Привет, эксперты. Нашли интересное про железо — первый вице-президент «Аквариуса» Дмитрий Титов на днях дал интервью «Российской Газете». Там много про импортозамещение (и его разумные рамки), границы технологического суверенитета, протекционизм и необходимость его донастройки, а также про то, как российская индустрия вычислительной техники изменилась с 2022 года.

↔️ Подготовка к возможным санкциям помогла индустрии выжить. Российские производители электроники в целом оказались готовы к санкциям 2022 года с его обрывами цепочек поставок, блокированием платежей и проблемами с поддержкой. Дело в том, что 2014 года регуляторы последовательно создавали технологическую и законодательную базу, чтобы стимулировать спрос на отечественные решения и этим мотивировать производителей вкладываться в локализацию производства. Вспомним 719 постановление правительства, правило "второй лишний", обязанность госзаказчиков закупать определенную долю отечественной продукции и т.д. Благодаря этой базе производители электроники быстро адаптировались к санкциям и нашли точки роста.

↔️ Люфт для роста еще есть. В 2022-2024 годах производители техники увеличили инвестиции как в инфраструктуру, так и в НИОКР. Например, по итогам 2023 года тот же "Аквариус" нарастил производство на 30% год к году.Запас у этого роста еще есть — закупки российской техники будут расти в b2g за счет регулирования, а в b2b — за счет появления новых продуктов в нишах, где доминируют импортные решения.

↔️ Российское железо находит себя в B2B. Российские вендоры научись делать качественные моноблоки, ноутбуки, планшеты, мониторы и клавиатуры. Более того, по словам Титова, хорошо себя показывает российская медицинская техника, а также сложные и специальные изделия. Несмотря на санкции, отечественные вендоры работают над экспортом изделий в Латинскую Америку, Африку, Юго-Восточную Азию. Сильная сторона российских компаний - готовность адаптировать решения под самые сложные требования заказчика, вплоть до контроля систем на аппаратном уровне.

↔️ Борьба за рынок обостряется, и это не всегда плюс. В таких условиях российские производители электроники борются друг с другом за место на рынке, что может приводить к демпингу на торгах. Ситуацию обостряет тот факт, что на российский рынок параллельным импортом до сих пор беспрепятственно едет зарубежная дешевая вычислительная техника, аналоги которой есть в стране, например, двухюнитные сервера и простые СХД. Отрасль ежегодно недополучает по разным оценкам от до 100 млрд руб. в год только на этих изделиях. Для развития индустрии достаточно 4-5 крупных игроков, которые будут конкурировать друг с другом.

↔️ Обеспечить технологический суверенитет — не значит замыкаться в себе. Стремление регуляторов и игроков рынка к технологическому суверенитету не должно предполагать создание производственной экосистемы, изолированной от глобальных рынков. Экономическое и технологическое взаимодействие с зарубежными игроками должно сохраниться: "Зачем нам создавать свою фабрику резисторов, если в Китае их делают миллиардами по цене цент за ведро?". Другой вопрос — возможность воспроизводить в стране ключевые технологические процессы, от проектирования (и в перспективе — производства) передовых процессоров, до создания собственного стека решений для КИИ.

↔️ Национальный режим работает, но его можно улучшить. Национальный режим — одна из эффективных протекционистских мер правительства, но она может быть улучшена. По мнению представителей отрасли, целесообразно требовать от госорганов и госкорпораций отчеты о закупке иностранных устройств, а не российских как сейчас. Часть кодов, которая сегодня позволяет поставщикам импортной продукции выходить на конкурс, целесообразно перенести в зону запретов. Особенно если речь идет о зарубежных устройствах, аналоги которых производятся в России.