Доброго вечера всем. Посмотрел, когда выпускал последний стих здесь: аж летом 2024.

Поэтому делюсь планами:

1. Ещё не рассказывал вам, но мы уже отсняли новый выпуск подкаста (пока без гостя), всё улетело на монтаж. Наговорили очень много; возможно, будет даже отрывок-эксклюзив для ТГ, так как обсуждается одна тема не для YouTube.

2. Буду продолжать выпускать стихи в канале. Свои и ваши. И в группе тоже. В конце концов, мы же начинали как литературное сообщество. Оформлять буду также сам, как раньше.

Так что, если хотите поделиться творчеством, закидывайте в сообщения канала или в группу ВК. Вечера мы больше не проводим но, чёрт возьми, почему бы не продолжать делиться поэзией друг с другом?

Весь багаж прокуренных лет
Умещу в небольшой чемодан.
Дорога, "Прощай" - "Привет".
Я не знаю, зачем тебе дан.
Я не знаю, куда идти,
Нас не ждут ни в гостях, ни дома,
Да и дома уже не найти.
Груда металлолома.
Как спички ласкают бензин,
Так лезвие гладит кожу.
Дорога, купе, один,
И как-то по-странному сложен.
Глухонемое сердце
Взломает замок груди.
Только дай мне на что опереться,
А потом, если надо, иди.
Шаги от стены до стены
Бьют, как часы на башне.
Вгрызается чувство вины,
А с тобой это было не страшно.

Конфликт — это лом между двух шестерёнок.
Встаёт речевая. Бессилие лап.
Тебя наругали, а ты — не ребенок,
А рук очень мало на целый кулак.

Тот лом хорошо подошёл бы под стержень,
Его уже явно пора заиметь.
И что же мешает? Что тебя держит?
Придётся кому-то за то умереть.

И как ни крои, а никак по-другому...
Не вденется в мягкое сердце металл.
Разрежь — и взрастёт, словно свой, по больному
Нетленного стержня структурный кристалл

Мы любим лишь раз, запомните, люди!
А позже только сердцем рукоблудим.
Мы боимся открыться - там боль.
И сердце пожрала треклятая моль!
Нас так много красивых, хороших вокруг,
Но все одиноки, с чего, блин, вдруг?
С каких это пор, когда мир поменялся?
Что в безразличии кружимся вальсе?
Почему так много одиноких и чистых сердец?
Потому, что не знали как любить, и это пи***ц!
Отчего так холодно, и вот метели души?
Оттого, что разок не туда мы зашли.
Мы так боимся открыться блеску окружающих глаз,
Так как в бошке сидит пара контуженных фраз.
Нас так много хороших одиноких сердец,
Что, боюсь, этому миру конец.
Мы поколение запертых в клетках собственных душ,
Смотрящих в отражение искажающих луж...
Нам сделали больно, когда мы любили,
Но мы не забыли, и не простили...
Мы поколение прокаченных мозга и поведенья.
А для жизни нужно лишь от любви вдохновение.
Мы поколение потерянной в прошлом любви,
Захлебнувшихся в своей же крови
Неизданных желаний, действий и тем.
А сейчас нам быть бы хоть как-то , хоть с кем...
Мы поколение, что не откроется уже никому...
Мне грустно, сам в этом тону...
Я тот, кто жаждет уйти с головою в омут чистой любви,
А пока лишь бы просто с ума не сойти...

Видишь, зима, — говорит кот, —
Наше любимое время.
Санки, сугробы, на речке лёд,
Снег лежит на деревьях.
Кажется, хочется озорничать,
Ветром прохожим под ворот
Прятаться, дёргать за шарфы, бежать
В вечно живущий город.
Но безмятежностью на крыла
Маленьких и беззвучных
Белых снежинок ночная мгла
Высыпет горсть из тучи
И засияет, как звёзд огни,
Белое оперение.
Бог погладит на тебя,
Простит прежние прегрешенья,
Пётр поведёт за собою в рай,
Скажет: смотри, как вышло...
Здесь всё, что хочется! Выбирай,
Глупый земной мальчишка.
Ангелом станешь беречь от бед
И бесконечных хворей,
В дикую бурю нести рассвет
Первым лучом над морем.
Будешь над крышами пролетать,
К нам загляни погреться.
Мама ватрушки пекла опять,
Жаловалась на сердце.
Ах, если б было наоборот!
Были бы мы теми?
Видишь, зима, — говорит кот, —
Наше любимое время...

Может быть, я уже исчерпался
на строки по тем, кто того не стоил.
Слова больше не вяжутся в танцы,
слова не синоним боли.

Мне больше не пишется, я онемел,
на тебя уже не хватает слов —
я, как муж своих строк, овдовел
и потерял потомство из строф.

И тебя описать я могу
лишь молчанием и тщетно пытаться
сочинить хотя бы строку,
отойдя от клейма паяца.

Может, ты не причиняешь мне боли:
оттого тишина и нет слов —
описав всех тех, кто не стоил,
я молчу о достойной стихов.

Небо темнело, тучи сгущались,
Ветер носился между домов,
По тротуарам люди шатались,
Выли от страха в тысячу ртов.

В баре напротив мерзкие рожи
Бешено пили водку со льдом,
Лезли на стойку в пьяном дебоше
И воротили дикий дурдом.

Мимо промчалась тёлка с коляской,
Жутко швыряя взгляд на толпу.
Жирный малыш, встревоженный тряской,
Тупо вопил в зловещую мглу.

На остановке мерзкие бабки
Ждали автобус (Видимо в ад),
Рыли тела в вонючие тряпки
И испускали мертвенный смрад.

Тихо скуля по розовым грёзам,
Не принимая всё, что кругом,
Я задался библейским вопросом:
Может Господь не выжег Содом?

Принцесса мёртвого леса,
Дочь черёмухи и чертополоха,
Выходит из терема своего,
Когда филины начинают охать
О том, как сложно и боязно жить на свете,
О том, как быстро и незаметно летят столетия.
Принцесса зимнего леса идёт тропою,
Где бурые лисы под орешником норы строят,
Где солнце спряталось на полгода, а может дольше,
Где спят под снегом от холодов укрытые колокольчики.
И вот весна в лесу зелёном бежит ручьями,
Пускают по их волнам кораблики мальчуганы,
Из деревень соседних пришлые на минутку.
Принцесса смотрит на них ласково, смеётся над шутками,
Тропинками водит в малиновые овраги,
С дорог убирает рытвины и коряги,
И земляничных полянок сладкие тайны
Шепчет на ухо пришедшим в мир её обитания.
Но вырастают дети, проходит лето,
Лес становится жёлто-алого цвета,
Мир осыпается листьями, проходит время чудес,
И тихо.
И снова выходит из терема принцесса мёртвого леса.

Невыразительное в частотах.
Музыка прячет меня от внешнего.
Бог, всё равно, где ты и кто ты,
Зла не держи на меня, на грешного.
Утро - дефицит ультрафиолета,
Холодильник - жизнь, что закатана в банки.
Осталось жить пятьсот дней до лета,
Там вынем шрапнели, залечим ранки.
Пропаганда рупором в обе стороны
Давит в меня, на такую кроху.
Сердце поломано, рёбра порваны,
И в лёгких нет лишнего места для вдоха.
Снег нарастил из грязищи панцирь,
Здесь я ему завидую в чём-то.
Запустить бы поглубже в голову пальцы,
Хоть раз ощутить свободу полёта,
А не биться, как рыба, глухо об лёд,
В потолок, что кому-то другому - пол.
Слушай не сердце, оно часто врёт,
Оно жаждет поданным быть на стол,
Оно так давно растеряло прыть.
Внутри у него одно лишь желание:
Перестать для тебя бесконечно быть
Двигателем внутреннего выгорания.

Слушайте, ребяты. Такая мысль на ночь глядя: многим жеж неудобно в инсте сидеть, я полагаю. VPNы эти ваши забугорные искать постоянно. А мы там, между прочим, Reels выкладываем - нарезки самого интересного с выпусков подкаста.

Так вот: вам сюда их дублировать? Ну, вдруг вам тут легче нас поддерживать и репостить как-то? Давайте из интереса натыкаем опрос

Если испытывали сонный паралич, делитесь своим опытом