«Причина, по которой Трамп выбрал этот путь, существует не просто так. Правый популизм питается дефицитом. Когда ресурсов недостаточно, мы с подозрением относимся ко всякому, кто может забрать то, что принадлежит нам. Это подозрение и есть топливо политики Трампа. Дефицит — или, по крайней мере, ощущение дефицита — является необходимым условием его успеха.

Ответом на политику дефицита должна стать политика изобилия; политика, которая задаётся вопросом, в чём люди действительно нуждаются, а затем организует работу правительства так, чтобы этого было достаточно. Такой подход не вписывается в детские, примитивные разделения, которые так искалечили нашу политическую жизнь. Иногда государство должно отойти в сторону — например, в вопросах строительства жилья. А иногда оно должно играть центральную роль, создавая рынки или мобилизуя ресурсы для рискованных технологий, которых пока не существует.

Изобилие перенаправляет политическую дискуссию, ставя перед нами новый вызов: можем ли мы решить наши проблемы путём увеличения предложения? Из этого обманчиво простого вопроса вырастают важные проблемы. Если не хватает домов, можем ли мы построить больше? Если нет, то почему? Если недостаточно чистой энергии, можем ли мы создать её больше? Если нет, то почему? Если государство снова и снова не справляется с крупными проектами, превышая сроки и бюджеты, то что именно идёт не так и как это исправить? Если для решения наших важных проблем нужны новые технологии, то как нам извлечь эти изобретения из будущего и внедрить их уже сейчас?

Но если демократы хотят стать партией изобилия, им придётся честно взглянуть на собственную роль в создании дефицита. В последние десятилетия демократы свернули не туда. Они стали партией, которая верит в государство и защищает государство, но не партией, которая заставляет государство работать.

Либералы целое поколение трудились на всех уровнях государства и общества над тем, чтобы усложнить безответственное строительство. Они привыкли формировать коалиции и писать законы так, чтобы каждый получил понемногу желаемого — даже если в итоге проект оказывался возмутительно дорогим, завершался с задержкой на десятки лет, или вовсе не доходил до реализации. Вместо того чтобы исправлять провалы государства, они находили им оправдания. Они оправдывали собственный эгоизм, выставляя на своих газонах таблички с надписями «ни один человек не нелегален», «доброта превыше всего», и одновременно с этим протестовали против доступного жилья в своих районах, выталкивая рабочий класс из своих городов.

Разобрать эту машину будет больно, но это необходимо. В долгосрочной перспективе единственный способ вытеснить опасные политические движения — доказать превосходство собственной политики. Если либералы не хотят, чтобы американцы поддались ложным обещаниям авторитарных лидеров, им нужно предложить результаты эффективного управления. Им необходимо предложить американцам либерализм, который умеет создавать.»

https://www.nytimes.com/2025/03/09/opinion/musk-trump-doge-abundance-agenda.html

«Я уже вскользь упоминал об этом, но стоит повторить ещё раз и подробнее. Новая война может возникнуть не так уж случайно, поскольку диктаторам легко разжечь националистические настроения в своих странах. Однако помимо этого существуют и экономические причины войны, которые облегчают задачу разжигания ненависти среди народов: демографическое давление и конкуренция за рынки. Именно второй фактор, вероятно, играл доминирующую роль в девятнадцатом веке и может снова сыграть её в будущем. Ранее экономисты привыкли приветствовать господствующую международную систему, считая, что она обеспечивает преимущества международного разделения труда и гармонизирует интересы различных стран. Однако на практике эта система лишь усугубляла противоречия. В условиях внутренней хронической или периодической безработицы и невозможности борьбы с ней при помощи внутренних мер единственным доступным инструментом оставалось улучшение торгового баланса.

Таким образом, политическая экономия той эпохи была построена на том, чтобы вести отчаянную борьбу за занятость в своей стране, навязывая экспорт внешним рынкам и ограничивая импорт. Если в этой борьбе страна оказывалась успешной, то она лишь перекладывала проблему безработицы на соседа, проигравшего в этой конкуренции. Однако если страны смогут обеспечить полную занятость при помощи собственной внутренней экономической политики (и, добавим, смогут добиться стабильности населения), то исчезнут те экономические причины, которые сталкивают интересы одних государств с интересами других. Международное разделение труда и международное кредитование по-прежнему останутся возможными в подходящих условиях, но международная торговля перестанет быть отчаянной попыткой поддержать занятость дома путём навязывания своих товаров зарубежным рынкам и ограничения импорта — что в случае успеха просто перекладывает проблему безработицы на проигравшего соседа. Вместо этого торговля станет свободным и взаимовыгодным обменом товарами и услугами, а не способом переложить проблемы безработицы на других.»

Кейнс (1936)

За многие десятилетия, прошедшие с тех пор, как был написан этот отрывок, накопился значительный объем знаний и опыта, который позволяет если не решить поставленную Кейнсом проблему целиком, то значительно продвинуться вперед. Сегодня в США и Европе проблема безработицы не исчезла, но и не она является главной социальной проблемой дня. Нет ситуации, когда значительный рост безработицы заставляет государство начинать торговые войны для того, чтобы захватывать рынки сбыта и занимать безработных граждан. А поразительно здесь то, что Трамп и иные «нео-меркантилисты» (мне по определенным причинами не очень нравится это слово, но оно входит в повседневный оборот), устраивающие торговые войны с Канадой и, потенциально, ЕС, могут вот так искусственно воссоздавать симптомы той болезни, что уже в значительной степени вылечена.

Тридцать темных минут для свободы слова в несвободных США и Европах. Все вынуждены читать такие ненадежные источники информации как Телеграф, Нью-Йорк Таймз, Файненшиал Таймз, Блумберг, Уолл-Стрит Джорнал. Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город.

Фактоид о том, что Китай держит какой-то невероятный объем американского долга устарел. По состоянию на 2025 это ложная вводная.

(График FT).

#updateyourpriors

Если весь этот Artful DOGE и установил какой-то факт, то такой: публику можно абсолютно запутать в цифрах, если речь идет о миллионах, миллиардах, триллионах и прочем. Мы этими понятиями в обычной жизни редко оперируем, чувствуем их плохо, и все они «большие». А то, что они совсем по-разному «большие», и что сэкономленные для государства США сто миллионов долларов просто не заслуживают упоминания в СМИ — настолько они тонут в триллионах — это мы не чувствуем.

Премьером Канады стал макроэкономист.

Прикольно.

"КОУЭН: Почему в 1960-х Советский Союз был так одержим кибернетикой и искусственным интеллектом? Они понимали, куда всё движется, или это была просто большая глупая ошибка?

КОТКИН: Если честно, никогда нельзя исключать больших глупых ошибок — в том числе в собственной жизни, а значит, и в аналогиях. Советские интересовались кибернетикой, потому что она предполагала более эффективные способы сбора и обработки информации — в основе её лежала идея плановой экономики, которая всегда была фантазией, а не реальностью.

На практике плановая экономика означала централизованный контроль над некоторыми дефицитными ресурсами, товарами и продукцией, что позволяло устанавливать приоритеты. Можно было снабжать определённые привилегированные предприятия этими редкими ресурсами, в основном для производства военной продукции, но не только. Всё остальное существовало как придётся — через чёрный рынок, включая неофициальный обмен между самими заводами.

Кибернетика представлялась решением, с помощью которого планирование могло бы работать лучше. Она позволяла бы оптимизировать информацию, поступающую с мест, и эффективнее организовывать производство. Это была просто другая версия той же самой фантазии, что сегодня разделяет Коммунистическая партия Китая: если ваша авторитарная политика плохо сочетается с эффективной экономикой, можно попытаться использовать технологические решения, чтобы нивелировать тот факт, что вы отказываетесь проводить структурные институциональные реформы, и сохранить динамику в производительности. Это вечная мечта о том, что наука и технологии позволят не отказываться от централизованного контроля, власти, монополии коммунистической партии (курсив — мой).

С научной точки зрения этот проект был захватывающим, потому что советские учёные действительно были выдающимися. У них были мирового уровня математики, физики, специалисты по вычислительной технике, и для них кибернетика была тем же, чем она была бы для учёных в любой другой стране."

https://conversationswithtyler.com/episodes/stephen-kotkin/

1. Американский долг нужен инвесторам. Он оказывает им услугу: низкий риск и ликвидность.
2. Можно расписать вполне убедительный кейс о том, что долга в США маловато, инвесторам нужно больше.
3. Иностранцы держат не такой уж большой объем американского долга.
4. ФРС в кризис начал платить процент по резервам. Благодаря этому он может регулировать ставку, не снимая американский долг с своего баланса.
5. Разговоры о «преимуществах резервной валюты» в публичном пространстве неверны если не на 100%, то близко к тому.
6. В Японии долг гораздо выше, чем в США, а инфляция ниже.
7. Фокус на резервности, то есть фокус на «гегемонии», «геополитике» и проч. есть отказ от экономического анализа в пользу досужих разговоров и исторических аналогий. Это путает людей.
8. Нет никакой причины считать, что 100% долга к ВВП чем-то радикально отличается от 120% или 80%. Надо смотреть по реакции рынка.
9. Занимать до бесконечности нельзя, есть реальный предел займу.
10. Американский успех обеспечен американскими изобретателями, американскими инноваторами, высшим образованием, сильнейшей наукой и технической базой, частной собственностью, институтами и так далее. Власть много у кого была в истории. Просвещение — нет.

Евро и доллар в РФ называют «токсичными валютами». Это, с некоторой точки зрения, понятно. Проблема в том, что вокруг собрались одни токсикоманы.

Дискуссия об американском росте бесконечна – как у этой страны получается на протяжении десятилетий, даже столетий продолжать экономический рост? Экономический рост — это прежде всего рост технологический, инновации. По-моему, Пол Кругман сказал: технологический рост это еще не все, но в долгосрочной перспективе — почти все. Институты — это обрамление роста, иногда условие роста, но не сам рост: если суд свободный, а право собственности определено, но инноваций нет — долгосрочного роста не будет. Все обрамление с экономической точки зрения нужно для одного — для этого:

1. Электрическая лампа Томаса Эдисона (1879) - изобретена вольфрамовая нить, что значительно увеличило продолжительность горения лампы.
2. Телефон Александра Грахама Белла (1876) - устройство, позволяющее передавать голосовые сообщения на расстояние.
3. Автомобиль Генри Форда (середина 1890-х) - Форд сделал массовое производство доступным для автомобилей, что привело к революции в транспортной индустрии.
4. Кинетоскоп и кинопроектор Томаса Эдисона (конец 19 века) - первые устройства для просмотра и проецирования фильмов.
5. Авиация (братья Райт, 1903) - братья Райт совершили первый управляемый полет на самолете в 1903 году.
6. Холодильник (Свелл и Перри, 1899) - первый домашний холодильник, который значительно улучшил хранение пищи.
7. Телеграфия (Сэмюэл Морзе и другие) - развитие телеграфной связи и использование кода Морзе.
8. Электрический подъемник (Элиша Грей, 1887) - устройство для поднятия и опускания тяжелых предметов, использовавшееся в различных отраслях.
9. Микроскоп электронного сканирования (Ли Де Форест, 1927) - важное устройство для исследования структуры микроорганизмов и материалов.
10. Телевидение (Фило Фарнсворт, 1927) - создание первой электронной системы передачи изображения и звука на экран.
11. Микроволновая печь (Перси Спенсер, 1945) - первоначально разработана для военных нужд, затем стала домашним устройством.
12. Полупроводники и транзисторы (Уильям Шокли и Джон Бардин, 1947) - важные компоненты для электроники и вычислительной техники.
13. Интернет (проект ARPANET, 1960-е) - начало развития сети, которая привела к появлению современного интернета.

Прошу обратить внимание, что все эти технологии не просто изобретены, но и выведены на рынок. Многое я не оставил, выделил только некоторое из того, что у всех на слуху.

Контекст спада на фондовом рынке США: это движение вниз в правом верхнем углу графика.

Контринтуитивная несколько мысль, но на мой взгляд охлаждение отношений между США и Европой создает дополнительное пространство для более жестких санкций на РФ. Скажем, трудно представить себе предыдущую администрацию США, которая принимает решение санкционировать любую европейскую компанию, что будет содействовать покупке газа из РФ. А в случае этой администрации такие вещи входят в пространство возможного. До этого США нужно было выбирать те санкции, которые бьют по РФ, но не бьют по Европе. Охлаждение отношений с Европой означает, что санкции которые бьют по РФ и по Европе теперь тоже на столе.

Хронология дня.
1. Уитикофф прилетел в Москву на переговоры.
2. Уиткофф направился в обменник в аэропорту Москвы — мониторинг
3. Уитикофф покупает много рублей.
Смотрим на рубль в моменте.

Спасибо Трансстройбанку за спреды.

P.S. Он еще офигеет от цен в центре Москвы, когда обедать пойдет, спасибо рублю за это.

Месть - это блюдо , которое подают последним…

https://t.me/gus_vasili/4950

Хороший текст. Пользуясь случаем реферну читаля еще сюда:

https://longviewecon.ghost.io/promyshliennaia-politika-1/

Тарифы не "ужасны всегда на 100%", как нас тому учили в "длинные 1990-е". Но инструмент это сильный и опасный. Пользоваться им, на мой взгляд, нужно осторожно: этот инструмент особенно легко поддается "лоббистскому захвату". Введешь пошлину, а компании, которые на нее усядутся, скупят потом политиков, — ее и не отменишь. Вроде вначале пошлина может и грамотная была — если строго по макро. Но есть еще институциональный контекст. Вполне вероятен сценарий, при котором сумма "выгода от пошлины вначале + невыгода от того, что ее позднее не отменишь" просто ниже суммы "потери от того, что не ввели пошлину + выигрышь от того, что она не залипла".

Я сейчас подумал, что легко могу представить человека, который еще год назад говорит: Знаете, я так устал от войн, я так устал от политики, я так устал от долбящей по голове повестки дня, я хочу уехать куда-то как в келью, я хочу уйти, спрятаться от эпохи. Поеду-ка я в Гренландию.

Министр финансов Великобритании: наша экономика упала из-за Дональда Трампа.

—

Магистерская диссертация (из будущего):

«Дональд Трамп как объяснение всех неудач всех людей во второй половине 20-х годов XXI века.»

https://t.me/longviewecon/1075

Такие будни.

А про промышленную политику (ПП) в РФ я написал в октябре 2023, и с тех пор обновлять тейк не приходится.

https://t.me/longviewecon/1122

(Справедливости ради: этот текст состарился хорошо, как и некоторые другие, но есть здесь и те, что состарились плохо — радикально не сбылись (можно подтянуть — что как бы сбылись — но это было бы пошло). Я ожидал сильной фискальной инфляции в 2023-м (по FTPL), этого не случилось, например. Я ожидал, что санкции наложат гораздо более сильное ограничение на бюджет РФ, чем случилось в реальности. Короче было то, что не сбылось — прогнозировать дело трудное. Все это прятать под ковер тоже не надо, иначе не улучшить, будем считать это просто домашней работой. Другое дело, что трек рекорд «предсказаний исходя из макро теории» (model-based reasoning) с моей точки зрения оказывается более убедительным, чем «исходя из данных Росстата» — по крайней мере в периоды высокой волатильности. Некоторые важные события были предсказуемы исходя из макро, но плохо выводились из анализа временных рядов.)