Жанна д’Арк на миниатюре из рукописи «Жизни знаменитых женщин» Антуана Дюфура, 1504 г.

Агиографический канон, на который опирались современники Жанны д’Арк в оценке ее возможной святости, зародился в Западной Европе еще в середине III в. Агиография представляла собой один из самых массовых типов средневековой литературы: это были жития, то есть образцовые жизнеописания святых, написание которых базировалось на довольно жесткой схеме. Следовало подчеркнуть особые, исключительные личные качества человека, претендующего на статус святого; упомянуть важные внешние обстоятельства, повлиявшие на его выбор пути; указать на образцовый характер повседневных дел, которым он себя посвятил. Наконец, истинный святой обязан был владеть определенными сверхъестественными способностями: склонностью к мистицизму, даром пророчества или ясновидения, возможностью творить чудеса.

Такая модель жизнеописания отличалась абсолютной стереотипностью, отсутствием каких бы то ни было индивидуальных деталей. В этом, однако, и заключался ее высший смысл: святость человека, претендующего на официальное признание, утверждалась через ее уподобление святости других, через соотнесение с уже знакомыми образцами. Данное обстоятельство и легитимировало ее в глазах окружающих, вот почему она никогда не оспаривалась.

Это, однако, не исключало каких-то строго индивидуальных особенностей. Это могли быть, к примеру, разнообразные животные-спутники — как, например, у святого Франциска Ассизского. (Вольтер высмеивал данную особенность средневековой агиографии, наградив Жанну д’Арк ослом, который по ходу действия пьесы влюблялся в свою хозяйку.) Это могли быть и какие-то предметы, служившие буквально опознавательным знаком для того или иного святого. Так, святая Вероника всегда изображалась с платом, которым она отерла лицо Иисуса Христа по дороге на Голгофу. Святая Екатерина Александрийская изображалась с колесом, поскольку свою мученическую смерть за истинную веру она претерпела через колесование.

Что же касается Жанны д’Арк, то когда в XVI–XVII веках впервые начали открыто обсуждать вопрос о ее возможной святости, за ее личными вещами началась подлинная охота: в реликвии записывали и предметы одежды, и мечи, и доспехи. Подлинность их всегда оставалась сомнительной, но сам факт коллекционирования лучше прочего свидетельствует о том, что французское общество постепенно приходило к мысли о святости своей героини. И хотя настоящих житий Жанны д’Арк ни в XV веке, ни даже в XIX столетии создано не было, зная средневековый агиографический канон, легко проследить, как менялась сама манера описания деяний Жанны, как во вполне светских исторических сочинениях использовалась та же самая схема, что и в житиях.

Записки о Средневековье

Тюрьмы в средние века

В средневековой Франции тюремное заключение было платным. Так, только за само помещение в тюрьму обвиняемый должен был заплатить определенную сумму, согласно своему социальному статусу: граф - 10 ливров, шевалье - 20 парижских су, экюйе - 12 денье, еврей - 2 су, а «все прочие» - 8 денье. Дополнительно оплачивалась еда и постель. «Прокат» кровати стоил в Шатле в 1425 г. 4 денье. Если заключенный приносил кровать с собой, то платил только за место (2 денье). Такой привилегией пользовались наиболее высокопоставленные преступники, помещавшиеся обычно в соответствующих их социальному статусу отделениях тюрьмы -"Cheynes", "Beauvoir", "Gloriette", "La Mote", "La Falle". На своих кроватях они спали в гордом одиночестве. Что касается прочих, то ордонанс запрещал тюремщикам помещать на одну койку больше 2-3 человек (в помещениях "Boucherie", "Griesche"). Заключенный в "Beauvais" спал на соломе за 2 денье, а в "Puis", "Gourdaine", "Berfueil" и "Fosse" платил 1 денье (видимо, за голый пол).

Социальное неравенство проявлялось и в питании. По закону преступникам полагались лишь хлеб и вода, но «благородный человек» имел право на двойную порцию, а по особому разрешению прево - на помощь семьи и друзей. В самом выгодном положении находились те, кто был посажен в тюрьму за долги, - их содержали кредиторы. Приятное разнообразие в меню вносили лишь пожертвования частных лиц, церковных учреждений и ремесленных корпораций. Они состояли обычно из хлеба, вина и мяса, но происходили только по праздникам.

Мужчины и женщины содержались в тюрьме раздельно. То же правило пытались ввести и в отношении подельников, однако, из-за большой скученности, это не всегда удавалось.

Тюремщикам запрещались любые физические и моральные издевательства над заключенными, тем более, что особо опасные преступники находились в карцере (cachot) или «каменном мешке» (oubliette) или бывали закованы в цепи (за которые сами же и платили).

Записки о Средневековье

Евангелист Лука из цикла гравюр Ханса Зебальда Бехама «Четыре евангелиста». 1541 год

В отличие от атрибутов прочих святых, которые появились гораздо позже, символы евангелистов часто изображались не вместе с ними, а вместо них. Телец — это и есть Лука, как лев — Марк, а орел — Иоанн. В раннее Средне­вековье порой можно встретить евангелистов-«монстров» — с человеческим телом, увенчанным головой соответствующего зверя. Когда же зверь-атрибут, как это бывает чаще, появляется бок о бок со своим «хозяином», он может предстать в отдельном сегменте изображения (словно герб, помещенный над головой владельца) или лежать у его ног как питомец. Порой, примостившись за спиной евангелиста, он как будто диктует ему священный текст или держит в зубах уже исписанный свиток. Святой Лука, автор третьего Евангелия, в Средне­вековье считался патроном врачей (в Новом Завете он называет себя медиком) и художников (считалось, что он написал первый образ Девы Марии).

Альбрехт Дюрер (1471–1528) — такой же универсальный человек позднего средневековья, как Леонардо да Винчи. Круг его интересов не менее широк: живопись и геометрия, математика и физика, архитектура и фортификация. Но прославился Дюрер как мастер гравюр, которые благодаря его таланту стали считаться искусством, а не ремеслом. В основном он работал в двух техниках: ксилографии, или высокой гравюре по дереву, и гравюре резцом по меди (так называемая глубокая гравюра).

Ксилография — более древний способ копировать изображения, появив­шийся в Европе еще в раннем Средневековье. Мастер оставляет на дере­вянной доске (она называется штамп) выпуклые линии рисунка и переносит краску с выступающих частей на бумагу, отсюда название — высокая гравюра. Работы, сделанные таким методом, получаются очень выразительными, с четкими линиями, а сам штамп сделать несложно.

Штампы для глубокой гравюры изготавливались из медных досок, и мастер выводил линии особыми резцами — штихелями. При печати на штамп оказывалось такое сильное давление, что краска из углублений перетекала на лист. Такая техника позволяла создавать более сложные гравюры с полу­тонами, игрой света и тени, но была гораздо более трудоемка.

Дюрер всегда выбирал понятные обывателю сюжеты, при этом пряча за ними множество тайных смыслов и одновременно оставляя подсказки, помогающие их растолковать. Рассказываем о том, как искать и понимать эти загадки, на примере пяти гравюр из разных циклов.

Записки о Средневековье

Экспансия викингов в IX - первой половине X в.

Этимология термина 'викинг' до конца не выяснена; возможно, слово происходит от 'вик' - бухта, порт, где базировались участники морских походов, но предлагались и другие объяснения. На Западе они были известны под именем норманнов ('северных людей'), а на Руси - варягов.

Первые упоминания о нападении викингов восходят к самому концу VIII в. В 793 г. отряд скандинавов напал на монастырь на Северо-Восточном побережье Англии, разграбил и сжег его. Вскоре подобные разбойничьи нападения сделались подлинным бедствием для населения приморских районов Англии, Ирландии, Франкского королевства, Германии, Южного побережья Балтийского моря. Повсюду эти внезапные появления вооруженных и безжалостных язычников несли смерть, разграбление и порабощение захваченных врасплох местных жителей, которые долгое время не были способны оказывать им сопротивление. Духовенство было склонно объяснять это бедствие божьей карой за грехи, и даже была составлена молитва: 'Боже, избави нас от неистовства норманнов!' Со временем правители стран, подвергавшихся нападениям норманнов, сумели организовать защиту от них и начались более регулярные военные действия. Отпор, который он встретил со стороны франков, побудил датского конунга Годфреда приступить к постройке оборонительного вала, защищавшего Ютландию с юга. Эта цепь укреплений известна под названием Даневирке ('Датский вал'), возведение ее началось в начале IX в., но продолжалось и в следующем столетии.

Датским завоевателям удалось разграбить и подчинить своей власти обширные территории в разных частях Европы. Они переселялись на острова Северной Атлантики - Фарерские, Шетландские, Оркнейские и Гебридские. После 870 г. выходцы из Норвегии открыли и начали заселять Исландию. Первым поселенцем здесь был Ингольф Арнарсон.

Записки о Средневековье

Святые Борис и Глеб. Новгород, около 1335 года

Борис и Глеб, сыновья князя Владимира, крестителя Руси, — первые русские святые, убитые в 1015 году, вероятно, по приказу их брата Святополка (хотя некоторые историки считают иначе) и кано­низированные как страстотерпцы (то есть погибшие от рук единоверцев) уже в том же XI веке. Отличить братьев на древнерусских иконах всегда легко: старшего, Бориса, изображали с уса­ми и бородой, как взрослого мужа, а младшего, Глеба, — безбородым, с длин­ными волосами. На этой иконе у них много атрибутов, которые подчер­кивают кня­жеский статус: это плащи, богатая одежда, вышитая драгоценными камня­ми, мечи (принадлежность князя как предводителя дружины) и, главное, го­ловные уборы. Такие шапки с меховой опушкой в русской иконографии — не­премен­ный знак князя, как корона — знак царя, императора. Если по сюжету требова­лось, чтобы князь стоял без шапки (например, перед святым), ее всё ра­вно ста­рались изобразить — либо в руках князя, либо у слуг. Борис и Глеб дер­жат кре­сты — это символ принятой ими смерти за Христа. Похожим образом в евро­пейской иконографии в руки мучеников вкладывали пальмовую ветвь — сим­вол торжества и победы над смертью (по Евангелию, пальмовыми ветвями, как царя, люди встречали Иисуса, когда он въезжал в Иерусалим).

Записки о Средневековье

Как русинский шляхтич помог спасти свадьбу польской королевы

На картине Димитр из Горая отговаривает Ядвигу взламывать двери королевского замка в Кракове, чтобы попасть к своему любимому, герцогу Австрии.

За Ядвигой в Краков приехал её жених герцог Австрийский Вильгельм с намерением повенчаться с ней, но в это время политика магнатов, правивших Польшей, изменилась, так как представилась возможность заключить весьма выгодный союз с Литвой — они решили выдать Ядвигу замуж за литовского князя Ягайло.

Согласно хроникам Австрийский герцог Вильгельм Габсбург был воплощением настоящего джентльмена, у него было даже прозвище Вежливый. Молодому герцогу было всего восемь лет, когда он женился на четырехлетней венгерской принцессе Ядвиге Анжуйской. Вильгельм уже в 1385 году (15-летним) приехал в Краков, где недавно проживала новая королева. Отец Вильгельма даже получил специальное епископское разрешение на организацию брачной ночи.

Ядвига, очарованная австрийцем, которого она помнила с беззаботных лет раннего детства, была готова заключить брак.
Лишь в последний момент тайная брачная ночь была сорвана. Ведь когда он вошёл в замок, где ему предстояло пройти в опочивальню к королеве Ядвиге, по приказу и благодаря польским панам, весьма недовольным таким ходом событий, ему не разрешили войти в покои и с позором выгнали из замка.

Королева Ядвига, глубоко тронутая изгнанием Вильгельма из замка, хотела сама добраться до него, но уже в городе. А когда по приказу знать перед ней закрыли ворота замка, она схватила топор, который дали ей слуги, и попыталась собственноручно их разрубить.

Отказаться от этой идеи ее уговорил Димитр из Горая польский шляхтич и государственный деятель русинского происхождения.
За эту услуги позднее король Владислав Ягелло пожаловал ему город Щебжешин с окрестностями. В 1386 году Владислав Ягелло отправил Димитра из Горая в качестве посла в Пруссию, чтобы пригласить великого магистра Тевтонского ордена Конрада Цёлльнера фон Ротенштайна на его свадьбу с королевой Ядвигой. В 1390 году Димитр из Горая стал маршалом Польского королевства.

Записки о Средневековье

Мужская баня. Гравюра Альбрехта Дюрера. 1496–1497 годы

Это гравюра выполнена в технике ксилографии: мы видим четырех мужчин в купальне в компании музыкантов. Из-за забора на героев сценки смотрит юноша, а на заднем плане мы видим улицу Нюрнберга конца XV века, намеренно представленную более идеально, чем в реальности. Такой сюжет можно часто встретить в немецком изобразительном искусстве этого времени, только посетители бани обычно одеты в длинные рубахи, скрывающие наготу. Дюрер, пусть и не до конца, раздевает своих героев, соединяя местную традицию с мотивами, характерными для итальянского Возрождения, с которым он познакомился в 1494–1495 годах во время путешествия по Италии.

За этим, казалось бы, простым сюжетом исследователи находят смыслы, которые неискушенный зритель может не заметить. Есть несколько версий, объясняющих сцену в бане. Согласно более простой трактовке, на столб с краном опирается сам Дюрер, а остальные герои — его друзья: справа с кружкой — Виллибальд Пиркгеймер, а на переднем плане — нюрнбергские гуманисты Стефан и Лукас Паумгартнеры.

Более сложная аллегорическая трактовка связывает композицию с темами четырех темпераментов и пяти чувств. Каждый из четырех человек олице­творяет один из темпераментов и использует то чувство, которое может принести покой и радость. Дюрер — меланхолик и использует слух, насла­ждаясь музыкой, Пиркгеймер — холерик и пьет вино, а братья Паумгартнер — сангвиник и флегматик. Один осязает с помощью скребка для кожи, а другой нюхает дикий цветок.

Записки о Средневековье

Мусульманское завоевание Испании

К концу VII в. арабы завершили покорение византийских владений в Северной Африке, и в 709 г. их первый отряд высадился на территории Вестготского королевства. Кроме арабов в завоевании участвовали коренные жители Северной Африки - берберы, незадолго до того принявшие ислам. В 711 г. началось их вторжение в Испанию. Вестготское войско значительно превосходило врага численно, однако потерпело сокрушительное поражение в первой же крупной битве; к 714 г. сдались все крупные крепости королевства. Арабы и берберы (в христианском мире их обычно называли маврами) захватили вестготские владения и к северу от Пиренеев, однако их продвижение в глубь Франкского королевства было остановлено Карлом Мартеллом.

Слабость Вестготского королевства была обусловлена острыми внутренними социальными и политическими противоречиями. Крестьянство было отягощено повинностями и государственными налогами; знать вела ожесточенную борьбу за престол, поскольку принцип наследования королевской власти здесь так и не утвердился; огромное влияние католической церкви вызывало недовольство части светской знати, а также проживавших в стране ариан и иудеев. Поэтому основная масса населения довольно безразлично отнеслась к вторжению арабов, а некоторые представители господствующей верхушки (например, архиепископ Севильи) даже помогали им. Серьезное сопротивление мавры встретили лишь на гористом севере полуострова, где несколько позже сформировались испано-христианские государства.

Записки о Средневековье

Гастроном у дома придумали ещё в Средневековье.

В тёмные века торговцы нередко имели очень широкий профиль деятельности. Узкоспециализированных купцов, продающих, например, только оружие или ткани, можно было найти в основном в крупных городах.

Зато у нас есть множество изображений торговцев, которые предлагают самые разные товары: от доспехов и клинков до меха и расписных шкатулок. Одной из таких картин с нами поделились друзья из канала «Записки о Средневековье».

Сошествие Святого Духа. Новгород, XV век

Икона посвящена одному из важнейших праздников, который называют Духов день, Троица или Пятидесятница (50-й день после Пасхи). В Деяниях апостолов сказано, что на 40-й день после воскресения Христос вознесся на небеса, а еще через десять дней собравшиеся вместе апостолы услышали шум с небес и уви­дели огненные языки — они сошли на учеников, те чудесным образом за­гово­рили на разных языках и смогли проповедовать Евангелие по всему миру.

На иконе изображаются двенадцать апостолов (с Матфеем, которого избрали вместо предателя Иуды). Вверху — полукруг, обозначающий небеса, с огнен­ными языками, а прямо под ним, на престоле, — Богородица: хотя тексты не упоми­нают ее, на иконах Мария непременно появляется в этом сюжете. Два здания за плечами Богоматери соединяет красная ткань, которую в ико­ногра­фии на­зывают «велум» (от лат. velum — «парус»). Велум часто можно увидеть в компо­зициях с Богородицей: по преданию, в детстве Мария ткала багряную завесу для Иерусалимского храма, а в момент смерти Христа она разорвалась, проведя черту между Ветхим и Новым Заветами. Наконец, внизу иконы, в тем­ном ова­ле, коронованная фигура раскрывает белый платок с двенадцатью свит­ками. Это Царь-Космос, персонификация мира, зовет апостолов проповедо­вать Хри­ста народам.

Записки о Средневековье

Наварра и Арагон

Общественный строй Наварры и Арагона в раннее средневековье был более архаичен, чем в Астуро-Леонском королевстве и Каталонии. Этот район был очень слабо освоен римлянами, влияние вестготов и франков также было поверхностным. В рассматриваемый период здесь преобладало баскоязычное население, романизировавшееся очень медленно. Землевладение феодального типа развивалось главным образом в долинах больших рек, в горах же сохранялись свободные крестьянские общины. Запоздалым было и формирование феодальной иерархической структуры. Об утверждении в этих государствах феодального строя можно говорить не ранее, чем с середины XI в.

На рубеже Х-ХI вв. при короле Санчо Великом Наварра со столицей в Памплоне была сильным государством, подчинившем себе Арагон и Кастилию. После смерти Санчо (1035 г.) его держава распалась; Наварра, оттесненная от арабской границы своими более активными соседями, постепенно отошла от участия в Реконкисте. В дальнейшем ее судьба оказалась все теснее связанной с судьбой Франции. Арагон, напротив, ведет в XI в. последовательно наступательную политику, понемногу расширяя свои владения за счет мусульманских эмиратов долины Эбро. Общность целей во внешней политике с графством Барселонским предопределила слияние их в XII в. в единое государство.

Записки о Средневековье