Несколько подруг спрашивали меня, а одна прямо попросила написать об этом здесь: как сделать так, чтобы мой ребенок читал?

Ответ: я понятия не имею.

С вас пять тыщ.

Как и в случае всего остального хорошего, случившегося со мной, это тоже случилось как-то само. В нашей жизни не было никаких курсов чтения, курсов развития, курсов каких-то еще. То есть прямо специальных каких-то усилий я к этому не прилагала.

У нас было так (перечисляю по значимости от самого, на мой взгляд, важного к менее важному):
1 В доме постоянного проживания ребенка нет и никогда не было телевизора.
2 Я постоянно читала сама у него перед носом и таскала в дом новые книги в больших количествах.
3 До шести лет (когда он уже уверенно читал, как взрослый), у него не было своего гаджета.
4 Я постоянно таскала в дом новые детские книги по возрасту плюс два-три года к возрасту.
5 Взрослый (няня, мама, бабушка) постоянно предлагал почитать.

Дальше все само.
Собственно читать Егор начал зимой 2019 года, ему было 3,5 года. Так получилось, что он попал в ДТП, сломал ногу и три месяца провел в гипсе дома. На фото у него за спиной шкаф с его книгами, но он в этот момент еще не читает самостоятельно. Хотя гипс уже на ноге. И тут могу посоветовать кстати конкретный материал! Я купила ему рассказы для первого чтения «Зато сам», Татьяны Русситы (именно такие как на фото, они лучше подходят для начинающих малышей имхо). Там простейшие фразы типа «вот дом», когда прочитал - клеишь наклейку, или что-то такое. И я прям помню этот момент, когда он рядом со мной сидел, смотрел в книгу и у него в голове увиденное сложилось в слово, и он понял. И проявилось осознание у него на лице. И живые позавидовали мертвым. И было это круче, чем когда он научился ходить.

Короче решения нет, к сожалению, всем известно, что можно обложить малыша книгами и обчитаться до крови из глаз, а он все равно будет хотеть бить палкой траву. И это ок. А если кто-то пытается продать вам за деньги курс "как сделать так, чтобы ребенок читал", он, скорее всего, шарлатан. И вообще иногда я думаю, что лучше нам всем было бы бить палкой траву. А не вот это вот все.

Этруски - это русские.

Прочитала две книжки о любительской лингвистике: «В начале было кофе» Светланы Гурьяновой (привет, господжа главред!) и «Из заметок о любительской лингвистике» Зализняка (привет, Александр Гаврилов!). Если вам интересно про лингвофриков и псевдонауку - почитайте обязательно, особенно вторую. Если нет, то просто знайте, что не обязательно заставлять себя говорить до скольких, можно говорить до скольки, и это будет правильно.

Больше ничего не хочу рассказывать, а хочу привести цитату Андрея Анатольевича Зализняка из его речи на церемонии вручения ему литературной премии Солженицына. Мне кажется, она не только про лингвистику, а про все, что происходит сегодня в интернете вообще.

«Мне хотелось бы высказаться в защиту двух простейших идей, которые прежде считались очевидными и даже просто банальными, а теперь звучат очень немодно.

1) Истина существует, и целью науки является ее поиск.
2) В любом обсуждаемом вопросе профессионал (если он действительно профессионал, а не просто носитель казенных титулов) в нормальном случае более прав, чем дилетант.

Им противостоят положения, ныне гораздо более модные.

1) Истины не существует, существует лишь множество мнений (или, говоря языком постмодернизма, множество текстов).
2) По любому вопросу ничье мнение не весит больше, чем мнение кого-то иного. Девочка-пятиклассница имеет мнение, что Дарвин неправ, и хороший тон состоит в том, чтобы подавать этот факт как серьезный вызов биологической науке.

<…> И огромной силы стимулом к их принятию и уверованию в них служит их психологическая выгодность. Если все мнения равноправны, то я могу сесть и немедленно отправить и мое мнение в Интернет, не затрудняя себя многолетним учением и трудоемким знакомством с тем, что уже знают по данному поводу те, кто посвятил этому долгие годы исследования.
Психологическая выгодность здесь не только для пишущего, но в не меньшей степени для значительной части читающих: сенсационное опровержение того, что еще вчера считалось общепринятой истиной, освобождает их от ощущения собственной недостаточной образованности, в один ход ставит их выше тех, кто корпел над изучением соответствующей традиционной премудрости, которая, как они теперь узнали, ничего не стоит. <…>
Я не испытываю особого оптимизма относительно того, что вектор этого движения каким-то образом переменится и положение само собой исправится. По-видимому, те, кто осознает ценность истины и разлагающую силу дилетантства и шарлатанства и пытается этой силе сопротивляться, будут и дальше оказываться в трудном положении плывущих против течения. Но надежда на то, что всегда будут находиться и те, кто все-таки будет это делать».