Наконец дошли руки до нового параграфа в Гражданском кодексе об общей собственности собственников недвижимых вещей (351-ФЗ)

Видимо, это была такая попытка оригинальная попытка урегулировать режим общего имущества в коттеджных поселках.

Жаль, что она оказалась такой интеллектуально невесомой.

А ведь можно было бы написать при помощи экспертов хороший текст, а не вот это всё…

Итак, продолжаем юридическое просвещение.

На этот раз - обсуждаем статью 169 Гражданского кодекса (ничтожность сделки, противной добрым нравам).

Повод для обсуждения - это дело гражд.коллегии верх.суда, в котором они отказались забирать в доход бюджета сумму взятки, полученную коррумпированным лесничим.

Запись обсуждения - здесь.

Статья Фр. Патти о последствиях ничтожности сделки, противной добрым нравам (бесплатный доступ, на анг.)

Перевод статьи на русский (платный).

Как помнят дорогие читатели, я не люблю рассказывать о делах, в которые я вовлечен.

Но здесь не могу не поделиться информацией о конкретном казусе.

Дело N А36-11737/2019, в целом довольно запутанный договорный спор на сумму около 50 млн. руб.

Мы (практика литигации Пепеляев Групп) выиграли его в трех инстанциях, расходы клиента на наши услуги составили около 5 млн. руб.

Далее, разумеется, встал вопрос о судебных расходах. Мы все привыкли к тому, что суды нещадно снижают их, ссылаясь на (не)разумную цену услуг и проч.

Но в этом деле случилось, наконец-то, то, что мы все так ждём: суд (арб.суд Липецкой области, честь и хвала судье Я.Р. Мещеряковой) отнесся предельно компетентно к стоимости услуг юристов и практически не снизил сумму, подлежащую взысканию с проигравшей стороны. Общая сумма взысканных расходов составила 4,7 млн. руб.

Мне, конечно, очень хочется верить в то, что это может стать началом новой тенденции в судебной практике.

Может быть, судьи наконец поняли, что оборотной стороной того, что проиграть дело в России это очень дешево, является их - судей - колоссальная нагрузка?

Мне хочется в это верить.

Я хотел к 1 сентября написать о том, что теперь наконец в России начала действовать т.н. объективная исковая давность, но запамятовал.

Исправляюсь.

Объективная давность это очень удобная штука, особенно в сочетании с субъективной давностью.

Объективная давность - это срок на предъявление иска, который течет с момента нарушения.

Субъективная - срок для предъявления иска, который течет с момента, когда истец узнал о нарушении.

Первый срок - 10 лет, второй - как правило, 3 года. Интересно, что возможны случаи, когда объективная давность еще не истекла, а субъективная - уже истекла. Или объективная давность истекла, а субъективная - нет (или даже не начала течь).

Объективная давность - лучший способ защиты от исков госорганов (в первую очередь, прокуратуры) о нарушениях, имевших место десятилетие назад.

Возможности восстановления пропущенного срока объективной давности - нет.

Кстати, думаю, что волна исков о деприватизации связана как раз с тем, что с 1 сентября начала работать объективная давность.

Разумеется, у судов есть всегда опция как отказать в применении и объективной давности, но это будет чаще всего просто неправосудно.

Подробнее о злоключениях объективной давности мы написали на Шортриде.

​​В серии «Классика российской цивилистики», которую выпускает издательство Статут, вышла новая книга.

Это знаменитая работа проф. И.Н. Трепицына «Гражданское право губерний Царства Польского и русское в связи с Проектом гражданского уложения». Вот ссылка на книгу на сайте издательства - см. здесь.

Издательство любезно предложило мне написать предисловие для переиздания, его можно прочитать здесь - ссылка.

Очень рекомендую эту книгу тем, кто сейчас только изучает частное право в качестве второго (в дополнение к современному учебнику) учебника. Качество учебного материала - беспрецедентно высокое, благодаря ему разобраться в хитросплетениях обязательственного права будет намного легче.

Этим переизданием мы со Статутом продолжили знакомство современной читающей публики с наследием проф. Трепицына, двухтомник его работ по вещному праву (также с моим предисловием) выходил в прошлом году.

Какая странная интрига.

Сегодня Совет Федерации должен рассмотреть утвердить председателя Зорькина на новый срок.

Это странно, так как его полномочия истекают 31.01.2024, то есть, еще через четыре месяца.

Зачем это нужно, мне пока не очень понятно, но какая-то административная мысль за этим явно стоит.

Возможно, что-то фундаментальное в конституционном устройстве России должно произойти и есть опасение, что молодой и энергичный вновь назначенный председатель Зорькин выйдет из-под контроля и настроит судей против этого чего-то.

Либо это просто подгонка шестилетий председательства в КС под какие-то даты.

Недавно я пошутил публично насчет огромного количества ежегодных юридических форумов, которых развелось в России уже пара десятков.

Смысл шутки был такой: чем меньше права в стране, тем больше юридических форумов.

И тут же получил много упреков в снобизме и москвоцентризме.

Разумеется, я прекрасно понимаю, что для подавляющего большинства юристов это просто такой способ, с одной стороны, хотя бы немного отдохнуть, а с другой - страну посмотреть от Сахалина до Калининграда.

Иногда - это еще и способ обменяться полезной практической информацией: что нового в банкротном или корпоративном праве, праве недвижимости и проч.

Но только это на форум не тянет, это называется конференция, круглый стол или даже воркшоп (наверняка, это слово имеет старославянский корень).

Форум - это собрание неравнодушных и активных граждан, на котором они общие актуальные проблемы обсуждают. Причем без купюр, без обиняков и невзирая на должности. Глаза в глаза, так сказать.

Но за такие форумы можно и административную ответственность сейчас схлопотать, а то и что покруче.

Много ли таких юридических форумов в России сейчас?

Столкнулся недавно лично с работой бюрократического аппарата в одной стране ЕС.

Госорган должен был принять административное решение на основе представленных мною документов.

Он запросил еще один, причем этот документ должен быть выпущен другим госорганом этой же страны.

Выдача этого документа затянулась, из-за этого он не был представлен мною вовремя. Поэтому госорган прекратил производство по моему заявлению.

Я подал апелляцию в вышестоящий госорган, сославшись на то, что я не должен нести риски просрочек деятельности другого госоргана и не получать из-за этого то, что имею право получить.

Вышестоящий орган подошел к делу не формально, а вполне себе творчески. Он со мной согласился и решение о прекращении производства по моему заявлению отменил, удовлетворив его.

В общем, почти идеальная бюрократия. Идеальная была бы если так посчитал бы нижестоящий госорган. В неидеальной пришлось бы доказывать все это в суде.

Мой любимый пример, в котором речь идет о формальном праве vs. добросовестность - это пример погашения денежного долга монетами.

Он периодически происходит в различных городах России и в различных странах. На этот раз история произошла на Кипре (вот здесь эта история на греческом).

Мужчина пришел в офис EAC (это электрическая компания Кипра, монополист на рынке электроснабжения) оплатить счет в 900 евро.

(Тут надо сказать, что электричество на Кипре очень дорогое, раз в 10 дороже чем в Москве, поэтому ЕАС все не очень любят).

Но он с собой прикатил садовую тачку, в котором лежали груды 1 и 2-центовых монет. Он потребовал, чтобы платеж приняли именно ими. Он сослался на то, что монеты это законное платежное средство и поэтому ЕАС обязан принять их в оплату долга.

Сотрудники офиса попросили его прийти завтра, но он сказал, что сегодня - последний день оплаты его счета. Несколько сотрудников офиса были вынуждены в течение шести часов считать монеты, что парализовало работу отделения ЕАС.

По нашему праву этот казус бы решился довольно легко, кстати.

Интересное дело о толковании договорной оговорки о разрешении спора «арбитражным судом» было рассмотрено одним из судов в США.

В договоре на двух языках (русском и английском) было написано, что споры подлежат разрешению «арбитражным судом г. Нью-Йорк».

Был подан иск по договору в государственный суд (окружной суд Нью-Йорка), ответчик заявил о том, что спор должен рассматриваться в арбитраже.

Американский судья на восьми страницах рассуждает о том, что же имели в виду стороны под «арбитражным судом города Нью-Йорк» и приходит к выводу о том, что это вряд ли арбитраж, а скорее всего - компетентный государственный суд Нью-Йорка.

Почитайте акт, очень хорошо написан, со ссылками на литературу и проч. свидетельствами работы интеллекта, а не метода копипейста.

Кстати, именно поэтому я в англоязычных текстах никогда не пишу (как это делают некоторые коллеги и даже некоторые английские судьи) arbitrazh courts, а называю арбитражные суды commercial courts.

Вчера удалось публично (запись выложу на ютуб канал сегодня) пообсуждать с дорогими коллегами Денисом Новаком и Александром Кузнецовым пресловутое дело ЦУМа. К нам также присоединилась судья кассационного суда общей юрисдикции Н.Ю. Папушина, которой я давно и искренне восхищаюсь.

От Натальи Юрьевны получили инсайд. На курсах повышения квалификации судей один из людей, подписавших это чудовищное определение, рассказал, что оно было осознанно вынесено с прицелом на будущее: для дел против Озона и Вайлдберриз, в которых они повышают цены на товары, отложенные потребителем в корзину с целью купить их через пару дней.

Не обсуждая саму эту проблему (хотя она очень интересная), хочется воскликнуть вслед за классиком: «А, так вот оно что, Петрович! Вот оно как!».

Правда, я так и не понял, какое отношение дело ЦУМа (об ошибке в сделке) имеет отношение к определению момента, с которого считается заключенным договор продажи товаров потребителю через электронную площадку.

В общем, в очередной раз убедился в том, что причиной ахаляй-махаляй юриспруденции является банальное незнание законов своей собственной страны.

На моем YouTube канале выложена запись публичного обсуждения дела ЦУМа с участием Д. Новака, А. Кузнецова, Н. Папушиной и меня.

Сегодня день рождения канала, он был создан 8 октября 2016 года. Правда, после первой публикации я почти три года (до июля 2019) ничего не писал, но тем не менее, каналу уже семь лет.

Благодарен всем подписчикам за ваше внимание к тому, что я пишу и делаю. Это помогает мне становиться лучше - и как юристу, и как человеку. Думаю, что если бы не вы, и я был бы другим.

Воскресная задачка для тренировки мозгов, которую мы пару дней назад обсуждали с А. Карапетовым. Источник фабулы - немецкий учебник по общей части гражданского права.

Работодатель при приеме на работу просит кандидатов заполнить анкету. Один из пунктов в ней: имеется ли у вас, в том числе, и погашенная судимости.

Кандидат, у которого судимость была, но она уже погашена, дает отрицательный ответ. Он делает это, так как полагает, что честный ответ повлечет за собой отказ в приеме на работу.

Спрашивается: можно ли оспорить (именно оспорить, а не расторгнуть) трудовой договор по мотиву обмана если таковой обнаружится?

Ответ из учебника и свое решение напишу завтра.

PS. В России почему-то до сих пор некоторые коллеги считают, что к трудовому договору нельзя субсидиарно применять нормы Гражданского кодекса.

Разумеется, можно и нужно - но лишь до тех пределов, пока они не вступят в противоречие со специальными нормами Трудового кодекса, например, наделяющими работника бОльшими правами по сравнению со стороной обычного договора.

Итак, решение задачи про обман при приеме на работу.

Немцы предлагают ее решить так. Поскольку право на труд является фундаментальным, то обман в части наличия погашенной судимости для того, чтобы получить работу следует рассматривать как допустимую самозащиту права на труд. Поэтому сделку оспорить как совершенную под влиянием обмана нельзя.

Это тонкое и красивое решение, мне оно в целом нравится. Я бы лишь добавил, что решение должно быть другим, если работодатель докажет, что по него по объективным причинам важно, чтобы потенциальный работник никогда не привлекался к уголовной ответственности. В этом случае трудовой договор надо признавать недействительным как совершенный под влиянием обмана.

В комментариях я видел утверждения, что недействительность трудовых договоров не нужна, достаточно возможности работодателя расторгнуть договор.

Это ошибка. Недействительность ретроактивна, расторжение - проспективно. Во втором случае работник извлечет все выгоды, предоставляемые работнику трудовым законодательством. Я не уверен, что обманщик это заслуживает.

У меня - помимо этого канала, в котором я пишу на профессиональные темы - есть еще один канал, который называется Туристическая АБВГДЕЙКа.

В нем я рассказываю о поездках по разным странам и выкладываю красивые фото из этих мест.

Последняя из поездок, которая просто потрясла меня до глубины души, это Кыргызстан.

По возвращении я практически сразу сел за рассказ об этой стране, о том, что я увидел, где я жил и с кем встретился.

Прочитать можно здесь - ссылка на рассказ.

Верх.суд (эк.коллегия) рассмотрела интересное дело о взыскании убытков, вызванных незаконной задержкой регистрации права собственности на недвижность (305-ЭС23-10752).

Краткий вывод коллегии такой: из-за того, что Росреестр долго не регистрировал право собственности покупателя нежилого помещения, тот не мог получать арендную плату от арендатора (видимо, ее получал продавец).

Это какая-то ерунда.

Во-первых, нет никаких проблем продавцу и покупателю договориться о том, что арендные платежи будет получать продавец и потом перечислять их покупателю, ждущему регистрацию перехода права. Если продавец откажется, иск о неосновательном обогащении к услугам покупателя.

Во-вторых, нет никаких проблем в том, чтобы покупатель даже без регистрации собственности договорился с арендатором о том, что его новый арендодатель - он, покупатель. Это прямо написано в ППВАС 73 (п. 12, кажется).

Поэтому я бы не сказал, что между неполучением арендной платы и задержками в регистрации перехода права в данном случае есть причинная связь.

Росреестр - это орган, который очень много косячит. И я большой поклонник того, чтобы жестко наказывать их за косяки рублем. И уж тем более я не сторонник защиты бюджета от исков частных лиц об убытках.

Но это делать умно, а не так, как сделала судья верх.суда Чучунова в этом деле. Получилась какая-то примитивная юриспруденция в духе середины девяностых.

Генеральная прокуратура продолжает изумлять.

Оказывается, написание кандидатской диссертации по праву - это прямая дорога к совершению преступлений.

КоммерсантЪ пишет:

Лабинский городской суд Краснодарского края начал рассмотрение иска Генпрокуратуры РФ об обращении в доход государства имущества Андрея Коровайко, бенефициара концерна «Покровский».

В качестве одного из доводов в пользу утверждения о незаконности доходов бизнесмена надзорное ведомство привело данные о его диссертации на тему «Реорганизация хозяйственных обществ».

В ходе написания работы Андрей Коровайко, по мнению Генпрокуратуры, получил обширные знания в сфере гражданского права и использовал их для обогащения.

Коррупционные замыслы, полагает Генпрокуратура, появились у Андрея Коровайко именно в период подготовки научной работы.

На моем канале в Ютубе выложена запись разговора с Григорием Баженовым, популяризатором экономической науки, ведущим канала Furydrops.

Это не первый мой опыт общения с представителями других социальных наук на юридические темы. Мне нравится рассказывать о юридических проблемах неюристам и отвечать на их вопросы. Это позволяет взглянуть на то, чем занимаемся мы, под другим углом.

Конечно, много говорили про суды. Кажется, у меня получилось убедить Григория, что иметь хорошие суды намного важнее чем иметь хорошие законы.

Посмотреть запись диалога можно здесь.

Обратил внимание, что в Тбилиси очень часто встречается любопытный способ организации платных парковок. Заехать на парковку можно через этот барьер (шипы складываются и не вредят машине), а выехать уже нельзя, пробьет шины. Выезд - только через оплату и шлагбаум.

Хороший правовой вопрос из области самозащиты прав: насколько соразмерно понуждение к исполнению договора (оплата парковки) не просто удержанием его вещи, но и угрозой порчи имущества должника?

Думаю, что все ок. Ведь если должник попытается выехать с парковки без оплаты, он сам причинит вред своей вещи, без каких-либо действий со стоооны кредитора.

Одно но. В темноте эти шипы плохо видны и если водитель не знаком с этой системой, он может легко порвать оба колеса. И вот это уже будет интересный казус: как отвечает тот, кто установил такой барьер, но не приложил усилий для того, чтобы проинформировать водителей об особенностях его работы.

Я не адвокат и не собираюсь им становиться. Поэтому не считаю себя вправе высказываться по существу проблем адвокатуры.

Но на взгляд со стороны все же, думаю, я имею право.

Мне кажется, что адвокатское руководство так долго пыталось «дружить» с государством - верх.судом (например, присуждало какие-то медали врагу права в России N 2 председателю Лебедеву), заигрывало с минюстом, следственным комитетом, прокуратурой и режимом в целом. И в какой-то момент адвокатура как сообщество утратило субъектность. Я все прекрасно понимаю: пытались искать компромиссы, выжить, сохранить остатки адвокатской независимости и проч. Но в итоге эту игру проиграло.

Это история, которая хорошо известна политологам. Если все время говорить «да», то через какое-то время тебя вообще спрашивать не будут. Собственно, самый яркий пример - это отечественный конституционный суд. По идее, это самый могучий - с точки зрения полномочий - орган в России. Но судьи решили, что лучше плохой компромисс чем хорошая борьба. Если бы эти люди часто говорили бы «нет» в начале и середине нулевых, мы бы жили в другой стране.

У адвокатского сообщества, конечно, нет властных полномочий. Но общественный вес есть. Точнее был. И общественные симпатии были. ведь адвокатами общество восхищалось, а следователями или прокурорами нет. Но слишком частое «да» это все свело к нулю. В итоге теперь оно даже не может защитить самих адвокатов.

Это кстати, одна из причин, почему я не хочу быть адвокатом. Зачем мне состоять в сообществе, которое не хочет и не может защищать своих членов?