Алексей Навальный, лидер российской оппозиции, написал важный текст, почти манифест. Я не согласен с отдельными деталями - конкретно, про что такое реформы 1990-х, но это очень важный текст. Да, я тоже помню как я читаю в 1986 году "И возвращается ветер", великую книгу о 1960-70х, и думаю, что всё это не должно повториться.

Давно собирался написать об этом. Ну, пусть будет первым постом после нового приговора. Исповедь практически. Мне надо побороть эти ненависть и страх, может быть, вы мне поможете в этом.

Ненависть. Об этом всегда спрашивают много, и снова письма пошли: ну как, ненавидишь судью? А Путина ещё больше ненавидишь? А я и раньше много раз говорил, что ненависть — это главное, что нужно побороть в тюрьме. Тут так много причин для неё, а твоё бессилие — мощнейший катализатор процесса. Так что, если дать ненависти волю, она доконает и сожрёт тебя.

Но, признаюсь честно, есть она у меня. И ещё какая. Старожилы интернета помнят мем: люто, бешено ненавижу. Вот примерно так. Причём действительно чаще всего после «судов». Последний, кстати, где мне дали 19 лет, не из таких. Там, наоборот, мы все соревновались в осыпании друг друга любезностями. За весь процесс никто ни разу голоса не повысил. Это самый опасный вид судьи: он тебе и 19 лет впаяет, и сделает так, что ты проникнешься к нему симпатией.

Бешусь я страшно после заседаний местного райсуда. Там простейшие дела, пространства для юридических ухищрений нет, и судьи просто и откровенно говорят на чёрное: «А это белое, смотрите, в справке написано — белое» и выносят демонстративно незаконные решения.

Но хоть я иногда, не выдерживая, ору на какого-нибудь «судью» Самойлова, ненавижу я своей огромной ненавистью совсем не его. И не ментов-беспредельщиков-воров из колонии. И не ФСБшников, что ими командуют. И даже, вы удивитесь, не Путина. Ненавижу я в такие моменты тех, кого любил. За кого был горой, из-за кого спорил до хрипоты. И себя ненавижу за то, что их когда-то любил.

Видео смотрите здесь.

Текст полностью читайте здесь.

ВЫРОЖДЕННАЯ ДИКТАТУРА В ОДНОЙ КАРТИНКЕ

Университеты пытаются помочь своим профессорам привлечь внимание широкой публики к их исследованиям. Далеко не все научные статьи, даже важные и свежие, представляют серьёзный интерес для публики. Бывает, например, что статья - настоящий прорыв, а объяснить как и почему это важно - реально сложно. Со статьями по современной экономической теории так происходит - эмпирические статьи на острые темы выбирают для популярного продвижения гораздо чаще. Но тут Kellogg Insight, коммуникаторы Школы менеджмента Келлогг, одной из ведущих бизнес-школ в мире, выбрали нашу с Егором статью, "теорию вырожденные автократии": https://insight.kellogg.northwestern.edu/article/how-autocracies-unravel. Однако рассказать я хотел не про это - что особенно ценно, они специально заказали цифровую иллюстрацию Yevgenia Nayberg (https://nayberg.org/). Весь этот "сброд тонкошеих вождей" на картинке как живые.

ОБМАНЧИВЫЕ ЦИФРЫ, ВРЕДНЫЙ РОСТ

Читая о росте производства в последние месяцы надо пугаться, а не радоваться, и вот почему.

У России ВВП вырос чуть-чуть в 2023 из-за того, что увеличилась производство танков и ракет, а они очень сильно учитываются в ВВП как будто это большая добавленная стоимость. Все индикаторы указывают на сильное снижение уровня жизня и выпуска гражданской продукции. Бегство капитала и бегство людей из России - среди таких индикаторов, но и падении розничных продаж это всё хорошо видно.

Такие эпизоды фиктивного роста ВВП наблюдались и раньше (например, когда Гитлер пришёл к власти, он резко увеличил расходы на вооружения, ВВП начал быстро расти, а реальные доходы рабочих оставались на том же уровне). Был такой экономист, Владимир Попов, плодовитый - он очень любил строить теории о пользе госинвестиций на основе таких эпизодов.

Важно также, что фиктивный ВВП (танки и самолёты) тут же сгорает на фронте. Соответственно у этого роста ВВП есть три вредных последствия: (1) ВВП перестаёт отражать уровень жизни; в нормальной ситуации его можно использовать как показатель уровня жизни, а во время перестройки на военный лад - нет. (2) ВВП не увеличивает богатство. Гражданский-то автомобиль, произведённый в 2022, будет ездить ещё 10 лет, а танк, произведенный в 2022 году, уже не существует. Наконец, (3) переход на дополнительное производство танков и патронов закладывает прочный фундамент для спада по типу 1990 года в тот момент, когда начнёт демобилизация экономики.

Так что радоваться росту в области экономики сейчас можно в двух только в двух сдучаях. Во-первых, если у вас есть доля в прибыли в заводах ВПК. Или, во-вторых, если вы не понимаете, что происходит.

ПОВЫШЕНИЕ КЛЮЧЕВОЙ СТАВКИ

После вчерашнего окрика из администрации президента, Центральный банк России повысил ключевую процентную ставку до 12% (с 8,5%). Видимо, символизм имеет значение - кому-то нужно, чтобы 1 доллар стоил меньше 100 рублей. (Прямо сейчас Сбербанк продает 1 доллар за 104,90 рубля.)

Такой скачок не может остановить общую тенденцию ослабления рубля. (Рубль слабеет по отношению ко всем основным валютам.) Сильный рубль 2022 года был очень специфическим отклонением от нормы, вызванным резким падением импорта, последовавшим за началом войны, разрывом торговых цепочек, санкциями и уходом разных бизнесов из России.

В настоящее время основное давление на рубль оказывают постоянно растущие военные расходы. Это еще не полное «печатание денег», поскольку правительство сокращает расходы на здравоохранение, образование и т. д. Тем не менее, дефицит увеличивается как из-за падения доходов, так и из-за увеличения военных расходов.

По той же причине - весь нынешний "рост" происходит за счет увеличения военных расходов, на которые не влияют рыночные ставки - повышение ключевой ставки не окажет большого влияния на экономику. Конечно, более высокая ключевая ставка подавляет экономическую активность, но она уже и так подавлена.

КОСТЮЧЕНО У ДУДЯ

Главный российский журналист последнего десятилетия Юрий Дудь взял большое интервью у выдающейся репортёрки Елены Костюченко: https://www.youtube.com/watch?v=CobxH2gH4pM. Помимо важнейших репортажей Костючено - таких репортажей, каких никто другой не мог сделать - она говорит о своей личной жизни, о партнёрке Яне - её тоже показывают. В условиях официальной гомофобии в России и сохраняющейся в российском дискурсе даже у тех, кто находится за границей, это очень важно. Когда знаменитый человек, выдающийся профессионал спокойно говорит о нормальности, полноценности, ценности своей личной жизни - это защищает миллионы ЛГБТК+ девочек и мальчиков, которым, в тёмные годы, может показаться, что они одиноки.

25 ЛЕТ ДЕФОЛТА 1998 ГОДА

Завтра 25 лет дефолту 1998 года. Ниже, моя колонка, написанная пять лет, в 2018 году. Я её специально написал так, чтобы читать могли не только те, кто жил в августовские дни 1998 года, но и те, кто родились уже после. За эти пять лет ничего в августе 1998 года не изменилось.

ДЕФОЛТ 1998 ГОДА, "Ведомости", 20/08/2018

Дефолт 17 августа 1998 г. – важное событие в новейшей экономической истории России. Оно стало ярким маркером, разделившим два периода: годы сильного и затяжного экономического спада, начавшегося в 1980-е, и годы быстрого развития в первом десятилетии XXI в. Сейчас, в 2018 г., можно гораздо лучше понять и объяснить события, происшедшие тогда: история становится понятна лучше, когда известно, что произошло после. С другой стороны, сейчас использовать объяснения непосредственных участников событий напрямую, без понимания контекста, бессмысленно.

Предыстория

Резкий спад производства и уровня жизни в стране начался в 1990 г., привел к распаду Советского Союза в конце 1991 г. и продолжался еще семь лет. В 1997 г. экономика показала первые признаки вялого оживления, но в первые месяцы 1998 г. спад начался снова. Возобновление спада было вызвано как внешними факторами («азиатский кризис» 1997 г. и снижение цен на нефть до рекордных, за десятилетия, уровней), так и внутренними, среди которых основную роль играла жесткая денежная политика.

Важным элементом экономической политики была макроэкономическая стабилизация. В 1997 г. инфляция составила 11% – при неблагоприятной внешней конъюнктуре это было значительным достижением. (За два года до этого, в начале антиинфляционной кампании, инфляция была более 200% в год.) Тем не менее цена, которую платила экономика за эту стабилизацию, была огромной. Парламент, который контролировался оппозицией, не давал правительству снизить расходы и сократить дефицит бюджета. Увеличивать расходы, т. е. собирать налоги, правительство не умело: прямые налоги – нормальная, современная налоговая система – появились всего за несколько лет до этого. Хотя государственный долг был не очень велик, доходы бюджета были такими маленькими, что в июле 1998 г. процентные платежи по долгу составляли более половины доходов.

Основным инструментом макроэкономической стабилизации был фиксированный обменный курс рубля. Это давало возможность банкам занимать доллары на международном рынке и одалживать правительству рубли. Эта схема финансирования могла работать только временно: до тех пор пока правительство не повысило бы уровень своих доходов либо за счет увеличения сбора налогов, либо за счет притока внешних средств – от продажи нефти или новых займов. Одним из факторов, сдерживавших инфляцию, были «неплатежи», задержки по заработной плате и при расчетах между предприятиями, а одним из результатов жесткой денежной политики – резкий рост неденежных расчетов, бартера.
В отчаянной попытке что-то поменять президент Борис Ельцин в марте 1998 г. назначил премьер-министром малоизвестного и нехаризматичного технократа Сергея Кириенко. При «разделенном» правительстве – парламент контролировался оппозицией – должность премьер-министра играла значительно более важную роль, чем сейчас. Непопулярность премьера среди населения и отсутствие политической поддержки в парламенте заметно осложнило работу кабинета в следующие пять месяцев.

Поскольку неспособность правительства сократить бюджетный дефицит и ухудшающаяся внешняя конъюнктура были видны всем, защищать завышенный обменный курс было все труднее. 19 мая 1998 г. Центробанк вынужден был повысить ключевую ставку до 50% годовых, а 27 мая, отчаявшись послать правильный сигнал игрокам, – до 150% годовых. При этом размещать рублевые займы не удавалось фактически ни по какой цене. Даже огромный заем МВФ, обещанный в июле 1998 г., был бы полностью истрачен в попытках защитить незащищаемое. (В итоге впустую, в безнадежной попытке спасти обменный курс было истрачено $4 миллиарда, что породило массу конспирологических теорий.) Таким образом, единственным, что могло бы предотвратить кризис, было бы чудесное повышение мировых цен на нефть (которое в итоге началось на два года позже).

Решения 17 августа 1998 г.

В любой ситуации, связанной с защитой объявленного обменного курса, как только граждане перестают верить правительству, курс обрушивается. Из-за этого во всех валютных кризисах политическое руководство до последней минуты утверждает, что все в порядке, резервов хватит. 14 августа, в пятницу, президент Ельцин заявил – «девальвации не будет», но ему никто не поверил, и в понедельник, 17 августа, правительство было вынуждено отказаться от проводимого курса макроэкономической стабилизации.

Первое решение – отказ от завышенного фиксированного курса рубля – было продиктовано внешними по отношению к правительству факторами. У правительства не было возможности сохранить обменный курс в целевых пределах. Второе решение – введенный трехмесячный мораторий на выплату долгов в иностранной валюте – было также, по сути, вынужденным.

Третье решение – введенный мораторий на выплату долгов в рублях, собственной валюте, – не было вынужденным. Денежные власти любой страны могут профинансировать дефицит и расплатиться по обязательствам, напечатав новые деньги. Оборотной стороной такого решения является рост цен в результате увеличения количества денег. Решение отложить выплаты по долгу в собственной валюте стало чуть ли не первым в истории и навсегда поменяло отношение инвесторов к суверенным долгам. Кроме того, это нанесло дополнительный удар по тем банкам, у которых были правильно сбалансированы валютные риски.

В политической сфере последствием стала быстрая отставка кабинета министров. Популярности президента Ельцина, и без того неуклонно снижающейся, было явно недостаточно для поддержки премьера Кириенко. Ельцин попытался вернуть на место премьер-министра Виктора Черномырдина, бывшего премьером в 1992–1998 гг., также непопулярного, но имевшего, как казалось, собственную «базу» в парламенте, но и ему не удалось получить поддержку. В такой ситуации Конституция позволяла президенту распустить Думу, назначив новые выборы. Однако политическая система в критический момент оказалась очень надежной: президент Ельцин пошел на компромисс с коммунистами, контролировавшими думское большинство. Премьер-министром стал министр иностранных дел Евгений Примаков.

На основных экономических постах в кабинете Примакова оказались представители левых сил. По иронии судьбы первый вице-премьер, отвечавший за экономическую политику, Юрий Маслюков за семь лет до этого был одним из главных руководителей последних советских кабинетов, приведших страну к экономической катастрофе и распаду. Тем не менее «левое» правительство не пыталось прибегнуть к популистским мерам – и именно при нем произошел переход от «десятилетия спада» (1990–1998) к «десятилетию роста» (1999–2008). Основным достижением правительства Примакова (сентябрь 1998 – май 1999 г.) были одновременно политическая стабилизация и сохранение ответственной, жесткой бюджетной и денежной политики.

Последствия

Непосредственные макроэкономические последствия были печальными. Курс рубля за месяц снизился в три раза (с 6 до 21 руб. за доллар в начале сентября). Инфляция в 1998 г. составила более 80%: таким образом, попытка макроэкономической стабилизации с помощью фиксированного обменного курса в 1994–1998 гг. закончилась полным провалом. Дефолт по рублевому долгу ради борьбы с инфляцией выглядит, с учетом последствий, неоправданным.

Кризис привел к краху крупнейших частных банков страны. Хотя большинству вкладчиков этих банков и тех банков, которые были спасены Центробанком, деньги были возвращены, это происходило зачастую с такой задержкой, что инфляция съела 30–50% стоимости вкладов. Валютные вклады были принудительно конвертированы в рублевые и, соответственно, также пострадали.

Среди крупных бизнесменов меньше пострадали те, у кого помимо банковских активов были промышленные. Воспользовавшись мораторием на выплату долгов и в отдельных случаях, например в случае банка «Менатеп», обанкротив собственные банки, они сумели сохранить активы и позже частично или полностью вернуть долги кредиторам. Те, у кого нашлись возможности инвестировать в 1998 г. – в момент, когда цены на российском фондовом рынке были минимальными, – заработали на этом больше, чем на приватизации середины 1990-х гг.

Образ «олигархов», крупных бизнесменов, имеющих неадекватно большое влияние на государственную политику, был навсегда сформирован именно в результате дефолта 1998 г. Роль «олигархов» в формировании экономической политики 1990-х гг. значительно преувеличивалась и тогда – достаточно сказать, что она заметно уступала влиянию «советской промышленной элиты» в парламенте и администрации президента. Тем не менее, если до августа 1998 г. «олигархи» воспринимались – как минимум частью политической элиты – как положительная сила, именно на них была возложена моральная ответственность и за политику стабилизации в 1996–1998 гг., и за ее провал.

Еще одним последствием стали «выученные уроки». Для следующего президента, Владимира Путина, выплата государственного долга и недопущение инфляции стали фундаментальными приоритетами. Консерватизм в денежной политике 2000–2010-х гг. стал возможным благодаря растущим ценам на нефть и высоким темпам роста экономики, однако это была именно «возможность», а не детерминированная необходимость. Выбор консервативной денежной политики в 2000-е гг. в значительной степени последствие психологической травмы августа 1998 г.

Чудесным образом 1998 год стал низшей точкой долгосрочного экономического кризиса, в котором оказалась российская экономика после стагнации 1970-х, «медленного кризиса» 1980-х и катастрофического спада 1990-х. Несмотря на чехарду премьер-министров и непопулярность президента Ельцина, в 1999 г. рост составил 6,4% в год – показатель, невиданный в течение полувека. В 2000 г., с появлением нового политического лидера, рост дал и вовсе неслыханные 10% в год. Вынужденный отказ от фиксированного курса сделал экспорт более дешевым, а неплатежи – ненужными. Как по заказу, стали расти (на 30% в год) цены на нефть, сняв основную проблему – катастрофическую нехватку доходов бюджета, приведшую к дефолту 1998 г. Доверие населения – сначала к правительству Примакова, а потом к президенту Путину – помогло сохранить умеренно жесткую политику в области расходов и провести реформы, о которых экономисты 1990-х гг. могли только мечтать.

Владимир Милов, @v_milov, с очень внятным анализом поведения "российских олигархов": https://theins.ru/opinions/vladimir-milov/264358. И да, если слышите от политолога "раскол элит", бегите. Ну, идите слушать другого.

РАСПРОСТРАНЕНИЕ МАТА

Холод опубликовал хорошую статью филолога Ксении Турковой про то, как война сняла табу с использования мата в разговорной речи: https://storage.googleapis.com/gsc-link/holod.media/df82a725.html. Точные наблюдения.

Я, конечно, тоже вношу посильный вклад в этот тренд, используя матерные слова в постах, ответах в интервью и т.п. И, конечно, я не согласен, чтобы медиа, если цитируют мою реплику, цитировало, цензурируя. Независимое медиа так делать не будет.

Но основная причина, конечно, НЕ такая, как описана в статье в "Холоде". Я считаю, что использование мата в обычной речи - это некоторая издержка. Однако не использование связано с большими издержками и из двух зол я выбираю наименьшее.

Основная причина - что табуирование слов стало инструментом элементом репрессий политических репрессий в России. Накладывать на себя и, тем более, на других ограничения, связанные с употреблением слов - это валидировать деятельность тех мудаков, которые дают сроки и штрафы за то, что война называется "войной", убийство мирных жителей - "убийством мирных жителей" и т.п. Да, употребление матерных слов - это непривычно, и это издержки. Но продолжение игр в табуирование - это более высокие издержки.

НЕИЗБЕЖНАЯ СЛУЧАЙНОСТЬ

«Роскосмос» подтвердил, что Луна-25, первая российская межпланетная миссия после распада СССР, потерпела неудачу. Станция столкнулась с Луной и погибла.

Конечно, любой космический проект может провалиться по многим техническим причинам; это чрезвычайно сложные предприятия. Но эта Луна-25 была чистой ярмаркой тщеславия для Путина. Что, можно выгонять из страны и с работы учёных, громить университеты и исследовательские центры, пугать студентов и будущих студентов, воевать с международной наукой и международным сотрудничеством вообще - и надеяться на что-то, кроме удачи? И это ещё до того, как они начали настоящую войну, которая привела к радикальному усилению репрессий и разрушению российской науки и образования...

В последние десять лет Роскосмос - это, фактически, кодовое слово для коррупции и воровства государственных денег. Даже по официальным результатам расследований, по приговорам и выводам Счётной палаты, это был крупнейший центр нецелевого использования и хищения государственных средств.

Многие годы человеком, ответственным за космическую программу, был некто Дмитрий Рогозин, когда-то соперник Путина за голоса националистов, "выкупленный" назначением на правительственную должность. Да, они назначили литератора-политика отвечать за космическую программу. Естественно, он провалили и работу, и борьбу с коррупцией, а его семья обогатилась за счёт коррупции - посмотрите расследования ФБК про госзаказы, которые получала фирма сына Рогозина. Надо ли говорить, что Рогозин - это тот самый идиот, который после увольнения пошел добровольцем на войну с Украиной и получил ранение в задницу в ресторане по пути на фронт... Если бы это в романе было, посмеялись бы над автором, да? Скажите, были ли у Луны-25 хоть какие-то шансы на успех?

В советское время и государственное тщеславие, конечно, было факторов, и военные цели были важным фактором. Тем не менее, советская космическая программа двигалась энтузиазмом ученых и инженеров - помните прекрасную книгу историка науки Slava Gerovitch из Массачусетского технологического института: https://amazon.com/Soviet-Space-Mythologies-Memories-Cultural/dp/0822963639? Да, они использовали тщеславие государства и желание иметь ракеты, чтобы осуществить свои космические мечты. Но у них были мечты!

Путинские же, кроме тщеславия, вложили деньги в космический проект с одной-единственной целью, чтобы эти деньги было легче красть. Было бы настоящим чудом, если бы миссия "Луны-25" увенчалась успехом - Путин сделал все, чтобы она провалилась.

САНКЦИИ И ПЕРВЫЕ ОЛИГАРХИ

Русский вариант колонки для Project Syndicate по поводу американских санкций против Петра Авена и Михаила Фридмана: https://www.moscowtimes.ru/2023/08/22/pochemu-mne-iskrenne-zhal-pervih-oligarhov-a52581.

ОЧЕРЕДНАЯ ГОДОВЩИНА

Очередная годовщина, 84-я, договора между Сталиным и Гитлером («пакт Молотова-Риббентропа») о разделе сфер влияния в Восточной Европе. Этот договор позволил Гитлеру напасть на Польшу неделю спустя, начав Вторую мировую войну в Европе. Этот же договор позволил СССР через две с половиной недели вторгнуться в Польшу, уничтожив её как государство, и в следующем, 1940-м, году оккупировать страны Балтии и напасть на Финляндию.

В тот момент Сталин думал о договоренности с Гитлеров как о способе получить отсрочку, время для подготовки к неизбежной войне с нацистской Германией. СССР, располагавший самой крупной армией в Европе, находился в 1939-ом году в сложном положении из-за сталинских чисток армии во время Большого террора 1937-1938 годов. В ходе чисток были убиты сотни армейских командиров; почти весь высший уровень армейского руководства был ликвидирован. Восстановить полноценное управление войсками мгновенно было невозможно - подготовка командиров, особенно высокого уровня, требует многих месяцев обучения.

Оккупация Польши и стран Балтии принесла множество страданий людям на оккупированных территориях, но не принесла СССР никакой пользы в плане безопасности. Судя по тому, как развивались события на фронтах в 1941-ом году, выигрыш во времени помог Гитлеру больше, чем Сталину. Задним умом понятно, что советская армия, даже будучи неподготовленной, должна была защищать, а не нападать на Польшу в 1939 году. И, тем более, должна была нападать на Германию в мае 1940 года, когда Германия начала активные боевые действия против Франции (даже при том, что Франция и Британия не особенно старались заключить союз с СССР). Более столетия европейская безопасность России зависела от союза с Франция, которая вынуждала центральные державы вести войну на двух границах.

Международные отношения никогда не были сильной стороной Сталина. Его изоляционистский империализм во многом был обусловлен внутренними соображениями - удержанием власти внутри страны, а его понимание мирового устройства внешней политики было и неглубоким, и не сильно адекватным. После того, как Германия напала наСССР в 1941 году, Советский Союз заплатил высочайшую цену и за сталинские репрессии и за сталинскую дипломатию.