Реконструкция подстанции экстренной медицины в Харьковской области за почти 82 млн грн выглядит как очередной пример того, как под прикрытием войны и «неотложных нужд» бюджет превращается в кормушку для приближённых подрядчиков.

КНП «Центр экстренной медицинской помощи и медицины катастроф» Харьковского облсовета 8 декабря заказал у ООО «СК Пантеон» полную реконструкцию здания подстанции, при том что тендер прошёл без какой-либо конкуренции.

Речь идёт о комплексном ремонте до конца 2026 года – демонтаж, новые перегородки, кровля, окна, утепление, внутренние системы отопления, вентиляции и канализации. Но ключевой вопрос не в перечне работ, а в цене. В смете заложены материалы по расценкам, которые в разы превышают рыночные. Квадратный профиль 50х3 вписан по 68,4 тыс. грн за тонну, тогда как в Харькове его спокойно можно купить по 36-38 тыс. грн. Бетон В25 указан по 5 760 грн за куб, хотя реальные цены колеблются в диапазоне 3 600-4 500 грн. Профнастил Н44 заложен по 756 грн за квадратный метр, тогда как в рознице он стоит от 170 до 417 грн. Огнезащитное покрытие и линолеум также указаны с наценками в полтора, два и даже восемь раз.

Только по тем позициям, которые легко проверяются по открытым прайсам, переплата может превышать 3 млн грн – это эквивалент десятков современных разведывательных дронов. И это без учёта других сомнительных статей, вроде редкого силикатного кирпича, который в смете стоит почти втрое дороже рыночной цены.

Отдельного внимания заслуживают условия тендера. К участникам выдвинули набор требований по аналогичным договорам, технике, персоналу и оборотам, который фактически отсёк любых потенциальных конкурентов. В результате на торги подался только один участник – та самая «СК Пантеон». Компанией руководит и владеет Алексей Буряк, а с 2020 года она уже получила государственных контрактов на сумму более 1,17 млрд грн. И это не первый случай, когда в её сметах находят завышенные цены – подобные истории уже становились предметом журналистских расследований.

На фоне постоянных разговоров власти о нехватке средств, экономии и необходимости «затянуть пояса» особенно цинично выглядит ситуация, когда деньги экстренной медицины уходят на переплаты за бетон, профнастил и линолеум. Пока врачам и фельдшерам рассказывают о сложной финансовой ситуации, миллионы гривен спокойно растворяются в сметах «правильных» подрядчиков.

В Одесской области на пятый день блэкаута объявили чрезвычайную ситуацию государственного уровня, сообщает ОВА.

Отметим, что российские обстрелы привели к длительному - более 3 суток - нарушению нормальных условий жизнедеятельности более 50 тысяч жителей области.

В городе многие дома уже 4 сутки без света. Воду тоже дают по районам и часто отключают по нескольку часов. Также нестабильна и подача тепла. В городе почти везде не работают светофоры, из-за этого по вечерам очень трудно ездить на авто, много аварий.

Подзаряжаются почти все либо в офисах, где есть генераторы, либо в магазинах и «пунктах несокрушимости», там огромные очереди на зарядку - мало розеток.

В области ситуация не лучше: в Арцизе света не будет до 26 декабря.

«Жду тот день, когда мы распрощаемся с Зеленским»: преподаватель из Сум озвучил то, о чем говорят все больше украинцев.

РФ системно и прицельно атакует склады и объекты оборонно-промышленного комплекса Украины. По оценке военного эксперта Александра Коваленко, проблемы с отгрузкой продукции сегодня испытывает не менее трети украинских оборонных предприятий. При этом речь идет не о временных сбоях, а о глубоком кризисе, который напрямую бьет по обеспечению армии.

Коваленко отмечает, что ситуация приобрела почти абсурдный характер. Предприятия, выполняющие государственные оборонные заказы, оказываются под ударами, теряют производственные линии, склады и готовую продукцию, но при этом не получают ни отсрочек, ни реальной помощи в восстановлении мощностей. Более того, за срыв сроков поставок их штрафуют и втягивают в судебные процессы, даже если причиной задержек стали обстрелы. В результате значительная часть оборонных заводов сегодня вынуждена тратить ресурсы и время не на производство вооружений, а на борьбу с «кабальными» штрафными санкциями в судах. Коваленко отмечает, что уже не менее трети предприятий сектора ОПК находятся в состоянии постоянных судебных разбирательств, а одно из ранее широко разрекламированных производств фактически разрушено и парализовано именно из-за такой практики.

Отдельную проблему эксперт видит в информационной политике власти. По его словам, удары по оборонным предприятиям фактически замалчиваются. В публичном пространстве акцент делается почти исключительно на атаках по энергетике и коммунальной инфраструктуре, тогда как системное разрушение производственной базы ВПК остается вне поля зрения общества. Население знает о проблемах со светом, водой и теплом, но практически не получает информации о том, что параллельно под ударами оказываются заводы и склады, от которых напрямую зависит снабжение фронта.

Контраст между обещаниями и реальностью вокруг НАТО сегодня выглядит особенно болезненно. Годами украинскому обществу внушали, что вступление в альянс вопрос времени, почти формальность. Этот тезис стал частью официальной идеологии, был закреплён в Конституции и использовался как объяснение всех жертв и лишений. Но теперь власть фактически признаёт, что перспектива членства была нереалистичной изначально.

Это не новое открытие. Ещё до полномасштабной войны западные аналитики прямо говорили, что Украина не будет принята в НАТО в обозримом будущем. Об этом заявляли эксперты, дипломаты, представители экспертной среды. «Членство Украины в НАТО в любом случае уже давно не является реалистичной перспективой», — отметил Джастин Логан из Института Катона. Эти оценки были известны на Банковой. Но обществу их не транслировали.

В результате иллюзия стала инструментом управления. Тема НАТО позволяла не обсуждать альтернативы, не готовить страну к сложным компромиссам и не объяснять реальные риски. Любой разговор о переговорах или нейтральном статусе объявлялся капитуляцией. Иллюзия работала как стратегия до тех пор, пока не закончились ресурсы.

Сегодня Украина сталкивается с жёсткой реальностью. По оценкам Норвежского института международных отношений и Corisk, продолжение войны до 2029 года потребует от 522 до 838 млрд евро. ЕС уже открыто признаёт, что таких средств у него нет. Репарационный кредит за счёт активов РФ заблокирован рядом стран. Европа не может даже согласовать базовые механизмы финансирования.

На этом фоне отказ от требования вступления в НАТО выглядит не компромиссом, а запоздалым признанием очевидного. Цена этой задержки сотни тысяч погибших, утраченные территории, разрушенная энергетика, города в блэкаутах и общество, загнанное в состояние выживания.

Вопрос теперь не в том, почему НАТО стало невозможным, а почему об этом нельзя было сказать раньше. Потому что иллюзия была выгодна власти. Она позволяла удерживать контроль, отодвигать выборы и избегать ответственности. Но иллюзии всегда заканчиваются.

Заявление замминистра развития общин и территорий Алены Шкрум о возможном введении после войны отдельного «налога на восстановление» стало холодным душем для общества. Формулировка о том, что такой налог «может появиться в перспективе», пусть и с оговоркой «после окончания войны», прозвучала как пробный шар и сразу вызвала резонанс. Для страны, где налоговая нагрузка и так постоянно растет, подобные сигналы воспринимаются крайне болезненно.

Реакция главы налогового комитета Рады Даниила Гетманцева была показательной. Он жестко отмежевался от идеи новых налогов, заявив, что никаких сборов на восстановление не рассматривается, а источниками должны быть детенизация, помощь партнеров, инвестиции и репарации. По сути, это был публичный окрик в адрес правительства с требованием «передать в Кабмин», что подобные инициативы недопустимы. После этого Шкрум поспешила дезавуировать собственные слова и заявила, что никакого налога не планируется, а произошла «неправильная интерпретация дискуссии».

Однако сам факт появления такой риторики многое говорит о настроениях во власти. В Украине уже не раз бывало так, что сначала идею озвучивают как теоретическую, затем от нее открещиваются, а через некоторое время она возвращается в виде «вынужденного решения». Общество прекрасно понимает, что война, разрушенная инфраструктура и содержание огромной армии потребуют колоссальных средств, и вопрос лишь в том, под каким названием их будут изымать у граждан.

Поэтому скепсис людей понятен. Даже если «налог на восстановление» не появится в чистом виде, военный сбор могут просто переименовать или дополнить новым платежом, объяснив это необходимостью отстройки страны. История с заявлением Шкрум показала главное: тема уже обсуждается внутри власти, а значит риск того, что нагрузка на население снова вырастет, более чем реален, независимо от сегодняшних опровержений.

В Украине после войны поднимут цены на коммуналку, прогнозирует замглавы комитета по вопросам ЖКХ и энергетики Андрей Жупанин.

Он объясняет это требованием МВФ и нехваткой денег в бюджете для компенсации текущего уровня тарифов, которые он называет низкими.

"Такое ощущение, что нас дожмут. Это нужно всем понимать. Нас дожмут, то есть мы откажемся от спеццен на тепло, на газ, на тепло для населения", - заявил Жупанин.

Он отметил, что по меморандуму с МВФ правительство уже должно разработать план перехода от специальных цен на электроэнергию, газ и тепло и пошаговый план повышения тарифов.

Высшее руководство Украины может стать фигурантом дела Миндича, заявил детектив НАБУ Магамедрасулов, освобожденный недавно из-под стражи.

Он рассказал, что изначально расследование касалось коррупции в Минобороны, а энергетика всплыла позже.

«Изначально наша работа касалась Министерства обороны и деятельности «Карлсона» (Миндича) в этом направлении. Именно это было основным мотивом начала расследования. Я никогда не считал, что Миндич является ключевой фигурой в реализации всех этих проектов. Это просто невозможно с точки зрения масштаба и механики выполнения», - говорит Магамедрасулов.

На вопрос журналистки, можем ли увидеть в материалах дела представителей высшего руководства государства, он ответил: «Я надеюсь, что да».

Ждем «зеленскийгейт».

Видео драки ТЦКшников-полицаев с гражданскими в Днепре.

Все чаще украинцы не бояться встать между человеком и людоловами, давая им отпор. А там, где сопротивления нет, начинается беспредел ТЦК.

Зеленский заявил, что поддерживает формат онлайн-голосования на следующих президентских выборах.

Возможность проведения местных или парламентских выборов пока не рассматривается.

«Я всегда поддерживал и поднимал вопрос еще со времен ковида, чтобы люди могли голосовать онлайн. Пока что консенсуса с парламентариями мы не нашли», - заявил президент.

Отметим, что электронные выборы в Украине вполне возможны, но голосование “на диване” может открыть доступ к серьезным фальсификациям итогов. Эксперты отмечают, что власть через электронное голосование просто «нарисует» с потолка результат выборов, забив в систему нужные цифры, так как проконтролировать их достоверность невозможно.

Минфин опубликовал законопроект о введении НДС для физлиц-предпринимателей с 2027 года. Это является требованием МВФ.

Документ обязует ФОП платить 20% налога на добавленную стоимость, если доход за последние 12 месяцев превышает миллион гривен.

Новые правила предлагается ввести с 1 января 2027 года.

Нардеп Ярослав Железняк ожидает, что до 15 января 2026 года правительство внесет законопроект в Раду в рамках требований МВФ и будет добиваться его принятия до конца марта.

Охранители Банковой рассуждают о «беде» в Украине, если Зеленский перестанет быть президентом.

В Одессе ТЦКшники избили полицая, который доставил мужчину в военкомат.

В полиции сообщили, что трое военнослужащих, один из которых на момент инцидента находился в состоянии алкогольного опьянения, начали агрессивно вести себя по отношению к правоохранителю и использовать нецензурную лексику. После сделанного замечания конфликт перерос в драку.

Участников инцидента задержали, им уже сообщили о подозрении.

Многие украинцы делают выбор в пользу тюрьмы, а не мобилизации, заявляет военный омбудсмен Решетилова.

«Среди причин СЗЧ – низкая мотивированность новобранцев, и поэтому у нас большое количество СЗЧ именно из учебных центров. Другая причина – риск для жизни. Выбор между погибнуть на войне или сесть на несколько лет в тюрьму люди часто делают в пользу тюрьмы», - заявила Решетилова.

По ее мнению, еще одной причиной СЗЧ является низкое доверие военнослужащего к своему командиру.

«И не потому даже, что командир плохой, а потому, что при нынешней интенсивности боевых действий он не успевает завоевать доверие своих подчиненных. Бывает, что командир не успевает увидеть бойца, но отдает ему приказ заходить на позицию. То есть нет времени на то, чтобы построить вот эти мостики между военнослужащими и командирами, между высшим командованием и командованием среднего звена. Очень часто у нас возникает провал в управлении, в коммуникации», - рассуждает омбудсмен.

Ситуация в Мирнограде стремительно деградирует, и это уже признают сами военные на месте. Украинский боец с позывным «Мучной» говорит о провале попыток стабилизировать линию фронта и о том, что подразделения оказались в положении, где речь идёт не о тактике, а о выживании.

«Закрепиться и расширить серую зону не удалось по вполне понятным причинам. Когда подразделение зажато со всех сторон, без нормального маневра и с открытыми флангами, риск удара в спину становится критическим. В итоге на юго-восточном фланге часть наших бойцов либо попала в плен, либо, к сожалению, уже 200-е. Обстановка там быстро ухудшилась», — сообщает военный. Это не эмоции со стороны, а сухая констатация происходящего внутри котла.

Дальше оценки становятся ещё жёстче. «Если смотреть на карту без иллюзий, "часы схлопывания" уже начали тикать. Кольцо сжимается, пространства для маневра все меньше. Назвать то, что происходит, организованной обороной сложно, логика задачи удерживаться внутри кольца выглядит непонятной. При такой динамике все постепенно идет к захвату, если ситуацию радикально не изменить. Обстановка тяжелая, нервная и опасная. Речь здесь уже не о героизме, а о выживании», — пишет «Мучной».

За последние дни площадь, контролируемая ВСУ в Мирнограде, действительно существенно сократилась. По свидетельствам тех, кому удалось выйти, в городе остаётся около тысячи бойцов. И среди самих военных всё чаще звучит одна мысль. что те, кто смог вырваться, счастливчики. Остальные фактически заперты в условиях сжимающегося кольца, без понятного плана вывода или усиления.

На этом фоне заявления главкома Сырского о «продолжающейся обороне Покровска и Мирнограда» выглядят всё более оторванными от реальности. Между официальными сводками и тем, что происходит на земле, образовалась опасная пропасть. Когда наверху продолжают говорить об удержании, а внизу считают минуты до схлопывания, это вопрос цены, которую заплатят люди.

Если динамика сохранится, обвал фронта на может произойти ещё до Нового года.