Сегодня  реально говорить о праве на возвращение в Арцах. Это реально. Я вижу, что мы можем этого добиться.

Сейчас мир настолько турбулентный, что если этого не добиться сейчас, возможность безопасного возвращения может быть упущена.

Но мир устроен так, что окна открываются. Если бы Советский Союз не распался, вопрос об Арцахе, вероятно, не был бы решен тогда. Открылось какое-то историческое окно, и в течение этого исторического окна мы были более подготовлены, более смелы, более убеждены в своей правоте. И тогда мы добились успеха. Теперь эта власть закрыла это окно, и теперь она забивает его гвоздями, чтобы у нас вдруг не появилось возможности открыть это окно когда-нибудь.

Мы говорим следующее: это окно должно оставаться открытым.
Никто не думал, правда, что то, что происходит в Персидском заливе, может произойти? Никто не знает, что произойдет на Южном Кавказе через десять лет, если все это будет продолжаться в таком же духе. То, что мы наблюдаем, просто проблематично с точки зрения предсказуемости. Именно поэтому мы должны предпринять этот шаг, и мы способны это сделать. Признание права на возвращение. На международном уровне.