Новый «Фонарь» с какой-то невероятной программой 💛

Сегодня расскажу вам про книжку, которую дочитала, а потом расскажу историю из жизни.

Мы все с вами сто раз читали истории о двадцатом веке в Союзе, о раскулачивании, о так называемых спецпереселенцах и о сталинских кошмарах. Даже, наверное, читали о великом заблуждении целой гигантской страны и великом разочаровании тех, кто верил, а потом сгинул в лагере на лесозаготовках. Короче, много всего на эту тему есть, от Крутого маршрута, Поднятой целины до Зулейхи и пр.

Теперь есть еще вот такая книжка, которая вроде бы про все то же самое, но другая тем, что она про калмыков. Про калмыков я до этого ничего не читала, и вообще даже не знала, что калмыков массово выселяли в сороковых, как кавказцев, прибалтов, немцев и многих других. Интересная история нескольких поколений одной калмыцкой семьи, написано простым языком, читается легко и быстро, особых ужасов нет. Отдельно приятно, что в паре глав фигурирует Петербургский Дацан. Я бы маме посоветовала почитать.

Наталья Илишкина, «Улан Далай», (АСТ, осторожно, 640 страниц. Еще Лонг-лист Ясной поляны, если это важно).

Теперь история из жизни, которую я решила рассказать просто потому что книга Улан Далай, а на Байкале мы пили Саган-Дайля, и это созвучие несколько дней не дает мне покоя.

Три года назад примерно в это время я с подругой и ее мамой была в путешествии на Байкале, со стороны Иркутской области. Одну из ночей мы провели в деревне Большие Коты. Дороги туда нет, добраться можно только от Листявнки по воде. План был такой, что оттуда рано утром мы пойдем 40 км тропы до следующей деревни, где отдохнем и решим, как добираться на Ольхон.

Население Больших Котов - 50 человек. Никто не знает вообще где это, никто никогда специально не ездит в Большие Коты. И тем не менее. В один день с нами в Большие Коты приехал с семьей Актер. О чем нам сразу же с восторгом рассказал Василий, продавец единственного магазина. Какое счастье! В Большие Коты приехал актер - внимание! - игравший мафиози Тони в рекламе Теле2 в 2010 году! Ну вы помните, толстый и тонкий. Все жители деревни пришли в страшное возбуждение, весь день поили Тони и всех желающих откуда-то взявшимся в магазине вискарем, резали арбуз, угощали всех шашлыком и чаем, фотографировались на память. Ближе к вечеру пьяный Василий повез на тракторе припозднившуюся пассажирку на паром в Листвянку.

На трейл подруга с мамой на следующий день ушла без меня. Я еще за день до этого заболела и начала помирать от боли, поэтому пришлось договариваться о лодке до следующей точки на карте. Утром владелец лодки не смог встать, потому что всю ночь выпивал по случаю свалившегося на деревню счастья. За него пришел на пристань его сын, и сам Тони с семьей тоже пришел, хоть и потрепанный. Меня высадили в Большом Голоустном, а актер с семьей куда-то поплыл дальше.

Не знаю, к чему я это все. Просто давно хотелось рассказать. Байкал - удивительное место. Про Ольхон как-нибудь напишу отдельно, там тоже всякое было, никогда не забуду.

Могла бы писать дневники типа как у Толстого и всех остальных:

Живем как на даче, сплошная праздность и лень. Работаю один раз в неделю, хорошо если три часа наберется. Стараюсь много читать, чтобы держать ум в тонусе, но многое не то, теряю интерес. Жарко. Два раза в неделю приходит няня готовить обед, так что приходится выдумывать себе дело в городе, хотя все улицы уже сто раз исхожены, а ехать куда-то из города нет ни денег, ни сил. Задумала было учить армянский, но какой смысл. Ничего не делаю, а сил при этом совершенно нет.

(Надо срочно найти работу).

Недавно обсуждался список 100 главных книг 21 века по версии NYT, там много всякого разного, я прочитала что-то около 10, довольна результатом, остальных не знаю и не стыжусь этого. (Вроде он просто работает без пейвола даже этот список, но кмк не стоит усилий по регистрации, я могу сэкономить вам время и сказать, что на первом месте «Моя гениальная подруга» Ферранте).

Короче, в этом списке три романа Джесмин Уорд. Кто это вообще, спросите меня вы. Вот именно! Я бы и не узнала сама, если бы Катя не позвала меня на обсуждение романа «Пойте, непокоренные, пойте».

( 1. Может уже пора переименовать канал в «Что мне велела почитать Екатерина Баева»? 2. Я сходила на первый в жизни книжный клуб и хочу еще!)

Действие книг Уорд всегда происходит в вымышленном городе Буа Соваж (aka «дикий лес»), в штате Миссисипи. Другие я не читала, но в этой конкретно - если совсем широкими мазками - речь идет о расовом неравенстве на американском юге. Но на самом деле я решила, что это про древние знания и про смирение с жизнью. Несколько дней из жизни одной (черной) семьи, старшее поколение, внуки, непутевые родители (отец белый), преступность, наркотики. Мать берет детей и едет встречать отца после отсидки.

Почему роман для меня был крут:

1. Написано так, что чувствуешь, как там жарко, липко и грязно. Качаешься на липучке для мух. Чувствуешь, что дети потные и голодные, и эту липкую газировку, которую дура мать раз за разом дает им вместо обеда.

2. Семья эта ужасная дисфункциональная вообще-то умеет разное колдовство. Удивительно, но благодаря этому я как-то меньше переживала за этих детей. Зелья, общение с духами, Мать-Земля, люблю такое.

3. Перевод хороший, я за два вечера прочитала.

При чем здесь «Пойте, неупокоенные, пойте»? Скажу только, что в романе имеют место мертвецы, которым, очевидно, надо допеть свою песню, чтобы уже наконец успокоиться.

ah well

"я отписался от твоего ТГ-канала, потому что ты 90% пишешь про книжки, а я не люблю книжки художественные, они меня угнетают. сорри."

(скажите там всем, чтобы наоборот, подписались)

Через неделю (24.07) буду переводить на вебинаре с Натальей Ремиш, чему очень рада. Встреча с австрийским психотерапветом Альфридом Лэнгле, учеником Виктора Франкла, основателем экзистенциального анализа. Вообще речь будет про пограничное расстройство личности, но вдруг получится узнать, что там дальше будет с Мирой и Гошей. 😅

Участие бесплатное, если вдруг вам по какой-то причине интересно про ПРЛ.

https://life-practic.ru/courses/personality-disorders/openweb

Лето 2024, Ереван.

Господи, я прочитала "Уроки Армении" Битова. Где я была раньше, целый год и до этого? Что я делала? Теряла время!

Как же все точно. Прочитаю у него теперь все, что есть.

Боже, какой отворился простор! Он вспыхнул. Что‐то поднялось во мне и не опустилось. Что‐то выпорхнуло из меня и не вернулось.

Это был первый чертёж творения. Линий было немного — линия, линия, ещё линия. Штрихов уже не было. Линия проводилась уверенно и навсегда. Исправлений быть не могло. Просто другой линии быть не могло. Это была единственная, и она именно и была проведена. Всё остальное, кажется мне, бог творил то ли усталой, то ли изощрённой, то ли пресыщенной рукой. Кудрявая природа России — господне барокко. «Это — мир», — мог бы сказать я, если бы мог.

Хич — россыпь мелких камней, джур — вода, журчит в этих камнях, шог — жара над этим камнем и водой, чандж — муха, звенит в этой жаре. Хич, джур, шог, чандж — и вдруг среди всего этого лолик — помидор.

Церкви тысяча шестьсот лет, но крыше её один год, христианству две тысячи лет, а жертвоприношениям — десять тысяч; сноб вошёл в храм лет десять назад, а люди следуют обычаю не первую сотню лет, газетка под пир подстелена вчерашняя, а небо над нами вечно, католикосу шестьдесят, а мне тридцать — боже! — а певице — двадцать пять, а кто‐ то ещё и не родился, и неба ещё не видал!

(Газетка эта вчерашняя, я не могу).

Арбузами до потолка завалена соседняя комната, и у меня такое впечатление, что мы призваны все их съесть прежде, чем уйти, потому что игру в нарды нечем остановить, как отсутствием арбузов. А их ещё много. Арбуз — это не плод, как все считают, и не ягода, как его объяснили в школе, арбуз — это мера времени, приблизительно полчаса. В соседней комнате гора высотой с неделю... Как бой часов с репетицией — кто‐нибудь роется в этой горе и долго выбирает два арбуза, один час, потом выносит их и заряжает ими холодильник взамен съеденных.

Обсуждали сегодня: Яков растет в среде, где ему улыбается на улице каждый обративший на него внимание человек. Я не преувеличиваю, каждый. С первого его дня, когда сотрудники отделения пришли его смотреть и хвалить.

Ему скоро год, и вот мой вопрос: считывает ли такой маленький ребенок это как сигнал: ты всем нравишься, тебе все рады, классно, что ты есть? По сути это же оно и есть. Повлияет ли это как-то на его эмоциональное развитие и характер?

Пока что по нашим наблюдениям малыш выходит очень улыбчивый. Он приветствует людей на улице и практически всем рад. Чем меня, конечно, изумляет.

Также малыш явно уже арменизирован: орет, чтобы дали лаваш, орет, чтобы дали мясо, орет, чтобы дали абрикос и пр.

Вопрос к фрилансерам, в основном: что думаете о предоплате?

Мне всегда говорили, что надо брать предоплату, типа, чтобы не заказчик не кинул. Я сейчас стала брать, если просят занять, условно, каждую среду в течение ближайших четырех месяцев. Но мне не нравится: заказчик меня кинул за 13 лет один раз, а тупое ощущение, что деньги уже получены и потрачены, а работа еще не сделана - каждый раз.

История из жизни. Мы приехали в Джермук, это в горах в Армении, отдыхать от жары и от шума, неважно. Контекст и маргиналии: у младшего острая кишечная инфекция, он в рюкзаке на мне, у старшего ни дня без травмы, мы неудачно слишком жарко оделись, премся уже несколько часов по красивой тропе вниз, все хотят есть, а мы с вами знаем, что если долго идешь вниз, то потом неизбежно идешь вверх. Дошли до конца тропы и задумались: либо обратно идти несколько километров, либо идти по лестнице (внимание на фото). Пока мы думаем, Егор лезет куда-то на камни, на скалы, я не знаю. Яков пытается уснуть, но не может, потому что живот подвел и его надо переодеть. Кладу малыша на землю, понимаю, что мы по уши в говне, в прямом и в переносном, жарко, мухи, заканчиваются влажные салфетки, хочется есть и пить, думаю, куда положить грязную одежду, и в этот момент раздается страшный визг и вопль Егора где-то со стороны огромных камней. Занавес, крики птиц.

В итоге все ок, Егор жив, малыш несвеж, но в порядке, и мы вечность поднимаемся вверх по страшной лестнице. Мой муж, скорее всего, в очередной раз думает, как так вышло все в его жизни, что у него русская жена, что мы регулярно куда-то премся, и каждый раз потом какая-то фауда, и каждый раз это моя идея.

Это я все к чему.

Улицкая однажды рассказывала о сцене из романа Прилепина «Санькя»: человек решил похоронить своего отца на деревенском кладбище, откуда родом семья. Туда вообще нет дороги, тем более зимой, тем более, когда лютый холод. Но он решил. Он едет с гробом до конечной остановки автобуса в семнадцати километрах от этого деревенского погоста, а дальше волочит гроб по снегу, в чем ему помогает пришедший в себя после беспробудного пьянства деревенский мужик, у которого есть лошадь. Понятно, что гробу не дойти, развалится, не выдержит дороги, что затея обречена. Но решение принято, и они прутся.

И вот Улицкая говорит, что эта сцена есть самый точный ответ на вопрос о «таинственной русской душе»: «мощнейшее целеполагание при полном отсутствии здравого смысла».

Сели смотреть открытие Олимпийских Игр в Париже, ну и я как обычно. 😭😭😭

Я работала на ОИ 2014, и это невозможно объяснить, если вы были там, поплачьте вместе со мной.

Недавно написала в переводческий журнал «Мосты» заметку по случаю десятилетия наших игр. Вот она.

Трудно найти переводчика, для которого игры в Сочи значат больше, чем для меня. До сих пор.
 
Тут еще нужно понимать про петербургскую высшую школу перевода. После этой учебы мы все друзья. Те, с кем учились в один год и выпускники других лет. Как-то так интересно устроено.
И вот представьте, что вы с товарищами по любимому делу поехали делать это самое дело (из нашей мрачной зимы в теплый сочинский воздух) на пару недель. И не на просто какой-то проект, а на Олимпийские Игры. И вам за это еще и заплатят. Мечта!
Да, то был 2014 год, когда, прямо скажем, трава была зеленее, но я и сейчас считаю Олимпиаду важным и добрым делом. Ну, можете себе представить уровень моих ожиданий. Игры, на время которых останавливаются войны. В моей родной стране, которую я так люблю. И я, новенькая в мире синхронного перевода, среди лучших профессионалов этого дела. Я вам клянусь, все мои ожидания оправдались. Это было действительно очень важно и каждый день очень здорово. Каждый день - в кабину, каждый день - с кем-то новым. Каждый день - очень много гордости. За себя, что позвали, что хорошо работаю. За коллег, что такие умные. За страну, за спортсменов, русских, американцев и финнов. И да, даже в хоккее. Каждый вечер - песни под гитару, разбор глоссариев, да шашлык, в конце-то концов. Несколько очень счастливых рабочих дней в феврале 2014 года. С Олимпиады в Сочи началась моя настоящая переводческая карьера. Я привезла оттуда много друзей. Часто и с теплыми чувствами вспоминаю то время.
 
Это я все к чему. Быстрее, выше, сильнее - вместе.

Читать летом на даче с двумя детьми нонфик совершенно невозможно, поэтому красная книжка про Северную Корею пока пылится, а я читаю простые романы, которые давно собиралась.

Взяла роман «Йерве из Асседо» (Вика Ройтман, Corpus, 700 страниц, был рекомендован на канале «еврейка у микрофона», конечно же). Ну не знаю, отзывы сплошь восторженные, а я очень спокойно восприняла. Конечно, для летнего чтения идеально подходит, думать не надо вообще. Девочка-подросток из Одессы едет учиться в деревню сионистских пионеров в Иерусалиме по программе Наале. Девяносто третий год, она познает там мир, других людей, учится строить отношения и выражать эмоции. Параллельно пишет книгу, в которой описывает параллельный своему волшебный мир, таким образом проживая трудности собственного взросления. Действительно, роман динамичный, интересный, со всех сторон хороший и захватывающий, только он, кажется, юношеский. Или это я уже слишком обчиталась Амоса Оза, и мне все теперь кажется слишком простым.

Короче, мой вердикт - если у вас есть знакомые девочки и мальчики, собирающиеся ехать в Израиль учиться (основываясь на всем, что я знаю о евреях, могу предположить, что МАСА работает и в военных условиях) - дайте им почитать в дорогу, пойдет на пользу, беэзрат ашем.

Любишь медок - люби и холодок.

(Пользуясь случаем передаю привет подруге Кате, которая ненавидит природу).

Напоминаю, я на даче с детьми, а тут еще снизу поселились местные авторитеты, предпочитающие постоянно слушать армянскую музыку, поэтому читаю что получается. Прочитала роман The Translator, обсуждавшийся в переводческом чате.

Well, I read a book. For nothing.

Британский дипломатический переводчик устал и хочет отдохнуть, стоит на холме в Шотландии и смотрит вдаль. Но тут ему звонят с незнакомого номера и срочно вызывают переводить переговоры с президентом России. Отказаться он не может, само собой. Частный джет и новый костюм ждут его через два часа. Британский дипломатический переводчик просит, чтобы его называли translator, not the interpreter, потому что в России для обозначения переводчиков есть только одно слово (переводчик), и надо добавлять к нему «письменный» или «устный», в английском все работает не так, поэтому просто зовите меня the translator. Hence, the name of the book.

(The accepted wisdom is that you’re either an interpreter who interprets speech, or a translator who translates text. But in Russian there’s only one word for this skill: perevodchik).

В общем, он приезжает, встречает свою давнюю любовь (они коллеги, познакомились, конечно же, в русской переводческой службе в ООН в НЙ), и все бы ничего, но президент России замышляет невиданную ранее атаку на Запад (чтобы показать им всем, насколько велика Россия), и задача переводчиков - ее предотвратить. У меня глаза сто раз закатывались от количества клюквы (сейчас поясню), но в конце втянулась, было интересно, кто кого убьет (не скажу), будет ли третья мировая (нет), вдруг русские одумаются и станут со всеми дружить (тоже нет).

Я, конечно, обплевалась с репрезентации России, российского общества от консьержки до советника президента, но, с другой стороны, примерно так я и представляю себе evil Russian officials. И, наверное, так нас и представляют иностранцы. Кого бы спросить. У президента России есть кот по имени Рюрик (holding Rurik, his honey-colored bobtail). Англичанин приехал в Москву and it all came back to him in the dirty elektrichka as it rumbled on to Peredelkino. К главной героине под покровом ночи приходит ее разыскиваемый приемный сын-хакер, she picked up two glasses and a bottle of beluga vodka. И вот такое все. The typical apparatchik. Caviar, pirozhki s kartoshkoy.

Собственно про перевод в книге буквально два слова.
At the last G20 in Hangzhou a year ago, Clive remembered how exhilarating it felt to be sitting in a room with the most powerful men and women in the world. Это, пожалуй, правда. It’s remarkable how people relax in the company of interpreters, let their guard down, say things they shouldn’t… Вот это хз. Хотя если здесь есть переводчики первых лиц, мы не будем называть вас по имени, подмигните, если вас действительно постоянно пытаются вербовать в ту или иную сторону.

Ой ну и конец конечно, я не могу (это вообще не спойлер, ни в книге, ни в жизни, спокойно).

…it came to him, with blinding clarity, what sort of action he needed to take for the glory and security of Russia.
<…>
«Get me a map», - said the president.
«What sort of map? Lev drawled.
«A map of Ukraine».

Как быстро проходит жизнь. Провели две с половиной недели (одну летнюю Олимпиаду), спасаясь от жары в горах. Джермук - это очень маленький город (4000 человек) в 15 км от границы с Азербайджаном. После войны 2020 года он совсем опустел; здания стоят заброшенными, много военных, стройки заморожены, кажется, люди выжидают, что будет дальше. Поднимались на гору к чему-то, что снизу казалось заброшенным замком, а на деле оказалось бывшим санаторием для партийных начальников. Встретили бабку; она собирала малину и вспоминала, как проводила там детство. Ругала Азербайджан.

Каждый день восхищались природой. Каждый день смотрели Олимпиаду. Из-за непонимания с хозяином-армянином (или обмана с его стороны) нам достался не целый дом, а второй этаж; снизу постоянно менялись соседи. Были шумные армяне с детьми, была приятная армянская интеллигенция, были тихие незаметные русские. Под конец приехали армянские авторитеты на непростых номерах. Пили водку каждый день с десяти утра, гоняли женщин, чтобы те подносили им закуски и кофе, гуляли по участку с охотничьей винтовкой наперевес. Мы у себя на втором этаже отмечали первый год малыша. Смотрели Олимпиаду. Болели за Армению, за Израиль, за русских, за Украину. Один раз пили водку с соседями снизу. Это тебе не центр Еревана, сказал мне муж, это Кавказ, нельзя совсем отказать, тут все по понятиям, к тому же уважаемые люди, а может и бандиты, а вдруг водку реально Греф подарил, а номера на одной из машин Московская область. А ну как кинут в багажник и сбросят в ущелье. Да и что нам стоит выпить по сто грамм да с вкуснейшей бараниной. К тому же водка действительно очень хорошая.

Я много думала о патриархальном обществе. Работала. Радовалась погоде, детям. Бесилась от детей. Бесилась, как быстро проходит жизнь. Следила за обменом политзаключенных. Следила за происходящим в мире.

Мы вернулись домой, мой дом в Ереване, мне предложили работу в январе, следующий год сразу приблизился. Я читаю новости про Россию и про Израиль, ложусь спать не зная, что произойдет в мире завтра. Как быстро проходит жизнь. Иногда кажется, что везде война, и бесит, что я не заметила, когда это стало обычным делом.

Дочитала «К северу от 38-й параллели» Андрея Ланькова. В середине заскучала, послушала кусок, потом стало опять интересно, дочитала уже в бумаге.

Очень познавательно, всем рекомендую. Всем, потому что ну всем же интересно, что там в Северной Корее! Может быть не всю книгу от корки до корки, а выборочные темы хотя бы. Про быт вот очень интересно, про одежду, военную службу и перебежчиков. Я себе представляла КНДР как такое далекое зло, с психопатами у руля, только и ждущее как бы нас всех размочить ядерной боеголовкой. (Переводила немного в ООН выступления в адрес КНДР, впечатление усиливалось). Потом, понятно, посмотрела Ланькова у Дудя, чтобы не отстать от просвещенного сообщества, купила книжку, прочитала.

Выяснилось же, что автор (а я думаю, ему можно в этом вопросе доверять) вовсе не считает Северную Корею абсолютным злом. Скорее, таким чудаковатым дальним соседом, который у себя там что-то по-своему делает, иногда ведет себя странно, но, в целом, занимается своими делами. И не все там так уж радикально ужасно, как мы думаем. По крайней мере сейчас, я не говорю про «трудный поход». У меня есть русский коллега, который в КНДР бежал марафон (или полу, не знаю, но сам факт). Согласитесь, ну любопытно получить объективное знание о том, как там люди живут. (Довольно-таки плохо на фоне всего мира, терпимо если ничего не знать и ни с кем не сравнивать). Интересно про экономические реформы нынешнего руководителя. Как будто бы он пытается создать абсолютно изолированную от внешнего мира, но как-то развитую и комфортную среду. Чем-то все это кончится.

В общем, почитайте. Какие-то главы можно пропускать в зависимости от интереса к той или иной теме, ничего не потеряете. Любопытно. Но вот ехать в Северную Корею вообще никакого желания нет. Это я старею, наверное, но в последние пару лет мне как-то расхотелось переться смотреть на экзотический ад. Смешно сказать, что однажды я мечтала развивать светское образование где-то в Пуштунских районах. А сейчас вот думаю, что если кроме Австрии и пары других благополучных стран уже не доведется нигде побывать, ну и не беда особо. 👵🏻

Прочитала книгу «Женщина - не мужчина» Итаф Рам. Писательница родилась и выросла в Бруклине в семье палестинских иммигрантов. Забавно, как часто авторы по-простому перекладывают свою жизнь в книгу: главная героиня книги Дейа Раад родилась и выросла в Бруклине в семье палестинских иммигрантов. Ну и стала первой женщиной в семье, отказавшейся идти замуж сразу после школы, чем, само собой, навлекла на всех позор, а тут и страшные семейные тайны подъехали, а с другой стороны, против вековых традиций как сложно идти. Короче, история стара как мир. Женщина - не мужчина. Россия - наше отечество. Смерть неизбежна. Если ты женщина из арабской семьи, твой удел - сидеть дома, рожать детей, пока не получится мальчик, терпеть побои, молчать, никогда не ходить по улице одной. Еще готовить, стирать, терпеть, ну и так далее, даже если на дворе двадцать первый век, а ты живешь в Нью-Йорке.

Книжка несложная и на пару дней (400 страниц), но хороший повод подумать и поговорить про все про это. А если ты женщина из армянской семьи, насколько все по-другому? А если из русской? Здорово, что много где все меняется. Хотя, конечно, это капля в море, ведь как известно, без образования никаких партнерских отношений быть не может, а если кушать нечего, то какое тут образование, а если нет образования, то как узнать о средствах контрацепции, а если мужчина на войне, а тебе надо работать в поле, а у тебя нет образования, и нет средств контрацепции, зато есть четверо детей, ну и так далее.

Не знаю, как говорить о равноправии мужчин и женщин и надо ли. То есть конечно, я довольно активно топлю за то, чтобы оба могли выбирать, работать или сидеть в декрете. Чтобы никто никого не заставлял ничего делать, чтобы можно было вообще заплатить няне и обоим пойти отдыхать. Когда я с Егором несколько лет была одна, и надо было самой укладывать, и самой работать, и самой готовить и все самой, было жестко. Мне, конечно, помогали, да и приятно было никому не сдавать деньги в семейный бюджет, но я тогда круто радикализовалась. Мол, не нравится - уходи, все возможно, хоть с одним ребенком, хоть с тремя, только не ной и будь готова пахать круглосуточно. Сейчас я, конечно, уже чаще помалкиваю, checking my priviledge. Пока я пишу это все, мой муж укладывает спать малыша. Думается мне, что по разным причинам в большинстве семей не так. С другой стороны, ну чего privilege, я же училась, работала, ну и не арабка вот результат. В общем, девочки, получайте образование. Если, конечно, хотите.