#АннаГолубкова
Казалось бы, зачем нужно публиковаться? Особенно в ситуации, когда текст оказывается важным прежде всего для самого автор_а как факт его/ее внутренней жизни. Что тут могут изменить несколько откликов неравнодушных читателей? Если они, эти отклики, конечно, будут. (Вопрос адекватных гонораров мы стыдливо выносим за скобки.) И тем не менее только публикация позволяет поставить настоящую точку и окончательно отделить текст от себя. Завершенный труд становится ступенькой для дальнейшего движения. По сути, именно книга делает автор_а свободным/ой от собственного текста и от вложенного в него времени и труда. Именно книга позволяет, так сказать, "ступив на прежнего себя, подняться в высшие пределы".

#ТатьянаРиздвенко

* * *
Соседство — важнейшее из искусств.
Но я всё никак не войду во вкус.
Мне бы хотелось приходить с корзинкой фруктов,
к соседям, с яблочным пирогом:
добро пожаловать в наш общий дом!
Но это смотря каких подселили фруктов…
Мы делили старинный северный дом
со странной компанией, укладывающейся с трудом
в обычную схему: семья, друзья.
Раскусить этих было нельзя.
Самое простое: семейка вампиров.
Вампир-художник, вампир-рыбак,
вампир-девица, вампир-просто-так.
Просто-так всю неделю простоял, глядя на озеро,
меняя локацию: рассвет, закат.
Художник безостановочно писал это озеро,
меняя локацию, не поднимая зад.
Их девица была не вампир, а ведьма,
красивая, смуглая, злая, за двадцать едва.
Кем она приходилась остальным вампирам?
Дочь, внучка, племянница? у вампиров же нет родства...
Вампир-рыбак был среди всех самый лучший:
он вообще не показывался на суше.
Кстати, у них никогда не пахло едой,
не шипело весёлою сковородой...
Ладно, думаю, напишу хоть про них рассказ,
раз
так они мою душу смутили.
Но никак не приходит писательский что-то экстаз,
стишок и тот идёт еле-еле.
Не постичь
вампиров, хоть неделю делили кров...
Не забыть,
как они отшатнулись от предложенных белых грибов.

Из подборки, опубликованной в журнале "Знамя", №12, 2022
https://znamlit.ru/publication.php?id=8493

Татьяна Бонч-Осмоловская

***
девочка в поле играет на флейте
и звуки взлетают к небесному своду
не знавшая горя страха войны от роду
в школьной форме волосы убраны в косы
заплетены до пояса белой лентой
девочка в поле играет на флейте

девочка в поле играет на флейте
мелодия вьется песчаным смерчем
вплетается в дым выступают слезы
хор цикад из окопа ангелы полулежа
палят красотой от бедра картечью
девочка в поле играет на флейте

девочка в море играет на флейте
кораблю туда не войти мореходу
не найти крова последнему сброду
протяни руку без жалости без сожаления разверни
полки на рассвете на ангелов змей пауков непогоду
в центре бури слушай замри ближе раскаты грома
в слезах в тоске в тротиловом эквиваленте
девочка в море играет на флейте

девочка играет на флейте
босиком примотанная к громоотводу
в военной форме на краю мироздания в заключительные моменты
задыхаясь закрываясь от ветра на последнем изводе
прилипая губами к замерзшему инструменту
девочка играет на флейте

девочка в небе в засохшей крови земли от восхода
до заката продолжает играть на флейте
ошметки звуков вырвались на свободу
девочка не подчиняясь уже указу
вбивает клин в легкую твердь возьми
скажем сожженный куст лестницу в небо
не смотри ступени тают растаяли растут росли
слышите в уголке в вышине не жалейте
девочка в небе играет на флейте

девочка в поле играет на флейте
и звуки взлетают к небесному своду
кто-то ведь должен играть восходу
раздвинуть занавес заглянуть на ту сторону
раскрывая звуками флейты как в смерти как в родах ворота
разогнать стаю плачущих карканье ангелов
увидеть верблюда город орла и корову

девочка в поле играет на флейте
и звуки взлетают к небесному своду

(Авторский блог)

#выбор_Анны_Голубковой

Это очень многослойное стихотворение, смысл которого, на мой взгляд, невозможно полностью раскрыть в нескольких абзацах. Поэтому попробую наметить лишь пунктирную линию интерпретации. После первого чтения обращаешь внимание исключительно на мастерски выстроенный визуальный ряд, который воспринимается как своего рода стихотворный «видеоклип». Девочка играет на флейте на фоне происходящей катастрофы, и если посидеть в тишине минут десять, даже может показаться, что ты слышишь эту музыку, под которую мощно и последовательно разрушается мироздание. Ну а для того, чтобы увидеть апокалипсис, даже не надо напрягать воображение, достаточно открыть любой новостной телеграм-канал. Но это, так сказать, только первый уровень. Всякий читатель, уже знакомый с поэтикой Татьяны Бонч-Осмоловской или хотя бы читавший другие ее стихи, знает, что для нее огромное значение имеют образы, восходящие к античной и восточной мифологии. Не случайно тут появляется девочка и совершенно не случайно она играет именно на флейте. Флейта, она же сиринга, свирель, часто упоминается и в древнегреческой, и в пасторальной западноевропейской, и в русской поэзии. Достаточно вспомнить хлебниковское «И я свирел в свою свирель, / И мир хотел в свою хотель», в котором также идет речь о преображении мира. Девочка в школьной форме с убранными в косы волосами — это на самом деле нимфа Сиринга, которая превратилась в тростник, чтобы таким образом избежать насилия со стороны бога Пана. В трубы трубят архангелы, возвещая о конце мира и наступлении Страшного суда. И конец света действительно происходит. Но вместо архангела здесь девочка с флейтой, христианский миф соединяется с древнегреческим, чтобы в конце стихотворения предложить читателю робкий намек на надежду. Ведь время у древних греков ходило по кругу, и за концом непременно следовало возрождение. Именно такую мифопоэтическую картину и предлагает нам в своем стихотворении Татьяна Бонч-Осмоловская: смерть становится родами во что-то иное, мир перерождается, но нам пока не дано увидеть, каким он станет даже в ближайшем будущем. Единственное, в чем можно быть абсолютно уверенными, Страшный суд, он же гаагский трибунал, непременно состоится.
#комментарий_Анны_Голубковой

#МаринаХоббель
Статью Марины Хоббель цитирует канал феминистского подкаста "Своя комната", и там очень много комментариев!
https://t.me/myroompodcasts/380

#ТатьянаБончОсмоловская
Одна из удивительных вещей на выставке месопотамских артефактов, которая проходила в Музее Моргана в Нью Йорке и была посвящена первой известной авторке Энхедуанне и другим женщинам: вот эти объекты из мрамора и обсидиана, статуэтки женщин в парадный одеждах со сложными прическами, определяемых как верховные жрицы и держащих на коленях глиняные таблички. Не столько даже сами фигурки, хотя на этих лицах 35+ столетней давности можно считать выражение (когда головы сохранились), меня поразило их описание - долгие годы с момента раскопок и до недавнего времени они значительно в каталогах как женская статуэтка неизвестного смысла. То есть, есть изображение вознесения молитв глиняной табличке, глиняная табличка на троне - это понятно, письмо обожествляется, это божий (богини Нисабы) дар человечеству, понятно. Жрица, грамотная женщина, в ее обязанрости входит письмо! написание священных текстов! сидит в парадной платье с табличкой на коленях - не понимаем вообще, о чем это.
Открываем глаза, смотрим - женщина пишет. Клинышками по глине, ручкой по бумаге, клавиатурой в облако. Писали, пишем, будем писать :)

#АннаГолубкова
Этот текст был написан во времена коронавируса, но гораздо больше он подходит к актуальной ситуации в российском книгоиздании.

ЗАКОН ЗАПРЕЩАЕТ

На этой улице буйно и свободно цвели липы. Кругом шумел и выдыхал ядовитый газ огромный неуютный город, налагавший на своих жителей все большие и большие ограничения. Сначала нужно было ходить только по правой стороне улицы, потом потребовалось через каждые пять шагов подпрыгивать, потом это расстояние сократилось до трех шагов, потом потребовалось подпрыгивать уже через каждый шаг. Те, кто по состоянию здоровья не могли позволить себе подобные утомительные упражнения, должны были оставаться дома и бесконечно по телевизору или через специальную интернет-трансляцию смотреть сериал «Лебединое озеро». Меж тем на улице нарастало напряжение. Так как подпрыгиваний уже, видимо, не хватало, ввели поклоны – сначала точно так же через пять шагов, потом через три, а потом через один шаг. Нужно было сделать шаг, подпрыгнуть и поклониться, сделать шаг, подпрыгнуть и поклониться… И так всю дорогу до метро, если не можешь позволить себе поездку на такси. Для тех, кто ездил на такси, имелось послабление – они могли поклониться и подпрыгнуть только при посадке и высадке из машины. Конечно, постоянные физические упражнения полезны для здоровья, говорили одни. Другие, потирая ноющую поясницу, одобрительно кивали и по инерции продолжали подпрыгивать и кланяться, даже когда делать этого уже не было нужно. Пространство квартиры, которое никогда тут не было в полном смысле слова крепостью, то есть домом, до краев заполняла невероятно надоевшая музыка, которую не было никакой возможности отключить.

#АннаГолубкова
У Шэрон Стоун IQ 154, как у Эйнштейна. Но знаменитой она стала только после фильма "Основной инстинкт", где продемонстрировала известно что. Вам все ещё кажется, что "в положении мужчин и женщин нет никакой разницы"?

ВЕЛОСИПЕД

На третьем курсе наша подружка Саня влюбилась. Со своим Сашей они довольно скоро поженились, мы все были на той свадьбе. Собственно, свадеб у них было две. После пары лет совместной жизни они развелись, довольно скоро завели каждый новую семью, родили по ребенку. Браки, я близко знала только Санин, были интересные, но они развалились. Саня и Саша снова встретились, когда им было за сорок, и поняли, что это судьба. Снова поженились, произвели на свет девочку, у которой оказались старшие брат и сестра от предыдущих родительских браков.

Первой Саниной свадьбе предшествовал бурный студенческий роман. Саня рассказывала, что когда они с Сашей кувыркались на полу, на них упал приставленный к стенке велосипед. Эта сцена, велосипед, не выдержавший накала молодых страстей, долго не выходил у меня из головы.
Они были очень симпатичные, она восточная красавица с отлично развитым интеллектом, Саша – копия главного героя сериала «Вавилон-Берлин». Сейчас это взрослые усталые люди, правда, моложавые и почти такие же красивые. Саня преподает, Саша не работает, он на инвалидности, а я все не могу забыть им тот велосипед.
#ТатьянаРиздвенко_минипроза

#ТатьянаБончОсмоловская

Полина

Когда на город у моря приходит мгла гарь колючий заржавленный снег
Невозможно дышать сквозь тучи льется хрустальный багровый свет
Поломана кнопка звонка посланец из Порлока настойчиво колотится в дверь
От первого мама прошли миллиарды лет

Полина наконец просыпается слушает пересказ мануала пока собирает сумку и чемодан
Глядит затянулась трещина в камне от вершины под взглядом луны дыра
Итальянец из Кубы отвечает юноше венецианцу писавшему из Судака
Аэропорт открыт Полина листает лениво Канада Калгари Катманду улетает в неведомые города

Человек в разноцветных одеждах пришедший откуда неведомо ушедший по морю как по земле
Известный как человек из Гаммельна хватает за руку посланца стучащего в дверь
Полина дремлет в кресле на коленях книжка о лодочнике заложена на вгоняющем в сон стихе
Самолет развернулся в пути Полина сквозь дрему в сотый раз слушает старый трек

Сладкозвучная музыка звезд треньканье рассохшихся арф пробуждает руины меандра еще виток
На закладке книжки девочка с соломенными волосами держит моток
Слушает песенку сфер шелест открыток из двухсот сорока трех городов
Глядит в окно там течет немая река сквозь пещеры и горы впадая в тихое море без слов

Видит высокие стены и город и сад внутри стен островки зелени среди жесткой глухой желтизны
Самолет Полины кружит петляет еще раз пять внизу крики фейерверки мемуары немой войны
Отвечает поляку блуждающему в белизне лабиринтов в безутешной памяти о родных
Словно круги на течении реки от брошенного кирпича потерялись сквозь пальцы в потоках иных

Стюардесса объявляет подъем завтрак таможенные декларации на высадку сорок секунд
Позабыв название города переставляя строки открыток буквы К Л Г Р наобум
Попрощавшись с девой из Абиссинии вытряхивая из волос застрявшую во сне ерунду
На выходе из аэропорта Полина отправляет домой фотографию Ксанаду

#МаринаХоббель
Преодоление

С социофобией нечего делать на спортивных сборах. Кому угодно, только не мне. Я преодолеваю. Я спортсмен, у меня черный пояс, и я преодолеваю, преодолеваю, преодолеваю. Я безостановочно выставляю себя не тем, кто я есть, и это продолжается настолько долго, что я забыл, кто я есть. А может, никогда и не знал, никогда не помнил. В конце концов, кто мы есть? Иллюзии личностей, созданные памятью, чаще всего мнимой, и ощущением наличия тела, которое на 99,99 процентов пустота.
Я ходил на групповую терапию, нифига мне это не помогло, зато познакомился с целым ворохом таких же горемык, из которых многие не функционировали без таблеток вообще. На их угрюмом поднывающем фоне я чувствовал себя победителем, ну еще бы, поскольку вполне успешно скрывал свое нефункционирование, то есть в этом смысле терапия, может, мне и помогла, подлатала самооценку, хотя во всем остальном она была глупо потраченным временем.

Полностью: http://articulationproject.net/4325

#АннаГолубкова
Прямо целый роман можно выстроить вокруг этого раздраженного фрагмента:

Любовь - это романтический буржуазный патриархальный конструкт, которым, как правило, прикрываются ситуации абьюза, манипуляции и эксплуатации. Не может быть никакой "любви" между мужчиной и женщиной, если нет гендерного равенства.

#ТатьянаБончОсмоловская

Медуза

подруги считали ведьмой, матери им подпевали,
в драных джинсах, а выступает как королева,
лопает и не толстеет, сколько ни пожелает,
и кавалеров не счесть, как посмотрит, валятся штабелями,
так и шествовала, до того разговора, заточкой под ребра,
да откуда взялась ты, без роду без племени, ни рыба ни мясо,
заглянула в амальгаму на шифоньере и обомлела —
рассыпалась мелкой щебенкой, сплетнями и камнями.
это кровь, это косы генетической памяти,
сплетаются в иерос гамос, веселом змеином танце,
сколько ни взлетай над рогами быка,
ни восходи по весенним ступеням,
сколько ни убегай в вечнозеленую рощу, ни открывай грудь ветру,
сколько ни уползай в катакомбы, ни заплывай в пещеру,
всяко приходит красавец герой, ставит мутное зеркало
перед нею,
впервые глядит на себя — и намертво столбенеет,
не то что удар нанести, рассвирепеть толком не успевая.
но огромное большинство их погибает еще до рождения,
безвольные, прозрачные, аморфные твари,
не вылупившиеся, не вылепившиеся из соленой утробы,
не отрастившие ни косточки, ни единого твердого убеждения,
из любопытства, ненароком, услышав в полусне ли, дурмане ль —
уродина без лица, со стороны на себя погляди,
увидят свои тусклые тени изнутри водной глади
и распластываются в прибое мертвыми вязкими пузырями.

#ЕленаСоловьева
Из подборки "Кисловодск-21"
Полностью на сайте "Артикуляции"

#ИринаСаморукова
Из статьи профессора, доктора филологических наук Татьяны Казариной об Ирине Саморуковой:

Те, кто с Ириной Саморуковой знаком лично, заглядывают в каждое ее новое произведение не без опаски. Дело в том, что все ее вещи «с ключом», то есть за персонажами в них легко угадываются прототипы, реальные люди, хорошие знакомые. И кто знает, не превратила ли на сей раз тебя эта «авторка» в какое-нибудь чудовище или посмешище?! Написала же она роман «Факультет чтения и письма», в котором действуют ее коллеги, преподаватели с ее кафедры, причем все они помещены в необычные условия, а это, как известно, выставляет напоказ не только сильные, но и смешные стороны личности. Вроде бы никто не обиделся, и сама Ирина объясняла в опубликованных тогда интервью, что сделано всё это было из большой любви: ей хотелось увековечить тех, кого она так давно и хорошо знает. Но ведь понятно, что она ходила по лезвию, рисковала вызвать скандал или, по крайней мере, чью-то серьезную обиду.

Полностью статья опубликована в 14-м выпуске "Артикуляции".

#ТатьянаБончОсмоловская

Эвридика

даже в бездну спускался вослед за мной
когда же оставит меня одну
мне бы совпасть с туманной стеной
невесомою щепкой под мостом утонуть
мне бы ломаным льдом на траве лежать
лучиной увядшей на грани сна
песком дребезжащим в горло бежать
горна разревевшегося докрасна
непросто восстать из-под гнета дней
разогнаться до второй космической на борту
циферблат кружится отмеряет теней
парсеки материи размеренную суету
с верхушки конуса серебряный звон
в основание черепа глухой удар
в этот раз он оглянется перелезая забор
в этот раз он оглянется когда скажу да

#ТатьянаРиздвенко_минипроза

Абитуриентки

Не помню ее имя. Никакое из обычных (Лена, Света, Ира, Наташа) не садится на мое о ней воспоминание. Познакомились на подготовительных курсах худрафа. Взрослая женщина 23 лет, разведенная, мама двухлетней девочки. Миловидная, кудрявая. Маленькая, ниже меня. Я все думала: зачем ей институт? Это же для молодых…
Несколько раз, когда дочку не с кем было оставить, она приводила ее на занятия. Девочка бегала между столами, и все проявляли чудеса толерантности, умиленно улыбаясь, ждали, когда счастливая мать урезонит малышку.
Мы с ней оказались соседками. Трижды в неделю возвращались вместе, ехали до Рязанского проспекта. По дороге она рассказывала мне свою недлинную, как сейчас понятно, жизнь. Короткое замужество, развод, новые мужчины. Помню, она осуждала собственную мать за то, что та себя «совершенно запустила», так что дочь «понимала» измены отца. С ним я как-то познакомилась, веселый сатир с бородой и огненными глазами.
Мне было 16, а ее тянуло на интимные беседы. Она не совсем понимала, насколько я для этого гожусь. Я очень люблю, когда глубоко, говорила она, потягиваясь. И смотрела на меня испытующе. Ты ведь целовалась? Я кивала. А глубоко, с языком? Я кивала еще сильней. Ну, вот типа того…
В отместку я давала ей читать свои стихи, отпечатанные на машинке «Любава». Она читала, искренне восхищалась, как ловко у меня получается сочинять и рифмовать. Говорила, что я очень умная.
Не помню почему, в разговорах наших часто фигурировала психология, она произносила – «психиология».
Я поступила, она нет, больше мы не виделись.