Доброе утро, подписчики, как ваши дела, подписчики.

Если твой отец - известный пианист, мать - сестра великой актрисы, а дед - политик, то в детстве, наверное, сложно определиться, кем ты хочешь стать, когда вырастешь. Но маленькая итальянская девочка по имени Алессандра решила, что возьмет от жизни всё и попробует себя во многих стезях.

В подростковом возрасте, попав под крыло своей тетушки, Софии Лорен, она уже успела сняться в парочке фильмов, один из которых, "Необычный день", получил Золотой глобус и пару номинаций на Оскар, а затем даже попала в качестве соведущей на телешоу. Но, видимо, этого было недостаточно, и в 20 лет во время поездки в Японию девушка согласилась на запись альбома в столь популярном в той местности стиле джаз-фьюжн. Раз многие итальянки хорошо продавались здесь, то почему бы и не попробовать?

Над записью альбома трудились пусть не самые большие, но всё-таки звёзды: Мики Кёртис в качестве продюсера, Хироси Сато на клавишных, и Кристиано Мальджольо в качестве автора песен. Ну ладно, с Кёртисом я перегнула, культовый мужик в шестидесятых для рок-сцены был. Не могу сказать, что хоть кто-то из них постарался на славу. Песни, купленные у итальянского поэта, кажется, были одними из худших, что выходили из-под его пера - глупые тексты от лица школьницы, спетые леди, снимающейся для журнала Плейбой звучат немного нелепо. А призванные спасти ситуацию экстравагантные аранжировки забивают еще более нелепый вокал, ведь героиня поста до этого никогда не пела. Но ведь пытаться никто не запрещал, да? Впрочем, не стоит выкидывать альбом на помойку - стартовый трек Tokyo Fantasy, да и еще парочка композиций (Amai Kioku и Tears), можно сказать, что удались.

Альбом выпустили только в Японии, по понятным причинам он не взлетел, как и последующая актерская карьера самой старлетки - съемки для Плейбой подпортили репутацию. Через восемь лет попыток стать кинозвездой Алессандра ступила на политическое поприще и до сих пор является членом итальянского парламента. И еще художницей. И иногда актрисой.

В общем, к чему я это все. Не бойтесь творить и делать, пробуйте, пытайтесь, и, возможно, однажды ваш кошмарно всратый альбом тоже будут продавать на аукционе за пять тыщ фунтов.
Что-то как-то дешево для внучки самого Муссолини, господи прости.

Alessandra Mussolini - Amore (1982)

Истории о навеки затертых во льдах "Эребусе" и "Терроре", суднах знаменитого исследователя северных вод Джона Франклина, будоражили не только жителей викторианской Англии.

В 1895 году лейтенант Нобу Сирасэ, один из немногих выживших в скромной, но катастрофичной экспедиции на Курилы, поверил в себя и решил, что его родной стране просто необходимо отметиться где-нибудь на Северном полюсе. Слава великого английского капитана не давала покоя, да и все большие мировые силы уже так или иначе предпринимали попытки добраться до заветной точки, а Япония скромно стояла в сторонке. Негоже. И как-то он думал-думал, аж десять лет думал, а там уж в 1909 целых два американца заявили о том, что добрались первыми. Они, конечно, оба по итогу наврали, но наш отважный герой поверил новостям и перестроил свой маршрут на юг.

В этот раз пришлось торопиться – эпоха открытий в самом разгаре, в любой момент могли обогнать прыткие сыны Запада, а домой хотелось привезти медальку за первое место в стране пингвиньей, поэтому уже в начале 1910 господин лейтенант побежал с прожектом к власть имущим. Власть имущие на потенциально торчащий в сакрально расположенном сугробе бело-красный флажочек чхать хотели и нужного бюджета не выдали. В принципе, Сирасэ отказали все, кому не лень, кроме газеты Асахи симбун да бывшего премьер-министра, который смог выделить средств на скромное рыбацкое суденышко. Команда набиралась из дебилов по объявлению кого попало, заявок было сотни, но людей с опытом северных плаваний среди них не было. По итогу взяли айну, помощника профессора (нормального ученого не нашлось), местных моряков, три десятка собак, да так и поплыли.

В ноябре 1910 экспедиция отчалила: собаки не справились доплыть полным составом уже до Новой Зеландии, экипаж всё ещё держался на силе энтузиазма, и после короткой остановки в Веллингтоне, где все наконец обзавелись нормальными картами, а не огрызком фото пути одного из предыдущих плаваний, двинулись к цели.
Но стало ясно, что это достаточно позднее время для отплытия – пока дотянули лямочку до Антарктиды, там уже и лед встал. Изловили пингвина, посмотрели на айсберги, да и поплыли на своем корыте до Австралии.

Заручившись поддержкой новых спонсоров, на этот раз даже среди иностранцев, починив свою, эээ, моторную лодку и получив собак, провизии и даже настоящего на этот раз ученого, неутомимые герои отправились во второй раз к берегам царства льда, теперь уже, возможно, с другой целью – если уж не прийти первыми, то хотя б собрать как можно больше ценных данных о месте.
Эта попытка доплыть далась им куда проще, за исключением, конечно, нападения стаи косаток, при которой айну истово молились, но при причаливании японцы наткнулись на... норвежцев. Да, на того самого Амундсена, у которого корабль был в десять раз мощнее, чем китобойная шхуна японцев.

Достижения оказались весьма скромными. Экспедиция зашла на ледник, затем первой с моря смогла спешиться на землю, которая казалась им еще никем не открытой (не угадали), собрала там некоторые геологические данные, затем домчала за три рекордных дня на собаках до корабля, оставила этих собак там же и уплыла в родную страну.

Герои вернулись домой в полном составе, но слава их была короткой – император Мейдзи умер, а новое правительство было заинтересовано в пионерах снегов еще меньше прошлого. А Сирасэ до конца жизни выплачивал долги за это путешествие и молился за собак, оставленных во льдах.