Ну вот и всё, мы закрыли девятый сезон и снова уходим на каникулы :) это не означает, что мы исчезнем из поля зрения, нет. Мы всё ещё с вами. Мы всегда с вами.

Вы всё ещё можете закидывать свои стихи в Свободное перо, в предложку самого сообщества, писать сообщения в паблик или мне в личку ВК или прямо тут, в ТГ.

Если нас куда-то позовут выступать, присоединиться к фестивалю или участвовать в конкурсе, я буду держать об этом в курсе здесь, в телеграм-канале.

Спасибо вам за этот сезон. Простите, что он получился немного неровным. Ваша поддержка очень много для нас значит. Вы благодарите нас после каждого вечера, а я не устаю благодарить вас. Это вы делаете вечера такими уютными. Это благодаря вам продолжается наше поэтическое движение. И продолжится ещё в десятом сезоне.

Всех люблю, увидимся!

Посмеёшься, отвернёшься, всё забудешь и уйдёшь.
Отпечатки твоих пальцев вызывают во мне дрожь.
Даже самый сильный градус не смывает этот стыд.
Делай вид, что "это" - шутка - я привыкну...
Ты привык.

С каждой твоей шутки тянет
к горлу тяжелейший ком.
"Ты сама о всём молчала, что же лезешь на рожон?"
Недоступна, уязвима. Проглотила свой язык.
Делай вид, что "это" - шалость - я привыкну...
Ты привык.

Подпустила слишком близко.
Моя слабость - твой улов.
Подойди ко мне поближе, покажи, на что готов.

Обижаться, миловаться, оскорбиться - твой удел.
Ты мне мерзок. Ты - предатель.
Моя сила - твой предел.

Эти руки, в работе стёртые, грели в мороз.
Эти глаза от вселенской усталости бледно-тусклы.
Самим им подавно не выплакать этих бусин —
Младенцам придется пить из оков желёз...

Колыбелька мала стала всем им уж очень быстро.
Как атланты, расправили плечи, да грудь «колесом».
Стало быть, пришла пора им сменять караулы.
Под громкий ведь смех, как водится, все нипочём.

Домик карточный, притчею став во языцех,
С вальса дырявым звуком трещит по швам.
И уходит земля, вся больная уж, по крупицам,
Подобно старинной смальте, тлеющей по кускам.

И плачет же горько монах, кроет голову пеплом:
Стёрта дата рождения, вновь заказан молебен,
И к груди уж чужие дети так рьяно рвутся.
А по ком ему плакать, коль все так громко смеются?..

Я судьбе благодарна очень
За исток, за начало начал
И за ангела, что меня ночью
На руках своих нежных качал.

Пел мне песни, рассказывал сказки,
Утешал в час тревоги меня,
Окружая заботой и лаской,
Отдавая частичку себя.

Его сердце - бездонное море,
В нем и мудрость, и свет, и тепло,
С ним меня никакое горе
Не сумеет разбить, как стекло.

Этот ангел всю жизнь неустанно,
Как маяк, освещает мне путь.
Имя этому ангелу - мама,
В нем вся сила Земли и суть.

Я судьбе повторять не устану:
"Ты меня наградила сполна,
Я тебе благодарна за маму,
Что меня в этот мир привела!"

Вот я - бесформенный фокус фигур Фуко,
Фрагмент из отсутствия смысла,
Душа астрофага в тапочках и трико,
Только пахну борщем прокислым,
Яркий танец солнечных бликов реки
В кладке невыспавшихся мостов.
Вторичность материей нареки -
И я стану материей этих слов,
Репродуктивной формой под микроскопом
На предметном стекле трамвая.
Я - осколок, принадлежащий осколкам,
Предсказуемая кривая,
Самоподобный фрактал из любви и склок,
Призрак невыплаканой слезы.
ждфыввотмдоыватмылсомртыклтрамклоТ
лыоваловталовытлостывлтсдмьсдл
ыдвлтсывлотыотсловытслот
сдытсоывтслотывслотслос!

Здравствуй, непознанный мир!
Я раскрываю объятия...
Воздух вдыхаю с твоих глубин,
В танце кружусь в белом платье.

Я тебя чувствую, вижу тебя,
Я с тобой одно целое!
Ты же прими меня, свято любя,
Так, чтоб в себя я поверила.

Песни даруй мне в мирной тиши
И расскажи про пути шелка.
Нежным дыханием ты напиши
Ладную песнь, что душе близка.

И выходя в просторы твои
Я буду петь, словно в первый раз!
Слышишь, звучу я на нотах любви
Завтра, вчера, и прямо сейчас...

Посыпалось белое одеяло,
Люди попрятались в тряпки.
Мало пространства, времени мало,
А мы всё играем в прятки.

Ледники, говорят, растают,
Потеплеет внутри и снаружи.
Тишина так звеняще пустая,
Я так сильно тебе не нужен.

Разбежались по полюсам.
Обещаешь мне оттепель в мае?
Во всём виноват я сам,
И, кажется, всё понимаю.

Картина холодной кухни:
Опиум, стул и ложка.
Только выстой, прошу, не рухни,
Пока в душу скребётся кошка.

Всё казалось далёким, высоким,
Но возможным достать руками,
Только вышли совместные сроки.
Мёртвый город в оконной раме

Мне не стал ни на метр ближе,
Да и звёзды ниже не пали.
Мы когда-нибудь раны залижем,
Только вместе уже едва ли.

Ребят, а мне точно все желающие поехать на Шевле отписались? Вдруг кто-то не увидел. Время ещё есть