Давайте порассуждаем о причинно-следственных связях. Это очень важный раздел знаний для юристов, которые постоянно занимаются доказыванием того, что некие события произошли из-за неких действий или бездействий.

Есть несколько логических приемов, которые используют для того, чтобы установить подлинные причины событий.

Одна из самых частых ошибок восприятия - это подмена причинной связи хронологической последовательностью. Одно событие произошло после другого события, поэтому первое является причиной второго.

Для борьбы с этой ошибкой есть такое правило логических рассуждений: post hoc, non ergo propter hoc, то есть, "после" не всегда означает "вследствие".

Совершенно не обязательно, что нечто, произошедшее после какого-то события, произошло вследствие этого события. Иными словами, хронологическая цепь не является причинной цепью.

Для поиска же подлинной причины наиболее часто используют прием, который на латыни называется conditio sine qua non, на английском - but for test.

На русском его сформулировать "если бы не ..., то этого не произошло".

Мыслительное упражнение, которое надо проделать для выполнения этого теста, заключается в следующем. Мы берем по очереди возможные события, которые могут быть причиной обсуждаемого последствия, и оцениваем их с такой точки зрения: а если бы этого события не было, случилось ли бы обсуждаемое событие?

Задача - найти такое событие, удаление которого в этом мысленном эксперименте неизбежно приведет к тому, что и обсуждаемого события не произошло.

Попробуйте потренироваться на примерах из окружающей жизни.

Вчера после выступления на мероприятии в Петербурге разговорился с одним коллегой.

Тот рассказал, что когда он работал на госслужбе и получал скромную зарплату, по вечерам он собирал за деньги мебель и неплохо этим зарабатывал. Причем он сказал, что сборка мебели была для него процессом, во время которого он мог обдумывать решения правовых задач.

Мне эта история близка. Я тоже любил собирать купленную мебель из Икеа, причем мне сам процесс доставлял большое эстетическое удовольствие. Видимо, от процесса создания составной вещи своими руками.

А сейчас все, нет Икеи - нет идеи. И удовольствия тоже нет

Нетривиальная задача из сферы права недвижимости. Два здания, между ними публичная дорога. И над ней галерея, соединяющая здания.

Вопрос: что такое эта галерея с точки зрения права недвижимости и как зарегистрировать право на нее? Особенно с учетом принципа единства судьбы земли и постройки?

#пятничное

Наблюдения за активностями спам-ботов в чате канале наводят на следующие мысли.

Я исхожу из того, что погонщики ботов ориентируются на известные им информационные предпочтения среднестатического россиянина.

Это означает, что он:

- любит, когда его пугают чем-то страшным ( сюжет «Путин сделал срочное роковое заявление, от которого содрогнулись все»);

- любит насилие над женщинами (сюжет «Вагнера поймали ВСУшницу и жестко наказали ее»);

- склонен к мистике (сюжеты про Вангу и Глобу и их пророчества);

- любит халяву (сюжеты про секреты Вайлдберриз и возможность дешево купить украденные товары).

Так себе портрет получился, честно говоря… Увы…

Вчера у нас в Шанинке прошли дивные интеллектуальные посиделки. Хотели пообсуждать проблемы банкротства продавца недвижимости, переданной покупателю и оплаченной им, но по-прежнему зарегистрированной за продавцом.

Но (видимо, в отсутствие профессиональных банкротчиков) все опять скатилось к проблеме двойной продажи недвижимости и классической ситуации, когда была заключена купля с А и владение передано ему, и потом была заключена купля с Б и переход к нему права был зарегистрирован. Возможно, этому способствовало участие великолепных Дмитрия Вадимовича Дождева и Михаила Александровича Церковникова.

Разумеется, главный вопрос таков: следует ли считать, что зарегистрированный переход права должен иметь эффект, если Б знал о наличии первой купли.

Я полагаю, что ответ должен быть "да", но если второй покупатель не действовал во зло первому. Все-таки, статья 10 ГК - "сильнее всех на свете, даже слона и кита". Она может "поправить" реестр. Собственно, об этом п. 3 ППВС 25.

Михаил Александрович сначала требовал более жесткого стандарта (10-ка включается даже если второй покупатель просто знал о первом), но потом, кажется, согласился с идеей шиканы для второго покупателя.

Положение первого покупателя - владеющего законно, но не зарегистрированного в реестре - очень сложно описать. С одной стороны, он - законный владелец и потому должен быть защищен против третьих лиц (в том числе, и Б., который уже собственник).

С другой стороны, раз его владение основано на договоре с продавцом, то он, как мне кажется, может защищать его только против стороны по договору, но не против собственника вещи, то есть, Б.; подробно я об этом писал здесь).

В очередной раз прошлись по тексту определения судьи Разумова в деле Ингуловой, которое наполнено ошибками, но - парадоксальным образом - разрешено правильно. Оно напомнило мне старую детскую шутку - "made in China, сделано случайно").

Если же рассуждать, о том, как должно быть (de lege ferenda), то обсуждение лишь укрепило меня в мысли о том, что идеальный оборот недвижимости должен быть устроен так:

а) договор о передаче собственности на недвижимость удостоверяется нотариально;

б) нотариус при удостоверении договора должен иметь возможность внести в реестр отметку (доступную всем третьим лицам) о том, что недвижимость уже обещана третьему лицу (то есть, собственник принял обязательство по передаче права собственности);

в) все третьи лица, которые вступают в договорные отношения с собственником после того, как обязательство передать вещь опубличено, делают это на свой риск - то есть, рискуют быть признанными недобросовестными и получить аннулирование своей записи в реестре. Это де-факто сведет риск двойных продаж недвижимости к минимуму (как это происходит сегодня с долевым участием, в котором двойных продаж больше нет).

В этом случае вопрос о том, что такое передача владения недвижимостью и каково его значение уйдет в прошлое.

Можно, конечно, нотариально удостоверять и отмечать в реестре не факт заключения договора, а акт распоряжения (проще говоря, обязательное нотариальное заявление в реестр о передаче права собственности с отметкой о том, что заявление подано через нотариуса регистратору). Без нотариусов никуда; но при этом, разумеется, стоимость этой услуги должна быть разумной.

Второе решение более тонкое. При нем надо будет игнорировать не только передачу владения, но и факт вступления в договорные отношения. Здесь есть над чем подумать. Хотя навскидку оно мне нравится больше.

Последние несколько недель я вовлечен в один интересный проект (дело № А56-116780/2022). Клиент дал согласие на то, чтобы рассказать о нем, поэтому могу поделиться этой историей.

Начало 90-х годов. Санкт-Петербург, госпредприятие "Северные верфи" приватизируется. Приватизируется, возможно, с какими-то несущественными процедурными ошибками, но такое было тогда время. И качество нормативного материала тоже, так скажем, было не очень высокое.

Спустя двадцать лет генеральная прокуратура вдруг просыпается, проводит проверку и считает, что обнаруживает ошибки проведения процесса приватизации. Предъявляется иск, целью которого является возврат государству имущества, которое, по мнению прокуратуры, незаконно выбыло из государственной собственности.

Очевиднейший аргумент об исковой давности прокуратура (а вслед за ней и суд первой инстанции) отклоняет со ссылкой на то, что "проверка-то совсем недавно была, меньше трех лет назад". Это, разумеется, грех нашего Гражданского кодекса - то, что объективная исковая давность (отсчитываемая от нарушения, а не от знания о нарушении) у нас появилась совсем недавно (и фактически начнет работать с 1 сентября 2023 года).

Но в этом же деле есть другая примечательная особенность, которую я, признаться, вижу впервые.

Истец (прокуратура) хочет забрать государственное имущество не через иск об истребовании активов, и даже не через иск об истребовании акций.

В этом деле предъявлен ... иск о восстановлении корпоративного контроля (п. 3 ст. 65.2 ГК)! Внешне это выглядит как иск об истребовании от всех нынешних акционеров компании, владеющей бывшими государственными активами, их акции.

Удивительно, что прокуроры, написавшие этот иск, просто игнорируют то, что написано в Кодексе по поводу исков о восстановлении корпоративного контроля. Этот иск подается акционером, который утратил акции помимо воли, ответчик по иску - тот, что приобрел акции и впоследствии совершил действия по размытию корпоративного контроля.

То есть, самое главное условие удовлетворение иска - прекращение корпоративных прав помимо воли - прокурорами вообще не доказывается!

А ведь иск о восстановлении корпоративного контроля разрабатывался в практике ВАС РФ как способ борьбы с рейдерскими технологиями перехвата контроля над юридическими лицом и последующего нивелирования его за счет различных корпоративных механизмов (дополнительная эмиссия и проч.).

Почему прокуроры пользуются этим механизмом с такой заведомо грубой ошибкой, мне не очень понятно. Возможно, потому что доказать наличие условия для удовлетворения иска об истребовании имущества они просто не смогут.

И мне совсем не понятно, почему арб. суд СПб такие требования удовлетворяет. Причем - отказываясь даже обсуждать вопрос о выплате компенсация за счет изымаемых в рамках восстановления корпоративного контроля акций. Ведь это - в лоб против буквы закона...

Видимо, это всё - какая-то новая "обертка" для аннулирования нежелательных итогов приватизации.

Вот это очень правильное рассуждение. Строительная аренда даже по своему определению не соответствует определению договора аренды. Нет никакого "возврата объекта аренды после истечения срока аренды". Это действительно - или продажа (особенно если есть какой-то платеж "за право заключения договора строительной аренды"), или недоразвитое право застройки

На глаза попался анонс (или пострелиз?) какого-то юридического мероприятия.

В тексте педалируется то, что участники ищут баланс интересов в сфере правового регулирования чего-то.

Этот пресловутый «поиск баланса интересов» - как якобы цель права - мне довольно давно уже не дает покоя.

Помню, что какое-то время назад я состоял в очередной рабочей группе по улучшению судебной системы. И некоторые ее участники настаивали на том, что задача суда - это поиск "баланса интересов" участников спора.

Нет же, восклицал я тогда! Задача суда - это поиск справедливого решения для социального конфликта.

Собственно, в этом и есть задача права в целом и судов в частности - поиск таких правил, которые с одной стороны, сделают разных равными, а с другой - воздадут каждому по его заслугам. Это и есть справедливость.

Призыв юристов "искать балансы" это скользкая дорожка, которая ведет к тому, что зло и неправо становятся обыденностью. Насколько надо закрывать глаза на коррупцию чиновников, чтобы они хоть что-то делали? Сколько надо бизнесмену заплатить государству, чтобы оно умерило свои аппетиты и не кошмарило бизнес, Сколько людей надо разрешить убивать людоеду, чтобы и он был цел, и общество не страдало? И так далее, продолжить можете сами.

А баланс надо искать при приготовлении коктейля апероль-спритц: сколько ликера, сколько просекко, а сколько - содовой.

Кстати, забыл написать про новости на канале.

Мы с модераторами устали бороться с легионами ботов, которые угрожают дорогим читателям грозными и судьбоносными решениями президента Путина, пророчествами Ванги и Павла Глобы, видением будущего Жириновского, призывают покупать краденое.

Теперь комментарии доступны только для участников чата канала.

Для этого надо зайти в профиль канала, нажать кнопку Discuss. Вы тем самым отправите заявку на вступление в чат. Она будет одобрена (по последним сведениям, боты не умеют этого делать), и сможете по-прежнему комментировать.

Попросил Midjourney сгенерировать картинку суда далекого будущего.

Любопытно, что получилось или какое-то Средневековье в перемешку со Средиземьем, или что-то типа Верховного суда США (что тоже намекает).

На будущее тянет лишь верхняя правая картинка. Видимо, AI считает, что из-за генетических мутаций люди будут выглядеть как что-то среднее между докторской колбасой и Пеннивайзом.

Прочитал в новостях, что министр Шойгу подписал приказ о том, что отныне все участники "добровольческих формирований" должны будут заключить контракты с минобороны.

Пишут, что он так хочет под себя подмять ЧВК "Вагнер".

Мне кажется, что это неплохая задачка для мозгов. Представим, что люди, которые называют себя ЧВК "Вагнер", откажутся подчиниться и не станут подписывать контракты.

Что делать бедному минобороны? Подавать иски в суд? О понуждении к заключению контрактов?

Или вооруженные силы должны тогда принудительно разоружить этих самых "добровольцев", которые не хотят заключать контракты? Видимо, такая опция тоже есть, она следует из публичного права и публичной функции минобороны.

А может ли минобороны, чтобы не бегать с тысячами исков и не устраивать бои, просто обратиться с суд с иском к ЧПК Вагнер? (Кстати, интересно, как она оформлена юридически). В какой, кстати? Арбитражный? Для ЧВК это же участие в военных действиях - бизнес...

Вот ведь "повезет" судье, который будет рассматривать такое дело. Кстати, любопытно, что после реформы ГК договор считается заключенным не с момента исполнения решения суда о понуждении к заключению, а с момента вступления в силу судебного акта.

В общем, любопытная правовая задачка будет, если ее, конечно, будут в правовой плоскости решать. В чем я, честно говоря, сильно сомневаюсь.

Все-таки плохая эта тенденция - в рамках "упрощения" регистрации прав на недвижимость отказываться от заявительного принципа (запись вносится только на основании заявления правообладателя).

Я лично недавно столкнулся с такой проблемой: открылось наследство, за наследником собственность Росреестр зарегистрировал, а легат в виде права пользования недвижимостью, который был предусмотрен завещанием, не заметил и он не был внесен в реестр.

Понятно, что легат будет существовать и без записи в реестре, но для легатария это может быть очень не здорово (в случае если собственник вдруг продаст недвижимость).

Это хороший пример того, что совершенствование регистрационных процедур должно заключаться не "упрощении и ускорении", а в повышении гарантий правообладателей в достоверности реестра.

Я придумал, как мне кажется, любопытный вопрос: что общего между хозяйственным мылом и хозяйственным правом?

Но ответ на него сформулировать пока не смог.

#пятничное

Шутки шутками, но нельзя же уйти на выходные без пищи для размышлений.

В определении № 306-ЭС23-493 эк.коллегия верх.суда рассуждает о последствиях полной выплаты лизингополучателем автомобиля всех платежей по договору лизинга.

Правильно рассуждает, пишет о том, что выкупной лизинг это заем, оказываемый лизингодателем лизингополучателю под обеспечение в виде права собственности у лизингодателя.

И даже правильно пишет, что возврат этого займа (выплата лизинговых платежей) означает, что обеспечительная собственность лизингодателя должна прекратиться автоматически.

Но все портит финальный вывод - коллегия пишет о том, что на основании п. 4 ст. 329 ГК право собственности переходит от лизингодателя к лизингополучателю.

Это ошибка, причем грубая.

Раз право собственности у лизингодателя это не настоящая собственность, а обеспечительная, то и "перейти" к лизингополучателю, по пути превратившись в настоящую собственность, она не может. Это объясняется простым правилом nemo plus juris - никто не может дать прав больше чем имеет сам.

Коль скоро лизингодатель - всего лишь "обеспечительный собственник", то все, что он может дать - это такая же обеспечительная собственность.

Кстати, в п. 4 ст. 329 Кодекса, на которую ссылается коллегия, нет такого - там очень аккуратно написано, что обеспечение прекращается после выплаты обеспеченного долга.

И в ППВАС 17 по лизингу (на который коллегия тоже ссылается) тоже все очень аккуратно и правильно написано о прекращении обеспечения.

А вот пассаж коллегии лишь свидетельствует, что судья В.В. Попов, который был докладчиком по делу и, видимо, является автором текста определения, в том, как работает титульное обеспечение и что к кому и от кого переходит, увы, не разобрался.

А жаль. Был хороший повод поставить точку в старом споре о том, от кого лизингополучатель приобретает право собственности. Уж точно не от лизингодателя.

Сейчас дописываю свои куски комментария к главе об аренде для серии #Глосса. Скорее всего, текст выйдет к январю 2024 года.

Удивительно, конечно, что по сравнению с более-менее неплохо написанной куплей-продажей в главе 34 об аренде столько серьезных ошибок!

И в части того, что может быть объектом аренды, и в части того, кто может быть арендодателем, и в части регистрации договора аренды, и в части права на изменение арендной платы, и в части способов и оснований прекращения аренды.

Почти все эти ошибки были исправлены судебной практикой (обзор № 66, ППВАС 73, десятки постановлений Президиума ВАС и определений коллегии по эк.спорам верх.суда).

Поэтому тот, кто знает только текст закона, но не знает правовые позиции высших судов, на самом деле не знает ничего о договоре аренды по русскому праву.

Это всё опять к вопросу о том, что такое право: то, что написано в законе, или то, что суды говорят по поводу того, что якобы написано в законе.

Наконец дошли руки прочитать стенограмму общения президента Путина с т.н. "военкорами".

Глаз юриста зацепился за такой фрагмент:

"Насколько я знаю, министерство обороны сейчас заключает контракты со всеми желающими продолжить службу в зоне специальной военной операции.

Только таким образом можно обеспечить социальные гарантии, потому что, если нет контракта с государством, если нет контракта с Министерством обороны, не возникает и правовых оснований для социальных гарантий со стороны государства".

Это, конечно, удивительные слова! Больше похожие на какой-то рекламный слоган (в которых, как известно, правды обычно не очень много).

Правовые основания для социальных гарантий со стороны государства в отношении его собственных граждан возникают из закона и только из него. Никакой контракт с государством для этого не нужен.

В этом же и прелесть социальных гарантий: приняли закон - и равным в равных ситуациях воздают по-равному.

Например, вряд ли у президента Путина есть подписанный контракт с государством (кстати, даже если был бы - кто его мог подписать? Президент Ельцин?). Однако социальные гарантии он получает будь здоров какие! И в силу предписания закона на такие же социальные гарантии могут рассчитывать все лица, обладающие статусом "президент России".

Не хочется писать банальностей по поводу акта КС по "антидискредитационной статье". В нем каждый абзац заслуживает отдельной оценки.

Но самым выдающимся, конечно, является вот этот:

"Принятые государственными органами Российской Федерации соответствующие решения и меры не могут быть произвольно, исключительно на основе субъективной оценки и восприятия поставлены под сомнение с точки зрения их направленности на защиту интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности.

Тем более что это означало бы – вопреки прямым и общеобязательным предписаниям Конституции Российской Федерации – отрицание правового характера Российской Федерации, верховенства ее Конституции и обязанности соблюдать ее предписания, что в силу Конституции Российской Федерации недопустимо".

Внимательно прочитал последние заявления хозяина "Вагнера" Е. Пригожина по поводу деятельности министерства обороны. И тут же пришло на ум позавчерашнее чтение.

Вспомнилось нетленное, зорькинское.

Едкое, как пыльца полыни. Правдивое, как прямой русский меч. Интеллектуальное, как букварь.

"Публичные же действия, в том числе выступления и высказывания, целенаправленно несущие в себе негативную оценку деятельности по защите интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержанию международного мира и безопасности, могут, особенно с учетом их накопительного эффекта, оказывать негативное воздействие на реализацию соответствующих мер и решений, снижать решительность и эффективность выполнения Вооруженными Силами Российской Федерации и другими государственными органами поставленных задач, мотивированность военнослужащих и иных непосредственно участвующих в этом лиц и тем самым фактически – даже не преследуя непосредственно именно такой цели – содействовать силам, противостоящим интересам Российской Федерации и ее граждан, препятствующим поддержанию международного мира и безопасности".

(определение конст.суда № 1396-О от 30.05.2023)