Однажды свердловский губернатор Россель признался, что алкоголизм на Урале непобедим. «В области полмиллиона алкоголиков. Их ведь за руку не удержишь, чтоб не пили. Где мы найдем полмиллиона человек, которые бы их за руку держали?» – вздохнул губернатор.

Буквально за полгода до того он получил психтравму в Таборинском районе. Забрёл в одно из тамошних сёл и принялся искать собеседников среди местного населения. «Не нашел ни одной трезвой души! Попытался с какой-то женщиной заговорить. Смотрю – а у нее глаза не стоят на месте! Она своим языком не могла руководить. Мне даже неудобно стало», – делился пережитым Россель. Тогда он еще надеялся, что искоренить пьянство можно, обеспечив людей землей и работой. Через полгода стал реалистом.

2006 год

Наши дни. Однажды считающий себя невероятно важной персоной помощник губернатора Шумкова Казаков был забыт водителем на заправке посреди курганских пердей где-то в Каргаполье.

Шофер не заметил, что пассажир отлучился из салона – залил бак и уехал, насвистывая. На телефонные звонки долго не отвечал. Вроде как по невнимательности, но ходят слухи, что мог и специально. В общем, помощнику губернатора пришлось пережить несколько неприятных минут, прежде чем его, растерянного, подобрали обратно.

В тот день, говорят, в правительственном гараже (и не только) были ликования – многие и сами хотели бы предоставить помпадуру возможность почувствовать себя пустым местом, но шанс выпал только одному.

Лето 2025 год

Наши дни. Однажды депутат гордумы Екатеринбурга Михаил Вечкензин усердно трудился в одной из профильных комиссий – слушал и пытался вникнуть в необъятный мир цифр муниципальной программы. Кажется, о развитии культуры. Или образования. Сейчас уже неважно, важен был сам процесс.

Документ по какой-то причине вызвал у Михаила недоверие и он потребовал от докладчика зачитать все буквы и цифры. Этому воспротивился даже его коллега – вечный оппозиционер Константин Киселев, без тонких намеков сообщивший, что за программу все равно проголосуют (вне зависимости от того, поймет ее Вечкензин или нет). Но Михаил не сдавался и принялся производить устные расчеты. «Таааак, пять на семь, – вслух тянул он, – получается 30 миллионов...».

В зале повисла тишина, посреди которой кто-то громким шепотом процитировал таблицу умножения: «семью пять – 35», чем поставил жирную точку и в процессе обсуждения, и в заседании комиссии.

История от автора Роберт Родригес

Осень 2025 год

Когда «красного губернатора» Петра Сумина в Челябинской области сменил молодой и энергичный выходец из бизнеса Михаил Юревич, РПЦ поставила на епархию прилетевшего с Северного Кавказа архиепископа (а затем и митрополита) Феофана — новому главе региона «в пару».

Владыка прилетел в область чартером и разом огорошил и VIP-ов, и священников, и простых верующих. Не особо церемонясь, он заявил, что на Северном Кавказе построил 100 храмов, а в Челябинской области в этом смысле и конь не валялся.

Встречавший преемника митрополит Иов (бессребреник, продавший свою двушку в Челябиске, чтобы построить здание епархиального управления) при этих словах побелел и покачнулся.
А Феофан уже просил нового губернатора помочь в строительстве храмов: 100 в Челябинске и еще 200 по области.

Юревич оказался крепок и ответствовал: мол, не может государство на бюджетные деньги церкви строить!

В дальнейшем было забавно наблюдать, как взаимодействие ментально совпадающих мирского и духовного владык (надо отдать должное кадровикам Патриархии) ничего не порождает.

Юревич говорил об инвестициях — и Феофан тоже. Вот только инвестировать в храмы (на что намекал Феофан) губернатор не собирался. И даже создавать для епархии соответствующий «инвестиционный климат» не желал.

Фактически все, что получил от новой власти Феофан, это освобожденный от поставленного при СССР органа храм Александра Невского на Алом поле, да четыре гектара на окраине под новый кафедральный собор.

Все это, к удовольствию местных элит, перемежалось разнообразными перформансами. То владыка вручал Юревичу икону – и тот с детской непосредственностью начинал вертеть ее в руках, как крыловская мартышка очки.

То губернатора в знак особого почета звали на торжественное богослужение в алтарь кафедрального собора и он, увидев стоящий позолоченный и изукрашенный каменьями архиерейский посох, немедленно тянул к нему руку. Посох начинал падать, Юревич его ловил и пытался прислонить к стенке, посох опять падал – и все повторялось вновь и вновь под молитвенные песнопения. Пока присутствующие не начинали давиться от смеха, сводя таинство на нет.

Впрочем, и Феофан не отставал, регулярно изумляя челябинцев – чего стоил хотя бы день рождения владыки. Впрочем, это уже совсем другая история.

2011 год

История от автора котёнок Гав

Однажды глава свердловского правительства Алексей Воробьев перевернул в гробах сразу двух классиков русской литературы – Чехова и Горького. «Чтобы было как по Горькому: в человеке все должно быть хорошо», – сказал премьер.

Что он, что его начальник – губернатор Россель – почему-то так и норовили спутать Антон Палыча с кем-то еще.

«Вот Чехов написал рассказ «Шинель». Если бы он был жив, то сейчас бы написал рассказ «Штаны». Смотришь на главу муниципального образования, хорошо ему – сидит в тепле», – ругал как-то раз Россель мэров и заодно обидел Гоголя.

2004 и 2007 годы

Однажды президент Ельцин приехал в Салехард. Посетил несколько мест, в том числе, рыбозавод. Там, пока телохранители считали ворон, Борис Николаич споткнулся о шланг и потерял равновесие. У самого пола президента успел подхватить местный журналист Кукевич.

Ельцин, не взглянув на спасителя, невозмутимо пошагал в цех обработки.

Поблагодарил он Кукевича только в аэропорту. Тот стоял в сторонке, приподняв воротник темного пальто и надвинув шляпу, когда президент вдруг сам к нему подошел. «Товарищам из органов огромное спасибо!», – сказал Ельцин и дал поручение провожающим отметить расторопного «кагэбэшника».

1991 год

Один уральский губернатор (назовем его Иван Иваныч), чье детство прошло в деревне – мастер образной речи. Ругаясь или раздавая указания, он вворачивает в свои спичи такие яркие сравнения и метафоры, что подчиненные не в состоянии их забыть.

Небольшая подборка:

▪️Хозяйство вести – не мудями трясти (мудрость)

▪️Как в мешок с мукой напердели (оценка проделанной работы)

▪️Легче организовать концерт Мадонны в… [название областного центра], чем … [выполнить простецкое поручение губернатора]

▪️Чувствую себя продюсером дешевого порнофильма (про попытки заставить подчиненных взяться за развитие экономики)

▪️Вы как близорукий волк, который воет на тыкву (про бестолковость некоторых чиновников)

#Иваныч

Однажды главу минсельхоза России Алексея Гордеева прокатили по свердловским птицефабрикам – гордости губернатора Росселя. Увиденное привело министра в полный восторг и он тут же предложил заменить «ножки Буша» в российских магазинах «ножками Росселя».

«Я всегда был спортсменом, и ножки у меня хорошие», – без ложной скромности парировал губернатор.

2004 год

Свердловский премьер Воробьев, любивший начинать заседания правительства с лекций о вреде пьянства, однажды перешел от слов к делу. В регионе была объявлена масштабная антиалкогольная кампания, случайной жертвой которой пал Михаил Боярский.

Артист приехал на День города в Каменск-Уральский. Аккурат в тот период, когда над местным населением проводился жестокий эксперимент. Не обращая внимания на истошные вопли и завыванья жителей, тамошний мэр Виктор Якимов запретил продавать спиртное по ночам и в праздники.

«В тот день я и Боярский были у Якимова в гостях… и до самого утра все втроем по инициативе Виктора Васильевича пили молоко», – рассказал чудовищную историю депутат думы Екатеринбурга Максим Серебренников.

Якобы только утром, когда градоначальник получил последний рапорт о том, что праздник прошел без происшествий, троица позволила себе расслабиться по-человечески.

2003 год