Франция и Столетняя война
Франция издавна привлекала иноземных королей и баронов: здесь было удобно воевать, а война сулила территориальные приобретения и богатую добычу. Французские короли не могли смириться с тем, что англичане все еще занимали значительную часть Аквитании, на юго-западе Франции; в свою очередь английские короли не сумели забыть или простить потерю Нормандии в начале XIII в. Открытая война началась в 1337 г. и продолжалась с многочисленными и довольно длительными перерывами до 1453 г. Когда Филипп VI напал на Аквитанию, Эдуард III заявил претензии на французский престол, ссылаясь на свои права по материнской линии; Франция, естественно, отвергла эти требования. Англичане выиграли несколько решающих сражений, но они далеко не были столь сильны, чтобы завоевать всю Францию и добиться признания прав Эдуарда III: можно с немалым основанием предположить, что они никогда серьезно и не ставили перед собой такую цель.
Причиной того, что англичанам удалось добиться серьезных успехов, а война тянулась невероятно долго, стала политическая раздробленность французской знати. Принцы королевского дома Валуа владели личными доменами – крупными герцогствами и графствами, где были фактически независимыми властителями. Эти уделы («апанажи») предназначались для того, чтобы укрепить королевскую фамилию и администрацию; они должны были обеспечить достойное положение и доход младшим сыновьям (а иногда и дочерям) короля. Корона сохраняла некоторые права в этих землях и могла вновь присоединить их к королевскому домену, если принц становился королем или пресекался его род по мужской линии. Но на практике владетельные принцы стремились добиться максимальной независимости от короны; больше всего преуспел в этом Филипп Бургундский, один из сыновей Иоанна II. Проводя свою личную политику, то один, то другой принц вступал в союз с англичанами, и временами казалось, что Франция, подобно Германии, состоит из полунезависимых княжеств. На рубеже XIV в. Орлеанский и Бургундский дома оспаривали регентство при короле Карле VI Безумном. Бургундские герцоги из династии Валуа путем брачных союзов унаследовали герцогства и графства Нидерландов, в то время экономически самых развитых и богатых земель Европы. Англичане сочли эту ситуацию благоприятной, чтобы вновь вторгнуться во Францию уже после того, как целое поколение пользовалось тяжело добытым миром. Молодой и энергичный Генрих V одержал блестящую победу при Азенкуре (1415), а затем, заключив союз с Бургундией, захватил все французские территории к северу от Луары и женился на дочери Карла VI, который официально признал его наследником французского престола (1420).
Это был пик английских успехов, но сохранить их, однако, не удалось. Генрих V умер (1422) и, подобно многим средневековым завоевателям, оставил после себя малолетнего наследника. Французская знать стала объединяться вокруг дофина, сына Карла VI; Жанна д'Арк, крестьянская девушка из Лотарингии, привезла его в Реймс, где он был коронован под именем Карла VII. По легендам, Жанну д'Арк вдохновляли голоса с неба; многие охотно шли за ней, но многие верили – или предпочитали верить, – что она одержима дьяволом. В 1430 г. англичане захватили Жанну д'Арк, а через год французский церковный суд приговорил ее к сожжению как еретичку. Карл VII ничего не сделал для спасения той, что помогла ему взойти на престол; лишь в 1456 г. он начал процесс по реабилитации, который подтвердил ее невиновность; в 1920 г. Жанна д'Арк была канонизирована.
Но гораздо важнее вмешательства святой оказалось изменение расстановки сил. В 1435 г. герцог Бургундский заключил мир с Карлом VII, и отныне окончательное поражение англичан оставалось лишь вопросом времени: объединение сил французской монархии и нараставшее, как снежный ком, дезертирство французских вассалов английской короны вскоре сделали положение англичан безнадежным даже в Аквитании. Когда в 1453 г. был заключен мир, в руках англичан оставался лишь город Кале; четырехвековая власть английской короны над отдельными частями Франции завершилась.
Записки о Средневековье
Франция издавна привлекала иноземных королей и баронов: здесь было удобно воевать, а война сулила территориальные приобретения и богатую добычу. Французские короли не могли смириться с тем, что англичане все еще занимали значительную часть Аквитании, на юго-западе Франции; в свою очередь английские короли не сумели забыть или простить потерю Нормандии в начале XIII в. Открытая война началась в 1337 г. и продолжалась с многочисленными и довольно длительными перерывами до 1453 г. Когда Филипп VI напал на Аквитанию, Эдуард III заявил претензии на французский престол, ссылаясь на свои права по материнской линии; Франция, естественно, отвергла эти требования. Англичане выиграли несколько решающих сражений, но они далеко не были столь сильны, чтобы завоевать всю Францию и добиться признания прав Эдуарда III: можно с немалым основанием предположить, что они никогда серьезно и не ставили перед собой такую цель.
Причиной того, что англичанам удалось добиться серьезных успехов, а война тянулась невероятно долго, стала политическая раздробленность французской знати. Принцы королевского дома Валуа владели личными доменами – крупными герцогствами и графствами, где были фактически независимыми властителями. Эти уделы («апанажи») предназначались для того, чтобы укрепить королевскую фамилию и администрацию; они должны были обеспечить достойное положение и доход младшим сыновьям (а иногда и дочерям) короля. Корона сохраняла некоторые права в этих землях и могла вновь присоединить их к королевскому домену, если принц становился королем или пресекался его род по мужской линии. Но на практике владетельные принцы стремились добиться максимальной независимости от короны; больше всего преуспел в этом Филипп Бургундский, один из сыновей Иоанна II. Проводя свою личную политику, то один, то другой принц вступал в союз с англичанами, и временами казалось, что Франция, подобно Германии, состоит из полунезависимых княжеств. На рубеже XIV в. Орлеанский и Бургундский дома оспаривали регентство при короле Карле VI Безумном. Бургундские герцоги из династии Валуа путем брачных союзов унаследовали герцогства и графства Нидерландов, в то время экономически самых развитых и богатых земель Европы. Англичане сочли эту ситуацию благоприятной, чтобы вновь вторгнуться во Францию уже после того, как целое поколение пользовалось тяжело добытым миром. Молодой и энергичный Генрих V одержал блестящую победу при Азенкуре (1415), а затем, заключив союз с Бургундией, захватил все французские территории к северу от Луары и женился на дочери Карла VI, который официально признал его наследником французского престола (1420).
Это был пик английских успехов, но сохранить их, однако, не удалось. Генрих V умер (1422) и, подобно многим средневековым завоевателям, оставил после себя малолетнего наследника. Французская знать стала объединяться вокруг дофина, сына Карла VI; Жанна д'Арк, крестьянская девушка из Лотарингии, привезла его в Реймс, где он был коронован под именем Карла VII. По легендам, Жанну д'Арк вдохновляли голоса с неба; многие охотно шли за ней, но многие верили – или предпочитали верить, – что она одержима дьяволом. В 1430 г. англичане захватили Жанну д'Арк, а через год французский церковный суд приговорил ее к сожжению как еретичку. Карл VII ничего не сделал для спасения той, что помогла ему взойти на престол; лишь в 1456 г. он начал процесс по реабилитации, который подтвердил ее невиновность; в 1920 г. Жанна д'Арк была канонизирована.
Но гораздо важнее вмешательства святой оказалось изменение расстановки сил. В 1435 г. герцог Бургундский заключил мир с Карлом VII, и отныне окончательное поражение англичан оставалось лишь вопросом времени: объединение сил французской монархии и нараставшее, как снежный ком, дезертирство французских вассалов английской короны вскоре сделали положение англичан безнадежным даже в Аквитании. Когда в 1453 г. был заключен мир, в руках англичан оставался лишь город Кале; четырехвековая власть английской короны над отдельными частями Франции завершилась.
Записки о Средневековье
❤44👍30🔥15
Обезглавливание Конрадина. Миниатюра из «Новой хроники» Джованни Виллани. XIV век
Конрадин — герцог Швабии, король Иерусалима и Сицилии — в два года потерял отца и унаследовал престол. В Сицилии регентом стал брат его отца Манфред. Получив однажды ложную весть о смерти племянника, Манфред провозгласил себя королем, а когда выяснилось, что Конрадин на самом деле жив, решил ничего племяннику не возвращать, но пообещал сделать его своим наследником. Между тем папа Климент IV не признал право на Сицилию ни за тем, ни за другим и благословил на престол Карла I Анжуйского. Карл разбил войска Манфреда и завладел Сицилийским королевством. Тогда Конрадин, которому в то время было уже пятнадцать лет, выиграл несколько важных битв, но затем его армия была разбита, а сам он попал в плен. Большинство его сторонников тут же казнили, а самого Конрадина и его ближайшего соратника Фридриха Баденского отвезли к Карлу в Неаполь, чтобы казнить не просто так, а по решению суда.
В Неаполе было организовано показательное и якобы беспристрастное слушание, на котором юристы со стороны обвинения представили вторжение Конрадина как акт измены и разбоя. В их изложении обвиняемый пошел против папы, в результате чего в районе Тальякоццо (итальянского города, рядом с которым состоялось роковое для Конрадина сражение), то есть за пределами спорной территории Сицилии, погибли мирные жители. Юристы назвали эти смерти убийствами и преступлением против законов божьих и человеческих.
Защиту представлял неапольский юрист. Он утверждал, что Конрадин — законный наследник престола, поэтому его выступление не должно рассматриваться как действие против воли папы или агрессия. Что касается смерти мирных жителей, то они погибли в результате военного конфликта, а потому Конрадин не должен нести за это ответственность.
В результате четыре судьи признали Конрадина виновным, прибавив к пунктам обвинения оскорбление папы, за что Конрадина для начала отлучили от церкви. Кроме того, суд постановил казнить Конрадина вместе с Фридрихом Баденским. Приговор был приведен в исполнение в 1268 году: Конрадин и несколько его соратников были обезглавлены. Эта казнь потрясла всю Европу. Конрадина в качестве невинной жертвы позднее упоминали даже Данте и Генрих Гейне.
Записки о Средневековье
Конрадин — герцог Швабии, король Иерусалима и Сицилии — в два года потерял отца и унаследовал престол. В Сицилии регентом стал брат его отца Манфред. Получив однажды ложную весть о смерти племянника, Манфред провозгласил себя королем, а когда выяснилось, что Конрадин на самом деле жив, решил ничего племяннику не возвращать, но пообещал сделать его своим наследником. Между тем папа Климент IV не признал право на Сицилию ни за тем, ни за другим и благословил на престол Карла I Анжуйского. Карл разбил войска Манфреда и завладел Сицилийским королевством. Тогда Конрадин, которому в то время было уже пятнадцать лет, выиграл несколько важных битв, но затем его армия была разбита, а сам он попал в плен. Большинство его сторонников тут же казнили, а самого Конрадина и его ближайшего соратника Фридриха Баденского отвезли к Карлу в Неаполь, чтобы казнить не просто так, а по решению суда.
В Неаполе было организовано показательное и якобы беспристрастное слушание, на котором юристы со стороны обвинения представили вторжение Конрадина как акт измены и разбоя. В их изложении обвиняемый пошел против папы, в результате чего в районе Тальякоццо (итальянского города, рядом с которым состоялось роковое для Конрадина сражение), то есть за пределами спорной территории Сицилии, погибли мирные жители. Юристы назвали эти смерти убийствами и преступлением против законов божьих и человеческих.
Защиту представлял неапольский юрист. Он утверждал, что Конрадин — законный наследник престола, поэтому его выступление не должно рассматриваться как действие против воли папы или агрессия. Что касается смерти мирных жителей, то они погибли в результате военного конфликта, а потому Конрадин не должен нести за это ответственность.
В результате четыре судьи признали Конрадина виновным, прибавив к пунктам обвинения оскорбление папы, за что Конрадина для начала отлучили от церкви. Кроме того, суд постановил казнить Конрадина вместе с Фридрихом Баденским. Приговор был приведен в исполнение в 1268 году: Конрадин и несколько его соратников были обезглавлены. Эта казнь потрясла всю Европу. Конрадина в качестве невинной жертвы позднее упоминали даже Данте и Генрих Гейне.
Записки о Средневековье
🔥45👍20❤14
Расходы на столетнюю войну
Ч.1
Для всех участников Столетняя война оказалась невероятно дорогой. Очень скоро выяснилось, что боевые действия нельзя вести только силами феодального ополчения. Западноевропейское дворянство охотно шло на войну ради славы, положения, грабежа и богатых выкупов, которые можно было получить с благородных пленников. Но уже в первые годы XIV в. швейцарские, фламандские и шотландские копейщики и уэльские лучники показали, что на хорошей оборонительной позиции они способны побеждать тяжеловооруженную феодальную конницу. Блестящие победы англичан при Креси (1346), Пуатье (1356) и Азенкуре (1415) продемонстрировали растущее превосходство пехоты, к которой рыцари относились с пренебрежением, а победы швейцарцев над Карлом Смелым окончательно доказали это превосходство. Но пехоте, которая становилась все более профессиональным войском, нужно было платить наличными; то же самое относилось к артиллерии, заявившей о себе в XIV в. и на полях сражений, и при осаде городов. Даже рыцари теперь требовали плату за длительные кампании.
Эдуард III увеличил военные субсидии за счет повышения налогов на торговлю шерстью; ему все чаще приходилось обращаться к парламенту по поводу новых налогов. Почти незаметно парламент превратился в регулирующую инстанцию, через которую король издавал законы и вводил налоги; эта инстанция неизбежно должна была создать собственные традиции и выработать собственную политическую стратегию. Показательно, в частности, что Палата общин часто обращалась к королю с просьбой подтвердить действие Великой Хартии: тесная связь парламента и власти закона была очевидна всем.
Когда Ричард II (1377–1399) поссорился с могущественной группой английских вельмож, обе стороны пытались победить друг друга с помощью парламента; именно благодаря парламенту узурпатора Генриха IV (1399–1413) признали легитимным правителем после того, как он низложил Ричарда II. В XV в. любая попытка править без парламента, в чем недруги обвиняли Ричарда II, была обречена на провал.
Тем не менее подобное правление еще не означало парламентское правление в подлинном смысле слова. После поражения во Франции Генриха VI, который, как и его дед Карл VI Французский, страдал припадками безумия, центральная власть в Англии рухнула. Местные бароны сражались за свои частные интересы, объединившись в аморфные группировки вокруг Ланкастерской и Йоркской ветвей дома Плантагенетов; эти династии в свою очередь боролись друг с другом за контроль над центральной властью. В этом соперничестве, получившем название войны Алой и Белой Розы (1453–1471), парламент, где преобладали крупные магнаты, не мог играть никакой позитивной роли. Центральная власть и власть закона были восстановлены энергичными королями – представителем Йорков Эдуардом IV (1461–1483) и представителем Ланкастеров Генрихом VII Тюдором (1485–1509). Лишь после этого парламент вновь приобрел важное значение в английской политике.
Записки о Средневековье
Ч.1
Для всех участников Столетняя война оказалась невероятно дорогой. Очень скоро выяснилось, что боевые действия нельзя вести только силами феодального ополчения. Западноевропейское дворянство охотно шло на войну ради славы, положения, грабежа и богатых выкупов, которые можно было получить с благородных пленников. Но уже в первые годы XIV в. швейцарские, фламандские и шотландские копейщики и уэльские лучники показали, что на хорошей оборонительной позиции они способны побеждать тяжеловооруженную феодальную конницу. Блестящие победы англичан при Креси (1346), Пуатье (1356) и Азенкуре (1415) продемонстрировали растущее превосходство пехоты, к которой рыцари относились с пренебрежением, а победы швейцарцев над Карлом Смелым окончательно доказали это превосходство. Но пехоте, которая становилась все более профессиональным войском, нужно было платить наличными; то же самое относилось к артиллерии, заявившей о себе в XIV в. и на полях сражений, и при осаде городов. Даже рыцари теперь требовали плату за длительные кампании.
Эдуард III увеличил военные субсидии за счет повышения налогов на торговлю шерстью; ему все чаще приходилось обращаться к парламенту по поводу новых налогов. Почти незаметно парламент превратился в регулирующую инстанцию, через которую король издавал законы и вводил налоги; эта инстанция неизбежно должна была создать собственные традиции и выработать собственную политическую стратегию. Показательно, в частности, что Палата общин часто обращалась к королю с просьбой подтвердить действие Великой Хартии: тесная связь парламента и власти закона была очевидна всем.
Когда Ричард II (1377–1399) поссорился с могущественной группой английских вельмож, обе стороны пытались победить друг друга с помощью парламента; именно благодаря парламенту узурпатора Генриха IV (1399–1413) признали легитимным правителем после того, как он низложил Ричарда II. В XV в. любая попытка править без парламента, в чем недруги обвиняли Ричарда II, была обречена на провал.
Тем не менее подобное правление еще не означало парламентское правление в подлинном смысле слова. После поражения во Франции Генриха VI, который, как и его дед Карл VI Французский, страдал припадками безумия, центральная власть в Англии рухнула. Местные бароны сражались за свои частные интересы, объединившись в аморфные группировки вокруг Ланкастерской и Йоркской ветвей дома Плантагенетов; эти династии в свою очередь боролись друг с другом за контроль над центральной властью. В этом соперничестве, получившем название войны Алой и Белой Розы (1453–1471), парламент, где преобладали крупные магнаты, не мог играть никакой позитивной роли. Центральная власть и власть закона были восстановлены энергичными королями – представителем Йорков Эдуардом IV (1461–1483) и представителем Ланкастеров Генрихом VII Тюдором (1485–1509). Лишь после этого парламент вновь приобрел важное значение в английской политике.
Записки о Средневековье
🔥36👍22❤10
🔻Друзья, последняя зимняя подборка отличных познавательных каналов❗️
🔹Вас ждут увлекательные факты, поражающие исторические события и незабвенные герои своего времени.
🔸Открывайте, читайте, подписывайтесь 👉📂 ПАПКА
🔹Вас ждут увлекательные факты, поражающие исторические события и незабвенные герои своего времени.
🔸Открывайте, читайте, подписывайтесь 👉📂 ПАПКА
❤4👍4🔥3
Расходы на столетнюю войну
Ч.2
Во время столетней войны, во Франции, как и в Англии, короли нуждались в дополнительных налогах для ведения войны; так же, как в Англии, они находили более удобным вводить налоги с согласия тех, кто пользовался властью на местах, – аристократии, духовенства и городов. Для этой цели ассамблеи трех сословий собирались на различных уровнях – местном, провинциальном, региональном, например, на юге Франции – в Лангедоке или в центральных и северных провинциях. В особых случаях созывались Генеральные штаты, представлявшие все королевство. Но французское королевство было гораздо обширнее и сложнее по составу, чем английское. Сознание общности интересов особенно сильно проявлялось в провинциях: во многих из них собрания трех сословий созывались регулярно. В масштабах Франции, однако, общие интересы воплощала скорее монархия, личность самого короля, нежели общенациональный представительный орган. Поэтому короли, руководствуясь прежде всего соображениями практического удобства, а не продуманным планом, стали отдавать предпочтение провинциальным ассамблеям перед Генеральными штатами – плохо посещавшимся и строптивым собранием. Следуя практическим нуждам, особенно необходимости покрывать текущие военные расходы, они предпочитали сначала вводить налоги и лишь затем испрашивать их одобрения. В конце концов и королевские юристы, и общественное мнение молчаливо признали право короля ради неотложных государственных нужд облагать подданных новыми поборами, даже и без этого формального одобрения.
Такое положение вряд ли сложилось бы, если бы Франция не вела длительной войны с Англией или проиграла эту войну. И уже во второй половине XV в. вдумчивый наблюдатель, каким был сэр Джон Фортескью, мог констатировать различие между властью французского и английского короля: первый издавал законы и вводил налоги, хотя и не совсем по своему усмотрению, но во всяком случае достаточно свободно; второй не имел такой возможности. Пользуясь аристотелевским методом рассуждения, Фортескью обобщил это различие и вывел из него теорию двух типов правления. В различных формах эта теория сохранила свое значение в политической мысли Европы вплоть до наших дней.
Записки о Средневековье
Ч.2
Во время столетней войны, во Франции, как и в Англии, короли нуждались в дополнительных налогах для ведения войны; так же, как в Англии, они находили более удобным вводить налоги с согласия тех, кто пользовался властью на местах, – аристократии, духовенства и городов. Для этой цели ассамблеи трех сословий собирались на различных уровнях – местном, провинциальном, региональном, например, на юге Франции – в Лангедоке или в центральных и северных провинциях. В особых случаях созывались Генеральные штаты, представлявшие все королевство. Но французское королевство было гораздо обширнее и сложнее по составу, чем английское. Сознание общности интересов особенно сильно проявлялось в провинциях: во многих из них собрания трех сословий созывались регулярно. В масштабах Франции, однако, общие интересы воплощала скорее монархия, личность самого короля, нежели общенациональный представительный орган. Поэтому короли, руководствуясь прежде всего соображениями практического удобства, а не продуманным планом, стали отдавать предпочтение провинциальным ассамблеям перед Генеральными штатами – плохо посещавшимся и строптивым собранием. Следуя практическим нуждам, особенно необходимости покрывать текущие военные расходы, они предпочитали сначала вводить налоги и лишь затем испрашивать их одобрения. В конце концов и королевские юристы, и общественное мнение молчаливо признали право короля ради неотложных государственных нужд облагать подданных новыми поборами, даже и без этого формального одобрения.
Такое положение вряд ли сложилось бы, если бы Франция не вела длительной войны с Англией или проиграла эту войну. И уже во второй половине XV в. вдумчивый наблюдатель, каким был сэр Джон Фортескью, мог констатировать различие между властью французского и английского короля: первый издавал законы и вводил налоги, хотя и не совсем по своему усмотрению, но во всяком случае достаточно свободно; второй не имел такой возможности. Пользуясь аристотелевским методом рассуждения, Фортескью обобщил это различие и вывел из него теорию двух типов правления. В различных формах эта теория сохранила свое значение в политической мысли Европы вплоть до наших дней.
Записки о Средневековье
👍41❤18🔥8
Сожжение тамплиеров. Из французского перевода «О несчастиях знаменитых людей» Джованни Боккаччо. Нидерланды, 1479–1480 годы
В начале XIV века по Франции поползли слухи о том, что тамплиеры, члены одного из крупнейших и богатейших военно-монашеских орденов, во время обряда инициации вынуждают новых членов плевать на распятие и поклоняться идолу, поощряют «похоть, противную природе» и совершают прочие непристойности и богохульства. Жак де Моле, двадцать третий и последний великий магистр ордена, обратился сначала к королю Филиппу Красивому, а затем к папе Клименту V с просьбой разобраться с порочащими орден разговорами. Оба пообещали выполнить просьбу, но вместо этого король разослал своим чиновникам тайное указание начать массовые аресты тамплиеров. В том числе был арестован и де Моле. Имущество ордена конфисковали и добавили к королевской казне. Кроме того, Филипп разослал письма другим европейским монархам, требуя выдать рыцарей, находившихся за границами Франции. Те сначала не послушались, но после того как папа, пытавшийся возглавить преследование тамплиеров, издал буллу, по сути требующую выполнить просьбу короля, все-таки выдали несколько человек.
За этим последовал многолетний процесс, в ходе которого список обвинений, изначально состоящий из пяти пунктов, вырос до небывалых размеров.
В ходе следствия к подсудимым применялись жесточайшие пытки, которые объясняют, почему Моле несколько раз менял свои показания. В октябре 1307 года он признал, что в ордене действительно существовал обычай отрекаться от Христа и плевать на распятие. Он написал членам ордена послание, в котором призывал последовать его примеру и сознаться в своих проступках, которые были описаны в письме, и его совету последовали многие рыцари. Но на первом же слушании, которое провела папская комиссия, Моле отрекся от своих показаний, и Климент V приостановил расследование дела тамплиеров.
Вскоре Филипп заставил папу снова открыть слушания. Теперь процесс был разделен на две части: папский суд занялся разбирательством дел отдельных лиц, а будущее ордена в целом должен был определить специально созывавшийся Вьеннский собор. В августе 1308 года Моле снова подвергся допросу, на сей раз в присутствии королевских агентов, и вернулся к признательным показаниям, а в 1309 году перед папской комиссией заявил, что отрицает обвинения в адрес ордена. К нему один за другим начали присоединяться другие члены ордена, утверждавшие, что их показания были вырваны под пытками. Ответным ходом Филиппа IV стала казнь 54 рыцарей ордена, которых сожгли на костре как повторно впавших в ересь. В 1312 году папа окончательно расформировал орден.
Слушания продолжались еще два года. В конце концов Моле и его ближайших соратников приговорили к пожизненному заключению. Большинство тамплиеров выслушали приговор молча, но Моле и член ордена Жоффруа де Шарне заявили, что виновны не в том, в чем их обвиняют, а в том, что отреклись от ордена, пытаясь спасти себе жизнь. Магистр заявил, что орден свят и невиновен. Это вызвало ярость Филиппа. Моле был стремительно осужден и без дальнейших разбирательств сожжен на костре как еретик. Перед казнью магистру предложили более быструю смерть за признание вины, но он ответил отказом.
Записки о Средневековье
В начале XIV века по Франции поползли слухи о том, что тамплиеры, члены одного из крупнейших и богатейших военно-монашеских орденов, во время обряда инициации вынуждают новых членов плевать на распятие и поклоняться идолу, поощряют «похоть, противную природе» и совершают прочие непристойности и богохульства. Жак де Моле, двадцать третий и последний великий магистр ордена, обратился сначала к королю Филиппу Красивому, а затем к папе Клименту V с просьбой разобраться с порочащими орден разговорами. Оба пообещали выполнить просьбу, но вместо этого король разослал своим чиновникам тайное указание начать массовые аресты тамплиеров. В том числе был арестован и де Моле. Имущество ордена конфисковали и добавили к королевской казне. Кроме того, Филипп разослал письма другим европейским монархам, требуя выдать рыцарей, находившихся за границами Франции. Те сначала не послушались, но после того как папа, пытавшийся возглавить преследование тамплиеров, издал буллу, по сути требующую выполнить просьбу короля, все-таки выдали несколько человек.
За этим последовал многолетний процесс, в ходе которого список обвинений, изначально состоящий из пяти пунктов, вырос до небывалых размеров.
В ходе следствия к подсудимым применялись жесточайшие пытки, которые объясняют, почему Моле несколько раз менял свои показания. В октябре 1307 года он признал, что в ордене действительно существовал обычай отрекаться от Христа и плевать на распятие. Он написал членам ордена послание, в котором призывал последовать его примеру и сознаться в своих проступках, которые были описаны в письме, и его совету последовали многие рыцари. Но на первом же слушании, которое провела папская комиссия, Моле отрекся от своих показаний, и Климент V приостановил расследование дела тамплиеров.
Вскоре Филипп заставил папу снова открыть слушания. Теперь процесс был разделен на две части: папский суд занялся разбирательством дел отдельных лиц, а будущее ордена в целом должен был определить специально созывавшийся Вьеннский собор. В августе 1308 года Моле снова подвергся допросу, на сей раз в присутствии королевских агентов, и вернулся к признательным показаниям, а в 1309 году перед папской комиссией заявил, что отрицает обвинения в адрес ордена. К нему один за другим начали присоединяться другие члены ордена, утверждавшие, что их показания были вырваны под пытками. Ответным ходом Филиппа IV стала казнь 54 рыцарей ордена, которых сожгли на костре как повторно впавших в ересь. В 1312 году папа окончательно расформировал орден.
Слушания продолжались еще два года. В конце концов Моле и его ближайших соратников приговорили к пожизненному заключению. Большинство тамплиеров выслушали приговор молча, но Моле и член ордена Жоффруа де Шарне заявили, что виновны не в том, в чем их обвиняют, а в том, что отреклись от ордена, пытаясь спасти себе жизнь. Магистр заявил, что орден свят и невиновен. Это вызвало ярость Филиппа. Моле был стремительно осужден и без дальнейших разбирательств сожжен на костре как еретик. Перед казнью магистру предложили более быструю смерть за признание вины, но он ответил отказом.
Записки о Средневековье
👍46🔥19😢17❤11💔10💯4🌚1
Был ли Александр Невский за мир с ордой?
Во время походов хана Батыя на Русь в 1237–1238 и 1239–1240 годах, а также в первое время после них молодой Александр ничего не решал — это делали старшие, князья Михаил Черниговский, Даниил Галицкий и отец Александра, Ярослав Всеволодович. Первый вскоре погиб в Орде, второй безуспешно пытался получить помощь с Запада, а третий в итоге признал власть хана. Брат Александра Андрей попробовал не подчиниться и был вынужден бежать в Швецию от карательной экспедиции — «Неврюевой рати». Александр на конфликт с Ордой не пошел. Вряд ли это его радовало, но политика — вещь жестокая. К тому же сил для противостояния Монгольской империи у него было недостаточно.
Александр бывал жесток, но вряд ли его можно назвать предателем, добровольно перешедшим на службу завоевателям. Легенда о том, что хан Батый сделал князя «нареченным сыном» и даже наследником Золотой Орды, — вымысел советского писателя Алексея Югова, автора романа «Ратоборцы». А историк Лев Гумилев бездоказательно утверждал, что Александр даже побратался с сыном хана Сартаком.
Можно встретить мнение, что в 1252 году Александр поехал в Орду с жалобой или доносом на брата Андрея — следствием этого как раз был поход Неврюя. Об этом в XVIII веке писал историк Татищев:
«Жаловася Александр на брата своего великого князя Андрея, яко сольстив хана, взя великое княжение под ним, яко старейшим, и грады отческие ему поимал, и выходы и тамги хану платит не сполна».
Но доверять этому сочинению трудно: нам неизвестно, на основании чего оно было написано. К тому же в других источниках об этом ничего нет.
Как и другие князья, Александр подчинялся ханской воле, ездил в Орду, платил дань и получал ярлык на княжение. Опираясь на новгородскую знать, он заставил горожан подчиниться татарской переписи и необходимости платить хану. Но действовать по-другому он не мог, иначе пришлось бы бежать, а перепись (вместе с карательной экспедицией) провел бы более сговорчивый князь.
Во время походов хана Батыя на Русь в 1237–1238 и 1239–1240 годах, а также в первое время после них молодой Александр ничего не решал — это делали старшие, князья Михаил Черниговский, Даниил Галицкий и отец Александра, Ярослав Всеволодович. Первый вскоре погиб в Орде, второй безуспешно пытался получить помощь с Запада, а третий в итоге признал власть хана. Брат Александра Андрей попробовал не подчиниться и был вынужден бежать в Швецию от карательной экспедиции — «Неврюевой рати». Александр на конфликт с Ордой не пошел. Вряд ли это его радовало, но политика — вещь жестокая. К тому же сил для противостояния Монгольской империи у него было недостаточно.
Александр бывал жесток, но вряд ли его можно назвать предателем, добровольно перешедшим на службу завоевателям. Легенда о том, что хан Батый сделал князя «нареченным сыном» и даже наследником Золотой Орды, — вымысел советского писателя Алексея Югова, автора романа «Ратоборцы». А историк Лев Гумилев бездоказательно утверждал, что Александр даже побратался с сыном хана Сартаком.
Можно встретить мнение, что в 1252 году Александр поехал в Орду с жалобой или доносом на брата Андрея — следствием этого как раз был поход Неврюя. Об этом в XVIII веке писал историк Татищев:
«Жаловася Александр на брата своего великого князя Андрея, яко сольстив хана, взя великое княжение под ним, яко старейшим, и грады отческие ему поимал, и выходы и тамги хану платит не сполна».
Но доверять этому сочинению трудно: нам неизвестно, на основании чего оно было написано. К тому же в других источниках об этом ничего нет.
Как и другие князья, Александр подчинялся ханской воле, ездил в Орду, платил дань и получал ярлык на княжение. Опираясь на новгородскую знать, он заставил горожан подчиниться татарской переписи и необходимости платить хану. Но действовать по-другому он не мог, иначе пришлось бы бежать, а перепись (вместе с карательной экспедицией) провел бы более сговорчивый князь.
👍56❤10🔥9🤔7💩3💯2👎1
Студеница (монастырь Успения Богородицы), близ Кралево, Сербия, XII век
Студеница — это задужбина (или задушбина): в средневековой Сербии так назывались сакральные сооружения, построенные во спасение души. Монастырь близ города Кралево — задужбина Стефана Немани, основоположника Сербского государства. Сюда же он удалился, приняв постриг и отказавшись от трона. Стефан Неманя причислен к лику святых, на территории монастыря упокоились его мощи.
Точное время строительства храма Успения Пресвятой Богородицы в Студенице неизвестно — понятно только, что он был создан между 1183 и 1196 годом. Зато хорошо видно, как архитектура здания отразила все тонкости политической обстановки того времени. Говорят даже об отдельном «рашском стиле» (Сербию в те времена часто называли Рашкой и Расией).
Стефан Неманя и враждовал с Византией, и ориентировался на нее. Если внимательно посмотреть на план храма, можно увидеть, что, проектируя центральную часть, архитекторы явно подражали внутреннему устройству константинопольской Святой Софии. Это так называемый тип слабовыраженного креста, когда подкупольное пространство раскрывается только по оси от нартекса к алтарю. Зато на боковых стенах даже снаружи подчеркнуты абрисы широко стоящих арок, на которых установлен барабан внушительного диаметра, обеспечивающий простор подкупольного пространства. Следование византийским вкусам заметно и в орнаментальных мотивах — в окне-трифории, украшающем центральную апсиду.
Вместе с тем, воюя с Византией, по существу, за то, чтобы стать ее же достойным партнером (в конце концов дело кончилось браком с византийской принцессой), Неманя активно вступал в союзы с европейскими монархами: венгерским королем и императором Священной Римской империи. Эти контакты также влияли на облик Студеницы. Мраморная облицовка храма наглядно демонстрирует, что его строители были прекрасно знакомы с основными направлениями западноевропейской архитектурной моды. И щипцовое завершение восточного фасада, и аркатурные пояски под карнизами, и характерные оконные проемы с колонками вместо стоек безусловно роднят этот сербский памятник с романским, то есть римским стилем.
Записки о Средневековье
Студеница — это задужбина (или задушбина): в средневековой Сербии так назывались сакральные сооружения, построенные во спасение души. Монастырь близ города Кралево — задужбина Стефана Немани, основоположника Сербского государства. Сюда же он удалился, приняв постриг и отказавшись от трона. Стефан Неманя причислен к лику святых, на территории монастыря упокоились его мощи.
Точное время строительства храма Успения Пресвятой Богородицы в Студенице неизвестно — понятно только, что он был создан между 1183 и 1196 годом. Зато хорошо видно, как архитектура здания отразила все тонкости политической обстановки того времени. Говорят даже об отдельном «рашском стиле» (Сербию в те времена часто называли Рашкой и Расией).
Стефан Неманя и враждовал с Византией, и ориентировался на нее. Если внимательно посмотреть на план храма, можно увидеть, что, проектируя центральную часть, архитекторы явно подражали внутреннему устройству константинопольской Святой Софии. Это так называемый тип слабовыраженного креста, когда подкупольное пространство раскрывается только по оси от нартекса к алтарю. Зато на боковых стенах даже снаружи подчеркнуты абрисы широко стоящих арок, на которых установлен барабан внушительного диаметра, обеспечивающий простор подкупольного пространства. Следование византийским вкусам заметно и в орнаментальных мотивах — в окне-трифории, украшающем центральную апсиду.
Вместе с тем, воюя с Византией, по существу, за то, чтобы стать ее же достойным партнером (в конце концов дело кончилось браком с византийской принцессой), Неманя активно вступал в союзы с европейскими монархами: венгерским королем и императором Священной Римской империи. Эти контакты также влияли на облик Студеницы. Мраморная облицовка храма наглядно демонстрирует, что его строители были прекрасно знакомы с основными направлениями западноевропейской архитектурной моды. И щипцовое завершение восточного фасада, и аркатурные пояски под карнизами, и характерные оконные проемы с колонками вместо стоек безусловно роднят этот сербский памятник с романским, то есть римским стилем.
Записки о Средневековье
❤50👍26🔥8🤔1
Уильям Уоллес
(1270–1305)
В 1296 году английский король Эдуард I провозгласил себя королем Шотландии. В следующем году началась первая война Шотландии за независимость. Начало ей положило убийство английского шерифа города Ланарка, совершенное Уильямом Уоллесом, представителем шотландской низшей знати. По преданию, Уоллес мстил за смерть своей жены. Война постепенно охватила всю Шотландию, к ополченцам начала постепенно присоединяться шотландская знать. Борьба шла с переменным успехом, и в какой-то момент в руках англичан оставалось всего лишь несколько замков.
Но в 1305 году Уоллес был пленен в окрестностях Глазго и доставлен в Лондон.
Суд над ним состоялся в Вестминстере. Председательствовал сам король Англии Эдуард I. Уоллес обвинялся в измене, убийствах королевских чиновников и мирных жителей, а также в святотатстве и сожжении церквей и реликвий. Защищаться Уоллесу не позволили: он должен был молча выслушать полный список деяний, которые вменялись ему в вину. Тем не менее в ответ на обвинения он произнес знаменитую фразу о том, что не может быть изменником, потому что никогда не был подданным короля Эдуарда и не присягал ему на верность. Это замечание, по сути верное, ничего не изменило: на площади, при большом скоплении людей, было объявлено, что Уоллес приговаривается к казни, уготованной всем предателям короны. Его привязали к лошади и протащили по улицам от Тауэра до Смитфилда, лондонского лобного места. Там его подвесили на виселице и, еще живого, потрошили, а затем четвертовали и отрубили голову. Части его тела были выставлены в крупнейших городах Шотландии во устрашение их жителей.
Записки о Средневековье
(1270–1305)
В 1296 году английский король Эдуард I провозгласил себя королем Шотландии. В следующем году началась первая война Шотландии за независимость. Начало ей положило убийство английского шерифа города Ланарка, совершенное Уильямом Уоллесом, представителем шотландской низшей знати. По преданию, Уоллес мстил за смерть своей жены. Война постепенно охватила всю Шотландию, к ополченцам начала постепенно присоединяться шотландская знать. Борьба шла с переменным успехом, и в какой-то момент в руках англичан оставалось всего лишь несколько замков.
Но в 1305 году Уоллес был пленен в окрестностях Глазго и доставлен в Лондон.
Суд над ним состоялся в Вестминстере. Председательствовал сам король Англии Эдуард I. Уоллес обвинялся в измене, убийствах королевских чиновников и мирных жителей, а также в святотатстве и сожжении церквей и реликвий. Защищаться Уоллесу не позволили: он должен был молча выслушать полный список деяний, которые вменялись ему в вину. Тем не менее в ответ на обвинения он произнес знаменитую фразу о том, что не может быть изменником, потому что никогда не был подданным короля Эдуарда и не присягал ему на верность. Это замечание, по сути верное, ничего не изменило: на площади, при большом скоплении людей, было объявлено, что Уоллес приговаривается к казни, уготованной всем предателям короны. Его привязали к лошади и протащили по улицам от Тауэра до Смитфилда, лондонского лобного места. Там его подвесили на виселице и, еще живого, потрошили, а затем четвертовали и отрубили голову. Части его тела были выставлены в крупнейших городах Шотландии во устрашение их жителей.
Записки о Средневековье
👍40❤15🤯15😢13😱6🌚3❤🔥1💯1
Дорогие подписчики, сегодня я вместе с вами отправляюсь в Национальный музей в Кракове! Там проходит небольшая выставка средневекового искусства, разделённая на два этапа. Первый посвящён средневековым витражам — их я уже видел в далёком 2020 году. Тогда выставка называлась «Чудо света. Средневековые витражи в Польше». С того момента экспозиция, насколько я помню, существенно не изменилась — экспонаты остались те же.
Многие из этих произведений ранее никогда не демонстрировались публике. Некоторые из них в последние годы были исследованы и тщательно отреставрированы на факультете консервации и реставрации произведений искусства Академии изящных искусств в Кракове — например, витражи, выполненные около 1200 года и происходящие из бывшей коллекции Замойских в Адамполе.
Записки о Средневековье
Многие из этих произведений ранее никогда не демонстрировались публике. Некоторые из них в последние годы были исследованы и тщательно отреставрированы на факультете консервации и реставрации произведений искусства Академии изящных искусств в Кракове — например, витражи, выполненные около 1200 года и происходящие из бывшей коллекции Замойских в Адамполе.
Записки о Средневековье
❤52👍24🔥6