Всякий раз, когда за  словами о «безопасности» пытаются спрятать.. трусость перед вызовами времени, на свет появляется чудовище. Под прикрытием ритуальных заклинаний о защите суверенитета происходит не что иное, как атака на фундаментальные основы конституционного строя. И делается это с одной целью - загнать свободных людей в цифровой концлагерь, где главным надзирателем выступает МАХ (Rutube? VK? - суть не меняется), а архитекторами этой новой реальности выступает геронтократия, утратившая связь с обществом...
В основе лежит грязный, циничный коррупционный интерес. Выгодоприобретатели здесь те же, что и всегда: те, кто пилит бюджеты на системы блокировок (TSPU, DPI), те, кто тут же собирает дань с граждан за их «обходы», и те, кто мечтает о тотальной монополизации интернета. Удивительным образом.. часто это одни и те же люди. Они создают проблему, чтобы тут же продать её решение, прям как бандиты 90-х.
Но, как это часто бывает в истории..возня, затеянная против конст. прав и вопреки эконом. интересам страны, рождает глубокие социальные процессы.
Общество раскололось. С одной стороны - «цифровые подданные», бюджетная страта, покорно принимающая правила игры. Эти люди уже примеряют на себя цифровой ошейник, искренне веря, что «так спокойнее». Но есть и те, кто отказывается быть скотом в загоне. И здесь кроется главная интрига современности: более половины активных пользователей используют средства обхода блокировок. Это уже не просто статистика - это масштабное цифровое сопротивление..выраженная не на митингах, а в тишине смены VPN и Proxy .
Неприятие «МАХа» стало тем самым цементом, который консолидировал общество. Люди не хотят менять мессенджер...Это не просто упрямство и не привычка. ТГ стал не просто средством общения. Сегодня это цифровой эгрегор Русского мира... Здесь, в каналах и чатах, воссоздается та самая «соборность», о которой любили рассуждать философы Серебряного века. ТГ стал местом, где русский язык обрел новую среду обитания, свободную от токсичности официоза и усталости от лживого телевизора... Эгрегор - это не абстракция, это энергия миллионов, объединенных общей волей..
Именно поэтому попытки уничтожить ТГ банальными техническими блокировками терпят крах. Чтобы убить эгрегор, недостаточно перекрыть порты или внести IP-адреса в реестр. Для этого нужно уничтожить его носителей. Тех самых людей, которые своим ежедневным присутствием.. воссоздают этот феномен.
В прошлый раз, когда противники..неконтролируемого конституционного пространства уже пытались задушить мессенджер..у них не получилось.. Сегодня они готовы идти до конца. До последнего русского, который осмеливается мыслить вне навязанных рамок.
И тут нельзя умолчать о подлом контексте. Пока одни внутри страны пытаются уничтожить русский цифровой мир, снаружи этому рукоплещет Зеленский. Киевский режим, понимая, что ТГ - это последний бастион свободной коммуникации на постсоветском пространстве.. приветствует блокировки. Враг аплодирует действиям...Это ли не лучший индикатор того, что блокировки работают против нас?

Давай не будем делать вид, что выбора нет. Давай не будем проМАХиваться в угоду участникам заговора против Конституции нашей страны. Мы просто делаем то, что всегда делали, когда нас пытались загнать в стройные ряды: остаёмся на кухне, находим лазейки и помним, что настоящая пионерская дисциплина - это не умение слушать начальника, а умение не потерять друг друга, когда начальник пытается нас разлучить.

в  результате допущенного  нарушения АО«Издательство  «Просвещение» наносит  явный прямой ущерб потребителям, бюджетной системе РФ, на что обращено внимание в оспариваемом решении.

АО  «Издательство  «Просвещение» за счёт  потребителей извлекает
необоснованную экономическую выгоду ввиду наличия у него  доминирующего положения на товарном рынке, и выдача предписания о перечислении в бюджет является соразмерной мерой допущенному нарушению, поскольку привлечение к административной ответственности не  компенсирует  бюджету РФ возникшие вследствие нарушения негативные социально-экономические последствия, к которым, в  частности относится и  возникший дефицит  школьных учебников в отдельных регионах.