Добрый вечер, друзья! Сегодня нетипичный пост, но вполне себе вдохновенный. Без особого контекста и откровений души в силу учения и подготовки к экзаменам. Скажу одно, исполнение не может не заставить разглядеть величие и красоту самого текста и природы, в нём изображённой. Приятного ознакомления!!

Пентадий. "Наступление весны"
— Перевод Ю. Шульца.

Вижу, уходит зима; над землею трепещут зефиры,
Воды от Эвра теплы: вижу, уходит зима.
Всюду набухли поля, и земля теплоту ожидает,
Зеленью новых ростков всюду набухли поля.
Дивные тучны луга, и листва одевает деревья,
Солнце в долинах царит, дивные тучны луга.
(Стон Филомелы летит, недостойной, по Итису-сыну,
Что на съедение дан, стон Филомелы летит.)
С гор зашумела вода и по гладким торопится скалам,
Звуки летят далеко: с гор зашумела вода.
Сонмом весенних цветов красит землю дыханье Авроры,
Дышат Темпеи луга сонмом весенних цветов,
Эхо в пещерах звучит, мычанию стад подражая,
И, отразившись в горах, эхо в пещерах звучит.

Вьется младая лоза, что привязана к ближнему вязу, —
Так, обрученная с ним, вьется младая лоза.
Мажет стропила домов щебетунья-ласточка утром,
Новое строя гнездо, мажет стропила домов.
Там под платаном в тени забыться сном — наслажденье;

Вьются гирлянды венков там под платаном в тени.
Сладко тогда умереть: жизни нити, теките беспечно!
И средь объятий любви сладко тогда умереть.

а за окном шелестят тополя,
серостью неба напьётся земля.

пламенем струнным всю ночь озарит,
вечером знойным ты пьян и разбит.

встретишь встревоженный взор издали:
«ты это слышишь?.. кричат короли!».

и подойдёшь чуть поближе к нему;
«желая услышать, тебе я внемлю».

раскроются пасти, промолвят уста,
что нужно не сбиться, что нужно до ста.

счёты возьмёшь и завьёшь хоровод,
больше никто тебя там не найдёт.

29 июня 2025

#стих

моим стихам обидно, что издатель,
свои перста от сора обелив,
хотел сказать, что вовсе не предатель,
что был предусмотрителен, ретив.

вот он собрал все данных виды,
вот — ниже авторство, и номер, и размер,
свидетельство отсутствия эгиды
и подвержённости исподтишка атаке стрел.

ещё признается вам тот: «на самом деле,
ведь до поэзии я вовсе не стремлец,
я беден, болен, холоден, и те ли
причинности опишут мой конец».

вот здесь я брошен, впрочем,
душою вспорот и оставлен.
не разорвёт он в клочья, —
ему инструментарий не представлен.

моим стихам обидно, что с ветрины,
и со трибуны академии ума,
спадает живость, мысль, и картина
становится бедна, больна, бледна.

тот видом преисполненный портрет,
и напряжением уж полнятся лба доли,
пред ним весь мир. ни фреска, ни балет,
весь мир — протест и причиненье боли.

сознанье — косность догм, закладов деда,
в полъизворота так и тащится, томясь.
средь тех, кому и неба не изведать,
почётом славится увиденная грязь.

умовозрелая, фундаментом горда,
способная на тонкую репризу,
по поводу инакова труда,
и всякому замашному капризу, —

внимания в избытке там сберёжно,
у пуглища на первом фокус-плане,
пускай в душе немного покарёжит,
но затрепещутся в овациях их длани.

моим стихам обидно видеть снова,
тот блёклый свет, взирающий вовне,
стремящийся изведать суть у слова
и доказать её — ведь первозданна — мне.

или откинутый назад, в преступной лени,
всё поедающей, забыв про мысль и сон;
запечатлённый весь из чувства мели,
лелеющий сонм вкусов, — скудный сонм.

до крайности задравшаяся кожа
у некоторой общности людей,
читающих меня и моё ложе,
подвергшееся Эроту идей.

но всех страшней обида серых пятен
стихам моим, искрученным в уме:
«он скверен, старомоден, непонятен»,
да кромь того, его стихи — луне.

но это так рутинно, что вы мимо
прошли бы лучше вместе, легионом,
пускай она бугристая и криво,
но дальше уходила бы дорога.

ещё стихам обидно и тревожно,
за скрип, за стук, за мелочности плен,
за то, что можно и там же вдруг не можно
писать, что думаешь, но не писать поэм.

#черновик

мне ждать придётся красочного неба,
и тихого спокойного дождя,
когда б уже злопамятная верба
хлестала наконец земли вождя.

и будто обречён до той поры я
на грузное с массивами ума,
пока не отпустила бы патия,
отдав меня в остатке задарма.

элегия польётся там распутно,
в огранке из непрошеных стихов.
хоть всё еще мне кажется то смутно,
но слышу уже ржавчину оков.

5 июля 2025

#стих

мёд на мои уста,
речи моя краса,
речь у меня густа,
ляжет она в сердца.

чёрны изгибы, струнны,
вот вам сигил и руны,
вот и провидец, лунный
свет во красе прилюдный.

и пересвист из вздохов,
сотня воплей и охов,
каждая буква — соком,
каждая точка — роком.

20 июля 2025

#стих

I.
изболоченный жадный сфагнум,
внутри кокон, он весь намок,
давно уже в Лету канул,
но пробился в лучах росток.

вся пушистость и щедрость глаз,
бледность век и хрусталь — алмаз,
бедный век из хрустальных ваз,
груды рук разбитых проказ.

лёгкий свист карнавальных птиц,
пока нега щекочет крылы,
у его тонкопальцых спиц,
были мощны, а стали хилы.

4 октября 2025

#черновик

II.
и разверзлись сухи уста,
весь испаренный зыбкий голос,
тайна звуков его пуста,
тайна знаков — сплетённый волос.

что по шее в тугую косу,
вниз спускается к бёдрам в пене,
его кисти и стопы босы,
но распушены снова перья.

день пройдёт — отворит глазницы,
взором дымчатым зов пошлёт,
к тем в челах небольшим крупицам,
что застали его полёт.

разогнётся прозрачный облик,
гул всех членов каркаса слышен,
и всем телом нектар им пролит,
и теперь только им мы дышим.

28 октября 2025

#черновик

на древо упало небо,
и каждый листок не спит,
древо теперь болело,
и каждый листок избит.

в древе ли было дело,
или листок повинен,
но всё в нём теперь терпело,
и ждало пока мы минем.

в щербинках и дуплах града
кора разрушалась вскоре,
на бок завалив громада,
рвала и швыряла корни.

вниз лист за листом на глину,
вниз сучья и ветви рядом,
каждый сорвавшись минул,
напоенный гнилью, ядом.

5 декабря 2025

#черновик

откуда навеян мрачный,
трухою сокрытый звон?
терзает меня горячный,
то холоден сердцем он.

зачем же смеёшься страшно,
и в приступе рожи кривишь?
и вечер простылый каждый
гадаю, придёшь иль выйдешь?

ты пряди моих волос,
сжирая в ознобе пыльном,
стоишь за спиной колосс,
титан забытых могильных

стенаний упоен воем,
отходишь всё глубже в тень.
тяжёлый твой хрип порой нам,
и страхов твоя плетень.

за нею хотели б сами,
изведать, каков ты есть,
но всё, что в тебе глазами
увидели, — только лесть.

21 декабря 2025

#черновик

знакомое место, знакомые лица,
знакомы деревья и улица,
всё я здесь знаю, всё я здесь видел,
знаю я всё, что получится.

дорога, путь, и пространство живое,
зрительский ряд, скатерть в висе со сцены.
осы гнались, но пустили в покое,
минуты здесь стали бесценны.

фигуры влекут, мне постелено в выси,
тут же ревут и стенают в корысти,
тут же пленят величаво, иступно,
смотрят блаженно, тревожатся смутно.

я их не гоню и совсем не браню,
сами получат заслугу свою,
сами повиснут на сцене краю,
хотя не о том я молю.

сжата рука рядом с кистью назад,
о чём-то мне здесь говорят.
мол рано но нужно, опасно, простужно,
тут труб вой залил всё наружно.

кого-то ведут, вот и гвардия в строе,
шеренгу ломают лишь трое.
трубы вперёд непоспешно, а с ними
движется в выси спирит тёмно-синий.

но с переливом из чистого света,
оказана честь мне благого привета,
внушение дале тут подано было,
но тайною дымкой забыто.

5 января 2026

сон.

#черновик

Добрый вечер! В процессе сдачи экзаменов родилось вполне себе поэтическое произведение. Поэтому к вашему вниманию:

Немного вольных рассуждений.

Академическая среда и академическая этика для меня почти всегда звучали привлекательно. Разве что в ходе пубертатного бунта подобный снобизм вызывал «фи». Сейчас же я с радостью наблюдаю и с жадностью ловлю каждый момент, когда в воздухе начинает витать этот что ни на есть абсолют адекватности и человечности. Это счастье – иметь примеры достаточной частоты в лицах и поступках, видеть в других эти проявления чувств достойных и благородных, слышать мнения, солидарные с твоими.

Есть в этом, помимо прагматики, и что-то эстетическое, что-то вроде вкуса; особенно когда это сопровождается мудростью, которая, в свою очередь, и должна помочь избежать снобизма, излишнего канцелярита, догматики и дедовщины (жаль, этот список можно продолжать бесконечно – слишком многое возлагается на мудрость). Она же дополняет строгую академичность жизнью и даёт ей дышать, проявляться в решениях неординарных и творческих. А в моменты необременённого чрезмерной моралью вдохновенного разговора всё, сказанное в известной степени резко и в сердцах, воспринимать легко и с пониманием, без лукавства и ханжества. Одинаково ценно встречать перечисленное и в исполнении старшего поколения, и младшего.

Мне очень жаль, что все мы в чём-то вынуждены пострадать. Так и здесь: кто-то страдает из-за попытки примириться с вымиранием нравов, описанных выше, или с трудностями их возрождения, а кто-то из-за того, что обозначенные до сих пор не вымерли. Кто-то – из-за императивного характера своего пребывания в академической среде и незаинтересованности, а кто-то – из-за них. Увы.

Наверное, очень трудно удерживать в голове на постоянной основе все свои социальные принадлежности, хотя в целом подобное не требуется, более того, даже может сказаться пагубно на общем ментальном состоянии. Однако время от времени это бывает очень даже полезно, например, в формате напоминания самому себе. Эффект, думаю, благоприятный, очень отрезвляющий, вполне успокаивающий в те моменты, когда простое напоминание позволяет разрешить множество внутри- и межличностных противоречий. Конечно, оставлять себе свободу в определении необходимого уровня напряжения для проведения данной процедуры важно; на мой взгляд, это лишь повышает эффективность. Но главное, чтобы уровень не соотносился с абстрактной «пощёчиной», а тем более с эфемерным «ударом палкой». Достаточно всего лишь избегать ежедневных и ежечасных метафизических «кирпичей на голову» и периодически моментно вспоминать.

присутственный лишь выдох с хрипотцой,
пошлёт тебе в миг радостного стана,
из-за спины, что ей такой большой,
стать надо, но стать пока что рано, —

чтобы объять в свои рубиновые туши,
твой ватный и воздушный счастья час,
и нрав хотя её столь непослушен,
холодным ручейком и стройным будит нас.

заботливо увьёт в колючий войлок,
с улыбкой сунет ложку дегтяря,
разложит угли потускневшие вдоль полок, —
не нужны тебе больше лекаря.

***
непереводимое участие тоски,
в оскале светоплещущего дня.
там перед тобой лежат куски,
и вопиют они, стеная и боля.

2 февраля 2026

#черновик

пророчу новое рожденье,
пусть будет вновь это клише,
пусть вводит страшно в заблужденье,
и холод поселит в душе.

то будет чудо сродни вере,
уже течёт по тонкой вене,
всего людского естества,
и скоро нас пожрёт она.

отказ от тяжести конструкта,
от предначертанного пункта,
от слова во плоти его,
отказ тотально от всего.

и нам нельзя глушить причины,
всё посылаемы виной:
мы сами пики наточили,
и сами пали головой.

там стоит обратить лишь взор,
и дать в себе всего лишь быть,
как отметается позор,
и мыслям больше негде плыть.

1 марта 2026

#стих

перламутр, металл проводов,
жужжание будок
и трепет столбов.
солнечный ветер
в шорохе крон
где-то вдали
пищанье и звон.
и стучит на убой метроном.
запах бензина и газа,
сигналы машин, парафраза,
и скрежет тугих тормозов.
скупое сметание пыли,
хвостом на безногой кобыле,
прищурены солнца лучи,
ещё метроном постучи.

26 февраля 2026

#черновик

я прихожу в восторг, когда перечитываю свои же вещи, написанные в порыве и забытые в следующую секунду.

я в ужасе от думного венца,
а сердце топит мне доверие природы,
когда в руках бездушного ловца
природа не лишается свободы.

когда бездумный хищный зверь
алкает ощутить живые ткани,
их окружить и лаской защитить,
пока его свои не раскидали.

он умудряется венцу подобным быть,
рождая негу истинного духа,
обратного тому, что значит «сыть»,
которая всегда бедна и суха.

и зверь тем превосходит неотступно,
порядки и законности вещей,
что смотрит в лица каменные смутно,
и заставляет думать, закон чей?

20 марта 2026

#стих