Сегодня было опубликовано определение эк.коллегии по очень значимому для всех практикующих юристов делу о качестве юридических услуг.

Я лично участвовал в рассмотрении этого дела в верх.суде, представляя консультанта, к которому был предъявлен иск о взыскании убытков, причиненных некачественной услугой.

Я посчитал необходимым сделать небольшой комментарий к этому акту.

Прочитать его можно здесь.

Дело гражд.коллегии верх.суда N 80-КГ23-5-К6 (судья Асташов).

Очередной пример спора, решенного справедливо, но неправильно обоснованно с точки зрения норм законов.

(Вопрос об отношении к судьям, которые решают дела справедливо, но мотивируют тяп-ляп сам по себе любопытный, надо будет как-нибудь написать об этом).

Молодой человек и девушка сожительствали вне брака. Пара жила в квартире девушки.

Молодец человек оплатил косметический ремонт в квартире и подарил девушке Айфон.

Отношения прекратились, и молодой человек предъявил иск о неосновательном обогащении в виде взыскания стоимости ремонта и возврата айфона.

Суды отказали в иске со ссылкой на ст. 1109 ГК, в которой написано, что «не подлежит возврату деньги и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности».

Суды (в том числе гражд.коллегия) посчитали, что молодой человек, оплачивая ремонт и передав айфон девушке, знал об отсутствии обязательств перед ней.

Это грубая ошибка.

Между молодыми людьми были договорные отношения - это договоры дарения.

С айфоном все совсем просто, с ремонтом чуть сложнее.

Если заказчиком работ была девушка, а оплачивал истец, то это платеж чужого долга, который прямо назван способом совершить дарение в ГК. Если заказчиком был истец, то это договор в пользу третьего лица, причем отношения покрытия (объясняющие, почему появилось третье лицо) это намерение облагодетельствовать, то есть, тоже дарение.

Оснований для отмены дарения (ст. 578 ГК) в деле не было, девушка не избивала парня, не причиняла ему нечеловеческую боль, не травила его ядом, не выгоняла на холод , не изменяла ему и проч. Пара просто разошлась.

Раз дарение состоялось и оно не было отменено, девушка получила имущественную выгод основательно. То есть, на основании договора.

Поэтому ни о каком неосновательном обогащении речи вообще быть не может и в иске надо отказывать на этом основании.

Пункт 4 ст. 1109 ГК это очень сложная норма, и не факт, что правильная.

Лучше ее свести лишь к каким-то вопиющим случаям злоупотреблений (вроде известного казуса, когда часть потребкредита судьи погасили от имени участника процесса, чтобы заявить впоследствии судье отвод).

Вывод: перед нами еще один классический пример jura non novit curia.

В журнале "Цивилистика" (гл.ред. - А.В Егоров) вышла моя новая большая статья.

Она посвящена природе заявления о внесении записи в реестр недвижимости.

А еще в этом номере очень много интересного, очень рекомендую этот журнал тем, кто хочет глубже разобраться в частном праве. Он - один из трех журналов по праву, которые я постоянно читаю,

Ссылка на статью - здесь.

Любимая читателями рубрика "Почему судьи гражд.коллегии верх.суда не знают законов своей страны?" возвращается.

Новая заметка из этого цикла - см. здесь.

На этот раз - великолепное дело об отмененной доверенности.

Захотелось поделиться вот этим недавним фото. Оно очень доброе и теплое.

А вообще дружба здорово поддерживает в трудные времена

Кстати, по поводу посиделок и душевных разговоров.

Недавно на канале Moscow Lawyers вышло видео, где я, Юлий Тай, Андрей Егоров, Леонид Бандорин и Николай Щербаков, управляемые железной рукой Полины Лапочкиной обсуждаем разные околоюридические вещи.

Наслаждайтесь :)

Ссылка - здесь.

Новое видео на моем ютуб-канале - фрагмент моей лекции о свободе договора, которую я прочитал в Школе права "Статут".

Смотреть - здесь.

Там же можно подписать на мой канал.

Кто сможет прочитать это слово? :) Ну, любители юридических мемов, вперед!

В новостях пишут, что председатель верх.суда Лебедев скончался.

«Суд Лебедева» закончился, врага права N 2 в России больше нет в живых.

Давно не делали стримы.

Давайте завтра на моем ютуб-канале сделаем. В 20.00 по Москве.

Ссылка на канал - здесь.

Вопросы пишите в комментариях к этому посту.

Правила формулирования вопросов - см. здесь.

До встречи завтра!

Моя оценка результатов председательства В.М. Лебедева в верх.суде в течение 34 лет.

Думаю, что результаты опроса подтверждают мои мысли.

Читать здесь.

Из выловленного в недрах юридического ютуба.

Есть такой отличный канал Civil Club. Насколько я понял, его ведут студенты и выпускники юрфака петербургской ВШЭ.

На канале записываются и выкладываются очень интересные ролики по актуальным проблемам частного права, бывают гости - практикующие юристы. Как-то был и я - в качестве комментатора к докладу едином объекте недвижимости.

Из того, что я послушал - доклады о систематике объектов гражданских прав и о регистрационных системах (выступал Дмитрий Кусов, РШЧП). Очень дельно, сжато и интересно.

Резюме: советую канал тем, кто сейчас изучает право и чувствует, что хочется дополнительных знаний.

И, разумеется, напомню еще раз, что ни чтение блогов, ни прослушивание лекций не заменит чтения правильной литературы. Это основной источник знания, а медиа - дополнительный.

Как же хорошо у Шульца в "Истории римской юридической науки" (сейчас готовится русский перевод):

"Например, классический римский iudex [судья – пер.] не был юристом, а если и был, то лишь per accidens. В глазах римлян профессиональное знание права не входило в его квалификацию, судья был представителем здравого смысла".

Этот фрагмент требует исторических экскурсов.

Напомню, что классический римский гражданский процесс (формулярный процесс) строился по очень любопытной модели.

Истец сначала должен был обратиться к претору (это что-то типа авторитетного юриста на государственной службе).

Претор создавал под каждое дело формулу, в которой кратко описывались обстоятельства дела, притязания истца, возможные возражения (эксцепции) ответчика. В формуле содержался приказ судье - тому самому, который не юрист (в отличие от претора), а "носитель здравого смысла" - если ты, судья, установишь, что было так как говорит истец, присуди. Если не установишь - оправдай (то есть, откажи в иске).

Таким образом, получалось, что, с одной стороны, юрист не предрешал разрешение спора. А окончательное решение выносил не юрист, а просто человек, наделенный знанием жизни и потому судивший по здравому смыслу.

Гениально, конечно.

Давайте попробуем пофантазировать и переложить это на отечественную современность.

Судьи арбитражных судов - не юристы. Это люди (скорее всего - предприниматели), которые захотели послужить общему благу, рассматривая дела. Их избирает население региона.

Преторы - это авторитетные юристы региона, которые тоже считают, что их задача - общественное служение. Поэтому они избираются населением региона.

Допустим, коллегия преторов, задействованных в разрешении коммерческих споров, подведомственных арбитражным судам, состоит из 1 юриста на 100 тыс. чел. населения.

Иск подается в коллегию преторов, те формулируют в абстрактном виде правовую формулу спора. Естественно, не предрешая итог спора.

Эта формула поступает судье, которому остается лишь установить, существуют ли факты и применить к ним формулу.

Решение можно обжаловать, один раз - по поводу юридической формулы и оценки фактов, и еще один раз - только по поводу юридической формулы.

Как вам такое "разделение труда" как способ борьбы с коррупцией в судах?

Небольшая заметка о «юристах из предбанника»: о том, как унизительно устроен проход юристов, участвующих в рассмотрении дел в заседаниях коллегий верх.суда

Читать здесь

Текст заметки можно еще прочитать здесь, на Telegraph.

Рассказываю простыми словами (собственно, как мы и любим делать на Шортриде) почему земельный участок это не поверхность земли, а трехмерный контур.

И, самое главное, какие практические последствия такой взгляд на земельный участок влечет за собой. Мы же не древние египтяне, в конце концов, чтобы видеть мир двухмерным.

Там же - ссылки на литературу вопроса на четыре языках.

Материал пока в свободном доступе. Читать здесь.

Новая норма о запрете размещения рекламы у так называемых "иностранных агентов" дала повод опять вернуться к одной цивилистической проблеме.

Разумеется, само по себе законодательство об иноагентах - антиконституционное из-за чрезвычайно высокой неопределенности этого понятия.

Причем я припоминаю, как президент Путин клялся, что никаких поражений в правах "иноагентов" не будет, просто надо плашку ставить на материалах, "чтобы все знали". Но мало ли что он когда и где говорил...

Итак, пример с этим законодательным запретом особенно хорошо показывает, что применение ст. 168 ГК (недействительность сделок, нарушающих закон) к незаконным сделкам довольно часто является бессмысленным с точки зрения недостижения последствий такого запрета.

Особенно - если речь идет не об обмене имущества на деньги (в этом случае покупатель просто не получает собственность, что серьезно дестимулирует от вступления в такого рода сделки), а об обмене иными благами,

Допустим, разместил некий российский рекламодатель у "иноагента" рекламу и заплатил за нее. Реклама вышла.

Даже если считать, что эта сделка ничтожна как нарушающая закон, что должны сделать стороны? Вернуть все полученное по сделке, но если вернуть невозможно, значит надо заплатить столько, сколько стоит полученное.

То есть, рекламодатель в любом заплатит за вышедшую рекламу, а "иностранный агент" получит деньги за ее размещение.

Понятно, что единственный ограничитель, который будет удерживать рекламодателей от подобного рода игр с ничтожными сделками - это административные штрафы за нарушение законодательства о рекламе. Вот это и есть, видимо, главное последствие незаконности сделки.

И лежит оно в публичном праве, а не в частном.

Какую досадную ошибку сделала эк. коллегия в деле Балаяна (№ 305-ЭС20-20127(20)).

В нем было решено, что требование о признании собственником того, кто оформил на другое лицо (устоявшийся уже термин "соломенный человечек") купленный или принадлежащий ему актив, подлежит действию исковой давности.

Это неправильно. Исковая давность подлежит применению к искам о присуждении (притязаниям) или о преобразовании (что оспаривается, например, А.В. Егоровым).

К искам о признании исковая давность не может приняться, так как решение суда по такому делу не привносит ничего нового в отношения истца и ответчика.

Суд всего лишь вносит ясность в отношения сторон и констатирует, какие есть права и обязанности у сторон. Раз нет никакого присуждения или преобразованиая, то и задавниваться нечему.

В случае с "соломенным человечком" все ровно то же самое. Кредиторы бенефициара говорят: на самом деле собственником является бенефициар, он контролирует актив, фиктивный собственник просто дал свое имя для регистрации. Суд, признай этот актив собственностью бенефициара, чтобы мы могли обратить на него взыскание.

Тот факт, что регистрация состоялась на "соломенного человечка", не означает, что последний получил владение или иной контроль над активом. Ведь (как написано в 25-м пленуме) эта регистрация делается тоже "для вида".

В деле Балаяна, насколько я понял, так и было. Тот, кто был зарегистрирован как собственник в реестре (племянница банкрота) в этой квартире не жила, ключей не имела, не контролировала ее, документы о собственности на квартиры находились у банкрота.

Поэтому иск к ней - это был типичный иск о признании права собственности банкрота. То, что истец в качестве основания иска указал на нормы о ничтожности сделок не означает, что правила об исковой давности (ст. 181 ГК) должны применяться. Ведь кредиторы не требуют возврата контроля над активом или иного последствия недействительности сделки. Исправление реестра в этом случае является всего лишь приведением его в соответствие с действительностью.

В общем, увы, еще одна ошибка в копилке дел об исковой давности.

PS. Почему договор не исполнялся в отношении "соломенного человечка"?

Потому что в России в сфере оборота недвижимости действует т.н. негативная регистрационная система. Без действительного волеизъявления запись не порождает правовых последствий.

Волеизъявление покупателя ("соломенного человечка") ничтожно, потому что оно притворно. Поэтому запись на ее имя не порождает правовых последствий.