Ну вот и всё, мы закрыли девятый сезон и снова уходим на каникулы :) это не означает, что мы исчезнем из поля зрения, нет. Мы всё ещё с вами. Мы всегда с вами.

Вы всё ещё можете закидывать свои стихи в Свободное перо, в предложку самого сообщества, писать сообщения в паблик или мне в личку ВК или прямо тут, в ТГ.

Если нас куда-то позовут выступать, присоединиться к фестивалю или участвовать в конкурсе, я буду держать об этом в курсе здесь, в телеграм-канале.

Спасибо вам за этот сезон. Простите, что он получился немного неровным. Ваша поддержка очень много для нас значит. Вы благодарите нас после каждого вечера, а я не устаю благодарить вас. Это вы делаете вечера такими уютными. Это благодаря вам продолжается наше поэтическое движение. И продолжится ещё в десятом сезоне.

Всех люблю, увидимся!

Посмеёшься, отвернёшься, всё забудешь и уйдёшь.
Отпечатки твоих пальцев вызывают во мне дрожь.
Даже самый сильный градус не смывает этот стыд.
Делай вид, что "это" - шутка - я привыкну...
Ты привык.

С каждой твоей шутки тянет
к горлу тяжелейший ком.
"Ты сама о всём молчала, что же лезешь на рожон?"
Недоступна, уязвима. Проглотила свой язык.
Делай вид, что "это" - шалость - я привыкну...
Ты привык.

Подпустила слишком близко.
Моя слабость - твой улов.
Подойди ко мне поближе, покажи, на что готов.

Обижаться, миловаться, оскорбиться - твой удел.
Ты мне мерзок. Ты - предатель.
Моя сила - твой предел.

Эти руки, в работе стёртые, грели в мороз.
Эти глаза от вселенской усталости бледно-тусклы.
Самим им подавно не выплакать этих бусин —
Младенцам придется пить из оков желёз...

Колыбелька мала стала всем им уж очень быстро.
Как атланты, расправили плечи, да грудь «колесом».
Стало быть, пришла пора им сменять караулы.
Под громкий ведь смех, как водится, все нипочём.

Домик карточный, притчею став во языцех,
С вальса дырявым звуком трещит по швам.
И уходит земля, вся больная уж, по крупицам,
Подобно старинной смальте, тлеющей по кускам.

И плачет же горько монах, кроет голову пеплом:
Стёрта дата рождения, вновь заказан молебен,
И к груди уж чужие дети так рьяно рвутся.
А по ком ему плакать, коль все так громко смеются?..