов, вроде уже тогда великого Кости Крылова, и юных сисдаминов ФЭПа, и совсем уж бессмысленных младоавторов «Русского журнала» вроде меня. Лучшим праздником был день рождения ФЭПа в «Аптекарском огороде», который сняли под корпоратив целиком. В первом акте марлезонского балета присутствовали представители администрации президента, наливали доброе вино и выступала Богушевская («—Спасибо, вам, Глеб Олегович за сайт ФЭПА, я у вас в 1999 году следила за данными выборов, следила как коммунисты проигрывали!»). Потом перешли на односолодовый виски и на сцену вышли «Запрещенные барабанщики». На этом взрослые ушли. А для молодежи выкатили бочки с пивом и выпустили Шнура. В те времена всесильный Юрмих Лужков запрещал «Ленинграду» выступать в Москве, но на частных вечеринках было можно все. В перерыве мы долго бегали по саду в поисках колбасок. Была еще вечеринка на Ипподроме с группой «Барто», но я ее помню хуже. Помянем «Русский журнал», мы все ему чем-то обязаны.
Пожалуй, мне, как и уважаемым коллегам, стоило бы прокомментировать пресс-релиз издательства «ЭКСМО» об отсутствии пресс-релиза издательства «ЭКСМО» о новом Пелевине. Но я вам лучше сказочку расскажу. В 1991 году, перед первыми выборами первого президента России, «Литературная газета» опросила ведущих политиков: какую книгу они советует прочесть министрам их будущего кабинета. Член совета безопасности СССР Вадим Бакатин рекомендует «Окаянные дни» Ивана Бунина; Владимир Воронин (председатель Центристского блока политических партий) советует свою книгу «Расстрелять дважды!»; председатель Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин назвал «Историю одного города» Салтыкова Щедрина; лидер Либертарианской партии и Ассоциации сексуальных меньшинств Роман Калинин назвал Евангелие и «Доктора Живаго»; президент Лиги независимых ученых СССР Вячеслав Потемкин убежден, что будущие министры читали все необходимое, вот разве что им будет не хватать его книги «Ты — Бог»; пенсионер Николай Рыжков не хочет никому навязывать свои вкусы, но считает, что профессионалы должны читать профессиональные книги, а простые читатели — книги о нашей великой родине; глава ЛДПСС Владимир Жириновский, лидер Объединенного фронта трудящихся профессор Алексей Сергеев и генерал-полковник Макашов расписываются в любви к Дейлу Карнеги, «прекрасная книга, нам всем не хватает элементарной культуры, культурешки», уточняет Альберт Михайлович; а вот председатель Консервативной партии Лев Убожко выкатил целый список — «Номенклатура» Восленского, «Технология власти» Авторханова, «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, «КПСС» Шапиро.
Пожалуй, стоит как-то прокомментировать иван-чай-гейт. Но лучше пусть это сделает другой человек. Анатолий Иванович Лукьянов в 1991 году из тюрьмы «Матросская Тишина» комментирует планы российских властей увеличить сборы иван-чая:
«Иван-чай — цветок лиловый, позови!
Помоги сказать мне слово о любви
Той, которая приходит, как заря.
Той, которая моя и не моя»
«Иван-чай — цветок лиловый, позови!
Помоги сказать мне слово о любви
Той, которая приходит, как заря.
Той, которая моя и не моя»
1. Наверное, нужно написать пару слов про полугодовые итоги российского книгоиздания, о которых только что сообщила «Книжная палата». Первые шесть месяцев 2022 рынок рос и в это можно поверить: книги обычно с большим опозданием реагирует на ситуацию в экономике, а с другой стороны люди, судя по всему, и правда в это чудовищное время вернулись к вечным ценностям, то есть к чтению. Итак: суммарный тираж 203,8 миллионов экземпляров против 177,6 миллионов экземпляров в первые шесть месяцев прошлого года.
2. На древнегреческом выпущено две книги, на древнерусском одна, на юкагирском 12 книг и это при том, что носителей языка от 400 до полутора тысяч человек. Видимо, выпустили полное собрание сочинений великого юкагирского поэта Николая Николаевича Курилов, автора бессмертных строк «Я узнал, что у меня». В Чукотском автономном округе вышло ноль книг тиражом ноль экземпляров, Ненецком АО одна тиражом 60 экземпляров.
3. Среди издательств самый большой тираж у «Просвещения» — почти 70 миллионов экземпляров, дальше идут «Эксмо» — 23,8, АСТ — 22,2, Азбука — 10,6. На электронном рынке «Книжная палата» считает только наименования и здесь лидер РИДЕРО — 2306 файлов, дальше идут Литрес, Просвещение и, внезапно, РИПОЛ Классик. Каждая третья книга России напечатана в одной из трех тверских типографий. Дмитрий Михайлович Грозные Очи одобряет;
4. Самый тиражный писатель России по-прежнему Стивен Кинг, более того, по сравнению с прошлым полугодием его тиражи выросли почти в два раза, с 600 тысяч до миллиона! На втором месте Достоевский Федор Михайлович, на третьем Кристи Агата Фредериковна. На шестом звезда издательства «Попкорн» Нора Сакавич с суммарным тиражом 375 тысяч и четырьмя книгами, но наилучшую выработку с одного издания показывают любимые написательницы Захара Прилепина и Никиты Михалкова Сильвановна и Малисова — 237 тысяч экземпляров одного «Лета в пионерском галстуке».
5. Кумиры былых лет Донцова и Оруэлл пали — девятое и десятое место. Тираж Оруэлла в первые шесть месяцев прошлого года 359 тысяч против 263 тысяч в этом. Вообще топ-20 выглядит крайне любопытно: Кинг, классики и разнообразные сочинительницы разнообразного янгэдалта. Но если раньше там были только иностранки, то теперь появились импортозаместительницы. То есть «Попкорн» к автаркии готов, а ты — нет.
6. В детской литературе в вечный спор лидеров рынка, Корнея Чуковского и Холли Вебб, внезапно вмешалась Джоан Роулинг и вернула себе первое место — 752 тысячи экземпляров. Но эффективней всех Скотт Коутон с новеллизациями собственных компьютерных игр «Пять ночей с Фредди»: у него всего четыре позиции, но 210 тысяч.
2. На древнегреческом выпущено две книги, на древнерусском одна, на юкагирском 12 книг и это при том, что носителей языка от 400 до полутора тысяч человек. Видимо, выпустили полное собрание сочинений великого юкагирского поэта Николая Николаевича Курилов, автора бессмертных строк «Я узнал, что у меня». В Чукотском автономном округе вышло ноль книг тиражом ноль экземпляров, Ненецком АО одна тиражом 60 экземпляров.
3. Среди издательств самый большой тираж у «Просвещения» — почти 70 миллионов экземпляров, дальше идут «Эксмо» — 23,8, АСТ — 22,2, Азбука — 10,6. На электронном рынке «Книжная палата» считает только наименования и здесь лидер РИДЕРО — 2306 файлов, дальше идут Литрес, Просвещение и, внезапно, РИПОЛ Классик. Каждая третья книга России напечатана в одной из трех тверских типографий. Дмитрий Михайлович Грозные Очи одобряет;
4. Самый тиражный писатель России по-прежнему Стивен Кинг, более того, по сравнению с прошлым полугодием его тиражи выросли почти в два раза, с 600 тысяч до миллиона! На втором месте Достоевский Федор Михайлович, на третьем Кристи Агата Фредериковна. На шестом звезда издательства «Попкорн» Нора Сакавич с суммарным тиражом 375 тысяч и четырьмя книгами, но наилучшую выработку с одного издания показывают любимые написательницы Захара Прилепина и Никиты Михалкова Сильвановна и Малисова — 237 тысяч экземпляров одного «Лета в пионерском галстуке».
5. Кумиры былых лет Донцова и Оруэлл пали — девятое и десятое место. Тираж Оруэлла в первые шесть месяцев прошлого года 359 тысяч против 263 тысяч в этом. Вообще топ-20 выглядит крайне любопытно: Кинг, классики и разнообразные сочинительницы разнообразного янгэдалта. Но если раньше там были только иностранки, то теперь появились импортозаместительницы. То есть «Попкорн» к автаркии готов, а ты — нет.
6. В детской литературе в вечный спор лидеров рынка, Корнея Чуковского и Холли Вебб, внезапно вмешалась Джоан Роулинг и вернула себе первое место — 752 тысячи экземпляров. Но эффективней всех Скотт Коутон с новеллизациями собственных компьютерных игр «Пять ночей с Фредди»: у него всего четыре позиции, но 210 тысяч.
Пожалуй, стоит добавить к рейтингу «Книжной палаты» (см. предыдущий пост) еще кое-что. В 1991 году газета «Книжное обозрение» спросила у крупнейших издательств: какие их книги точно станут бестселлерами? И вот что они ей ответили.
Бестселлерами станут восьмитомник «Статьи-персоналии из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона», однотомные энциклопедии «Электроника», «Пчеловодство» и «Музыкальный энциклопедический словарь», мемуары Льва Троцкого и Павла Милюкова, анонимный труд «О приватной жизни князя Потёмкина», подборка речей Петра Столыпина «Нам нужна великая Россия», новое издание Нового завета с 150 репродукциями, сборник статей Мартин Хайдеггера «Разговор на проселочной дороге», «Жилищное законодательство в вопросах и ответах», книга английских авторов «Как плавать среди акул и уцелеть», труд академика Н. Петракова «Нэп и хозрасчет», «Доктор Живаго» Бориса Пастернака, «В Круге первом» Александра Солженицына, «Секретный пилигрим» Джона Ле Карте, книга советского разведчика Дж Блейка «Иного выбора нет», «Сочниения» Павла Флоренсокго, книга В. Казарезова «О Петре Аркадьевиче Столыпине», «Библиотечка фермера», красочный альбом «Кошки», «Новое видение» Эдуарда Шеварнадзе, «Муки прочтения» Александра Яковлева, «Хождение во власть» Анатолия Собчака, «Л.Д. Троцкий, психологический портрет» Д.В. Волкогонова, двухтомник «Огненный крест» Юрия Власова, «Знакомьтесь, Алан Чумак», живо написанная книга Б. Выдмуховой «Ева всегда молода. Адам всегда молод», «Постижение истории» А. Дж. Тойнби, сборник «Катынская драма», тибетская «Книга мертвых», труд «Сталин — Тито» Юрия Григоренко, «Избранная проза» Саши Черного, «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург, сборник «О долге и чести воинской в Российской армии» под доктора военных наук В.Н. Лобова, сборник частушек Николая Старшинова «Я приду на посиделочки», и, наконец, «Наскальная живопись» Ефросинья Керсновской.
Бестселлерами станут восьмитомник «Статьи-персоналии из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона», однотомные энциклопедии «Электроника», «Пчеловодство» и «Музыкальный энциклопедический словарь», мемуары Льва Троцкого и Павла Милюкова, анонимный труд «О приватной жизни князя Потёмкина», подборка речей Петра Столыпина «Нам нужна великая Россия», новое издание Нового завета с 150 репродукциями, сборник статей Мартин Хайдеггера «Разговор на проселочной дороге», «Жилищное законодательство в вопросах и ответах», книга английских авторов «Как плавать среди акул и уцелеть», труд академика Н. Петракова «Нэп и хозрасчет», «Доктор Живаго» Бориса Пастернака, «В Круге первом» Александра Солженицына, «Секретный пилигрим» Джона Ле Карте, книга советского разведчика Дж Блейка «Иного выбора нет», «Сочниения» Павла Флоренсокго, книга В. Казарезова «О Петре Аркадьевиче Столыпине», «Библиотечка фермера», красочный альбом «Кошки», «Новое видение» Эдуарда Шеварнадзе, «Муки прочтения» Александра Яковлева, «Хождение во власть» Анатолия Собчака, «Л.Д. Троцкий, психологический портрет» Д.В. Волкогонова, двухтомник «Огненный крест» Юрия Власова, «Знакомьтесь, Алан Чумак», живо написанная книга Б. Выдмуховой «Ева всегда молода. Адам всегда молод», «Постижение истории» А. Дж. Тойнби, сборник «Катынская драма», тибетская «Книга мертвых», труд «Сталин — Тито» Юрия Григоренко, «Избранная проза» Саши Черного, «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург, сборник «О долге и чести воинской в Российской армии» под доктора военных наук В.Н. Лобова, сборник частушек Николая Старшинова «Я приду на посиделочки», и, наконец, «Наскальная живопись» Ефросинья Керсновской.
Модный сайт опубликовал мое послесловие к переизданию «Елтышевых».
«Горький»
В одну деревню нельзя войти дважды
Послесловие Константина Мильчина к новому изданию «Елтышевых»