«Ночной портье» стал дебютным фильмом итальянки Лилианы Кавани – и сразу очень смелым. Настолько смелым и дерзким, что вначале получил не признание, а лавину негодования в свой адрес. На тот момент о фашизме в кино только начинали говорить – и это были в основном попытки несмелые, с ярко выраженной антинацистской идеологией. И вдруг вышел «Ночной портье» - картина с эротическим содержанием, в которой показаны отношения между мучителем и жертвой, между фашистом и еврейкой – неестественные, болезненные, но чувственные, обладающие своей извращенной красотой. А ведь во всем мире тогда стояла задача закрепить за фашизмом демонический, лишенный любых, даже извращенных форм красоты образ. Кавани стали обвинять в очеловечивании, оправдании нацизма, и это было понятно с идеологической точки зрения. Но все же абсолютно неверно – с точки зрения понимания этого фильма.

Сюжет строится вокруг еврейки Лючии, которая пережила войну в немецких лагерях, но сумела оправиться и выйти замуж за богатого музыканта, и Макса – ее прошлого мучителя, который сумел избежать трибунала и работает ночным портье в отеле. Во время войны между Максом и Лючией возникла неестественная, болезненная сексуальная и эмоциональная связь, которая оставила столь глубокий след, что, когда герои вдруг случайно встречаются, их неудержимо тянет друг к другу и они понимают, что их разрыв невозможен – так же, как и отказ от прошлого.

Режиссер глубоко погрузилась в тему созависимых отношений «мучитель-жертва». Она разговаривала с женщинами, которые испытывали подобные чувства, находясь в лагерях и в картине подробно раскрыла суть этого явления, которое можно назвать «Стокгольмским синдромом» . Травма героев фильма настолько глубока, что не поддается лечению: им необходимо быть вместе, мучиться от стыда, срывать свой гнев, провоцировать на жестокость, культивировать друг в друге алчность и низменность. Несчастье таких партнеров-мазохистов состоит в том, что они осознанно предпочитают саморазрушение и от этого только сильнее привязываются друг к другу: ведь когда весь мир идет вперед, а ты откатываешься назад, тот, кто рядом, кто поступает так же, как ты, становится самым понимающим и надежным спутником. Макс и Лючия остро чувствуют свою надломленность, и, хотя такие отношения возникают между людьми и сейчас, тогда очевидной причиной этому стало прошлое героев, которое сломило их.

Если верно понять эту мысль о безнадежной надломленности, исчезают любые попытки назвать картину «оправдывающей фашизм». Напротив, фильм показывает то, что хуже самой войны – сломанных людей, чьи души уже не способны на здоровые отношения и созидающую любовь. Все люди, которые прошли через эти годы, проиграли – именно этим ужасна война. Здесь нет победителей, потому что на самом деле после подобного никто не может жить дальше. Так Макс и Лючия показывают зрителю, какой становится любовь, которую осквернила война – болезненной, изломанной, но все еще страстной и по-своему красивой. И как бы внешний мир не пытался отделить их друг от друга, оба они чувствуют, что навсегда остались в том немецком лагере и не заслуживают права идти вперед. И они знают (как и режиссер фильма), что зритель, глядя на них, будет испытывать смешанное чувство отвращения, жалости и стыда, как если бы он смотрел на бездомного или инвалида-попрошайку. Но герои ничего не просят, кроме возможности остаться друг с другом, и в этом, возможно, есть благородное желание не распространять свое безумие дальше, на нормальных людей, которые могут жить в нормальном мире. Интимная же составляющая картины еще больше усиливает режиссерское высказывание, потому что телесность помогает обнажить суть неестественных отношений, порожденных войной.

Так эротический фильм о фашизме становится своеобразным призывом, который говорит: «посмотрите на этих людей, они существуют и это важно. Вот, что может сделать с нами война». И, возможно, нет способа уберечь людей с помощью кино от войны лучше, чем этот.

23 августа на киностудии «Ленфильм» был показан новый фильм о войне от режиссера-дебютанта Александра Золотухина «Мальчик русский». «Кино-Панк» разбирается, о чем было это кино, чем оно трогает и почему оно необычно: https://kino-punk.ru/review/slepoj-rebyonok-na-vojne-malchik-russkij/index.html

Новое дизайнерское решение для мессенджеров

Уже сегодня в кино идет танцевальная драма «Битва», посвященная тем, кто знает, что делать под «Шрака-мака-фо».

До российского проката добрался фильм «Тачка на миллион», представленный ещё год назад на Венецианском кинофестивале. Это грустная, красивая и правдивая история о конструкторе, который в погоне за мечтой оказался на скамье подсудимых.

В 1974 году под Белфастом началось строительство завода DeLorean Motor Company. Генеральный директор завода Джон Делореан в прошлом руководил Pontiac, затем Chevrolet, а чуть позже работал вице-президентом всего General Motors. Новое производство было ориентировано на выпуск только одного автомобиля – легендарного DeLorean DMC-12. Однако, когда машина вышла с конвейера, её ожидал прохладный прием, продажи были невысокими, а жалобы на поломки и отсутствие в магазинах запасных деталей – постоянными. Джон Делореан судорожно начал искать деньги на реновацию завода.

Продолжение этой истории знает каждый автолюбитель. Делореан ввязался в игру с наркоторговцами и ФБР, и в итоге был подставлен. Компания перестала существовать. Фильм британского постановщика Ника Хэмма (наиболее известные работы: триллер «Яма» о подростках, заточенных под землёй, и музыкальная комедия «Убить Боно» о создании группы U2) охватывает период ориентировочно с 1979 по 1982 год, когда длилась агония гениального конструктора.

Главным героем и причиной всех бед выбран сосед Делореана - Джим Хоффман, мелкий мошенник, работающий информатором ФБР. Режиссером предпринята попытка показать непростою неравную дружбу миллионера Делореана и неудачника Хоффмана. Герои то неловко обнимаются, то ссорятся, обрывая восклицания, то просто молчат, пытаясь угадать характер друг друга. И если Хоффман показан ветреным, лживым, гоняющимся за легкой наживой мечтателем, то Делореан – кем-то более сложным, кем-то непонятым.

Его образ начинает раскрываться с деталей, он отвлекает внимание своей знакомой, чтобы переставить фигуру на шахматной доске, рассказывает на вечеринке байку о своём первом автомобиле, делает пластическую операцию, чтобы изменить подбородок, обманывает прессу, заявляя о своей финансовой стабильности, но при этом, существуя в облаке лжи, заботится о 2000 рабочих на заводе в Белфасте, которые могут не получить зарплат. Кто перед нами? Негодяй или романтик, вынужденный врать по законам хищного времени?

«Тачка на миллион» построена на контрасте. Она о двух жертвах пошлой политики, о маленьком ограниченном человечке, мечтающем о богатстве без труда, и гиганте – творце, работающем день и ночь, чтобы изменить мир. Фильм обязателен для просмотра каждому, кто не выбрасывает из головы тезис: «Нужно мечтать, но не забывать при этом вкалывать!»

5 сентября в России стартовал долгожданный фильм ужасов «Оно 2» — продолжение успешной экранизации одноименной книги Стивена Кинга. Журналисты «Кино-Панк» посетили премьеру и… остались в недоумении.

Если попытаться максимально точно охарактеризовать фильм тремя простыми предложениями, получится так:

«Полтора часа скучно. Ещё полтора часа – спецэффекты. И пятнадцать минут – мораль».

Первая часть, выпущенная в 2017 году, задала высокую планку. Главные роли исполняли талантливые дети, история была посвящена единой команде подростков-неудачников, а не каждому отдельному проблемному ребенку, борьба протагонистов и антагонистов прочно связывала сюжет до самого финала. Во второй части, точно следуя книге, авторы вновь собрали старых друзей вместе, но почему-то продолжение приключений развернулось по другим, более примитивным и скучным правилам.

Прошло 27 лет. Каждый из героев стал успешным состоявшимся человеком. Шестеро из них вернулось в городок Дерри, еще раз сразиться с клоуном, а седьмой сильно испугался и покончил жизнь самоубийством. После стремительной завязки фильм перестаёт быть цельным произведением, он распадается на шесть историй. Персонажи бродят по местам своего детства и разыскивают артефакты, которые помогут наладить связь с прошлым. В любом учебнике по драматургии на первой странице написано, что самое главное в драматическом произведении – это герой и то, что с ним происходит. А если героев шестеро, и они действуют врозь, то зрительского восприятия не хватает, чтобы сочувствовать каждому.

Прекрасно это осознавая, авторы фильма попытались замаскировать пробелы игрой знаменитых актеров и реалистичными спецэффектами. К сожалению, по режиссерской задумке, игра знаменитостей постоянно прерывается вставками из прошлого, и вызывает дополнительную сумятицу в головах. Страшные физиономии вскоре становятся привычным объектом в кадре, и после пары моментов уже хочется включить секундомер, чтобы угадывать, когда снова выпрыгнет некрасивое существо.

Финальная битва, вероятно, целиком отснятая в одном павильоне похожа на битвы из каждого голливудского фантастического фильма. Летает множество лучей света, гнусные создания кидаются на героев, но получают удар в затылок от друзей, камера трясется, все мигает, сияет и, к разочарованию аудитории, не заканчивается и не заканчивается.

Справедлив вопрос: «А как же психологическая составляющая фильма?» Действительно, психологизм в «Оно 2» есть. Он сводится к тому, что детские травмы со временем заживают, а любая проблема решается напором, бесстрашием и не без помощи друзей. Стоит ли ради столь простых истин терять три часа?

«Оно 2» — одно из худших продолжений в истории современного игрового кино. И если зрительская оценка первого фильма держится на 7.3, то второму определенно не суждено перевалить и за 5.0.

5 сентября на российские экраны вышла драма Ричарда Линклейтера «Куда ты пропала, Бернадетт?», посвященная талантливой женщине-архитектору, покинувшей искусство ради семьи. «Кино-Панк» рассказывает куда и зачем скрылась неутомимая Бернадетт.

Тёмные очки, платок, наглухо застёгнутое пальто. Она шагает по публичной библиотеке Сиэтла, потому что там много книг, и потому что здание построено Ремом Колхасом. Для неё это имя не пустой звук, она сама гений архитектуры, правда покинувший профессию двадцать лет назад. Теперь Бернадетт Фокс мизантроп, самоуверенная мать, никчемная домохозяйка и настоящая угроза для окружающих.

Линклейтер мастерски обрисовал большую трагедию большого человека. Бернадетт пропала не потому что сбежала в Антарктиду во второй половине фильма, а потому что перестала творить. Сцена за сценой она сходит с ума, устраивает потоп в соседском доме, спит в аптеке, смешивает таблетки и даже связывается с русской мафией, хоть и неосознанно. Её переполняет энергия (не каждая женщина заберётся по стремянке на третий этаж, выбьет кулаком стекло и вынесет ногой дверь комнаты), но она боится направить её в правильное русло. Почему?

Нет, её не покинуло чувство красоты, она плачет перед великолепием искусства, просто она потеряла веру в пользу своего труда. 20 лет назад хамоватый миллионер снёс её главное произведение – «Дом 20 миль», светлый просторный особняк, собранный из материалов, которые можно было найти в радиусе 20 миль от фундамента. Рухнул дом – исчезли силы. Долгожданная дочь и любящий муж, вероятно, спасли Бернадетт от моментального сумасшествия, но не спасли от медленного саморазрушения.

Одна из главных тем, поднимаемых в фильме, - тема целостности, органичности, «Всего прекрасного», если вспоминать Чехова. Бернадетт жалуется, что вид современных городов внушает ей ужас. Люди живут в хаотичных изгибах улиц, в домах с неправильной планировкой (видимо, она не очень часто путешествовала по России, поэтому не знает, что миллионы людей могут жить в одинаковых коробках и разбивать автомобили в ямах, рассыпанных по дорогам). При этом она не догадывается, что кривизна форм – отражает кривизну душ, и одна из этих душ – её.

Мажорный финал фильма, разрешающий проблемы героини, подсказывающий ей путь к гармонии с собой и семьёй, безусловно, порадует впечатлительных и чувственных зрителей. А остальным только напомнит: «Это всего лишь добрая сказка от талантливого постановщика, настоящая жизнь не прощает двадцатилетних перерывов, чтобы оставаться человеком – необходимо работать каждый день».

Недавно на экраны вышел российский фильм о танцах «Битва». Его режиссером стал увлекающийся танцами Анар Аббасов, а продюсером – Алексей Учитель. «Кино-Панк» рассказывает о том, почему идея фильма заслуживает только хороших слов, а реализация – отрицательных.

Уличный танцор Антон посвятил всю свою жизнь танцам. Они в буквальном смысле являются всей его жизнью – это и карьера, и хобби, все друзья и отношения тоже находятся в мире танцев. Антон – настоящий виртуоз, идет на риск, завоевывает призы и находится на грани заключения успешнейшего контракта в своей жизни. Но все планы мгновенно прерываются после неудачного падения. Антон теряет слух. Теперь парню нужно учиться жить по-другому, а главное – распрощаться с танцами. Ведь как человек без слуха может чувствовать музыку! Или может?

Идейная составляющая картины – самое сильное, что в ней есть. Зритель видит принципиально свежий посыл для жанра «танцевального кино». Подобные фильмы обычно содержат в себе установки: не сдавайся, иди напролом, гни свою линию и добьешься успеха. Идея «Битвы» же выглядит более глубокой. Да, главный герой сражается за свое место под солнцем и право заниматься тем, что он любит. Но он делает это, не побеждая окружающих врагов – их в картине фактически нет: есть только закоснелое, стереотипное мышление, в том числе поначалу и у самого героя. Он не пробивается из аутсайдеров на вершину, а пытается вернуться на нее после поражения - а это всегда сложнее, чем начать с нуля. И, пожалуй, самое главное – герой не стремится достичь общепризнанного успеха, а создает свой собственный и делает свое предприятие популярным самостоятельно. Он, не имея слуха, изобретает свою версию танца и обучает других, доказывая, что все меняет конкретный человек, а не абстрактное общество. Очень в духе времени выглядит установка, которая отказывается признавать людей с ограниченными возможностями нетрудоспособными. Антон не пытается победить болезнь, он старается выиграть битву с мнением, что болезнь мешает жить и радоваться жизни.

Хорошо выглядит и то, что он начинает тренировать именно детскую команду. У детей, с одной стороны, особенно хрупкая психика, которая может повредиться навсегда, если они поймут, что неполноценны. А с другой стороны – именно дети могут пойти наперекор общественным установкам и болезни, если у них будет умный, упорный и добрый наставник. Именно работа с важными социальными проблемами, идеями о возможностях каждого, о равенстве, поддержке и адаптации (все эти темы особенно актуальны последние несколько лет и все набирают популярность) делает «Битву» оригинальным танцевальным фильмом. Свежо и гуманно выглядит попытка рассказать о преодолении не через воинственность, а через смирение и умение видеть новые пути.

Но насладиться идеей, к сожалению, у зрителя вряд ли получится. Реализация замысла, как и вообще всего фильма выглядит сырой, отсталой, и несерьезной.

Съемка картины выглядит так, что у зрителя возникает ощущение: съемочная команда просто осваивала бюджет или пыталась показать сразу все, что умеет, не рассуждая ни о задумке, ни о композиции. Стиль кадров чередуется с ужасающей скоростью, и общая картинка смешивается в одну неразборчивую кучу. Например, в середине кино возникает съемка с воздуха, кадр ровно перпендикулярен земле. Герои просто идут по парковке и в таком стиле нет ни потребности показать драматичность происходящего, ни удивить зрителя. Но такой стиль использован, причем всего в одном кадре – во всем остальном фильме к этому формату оператор не прибегает.

Проблемы есть и с диалогами и мотивацией героев, а точнее – с их наличием. Ни главный герой Антон, ни окружающие его люди почти ничего не говорят, не объясняют свои поступки, иногда даже появляются из ниоткуда. Неизвестно, почему сразу после травмы Антон расстается со своей девушкой-танцовщицей, хотя она поддерживала его и пыталась понять. Неясно, почему парень влюбляется в своего сурдо-преподавателя, а она отвечает ему взаимностью без хотя бы минимального предшествующего разговора. Непонятно, почему именно Антон решает не сдаваться – с ним не происходит никаких изменений, кроме повышения уважения к людям с особенностями. Непонятно даже, почему целая толпа детей захотела танцевать и отдать этому все свободное время, едва увидев Антона в своей школе.

Остальные мелкие логические погрешности (например, команда неслышащих и никогда не танцевавших детей разучивает танец на всероссийский конкурс примерно за 2-3 месяца и побеждает) и просто недостаток нужной атмосферы (музыка, играющая на танцевальных баттлах, в реальных конкурсах не используется уже около 10 лет) не так важны, но все же ощутимы. К сожалению, они окончательно портят впечатление от фильма, который был задуман как социально-танцевальная драма, а получился смазанным и как будто сделанным через «не хочу». Оценивать «Битву» сложно и очень хотелось бы дать фильму второй шанс, но, увы, любой зритель оставит своей вердикт не в графе «могло бы быть», а в «как есть, так и есть».

Завершился Венецианский кинофестиваль. Результаты, мягко говоря, поразительны.

«Золотой лев» (главный приз) – «Джокер» Тодда Филлипса;
«Гран-при» (второе место) - «Офицер и шпион» Романа Полански;
«Серебряный лев» (третье место) – «О бесконечности» Роя Андерссона.

Впервые голливудский фильм был признан произведением искусства, а обвиняемый во всех грехах классик Полански награжден без личностных предубеждений.

На экраны вышла политико-шпионская драма «Опасные секреты» с Кирой Найтли в главной роли. «Кино-Панк» разбирается, насколько новый фильм попал в современную политическую и социальную повестку и каким он получился с художественной точки зрения.

Самое важное в сценарии «Опасных секретов» - тот факт, что он основан на реальных событиях. Молодая женщина по имени Кэтрин Ган – переводчик и работает в Британском разведывательном агентстве. Другими словами, она – шпион, прослушивает разговоры граждан, сообщает личные данные руководству, отслеживает действия интересующих лиц в других государствах. Но однажды в руки Кэтрин попадает информация, согласно которой всплывают подробности готовящемся в США военном вторжении в Ирак. Согласно этой информации, война на территории Ирака незаконна, и власти Америки хотят легализовать ее – с помощью Великобритании и запрещенных манипуляций с международным правом. Кэтрин Ган разглашает информацию журналистам, стремясь помешать надвигающейся войне, и сама же сознается в своем преступлении. Против нее начинается дело – и вся государственная машина ополчается против женщины, ее мужа-мигранта и ее адвоката.

Фильм очень удачно попадает как в политическую, так и социальную повестку. Во-первых, картина открыто повествует о, возможно, самой позорной для США (и Великобритании, пожалуй, тоже) странице в современной истории. Когда событие уже теряет свою остроту и актуальность, приходит время либо забыть о ситуации, либо признать вину. Второй путь более эффективен и актуален, он позволяет наконец завершить событие, окончательно дать ему оценку и идти дальше. В этом смысле «Опасные секреты» как нельзя лучше способствуют формированию оценки войны в Ираке и помогают странам, которые ее начали, указать на собственные ошибки. Во-вторых, история Кэтрин Ган – идеальный готовый сценарий о противостоянии маленького человека государственной машине. Причем, этот маленький человек - сильная женщина, а это еще один актуальный и потому мощный образ в кинематографе.

Важно и то, что «Опасные секреты» демонстрируют пример хорошего вкуса в шпионских фильмах. Этот жанр, как правило, становится идеальной площадкой для пропаганды, причем часто дешевой и неубедительной (вспомнить хотя бы «Красного воробья»). В данном же случае главная героиня работает в «прослушке» и занимается шпионажем, что абсолютно аналогично реальной истории Кэтрин. Она не работает спецагентом под прикрытием, не соблазняет мужчин в целях раздобыть уникальные сведения, ее работа, в общем-то, практически скучна и монотонна. Акцент в фильме ставится на длинные диалоги, хитросплетения государственной и судебной систем, тонкости работы с гостайной. Зрителю действительно порой приходится напрячься, чтобы понять суть ситуации, в которую попала героиня – и это большой плюс, потому что аудиторию (как в пропагандистских фильмах) не пытаются дурачить и развлекать, это серьезный проект о серьезных вещах. Впрочем, съемочной команде не нужно было опасаться не найти зрителя – после оглушительного успеха, например, «Карточного домика» стало понятно, что тех, кому в политических драмах нравится смысл, а не картинка, более чем достаточно.

В целом, «Опасные секреты» вызывают нечто вроде чувства облегчения. Историю Кэтрин Ган не извратили, создатели не упустили действительно важных деталей, не побоялись прямой критики своего же государства. Фильм получился не пропагандистским, достаточно стильным и честным. Возможно, это выглядит как заниженная планка ожиданий, но именно честность поднимает картину на хороший уровень. Хотелось бы, чтобы она стала неотъемлемой частью любого политического или социального кино.

Пятого сентября на экраны вышел фильм Валерия Тодоровского «Одесса». «Кино-Панк» выясняет, что это – фильм-воспоминание, яркая зарисовка или философская, психологическая вещь.

Сам Валерий Тодоровский уверяет, что его новая работа – именно «фильм-воспоминание». Он воскрешает на экране события из его детства: жаркое лето 1970 года, эпидемию холеры в Одессе, которая унесла огромное число жителей, атмосферу и нравы коренного семейства евреев-одесситов. Получилось кино, не претендующее на какую-то сверхглубокую идею, но желающее стать глотком ностальгии для поколения Тодоровского вообще и побывавших в Одессе в частности.

В фильме есть несколько сюжетных и одновременно идейных линий, которые сталкиваются, опережают друг друга, иногда обрываются, оставив впечатление незаконченности. Например, эпизоды с холерой: город «консервируют», никому не дают покинуть город, о количестве погибших молчат. Главный герой Борис – журналист-международник, заехавший в Одессу на время, к родственникам своей жены, по пути в Германию. Напрашивается сюжетная нить о том, как журналист Борис докапывается до правды, обличает правительство, доносит до людей истину о погибших, однако история прерывается, почти не начавшись. О холере почти никто не вспоминает, если не считать попытки самоубийства обиженного главы семейства. Его сюжетная линия тоже не дотянута до логического завершения. Устроив скандал и сцену раскаяния, Григорий Иосифович (роль которого отлично удалась Леониду Ярмольнику) спокойно засыпает, отравления не случилось, все живут дальше, как и жили.

Поначалу зритель теряется в героях, сюжетных линиях и пытается найти одну – самую главную. Но, возможно, в «Одессе» ее и нет. Как и в самой простой человеческой жизни, события героев сталкиваются, перемешиваются, а потом просто утекают, как волны. Никакой трагедии не случается, все друг друга прощают и принимают, а потом все случившееся забывается. Можно сказать, что истинная идея фильма заключается не в сюжетных линиях, а в самом изображении Одессы, написании ее портрета. Когда зрителю становится ясна эта мысль, он расслабится и перестанет искать нить, за которую нужно ухватиться, и будет просто смотреть на жизнь города и его людей.

Возможно, картина и правда получилась не до конца колоритной, правдоподобной и, возможно, самим одесситам она не понравится. Действительно, семейные конфликты показаны слишком «театрально» и красиво – герои спорят по очереди, почти не перебивают друг друга, даже не шумят так, чтобы это было похоже на правду. И речь, возможно, не с до конца вырисованным акцентом. И Одесса, может быть, выглядит не совсем так, как действительно выглядела в 1970-е. Да и сюжетная смазанность, при всей ее идейной оправданности, выглядит не очень презентабельно. Но кино получилось ярким, часто смешным, трогательным и по-домашнему теплым. Он – как бабушкин пирог, вышел не ресторанным, эталонно красивым и с тщательно продуманным сочетанием начинок, а смешанным «из всего, что нашлось», совсем безыскусным, но родным и потому вкусным.