2 июня 1895 года в Нижнем Новгороде, в семье видного адвоката, родился художник Федор Богородский.
 
Число талантов и увлечений Богородского поистине впечатляет: художник, поэт и беллетрист, цирковой артист и эстрадный танцор, спортсмен, профессор и преподаватель.
 
Артист-иллюзионист Александр Вадимов – земляк Богородского – в своих мемуарах описывал художника как энергичного, живого, талантливого юношу:
 

«В годы учебы мы увлекались театром. И часто, посещая «зайцем» дозволенные и недозволенные гимназистам спектакли, я встречался с Федей на театральной галерке.
Кроме театра, Федя много времени отдавал рисованию и игре на скрипке. Музыку ему преподавал бывший цирковой музыкальный эксцентрик Сметон-Сандок. В его руках скрипка послушно подражала блеянию овцы, мычанию коровы, визгу свиньи, собаке, петуху, соловью. Именно этот «раздел» музыкального обучения Федя усвоил необычайно быстро. Но, главное, скрипач Сметон-Сандок сумел передать ученику искреннюю любовь к цирку».

 
В годы учебы в университете Богородский увлекся футуризмом. Он сдружился с Владимиром Маяковским и Василием Камен­ским и сам начал писать «поэмы». Читал их в студенческой аудитории, в кафе, где собирались поэты, и просто на улицах. Его образ уже тогда был эпатажным: желтая кофта и с незабудка, нарисованная на щеке.
В годы первой мировой войны желтую кофту пришлось сменить на морскую форму. Богородского мобилизовали в Балтийский флот. Федор снова был сильно увлечен, на этот раз — морем. Любовь к морю, так же как и любовь к цирку, прочно вошла в его дальнейшую жизнь.
 
После войны Богородский пробует себя в молодежном театре. Позже – поступает во ВХУТЕМАС в класс художника Абрама Архипова. Живопись становится главным в его жизни. Годы учебы и поисков не прошли даром. Через несколько лет из стен ВХУТЕМАСа вышел одаренный художник-реалист.
 
В 1928 году, в награду за блестящее окончание ВХУТЕМАСа,  художник уезжает в длительную заграничную командировку. Его творческим отчетом о поездке стали 238 картин и этюдов.
Сам художник к своему насыщенному творческому пути относился философски. Позже, будучи уже профессором живописи, Богородский с улыбкой говорил:

«Каждому времени — свое. Время — лучший судья. Все, что нужно, лучшее, останется на века, а наносное сметется».

В день рождения художника делимся подборкой его работ из коллекции Третьяковской галереи.