Эта французская миниатюра XV века из книги о греческой мифологии, изображает не только прекрасных дам, но и имеет характерный позднесредневековый антураж — с замком на заднем плане.

На протяжении более чем 500 лет средневековые замки служили как для защиты, так и для демонстрации могущества своих владельцев. Но к XVI веку развитие артиллерии сделало многие такие крепости устаревшими. Пушечные ядра могли разрушать замковые стены, и традиционная архитектура оборонительных сооружений стала неэффективной.

Со временем классический тип замка — с высокими стенами, окружающими каменный донжон, возвышающийся на холме, — постепенно уступил место новому типу фортификации, способному выдержать артиллерийский обстрел. Эти укрепления проектировались с учётом пушек: с бастионами и толстыми угловыми стенами, частично заглублёнными в землю.

Существующие замки часто перестраивались в дворцы — облегчённые укреплённые резиденции с большими окнами, прорубленными в некогда неприступных стенах, с добавленными удобствами и садами. Например, Алькасар в Сеговии, что в Испании был построен как крепость в XII веке, а позднее стал дворцом кастильских монархов. Многие старые замки, однако, были заброшены.

Записки о Средневековье

В 1283 году английский король Эдуард I приказал построить серию из 18 замков, чтобы усмирить недавно завоёванный Уэльс. Большинство валлийских замков Эдуарда были возведены мастером Джеймсом из Сен-Жоржа, выходцем из Савойского герцогства на границе между Италией и Францией. Среди них — замок Харлек, предоставленный на изображении.

Его планировка включала круглые башни, сохранившиеся до наших дней, а также оборонительные элементы, которые архитектор заметил на мусульманских укреплениях во время пребывания в Святой земле. Около 2500 ремесленников трудились над строительством Харлекса с 1283 по 1290 год.

Записки о Средневековье

Рождение Цезаря. Миниатюра из манускрипта «Записки о Галльской войне» под авторством Цезаря. Франция, 1473–1476 годы

Операции, похожие на кесарево сечение (caesarea sectio), случались в аку­шерской практике задолго до рождения Юлия Цезаря. В греческих мифах, отражающих реальные медицинские случаи, из чрева погибших матерей были извлечены бог виноделия Дионис и бог врачевания Асклепий. Упоминания об этой операции также встречаются в древнеиндийских, китайских, вавилон­ских, иранских и других источниках. В Риме еще за 700 лет до рождения Цезаря один из законов царя Нумы Помпилия (leges regiae) запрещал хоронить умершую беременную женщину, не вырезав предварительно плод из ее чрева, чтобы спасти ребенка. Плиний Старший упоминает известных римлян, появившихся на свет таким образом: это победитель Ганнибала Сципион Африканский, консул Манилий и «первый среди Цезарей». Плиний пишет, что этого предка Цезаря (а вовсе не его самого) вырезали из чрева матери. Отсюда и происходит семейное имя Цезарей: a caeso matris utero dictus — «названный так из-за рассеченной (caeso) утробы матери»

Юлий Цезарь родился в 100 или 101 году до нашей эры. В то время извлекать плод так, чтобы и мать, и младенец оставались в живых, не умели и в соот­ветствии с вышеупомянутым законом делали это только в том случае, если женщина умирала или уже умерла. Кроме того, благодаря Светонию мы знаем, что мать Цезаря Авре­лия пережила роды и скончалась в преклон­ных годах, в 54 году до нашей эры.

Таким образом, мы имеем дело с ложной этимологией. Трудно сказать, почему возникла эта путаница. Возможно, более поздние авторы, в частности соста­вители византийского словаря «Суда» X века, неправильно поняли текст Плиния, спутав причастие caesus («рассеченный», «разрезан­ный»), образован­ное от глагола caedere, с прилагательным caesareus от Caesar. Уже в Средние века легенда о происхожде­нии кесарева сечения от Кесаря, то есть Цезаря, получила широкое распростране­ние: в средневековых манускриптах часто встречается изображение младенца Цезаря, извлекаемого из чрева матери.

Записки о Средневековье

Первое известное любовное письмо из Польши

Любовное письмо, записанное в конце рукописи с копиями Вислицких и Варских статутов, является необычным примером средневековой личной переписки на польском языке. После написания, оно было зачёркнуто как не относящееся по содержанию к остальной части рукописи.

В современной форме письмо звучит примерно так:

> «Сердечный поклон и ласковое приветствие для моей милой панны, в этом письме хотелось бы спросить о твоём здоровье, а то, что хотел сказать, я выскажу. Знаю, что у тебя множество поклонников, а из-за греховности своей на меня ты не обращаешь внимания. Ты обделяешь вниманием тех, кто тебя только обманывает, это я слышал от одного из твоих любых. Боже, покарай такого слугу твоего, кто о милой панне думает, а говорит неправду. Имя моё письмом даром тебе даю познать».

Сохранившийся фрагмент, вероятно, является началом более длинного письма холостяка к девушке. Текст начинается с приветствия, поклонов и вопросов о здоровье девушки, за которыми следуют жалобы на её неверность. Письмо написано рифмованной прозой, простым стилем, лишённым украшений.

Письмо хранилось в библиотеке Баворовских во Львове, а после Второй мировой войны стало частью коллекции Национальной библиотеки. С 2024 года оно представлено в постоянной экспозиции во дворце Красиньских в Варшаве.

Записки о Средневековье

В этом 500-страничном манускрипте есть всего одно изображение. Но зато какое!

Это фрагмент из медицинской книги начала XV века изображает пациента, которому делают клизму для лечения свища. Пациент, стоящий на четвереньках, выглядит мрачно и решительно. Медик в красной мантии, напротив, явно с ужасом осознаёт свой карьерный выбор.

Сборник медицинских и хирургических текстов (Miscellanea Medica XXIV)
Дата: начало XV века
Сигнатура: MS.550

Записки о Средневековье

Датчане вторгаются в Англию. Иллюстрация из жития святого Эдмунда. XII век

Носители северогерманских (скандинавских) языков с глубокой древности жили на севере современной Дании и в южной части Швеции и Норвегии. Они были хорошими корабелами и воинами. В VIII веке началась колонизационная экспансия скандинавов, шедшая в основном по побережьям Балтийского и Северного морей, в том числе в Прибалтику, Исландию, Великобританию, Ирландию, Нормандию. Одним из важных направлений стала территория Восточно-Европейской равнины, по многочисленным рекам которой был открыт путь к богатствам Византии и Арабского халифата.

Время с середины VIII века и до середины XI века принято называть эпохой викингов. Древнескандинавское слово vikingr (первоначально — «житель портового города») обычно использовалось в значении «пират».

Записки о Средневековье

Правила жизни Владимира Мономаха

Почему ничего нельзя хранить в земле, к чему ведет лень, как избежать чужих насмешек и другие рассуждения князя Владимира Всеволодовича, записанные им для воспитания детей и племянников

Послушайте меня: если не все примете, то хоть половину.

[Я] c коня много падал, голову себе дважды разбивал и руки и ноги свои повреждал — в юности своей повреждал, не дорожа жизнью своею, не щадя головы своей.

На посадников не полагаясь, ни на биричей, сам делал, что было надо; весь распорядок и в доме у себя также сам устанавливал.

Не осуждайте меня, дети мои или другой, кто прочтет: не хвалю ведь я ни себя, ни смелости своей, но хвалю Бога и прославляю милость его.

Леность ведь всему мать: что кто умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не научится.

Мы, люди, грешны и смертны, и если кто нам сотворит зло, то мы хотим его поглотить и поскорее пролить его кровь.

Как отец, чадо свое любя, бьет его и опять привлекает к себе, так же и Господь наш показал нам победу над врагами, как тремя делами добрыми избавляться от них и побеждать их: покаянием, слезами и милостынею.

Ни затворничеством, ни монашеством, ни голоданием, которые иные добродетельные претерпевают, но малым делом можно получить милость Божию.

Посмотри, брат, на отцов наших: что они скопили и на что им одежды? Только и есть у них, что сделали душе своей.

А мы что такое, люди грешные и худые? — сегодня живы, а завтра мертвы, сегодня в славе и чести, а завтра в гробу и забыты, — другие собранное нами разделят.

Паче же всего гордости не имейте в сердце и в уме, но скажем: смертны мы, сегодня живы, а завтра в гробу; все это, что ты нам дал, не наше, но твое, поручил нам это на немного дней.

Больного навестите, покойника проводите, ибо все мы смертны.

Дивно ли, если муж пал на войне? Умирали так лучшие из предков наших.

Не из-за пролития крови, а свершив прелюбодеяние, помазанник Божий Давид посыпал главу свою и плакал горько, — в тот час отпустил ему согрешенья его Бог.

Не давайте сильным губить человека.

Старых чтите, как отца, а молодых, как братьев.

Не полагайтесь на тиуна или на отрока, чтобы не посмеялись приходящие к вам, ни над домом вашим, ни над обедом вашим.

И в земле ничего не сохраняйте, это нам великий грех.

Если не будете помнить это, то чаще перечитывайте: и мне не будет стыдно, и вам будет хорошо.

Если же кому не люба грамотка эта, то пусть не посмеются, а так скажут: на дальнем пути, да на санях сидя, безлепицу молвил. 

Записки о Средневековье

Строительство первого каменного храма в Киево-Печерской лавре

Строительство первого каменного храма Киево-Печерской лавры начинается в 1073 году по инициативе игумена Феодосия Печерского и епископа Михаила и длится до 1077 года. Храм возводят византийские мастера, пришедшие в Киев по указанию явившейся им во сне Богородицы. Средства на постройку храма жертвует варяжский воевода Шимон, изгнанный на Русь братом. Ему был явлен образ церкви и ее размеры в золотых поясах Богородицы с родового распятия. В 1089 году храм освещается в честь праздника Успения, а уже в 1230-м серьезно пострадает от землетрясения.

Памятник Святополку II Великому в Гданьске

Святополк II Великий (род. до 1195, ум. 11 января 1266) — князь Поморья Гданьского из династии Собеславичей, старший сын Мстивоя I и Звиниславы (ум. 4 сентября 1240).

После смерти отца, около 1219/1220 года, он получил от Лешка Белого должность наместника Поморья Гданьского. В 1223 году вместе с братом Варциславом он принял участие на стороне Лешека Белого, его брата Конрада Мазовецкого и других польских князей в крестовом походе против пруссов. Вероятно тогда, или даже раньше, он передал свой город Зянтыр прусскому епископу Христиану. Около 1225 года он присоединил к Поморью Гданьскому землю слупскую, из которой изгнал датские гарнизоны. Возможно, ещё до смерти отца он связал себя союзом с Владиславом Одоницем. Сестра Одоноица, Евфрозина, стала женой Святополка, а Одониц взял в жёны Ядвигу — дочь Мстивоя I и сестру Святополка.

Около 1223 года Святополк вместе с Одоницем начали военные действия против правящего в Великопольше Владислава Ласконогого, постепенно занимая пограничные территории. Это вызвало реакцию Лешка Белого, который созвал в 1227 году в Гонсаве (на территории, контролируемой Ласконогим) общепольский съезд князей, представителей епископата и рыцарства. Съезд был прерван внезапным нападением Одоница при поддержке войск Святополка. Лешек Белый погиб, а князь вроцлавский Генрих I Бородатый был тяжело ранен.

Самые ранние источники возлагают ответственность за это преступление на Владислава Одоница, однако уже в XIII веке появляется мнение, что главным виновником был Святополк. Возможно, эта версия была распространена источниками из Великопольши в то время, когда этой областью правили сыновья Одоница — Пшемысл I и Болеслав Набожный.

Во времена его правления произошёл экономический подъём Поморья Гданьского. Столичный Гданьск получил городские права по образцу Любека. Были основаны монастыри: доминиканцев в Гданьске, цистерцианок в Жарновце (это был женский филиал монастыря в Оливе) и цистерцианцев в Букове под Дарлово. Он был самым выдающимся правителем из династии Собеславичей. Ему удалось добиться и удержать независимость своего княжества и способствовать его развитию. Он также был первым из польских удельных правителей, которому пришлось вести тяжёлые бои с Тевтонским орденом.

Эта страница из Бернского «Физиолога» — латинской версии IX века гораздо более древнего греческого бестиария, известного как Physiologus.

В центре изображёна пантера, животное, связанное с образом Христа.
Хранится в Библиотеке Бургеров (Burgerbibliothek) в Берне, Швейцария.

Такие примеры иллюстрируют основное назначение Physiologus: использовать мир животных как нравственное зеркало, отражающее человеческие страсти, пороки и добродетели.
Под поверхностью каждой истории скрывалось поучительное послание, основанное на раннехристианском учении. Эти рассказы родились из убеждения, что животные были созданы Богом в начале времён.

Записки о Средневековье

Конец крестьянской зависимости в средние века
Ч.1

На протяжении всего Средневековья земля оставалась важнейшим источником благосостояния. На рубеже XIII в. земли стало не хватать, и, как следствие, цены на нее поднялись. Это в свою очередь означало рост земельной ренты и цен на сельскохозяйственную продукцию; при этом рабочая сила оставалась в изобилии и была дешевой. После Черной смерти соотношение изменилось: земли оказалось в достатке, спрос на продукты питания и соответственно цены резко упали, а вот найти рабочие руки стало тяжело. Эта задача была вдвойне трудной: во-первых, чума истребила массу крестьян, а во-вторых, многие безземельные поденщики и владельцы маленьких участков могли теперь занимать пустующие земли.

Результаты этих процессов давали о себе знать весьма долгое время. С одной стороны, выросла стоимость рабочих рук; с другой – доходы крестьян в большинстве случаев не увеличивались, поскольку цены на сельскохозяйственную продукцию упали, особенно после периода хаоса и голода, последовавших сразу же за первой эпидемией чумы. К тому же землевладельцы немедленно отреагировали на эту ситуацию, установив максимальные пределы оплаты труда; в Англии, например, специально с этой целью парламент принял Статут о работниках (1351). Вместе с тем подобное законодательство оказалось неэффективным – особенно в долгосрочной перспективе, поскольку реально нельзя было запретить нанимателям увеличивать заработную плату.

Тем не менее землевладельцам пришлось приспособиться к новым условиям. Те, кто все еще мог рассчитывать на внешний рынок, старались переложить повинности на своих арендаторов, причем вели себя более жестко, чем раньше. Но опять же подобную политику нельзя было проводить в течение долгого времени: землевладельцы конкурировали друг с другом в поисках рабочих рук, и при наличии множества свободных участков арендаторы просто уходили из поместий с чрезмерными повинностями в другие места. Поэтому все большее и большее число землевладельцев вынужденно сдавали свои владения в аренду или в обработку под часть урожая, как это практиковалось в Южной Европе. В условиях неустойчивости рынка и падения или резкого колебания цен было выгоднее жить на фиксированную ренту и предоставлять арендаторам самим налаживать сбыт продукции.

Как следствие, старинная феодальная сеньория, которая уже в XIII – начале XIV в. начала разрушаться, теперь полностью трансформировалась: землевладельцы превратились в рантье, трудовые повинности исчезли, а с ними исчез и статус крестьянской зависимости. Крестьяне стали держателями постоянных, передаваемых по наследству участков или временных, но, как правило, долгосрочных наделов. Эти процессы шли неравномерно, многим крестьянам они представлялись слишком медленными, а потому требования полной отмены зависимости стали отныне постоянным лозунгом многочисленных крестьянских восстаний – даже тех, которые были вызваны иными причинами, как, например, в Англии в 1381 г. Подобные ситуации – классический пример того, что современные социологи называют общественным недовольством, спровоцированным социальными ожиданиями в условиях общего улучшения обстановки.

Записки о Средневековье